К началу этой истории обе Наташи были взрослыми и отдающими себе отчет в своих поступках и мыслях. Но задолго до - первая Наташа была нестандартным (шустрым и рано развившимся) ребенком. Вторая Наташа тогда еще не родилась. Между ними ведь пролегал приличный кусок времени - девять лет.

 

***

                               

Уже в девять лет первая Наташа отравляла свой ум самым вредным и сильным наркотиком - чтением. В четыре года она прочитала "Волшебник Изумрудного города", в семь лет "Приключения Тома Сойера", в девять лет - "Три мушкетера". Где - то в промежутке  между мушкетерами и Томом Сойером она отрезала себе волосы.

Это был первый протест.

- Зачем ты это сделала?! - ужасались мама, папа, бабушка, вся родня. - Такие красивые волосы!

Наташа пожимала плечами. Она отлично знала причину ненормального поступка, но не говорила ее вслух. Наитие подсказывало, что такую причину рассказывать нельзя.

Наташа страшно не хотела быть девочкой.

Все герои книг были мужчины и мальчики. Они действовали, путешествовали, сражались, побеждали. Имелись, конечно, в книгах и женщины, но их роли были незавидны. Поплакать. Пожалеть. Быть спасенной или обожаемой.

Пассивные роли. А Наташа родилась с гигантским запасом энергии.

- Бандит с большой дороги, - говорили о ней во дворе.

Наташа дралась с мальчишками, залезала на чердаки и крыши, и не прекращала травить свой мозг чтением.

Шло по нарастающей: Майн Рид, Эмиль Золя, Фейхтвангер, Хэмингуэй. Герои были мужчины, а женщины продолжали исполнять пассивные роли.

Похищенная. Обесчещенная. Боготворимая.

Неинтересно!

В шестнадцать лет первая Наташа совершила второй протест. Она перекрасилась в блондинку. Это была уже сложная перверсия, не каждый психиатр разобрался бы в деталях.

Ненавидящая свой пол сделала из себя самое привлекательное, самое женственное, самое сексуальное. То есть, подчеркнула те качества, которые в себе ненавидела.

- Наташка, офигеть! - сказал ей наиболее популярный из ее одноклассников, за которым бегала масса бабья из десятых и одиннадцатых классов.

Наташа без малейших колебаний вступила с ним в семиминутную интимную связь (на выпускном вечере, в запасном пожарном подъезде школы). Связь показала, что женщина не обязательно должна быть пассивной. Она может отдавать команды, вонзать ногти в спину, ДОМИНИРОВАТЬ, как это потом стали называть.

В общем - то, это было даже не очень скучно. Потом первая Наташа выбрала себе жуткую, с точки зрения родных, профессию инженера - электронщика, а в "личной жизни" признавала только короткие и яркие связи с теми, кто предпочитает доминирующих женщин.

***

                               

 

 

Первая Наташа в тот год закончила школу и стала блондинкой, а вторая пошла в первый класс и возненавидела разом всех мальчиков. Мальчики воспринимались, как разновидность мужчины. А единственный мужчина, которого вторая Наташа хорошо знала, был ее отец.

Отец был военный. Высокий, красивый, белокурый и благородный. Дурацкие выходки мальчишек в классе выглядели особенно ужасно на фоне такого отца.

- Не буду ходить в школу! Ненавижу этих дураков! - заявила Наташа, вся в слезищах. Потому что снова из косичек выдернули ленты, а в портфель сунули горсть хомячиного говна.

 И надо же было маме сказать:

- Это сейчас ты так говоришь! А потом влюбишься в какого - нибудь из них. И побежишь за ним на край света!

- Я?! - с отвращением крикнула Наташа.

И вечером того же дня отрезала себе волосы.

История сделала первый виток. Но это не полная симметрия. Это мелкая деталь, одна из тех, которые лягут потом в мозаику. В мозаике много черных стеклышек, но попадаются голубые, салатовые и желтые. То есть моменты радости.

