BABYLONIACUS FORNICARIA/ БЛУДНИЦА

Что отличает нас от животных, так это то, как протекают процессы знакомства. У нормальных людей сперва Отношения - Секс, а не как у животных, Секс - Отношения. Узнали себя? Да? Так вот, положа руку на сердце, я животное!

Я встретила его в близлежащем казино, вернее, это он меня встретил. Все происходило так стремительно. Даже слишком. Он с самого начала казался мне подозрительным, только я никак не могла понять почему? То ли это его очки, которые потели через каждые 3 минуты, то ли неправильная форма его черепа, а может его каучуковая залысина?

- Ты принесешь мне удачу, выпалил он.
- Спасибо, а у тебя ещё жетоны есть?
- Играешь?
- Скорее балуюсь.
- Держи.
- Нет, знаешь, я передумала, оставь их себе, и вот, нашла ещё, возьми мои.
- А ты ничего.
- Начинается, я ведь просто делюсь! Я такая по натуре, щедрая.
- И красивая.
- Ну, если разговор приобретает такой оборот, чтож, тогда пошли, развлечемся.
- Пошли.
- Куда пойдем? К тебе?
- Здесь рядом мотель есть один.
- Идея не блеск, но сойдет. А теперь ноги в руки и пошли.
- Крошка куда такая спешка?
- И в правду, давай сначала доедем до бара, а потом обратно заглянем в Мотель.

Мне казалось, что мы ехали очень медленно, почти не двигаясь с места. Убранство ночного квартала оставалось жутко грязным, вонючим и пустынным. Ну и дыра, подумать только, а живу здесь больше 5 лет и ничего не меняется. В итоге, мы таки добрели до бара Spirit, Fresh. Неоновые логотипы, девочки в мини, обшарпанные комнатки для уединения, украшенные дешевой мишурой Уорхоловской эпохи, скромные, но зато опрятные столики. Отчего-то повеяло тоской. Необратимо серо и скучно, и ничего не меняется. Ни драки, ни громогласного ТВ, радио.

После легкого закусона и 4 бокалов вина, я пошла проблевалась в кабинке, немного обделав штаны и блузон. Неужели этот идиот вздумал меня отравить? Я достала станок из сумочки, и, закрыв дверь на задвижку, минут 5 ковырялась с собственной пипитой, - это один из способов как я борюсь со стрессом, второй, смотрю чернуху. Снова остались порезы, огромные багровые порезы, и тут пошла отвратительная сыпь, переросшая в раздражение, это жутко меня изводило, почти до припадка. Собравшись с остатками своих сил, и обмыв лицо, я вышла, немного потрепанная, но зато живучая, на подъеме, с игривой улыбкой на перекошенном лице. Мама родная бы не узнала.

Он, по всей видимости, ничего не заметив, предложил отправиться в мотель Лукреция, и что за дибильное название? У меня уже не было сил. О, как я заблуждалась, как заблуждалась.

В машине меня круто растрясло, даже немного полегчало, поэтому порог зачахшего мотеля я переступила бойкая и где то даже похорошевшая. Видно, я себя недооценила. Силенок прибавилось с лихвой. Я была полна энтузиазма провести эту ночь с пользой. Моих чувств, накала, энергии, хватило бы за двоих. Я всегда подсознательно чувствовала, что кроме сексуального покровительства я могу дать больше, с другой стороны, надо ли это большее давать? Может лучше сберечь на черный день? Да, я ценю интеллектуальную близость не меньше физической, но разве будешь в пьяном угаре рассуждать о Мольере?
Сев на кровать, я стала тыкать свою бесноватую грудь ему в лицо. Его язык лавировал по моей ложбинке, потом, стал переходить все ниже и ниже. Это удовольствие продлилось не так долго, как мне хотелось бы. Он быстро завелся и стал домогаться. Я уже порвала на себе колготки, и была готова принять позу, как он, несколькими секундами ранее, стал судорожно растягивать все свои треклятые 33 кнопки и потом безудержно рыться в карманах джинсовок в поисках резины.

- Оставь это! Тик так, время уходит.
- Ну, слушай детка, это глупо. И для тебя и для меня. Я так не могу, давай я все таки надену..
Я без лишних слов сжала его пенис сквозь ещё не снятые джинсы, и он был напряжен, даже перевозбужден. Я ощущала, как его венки проступали, и головка медленно набухала. Вздернув назад волосы, я, что было сил, разинула рот и поглотила его. Теплый и влажный язык лакировал его припухшую головку. Потом я уже собиралась сесть в позу наездницы, как вдруг, парень сильно расслабился и его хуй стал падать, ниже и ниже; В итоге член совсем упал.