Радостью для второй Наташи было, когда в нее влюбился Олег. Ей исполнилось шестнадцать, а Олег был на десять лет старше. Высокий, белокурый, и выглядел благородным.

Знаете, может, это покажется тавтологией, но вторая Наташа перекрасилась в блондинку. Мотивы были совсем иные, чем у первой Наташи.

Но когда вот так подбираются совпадения - это не чепуха. Из Океана Времени выпрыгивают одновременно две брызги. Само собой, они сольются в воздухе.

 

Две Наташи встретились в красивом отеле, выстроенном на берегу одного из карельских озер. Сосны, синий лед и хрустальное небо виднелись из окон. И номер на двоих казался белым, сияющим, кусок рая.

- Познакомимся? Я Наташа, - сказала первая, по - мужски протянув руку.

Ее белокурые волосы были рваным - вызывающим - креативным образом пострижены до плеч. Низкий голос. Одета во все черное.

- Ой, как прикольно! - отозвалась вторая. Пожала протянутую ладонь. И улыбнулась всеми светлыми тонами своей мозаики.

- Я тоже Наташа!

У нее были холеные прямые волосы до лопаток. Отросли уже после дурацкого детского протеста (или не дурацкого?!). Высокий голос. Белая блузка, галстучек, черная юбка - карандаш.

- Тоже на семинар? - спросила первая.

 Вторая кивнула. Они стали разбирать чемоданы и беседовать о семинаре.

Семинар был российского значения, по программированию. Обе девушки трудились в богатых частных компаниях. Первая - системным администратором, вторая моделировала на компьютере будущие интерьеры. Обеих направили на семинар, блатной и полезный одновременно. Первую - чисто по работе. Для второй прислал именное приглашение тот самый Олег. Он был из Питера, как и обе Наташи, но работал в карельском отеле администратором.

Вторая Наташа сразу же честно рассказала первой Наташе об этом: именное приглашение, Олег, радости любви.

- Я вам сильно надоедать не буду, - сказала она, - я здесь только днем буду находиться. Для приличия. А ночевать - в его номере.

Первая Наташа кивнула рассеянно, растянулась на кровати и распечатала пачку "Парламента".

- Ты куришь?

- Конечно, - обрадовано ответила вторая Наташа. Сначала ей показалось, что тезка не одобрила ее насчет Олега.

Закурили.

Для комфорта первая Наташа приоткрыла окно, и дым уносился в апрельский голубой воздух.

- Тебе сколько лет? - спросила первая Наташа.

- Восемнадцать.

- А мне двадцать семь.

- Ой, да вы что? А я думала - лет двадцать...

- Разговаривай на "ты". Я не люблю на "вы".

Вторая обрадовалась еще больше, легла так, чтобы видеть лицо первой, и стала рассказывать про Олега.

- Мы в одном дворе живем. На Сенной.

- На Сенной? Ух ты, далеко от меня... а я в Петергофе.

- Он давно на меня поглядывал. Сам потом сказал - я тебя приметил, когда тебе лет десять было.

- А ему сколько лет? - снова перебила первая Наташа.

- Он на десять лет меня старше.

- Извращенец, - приговорила первая Наташа.

Вторая Наташа несколько смутилась такой резкости, но продолжила свою историю. Как у нее застрял ключ в замке, как она вышла во двор зареванная. Олег был в отпуске, дома. Увидел ее с балкона, спустился, спросил, в чем дело. И вызвал слесаря.

- Я думала, сам починил, - хмыкнула первая Наташа. Портрет Олега ей был уже понятен. И портрет второй Наташи - тоже.

Похищенная. Обесчещенная. Боготворимая.

Неинтересно!

- И самое главное, я ведь всех парней всегда терпеть не могла. Такими они мне казались...грубыми, противными. А Олег - не такой. Он прямо как папка мой. Веселый. Добрый.

Добрый Олег трахнул шестнадцатилетнюю девочку через несколько дней после инцидента с застрявшим ключом. Даже не у себя дома - у нее. Родители были на работе, а он пришел с вином и розами. Верх цинизма.

- Давай на ужин собираться! - позвала первая Наташа, устав от этих тривиальностей.

- В программе написано - ужин в семь. А сейчас полседьмого уже.

Настроение у первой Наташи было рассеянное. Ей хотелось почитать или покурочить компьютер. Житейские истории ее не радовали. Она переоделась перед зеркалом. Лиловая блузка, черные брюки, все в обтяжку. И каблук - двенадцать сантиметров.

- А ты такая фигуристая, оказывается, - сказала вторая Наташа, выйдя из ванной.

 Ее поразил четкий силуэт песочных часов. Она сама удивилась, почему он так ее поразил.

 

 

Ужин был по типу "шведский стол" Помимо еды первая Наташа взяла тройную дозу виски, что уже в шведский стол не входило. Вторая попросила красного вина, не слишком дорогого. У нее не было столько денег, как у первой. И она не привыкла к крепким напиткам.

Первой Наташе после виски стало только более тепло и более интересно жить. Она без восторга рассматривала лохматых программистов, которые кишмя кишели в обеденном зале.

Кроме Дельфи и Бейсика вряд ли что - то их занимало в нашем мире.

- Скажите, а где здесь есть дискотека какая - нибудь? - спросила она у бармена.

- В соседнем отеле, в "Хельсинки" есть танцпол. А в "Полярной звезде" - дискобар, больше для молодежи.

- Отлично. Мы идем в дискобар, - решила первая Наташа. Она даже не спросила вторую, желает ли та идти.

Вторая Наташа пошла беспрекословно. Олег будет занят до позднего вечера. В номере одной скучно. Старшая девушка - волевая и смелая.

 

***

                                

 

 

В дискобаре было шумно, полутемно и весело. Две блондинки сразу понравились, и, едва они успели сесть, как к ним активно стали клеиться.

 Первая Наташа сразу разглядела причину. Плакаты на входе сообщали, что при "Полярной звезде" проходит чемпионат области по лыжным гонкам. Лыжников было до фига, а лыжниц - ни одной. Несколько девиц из окрестных отелей не могли обеспечить любовью и лаской всех женихов.

- Нам два "Тропика", - сказала первая Наташа официантке.

- Как здесь клёвенько! - оглядываясь, радостно заявила вторая Наташа.

Ей нравились огоньки, мерцающие под потолком, крутящиеся звезды и, само собой, лыжники. Последние все, как один, были высокие, веселые от коктейлей и благородные с виду.

- Ага, - согласилась первая Наташа.

Она взглядом выбрала в танцующей толпе своего. Подчиняющегося.

 Очень быстро нашла.

Он был здорово похож на Джона Траволту. Чувственные губы, зеленые глаза. Первая Наташа вытащила его взглядом из толпы, передвинула к себе, и он подошел к ней, как миленький.

- Добрый вечер, девушки. А можно к вам подсесть? Поболтаем.

- Садись, - доброжелательно приказала первая Наташа.

Траволта сел и назвал себя - Игорь.

Игорь так Игорь. Что - то нам везет на имена древнерусских варягов, подумала первая Наташа. Олег, Игорь.

- Что вы пьете, "Тропик"? Девушка, нам еще по "Тропику" сюда!

 

Странно было все это - карельские звезды в окне и не сочетающийся с ними запах киви (от тропического коктейля). Чужая кровать, голубоватый свет ночника. И незнакомый парень, здорово похожий на Джона Траволту.

Неизвестно, какой величины любовное орудие у Траволты, но у Игоря было поразительной.

Даже прожжённая первая Наташка удивилась. При этом всем Игорь вел себя, как положено в обществе Наташи. Послушно занял позицию "снизу" и позволил связать себе запястья черным платком.

Больше никакого садо - мазо. Наташе требовались внешние формы. Молчаливое согласие с тем, что сейчас, в данный момент она - мужчина.

- Наташка, так, да, сильнее, вот, вот, супер!