- Что за хрень?! Ну, ты что, не будешь? Это утомляет меня.
- Я не знаю, что это со мной, я видно перебрал. Ты не могла бы ртом немножко..
- Опять стимулировать?
- Да.
- Ок, тебе повезло, у меня есть совесть женщины. Узнай же, как это делает настоящая леди. И в этот момент, как бы смешно это не звучало, он раздвинул ноги.

Я резко развернулась задом, повиляв бедрами, сняла с себя верх и уже на готове был низ, затем, я повернулась к нему, и провела влажным языком по плоскому лбу, обхватив его пухлые щеки ладонями. Плавно переходя на лицо, я потом пошла ниже, на шею, и, расстегнув его лиловую рубашку, стала целовать грудь. Потом я начала сосать. Он корчился от боли так, как будто я не лизала головку, а грызла фундук. Меня всю выворачивало, когда я наблюдала с низу за его конвульсиями. Меня резко затошнило, но я продолжала. Не удержавшись, я блеванула на его волосатый хмырь. Блеванула, всего и делов.

Пока он домывал свое достоинство, и выругивался, я по-тихому вышла из номера, гримасничая от радости, что с собой удалось прихватить его ключи и бумажник на имя Рази бла бла бла, с фамилией трудно читаемой и аналогично произносимой. Ну и дураку понятно, что я помчала как можно дальше от этого габонского пристанища.

Я подаю надежды, - я лидер. Думаю, если бы я не была профессиональной проституткой из меня бы вышел отличный карманник. Я действительно была многого лишена. И вот теперь, я краду, чтобы оградить себя от самоубийства, я краду, чтобы испытать оргазм, я краду, чтобы не напиться, краду, чтобы не убить, краду, чтобы выжить.

ВОСХИТИТЕЛЬНО, УДИВИТЕЛЬНО, ПОРАЗИТЕЛЬНО ИЛИ ЕЩЁ ОДИН ЛЮБОВНЫЙ TROUBLE.

-Вау, ты, ты ли это?
Я узнала её. Меня всю затрясло. Не может быть!
- Я сначала тоже тебя не узнала, потом, смотрю, да нет, вроде ты. Алтеа, боже мой, это ты!
- Ну привет, Надин, а ты изменилась?
- Лично я от этого не в восторге. Как ты вообще? Сколько лет прошло, с нашей последней встречи?
- Много, достаточно много, чтобы мы смогли позабыть, как кто из нас выглядит.

Меня так и подмывало её сказать, какая она стала тучная и не красивая, эти грязные, замызганные в детском питании джинсики, которые были порядка на два размера меньше, от чего её коровьи ляжки просто отвратительно смотрелись. Это было то, что было на самом деле, но я солгала. Я тоже никогда не была супер красавицей. Но она?! Из каких морей приплыла эта дутая плацента? Каким ветром её сюда занесло? Зачем она, вообще со мной поздоровалась?

- Я нахожу забавным твой милый вязаный свитер, и джинсики, ничего такие. Только вот не пойму, а куда делись шмотки из бутиков прежней Алтеи, юбки по не балуйся, откровенные блузоны, ты вроде все также стройна?
- Это все в прошлом, уж извини. Теперь я мать, а знаешь, у матери свои заботы, свой гардероб, более практичный и не такой уязвимый, впрочем, откуда тебе знать.
- Да, и в правду, откуда, да и от кого.
Мы обе глупо хихикнули.
- Мне 35 Надин. Я всегда могу влезть в свои спортивки, и я буду счастлива в них, знаешь почему? Потому что мне больше не нужны раздевающие взгляды прыщавых подростков, мне больше не надо одеваться как последней шлюхе. Я человек семьи, и теперь я часть этого мира, семейного. Понимаешь?
- Пытаюсь понять.
- За эти годы многое во мне изменилось. У тебя есть минутка?
- Да, я не спешу. Даже две найдется. Я ведь...
- Отлично, а то пока мои детки-конфетки с папой на каруселях, мне нужно себя чем-то занять. Ты не против, если я тебя немножко нагружу? Извини, Надин, что я перебиваю тебя.
- Ничего.
- Я что-то сказала не так?
- Пустяки, вперед, загрузи меня, чем нибудь, чем угодно.
- Мне так не хватает общение, банально, не хватает с кем поговорить по душам. Только дети и муж, два угла одного ринга.
Она опять по-дуратски хихикнула.
- Разве не этого ты всю жизнь хотела?
- Да, они поддерживают во мне чувство ответственности и любви. Без них я ничто.
- Увы, твоего мнения я не разделю.
- Ты всегда была конченой эгоисткой.
- Не хочешь прогуляться до стоянки с такой конченой эгоисткой как я?
- Ну давай.