Наташка и без тебя знает, что она супер. Это сознание всегда заменяло ей оргазм. Потому что при всех своих обильных связях оргазма Наташа ни разу не познала.

 

***

                               

 

Наступило розовое апрельское утро. Олег собирался на службу, а вторая Наташа резво бегала по номеру в Олеговой рубашке и больше ни в чем. Делала завтрак.

Все было в наличии: кипящий чайник, сковородка с ветчиной на электроплитке. Наташа со сна была розовая, лохматая, с отпечатками радостей любви на шее и ключицах.

- Ты мне рубашку погладила? - спросил Олег.

- Конечно!

Для Олега не зазорно готовить и гладить. Наташина мать ведь делала все это для Наташиного отца, и это выглядело нормально.

Наташа вытащила из холодильника еще красную икру и масло и села рядом с Олегом.

- Поздно сегодня освободишься? - спросила она.

- Как всегда. Но ты же до обеда учишься, не забывай!

Наташа кивнула и пошла за кофе. По пути Олег не удержался и шлепнул ее пониже рубашки.

"Это не грубость", - сказала себе Наташа, - "это восхищение моей красотой. Попка у меня самая настоящая бразильская".

С тем же восхищением Олег почти всегда в  интимные моменты поворачивал ее в дог - позицию.

Вторая Наташа не была доминирующей, и подчиненная позиция позволяла ей забыть, что она отдает себя мужчине. То есть, одному их тех, кто выдергивает ленты из косичек и сыплет в портфель хомячиное говно.

 

***

                               

 

Доминирующая и подчиненная встретились в презентационном зале отеля. Там проходил, собственно, семинар. И лохматые программисты уже открыли свои ноутбуки. Женщин, кроме двух Наташ, на семинаре не наблюдалось. Поэтому они сели рядом.

-Как прошла ночь? - без стеснения спросила первая Наташа. Под глазами у нее были лиловые круги.

Вторая Наташа порозовела. От удовольствия. Далее, на всех перерывах, когда лохматые уходили курить на улицу, а две блондинки - на балкон, она рассказывала про Олега. Все подробности. Все оттенки ощущений.

Первая слушала и безразлично смотрела в небо.

 

 

***

                               

- Я не знаю, как делают минет. И я не хочу это делать, - заявила вторая Наташа.

Занятия уже закончились, девушки пообедали и пошли к себе в номер.

- А  по - моему, это противно, - продолжила она, искательно глядя на первую Наташу.

Первая вытянулась на кровати и сладко зевнула.

- Минет как минет. Ничего не противно. Это один из способов получить полную власть над партнером.

- Да? - вторая села, поджав под себя ноги.

Она уже переоделась в шелковый халатик. И первая Наташа вдруг заметила, какая у второй белая - пребелая кожа.

Она не поняла, почему это так ударило ее по зрению.

 

***

                               

 

От нечего делать девушки отправились "полазить по окрестностям". Они спустились по дороге вниз с холма. Там был маленький поселок. Купили по бутылке "Клинского" и стали пить его на ходу.

Младшая была боле привычна к "Клинскому". Старшая предпочла бы коньячку или виски. Морщилась, но пила.

Синие холмы и замерзшее озеро своим видом толкали на приключения.

- Пошли, на лед спустимся! - предложила первая Наташа. В ней сейчас жил даже не мужчина, а мальчик. Страшно хотелось озоровать.

Вторая Наташа послушалась и пошла на лед. Две блондинки на десятисантиметровых каблуках стали кататься по льду, и даже не очень часто падали.

- Супер, Наташка! - сказала первая. Волосы торчали из - под ее кепочки точно, как у пацана.

Вторая засмеялась эйфорическим смехом. Потом она поскользнулась и полетела вперед, раскинув руки. Первая Наташа поймала ее. Несколько секунд они скользили вдвоем, ловя равновесие. Длинные волосы второй Наташи упали первой на лицо. Девушки сцепились руками.

- Так можно и шею сломать, - сказала первая Наташа. - Пойдем на берег.

Они пошли по снегу наверх, к соснам и отелям. До сих пор у обеих мир качался перед глазами. И плыли по прозрачному небу золотые искры.

Вечер прошел, как вчера. У Наташи первой - Игорь, у Наташи второй - Олег.

 

***

                               

Встретились утром на занятиях. Первая Наташа была в стильном черном костюме, с шейным платочком, просто бизнес - леди. Вторая пришла в бежевом свитере, короткой юбке, и под глазами у нее тоже образовались лиловые любовные тени.

Она подтолкнула первую Наташу под локоть и показала на монитор своего ноутбука.

"Я сделала ему минут", - было набрано красными буквами.

Первая Наташа не удивилась. И вообще никак не выразила эмоций.

- Я проверила. Ты была права, это совсем не противно. И это дает потрясающее ощущение власти! - вдыхая быстро - быстро дым, говорила Наташа на балконе.

И стала развивать описание. Не только о сексе. О том, как вечером стирала Олеговы шмотки, а утром гладила его рубашки.

 Она искала глазами взгляд первой Наташи. Ей требовалось одобрение.

- А у тебя как, с этим спортсменом? - спросила вторая Наташа, желая хоть как - то найти солидарность.

- Он послезавтра уезжает.

Первая Наташа произнесла это безразличным тоном. На самом деле, ей было жаль терять великолепного партнера. Игорь подходил к ней, как ключ к замку.

- О! - почти в ужасе воскликнула вторая Наташа. - А ведь Олег завтра уезжает в Петрозаводск, и ночевать здесь не будет...

Дальше без слов обе поняли. Олег уедет - значит, вторая Наташа должна ночевать в своем номере, с первой. А первая - лишится одной из двух оставшихся ночей.

Вторая Наташа чувствовала себя виноватой. Чуть не плакала.

Первая восприняла это как очередной пендаль от судьбы. Всегда все не по - моему (начиная от формы гениталий)!

- Да и фиг с ним! - сказала она вслух. - Думаешь, оно мне очень надо?

А вторая буквально читала ее мысли: "А ты не  можешь, что ли, взять у своего Олега ключ и переспать в его номере одна?"

Вторая Наташа жалобно махала ресницами. И отвечала - тоже мысленно: "Не могу! Не те отношения! До сих пор еще не те!"

- Пойдем, - сказала первая Наташа, - все уже садятся. После обеда потрепемся.

 

***

                                Вечером они снова пошли по окрестностям. Теперь не с пивом, а с водкой и нарезанной колбасой в пакете. Остановились около каких - то хвойных кустов, тяпнули из горла по пятьдесят грамм, жарко дыша, заели колбасой.

- Как сразу тепло стало! - сказала вторая Наташа.

- А то! - серьезно ответила первая.

Они шли над замершим озером, пили по глотку через каждые сто шагов. Нашли в зарослях деревянную резную беседку.

 Беседка явно оставалась с советских времен. Внутри имелись скамеечки и граффити на темы футбола, рок - музыки, любви и секса. А над входом свисали толстые сосульки.

- Как изнутри красиво! - воскликнула пьяненькая вторая Наташа. - Как ледовый дворец!

Они сели на скамеечку. Водка располагала к беседе. Вторая Наташа рассказывала про свое детство, про Олега. Первая даже с водкой не распахнулась до конца. Пересказала роман "Ежевичный куст".

- Ты очень хорошо рассказываешь, - отметила вторая Наташа, - прямо заслушаешься.

На обратном пути домой они пели песни. Не какую - нибудь попсу, а реально русские песни.

"Напилася я пьяна"

"Ой, цветет калина"

"Когда б имел златые горы"

В контакте с водкой любая женщина с русскими генами вспоминает слова народных песен. Бог его знает, откуда. Из глубин Бессознательного, наверное.

Было уже темно, вышли на небо ледяные карельские звезды.