- Чем ты сейчас занимаешься?
- Как видишь, путешествую налегке, там, сям, где подвернется, работаю, но не спрашивай кем, я все равно не отвечу.
- А, ну понятно.
- Да что тебе понятно. Пеленки, мази, ванночки, - это ведь теперь твой мир! Так я тут и выложи тебе все свои карты, ради чего? Чтобы ты поглумилась надо мной лишний раз!
- Не кипятись, спокойно!
- Все могло быть иначе!
- Я не хочу иначе, Надин, и тогда не хотела.
- В этом нет никакого смысла?
- Очень даже есть.

- Тебе удобно?
- Да, машина хорошая, твоя?
- Нет, одолжила у приятеля покататься, ему она пока не нужна. Нравится?
- Какие щедрые люди пошли.
- И не говори. Мне на таких везет. Может, включим музыку?
- Нет, знаешь, давай просто поговорим, я не хочу отвлекаться. С минуту на минуту мне должен позвонить Крис.
- Крис?
- Мой муж. Надо будет вас с ним обязательно познакомить, заодно, и с моими крохами познакомишься.
- Я пас, извини.
- Да ладно, не всю же жизнь жить в тени? У тебя появилась девушка, или может быть парень?
- Что тебе до этого?
- Спортивный интерес.
- Я не хочу об этом говорить, это все, через чур сложно.
- Значит, нет.
- Знаешь, Надин, я очень рада что встретилась с тобой. Ты стала такой, такой независимой, модной, теперь ты похожа на городскую девушку. Ты мне правда такой очень нравишься, я безумно рада за тебя!
- Чтож ты тогда мне так и ни разу не позвонила?
- Ой, мне надо идти, время. Я не хочу тебя отвлекать, а тем более злить. Прости, но, давай, как нибудь созвонимся на недели, а? Обещаю. Только ты и я.
- Нет, брось. Ещё минут 5 посиди, мы так давно не виделись, я хочу тебе ещё столько всего рассказать, ты просто обзавидуешся.
- Может при других обстоятельствах тебе бы это и удалось, но сейчас, прости, мне правда пора.
- Стой. Как тебе? А? Классная песня?

I'M EMPTY, I NEED FULFILLING, YES I DO LOVE
TO THE CEILING, WHEN I DO LOVE
I GET THIS FEELING WHEN I'M IN LOVE

- Выключи, Надин, не ребячься.
- Я без намеков, это все Gwen Stefani
- Между нами уже все давно..

И тут я жадно впилась губами к её губам. Она не долго сопротивлялась. Это занятие щекочет мои нервы — от головы до самых пят, которые застревают в подголовнике водительского кресла. В бок не впивается рычаг коробки передач. Твоим коленям удобно, твоя улыбка дразнит меня, моя спина покоится на мягком и ровном ложе. Я не могу мыслить гетеросексуально, просто хочу подарить тебе себя, - мягкий извернувшийся комочек ласки и сострадания. Я хочу вспомнить, как это было пять лет назад? Как хорошо это был? Свежие, отдохнувшие, молодые и привлекательные. Хорошо ли тебе с ним так же, как со мной сейчас? Кто ты сейчас?

Мы растворяемся друг в друге. Я вынуждена терпеть тебя, твой потрепанный и часто эксплуатированный вид, твои обвисшие груди, твои потреснутые, от кормления грудью, соски, все твои производственные дефекты, потому, что я хочу тебя, хочу тебя сильнее прежнего, и я залижу тебе раны, я хочу помочь тебе, не только потому, что ты сама не в состоянии это сделать, нет.

Медленно я опускаюсь на колени. Моя грудь касается твоих ног. Ты к взрыву готова... Мольба и страсть смешиваются в нас, и ты никуда не спешишь. Я хочу быть сверху! Ты будешь подо мной, и так продлиться до тех пор, пока я не разрешу тебе встать и уйти.

- Все. Пусти. Я опаздываю. Девять звонков от Криса.
- Да хоть сто девять, мне все равно. Подожди, любимая.
- Надин, я прошу тебя. Я другая, извини, открой дверь!
- Я не открою!
- Открой мать твою эту дверь!
- Все ведь так хорошо начиналось, все было блестяще, пока не закончилось!?

Я открыла и отпустила. Она шла настолько быстро, насколько могла. Периодически, поправляла волосы и сползающие вниз рукава. При этом, она изобильно жестикулировала, когда разговаривал с мужем по сотовому.

- Алло, Крис, да, извини, я в парке заснула. Устаю, видимо. Да, я уже подхожу, ждите меня, у тебя с собой присыпка? Что? Как она ударилась? О боже! С ней все нормально?

Восхитительно, удивительно, поразительно, - но даже с этим шухером на башке, она не теряет своей было привлекательности. И все-таки, что-то в ней есть, и это что-то, досадно, но больше не принадлежит мне.