Младшая Наташа отправилась в душ, чтобы привести себя в норму перед Олегом. Старшая Наташа переоделась в красную, простых очертаний шелковую пижаму.

- Наташка! - хныкающим голосом сказала вторая Наташа, появляясь из душа в одном полотенце. - Посмотри, что у меня на спине? Чешется!

Без стеснения сняла полотенце. Первая Наташа увидела ослепительный блеск белой кожи. И маленький прыщик около позвоночника.

- Сейчас, я тебе его выдавлю, - сказала она.

А белый блеск был такой сильный, что она не удержалась и погладила ладонью сверху вниз.

- Классно! - на выдохе сказала вторая Наташа. - Сделай мне массаж, а? Олег мне делает... я просто тащусь!

- Давай.

 Вместо массажа было два - три поглаживания, а потом первая Наташа резким движением повернула вторую к себе лицом. И они впились друг другу в губы - аж страшно.

Алкоголь и карельские звезды хорошо оттеняли безумие. Поцелуй был бесконечный, как восьмерка. И пальцы первой Наташа и совершали восьмерочные поступательные движения. К ее удивлению, оказалось, что тепло и влага - это не противно. Наоборот.

- Еще, еще! - простонала вторая Наташа. И снова прилипла к губам первой.

 Ей было так хорошо! Лицом к лицу, и перед нею - не мужчина.

Первая стремительно и властно загнала вторую в оргазм, и наблюдала с восторгом, как та дрожит и плачет.

У второй Наташи было, видимо, очень много нервных окончаний. Она успела закончить свой волновой оргазм. И одновременно тоже задействовала пальцы.

Первая Наташа вскрикнула однократно. И легла рядом со второй, тяжело дыша.

Звездный свет и головокружение.

Потом стали звонить мобильники. У первой, у второй. Еще раз - у первой, и трижды подряд - у второй.

Тезки спали. Младшая Наташа положила голову старшей на плечо. Рука первой Наташи так и осталась у второй на животе, в районе треугольника нежности.

 

***

      Утро было розовое, ясное, и за окном падал мелкий весенний снежок. Вторая Наташа потянулась, увидела на столе маленький утюжок и желтую блузку, и вдруг вспомнила.

"Господи, какой кошмар! Значит, я лесбиянка! И она - лесбиянка... Но как же это? Олег, Игорь...»

 А около ее кровати стоял стакан апельсинового сока. Вчера его не было. Его поставили нарочно для нее.

Вторая Наташа выпила сок, и сразу стало легче. Ушел посталкогольный туман.

 В ванной шумела вода.

Вторая Наташа встала. Набросила халатик, причесалась перед зеркалом. Ночное извращение на лице никак не отпечаталось.

Она включила утюжок в розетку, и стала гладить желтую блузку первой Наташи, как вчера гладила рубашки Олегу.

Первая Наташа вышла из душа, как ни в чем не бывало.

- А я опасалась, блин, думала, проспим, - сказала она, - а встала, как всегда, в семь.

- Я тебе блузку погладила, - робко сказала вторая Наташа.

- Ну, спасибо.

Ни намека на ночное сумасшествие.

***

 

Вторая Наташа все утро поглядывала на первую и вспоминала удивительные ощущения.

Первая Наташа слушала лектора, щелкала клавишами. Костюм черный, блузка желтая, волосы замоделированы воском.

Глаза непроницаемые.

- Пошли, покурим.

На балконе у второй Наташи запел мобильник.

- Зайчик, куда ты вчера пропала? Я звонил, звонил…

- У меня голова разболелась. Я выпила таблетку и легла спать, - с виноватым лицом соврала Наташа.

- А, ну ладно, меня сегодня не будет. Завтра позвоню, окей?

Вторая Наташа вдруг заметила, что первая смотрит на нее насмешливо. После обеда они пошли к себе в номер. Старшая Наташа достала из чемоданчика "Полые холмы" и улеглась с книжкой на кровать.

- Я почитаю малец. А потом сходим куда - нибудь. Надо снова в диско завалиться, что ли.

Вторая Наташа свернулась в комочек и стала думать. Ее разрывало от мыслей, она хотела видеть свет в конце тоннеля, а видела только черную дребедень.

- Наташка! - приказала первая Наташа. - Зажги мне сигарету, тебе зажигалка близко.

Вторая Наташа немедленно это исполнила.

 

***

                               

 

В дискобаре первая Наташа снова заказала два "Тропика". И сидела в цветной игре огоньков, молчаливая, вся какая - то не такая.

Вторая Наташа хрустела чипсами и думала, думала, думала.

Появился Игорь.

- Вот дела! А я вчера обзвонился! И сегодня два раза звонил... что случилось, Наташка?

Первая Наташа задумчиво посмотрела на него. И сказала просто:

- Вчера пьяная была. А сегодня Наташкин парень уехал, она у меня ночует.

В течение вечера первая Наташа протанцевала два медляка с Игорем. Вторая Наташа наблюдала и цепенела.

Игорь проводил их до отеля.

 В номере вторая Наташа молча пошла в душ. У нее уже не было сил думать, и она чувствовала только тупую боль в висках.

- Наташка! Закрой окно, я открывала проветрить, - сказала первая Наташа по пути в душ.

Вторая Наташа закрыла окно, потушила свет, и при ночнике лежала, опять свернувшись комочком.

Первая Наташа вышла из душа и рассеяла всю звездную туманность. Залезла ко второй Наташе под одеяло и повернула ее к себе лицом.

 

***

 

Второй Наташе чисто эмоционально требовалось обсуждать. Первая Наташа была холодная, безразличная, и все утро в презентационном зале смотрела только на лектора и на монитор.

- Наташа, - осторожно спросила вторая во время перекура, - что будем делать сегодня вечером?

- Ну, у тебя же этот... Олег приезжает...

Вторая Наташа вздохнула. Про Олега думать было странно. Олег казался чужим, типа персонажем из сериала.

Пообедали. За обедом первая Наташа пересказывала "Полые холмы". Вторая заторможенно слушала.

- Ты так хорошо рассказываешь, Наташа...

-Здесь бильярдная есть. Сходим вечерком? - с неопределенной интонацией спросила первая Наташа.

- Сходим.

Впервые за все время в карельском отеле старшая из Наташ надела платье. Предельно короткое, черный с белым стрейч. Силуэт песочных часов вызвал у второй Наташи поток насыщенно - эротических образов. Она испугалась сама себя.

"Значит, я настоящая лесбиянка. Врожденная".

- Пошли, - позвала первая Наташа. И взяла ее за руку. Так, за руку, они и пошли.

 

***

 

- Наташка, я уже приехал, свободен! - сообщил Олег по мобильнику в восемь вечера. Девушки уже вернулись из бильярдной. Первая Наташа читала в постели, вторая смотрела в телек застывшим взглядом.

- Знаешь, я... Знаешь, я... Знаешь, я...

После троекратного повторения у Наташи выступили красные пятна над губами и на шее. Первая Наташа пристально смотрела на нее. Взгляд был материально ощутимый, как холод из морозилки.

- Я плохо себя чувствую. Хочу лечь пораньше.

Вторая Наташа закрыла мобильник и виноватым голосом сказала первой:

- Я, и правда, устала...

- Хм, - первая Наташа спокойно уткнулась в книжку.

- Может мне, все – таки, уйти? - спросила вторая умоляюще. - Ведь завтра этот... Игорь уедет…

- Да и пусть едет, блин! Ты прикольная такая, Наташка! Как будто у меня с ним любофф до гроба...

Первая Наташа спокойно позвонила горничной, попросила чай в номер. У нее оказались с собой в чемодане шоколадные печенья. И девушки стали пить чай с печеньями.

По телеку пела какая - то девичья группа. Вторая Наташа медленно плыла умом: аромат шоколада, духов "Кобра", сигарет, короче, запах первой Наташки делал ее совершенно не владеющей собой.

"Что же это со мной делается?"

"Что будет с нами?"

Не выдержав этих вопросов, вторая Наташа сама (впервые!!!) обняла первую Наташу за талию, поцеловала в губы.

 

***

 

Игорь уехал. А Олег звонил еще два дня, слушал Наташкино бессмысленное вранье. Смысл этого вранья Олег наглядно обозрел вечером третьего дня. Две Наташи стояли на мостике через искусственный ручей и смотрели на звезды над озерами и лесом. При этом первая Наташа держала вторую за талию.

Это была та стадия страстей, когда скрывать их уже невозможно.

- Приветик! - сказал Олег с презрением. Презрение содержало в себе процентов сорок брезгливости.

 Настоящие мачо обязаны презирать лесбиянок. И почти так же строго обязаны любить порно с их участием.

- Теперь понятно, чем ты заболела!

За презрением Олега стояли всякие другие чувства, комплексы и непонятки.

 Если бы Наташка загуляла с другим парнем, это было бы анализируемо. А такое...

Олег же не знал про книги, в которых преобладали мужчины, про отрезанные волосы, инцестуальные отклонения, про всю эту психологическую муть.

- С башкой у тебя не в порядке! Тварь ты мелкая! Приехала сюда за мой счет, а теперь... Извращенка хренова!

Вторая Наташа не умела быстро придумывать ответы на мужские наезды. Первая же так стремительно шагнула к Олегу, что он испугался.

 У нее слишком агрессивно сузились зрачки.

- А не пошел бы ты отсюда! Нашелся тут... командир гондонной фабрики! Вали, я сказала!

 Эту минуту Олег запомнил на всю свою жизнь. И никому не рассказал бы об этом.

Остервенелая девка - лесбиянка хуже профессионального бандюгана.

Ну их всех к чертям, извращенцев этих, голубых, розовых, пусть лечат свои свернутые мозги, а нас не трогают.

 

***

 

Наступил последний день. Алкогольные забвения и трезвая нежность, звезды, искры, эротические открытия и раскаленные эмоции - все, все кончилось.

Девушки возвращаются в Питер. В одном автобусе. Но затем они разойдутся насовсем.

Наташа - первая нырнет в книги, Бейсик и короткие яркие связи с мужчинами.

Наташа - вторая уйдет в душевную пустоту - без Олега, без никого.

 Приступ сумасшествия кончился.

Всю дорогу первая Наташа читала "Короли Альбиона". Вторая смотрела в окно на серо - бурые пейзажи и подавляла в себе слезы.

Так и не поговорили по душам.

"Она такая закрытая… бесчувственная... точно, как парень. Использовала меня и бросила..."

Доехали. Вокзал. Пассажиры вытаскивали свои вещи из автобусного брюха. А вторая Наташа стояла в сторонке  и ждала, чтобы все ушли. Гадские слезы все - таки полились, она не хотела, чтобы кто - то их видел.

Первая Наташа подошла к ней с двумя чемоданами и ноутбуком.

Прощаться! К черту! Молча ушла бы, не так мучительно.

- Натаха! Возьми свое, мне все руки оторвало! Пошли!

 

***

- Куда? - голос у второй Наташи задрожал.

Первая посмотрела на нее иронически.

- Такси поймаем! Отвезу тебя, а то так и будешь тут стоять. Чукча таежная!

Вторая Наташа бежала за первой и смеялась совершено глупым смехом

- Говори свой адрес! - командовала Наташа - первая в такси. - Мобильник у тебя далеко? Запиши мой номер. У тебя Билайн?

- Билайн, - ответила вторая Наташа.

Она не переставала улыбаться. В ее мозаике щелкали стеклышки: голубые, салатовые, желтые. И ни одного черного. Так иногда (хотя и очень редко) складываются узоры.

Разноцветные огоньки отразились в зрачках первой Наташи. Она тоже улыбнулась.  Более сдержанно, конечно. Все - таки, она доминирующая...