Мои девочки не расстаются со мной никогда. Они живут в моем доме, одеваются  то, что я им выберу и смеются, когда я пожелаю. Куда бы я не поехала, они со мной. Потому что они живут в моей голове, в мыслях и памяти, и что бы я не видела вокруг себя: блики солнца на воде, мокрый асфальт, грязные стенки подъезда, цветы или окурки - я вижу моих девочек.

Лена. Никогда мне, ярко выраженному сенсорику, не потерять ощущения гладкости ее снежно-белой кожи. На боках и внизу спины кожа поблескивала, как дорогая ткань. И запах волос у нее был совершенно особенный - то ли корочка пшеничного хлеба, то ли жареный каштан. Вкусная, сияющая, сладкая - такая у меня Лена.

Олька. Худющая,  длинноволосая, насмешливая, с хулиганскими словечками и выходками. Перед глазами картинка - Олька присаживается отлить на обочине большого шоссе, среди бела дня. Причем, даже не снимает трусов - просто оттягивает тонкую веревочку стрингов в сторону. Что поделаешь, такова Олька.

Аля. Миниатюрное существо, как будто выточенное из редкостного дерева. То ли смуглая, то ли золотая. Полудетский голос. Наивные разговоры. Наивные просьбы: "Ты не купишь мне мороженое? У меня совсем нет денег..." Так бы взяла на коленки и покачала эту Альку.

Ирина. Маленькая и сильная, упрямая и неожиданно слабая, когда дело касается чувств, эмоций, sex appeal. Не могу сказать, что мне нравился ее мальчишеский стиль одежды. Скорее мне нравилась именно эта ее слабость, и еще то, как сам собой раскрывался ее бутон под моими пальцами. Двойственная Ирина.

Инусик. Милейшая улыбка. Зеркально-карие глаза. Запах черной ванили, сладко дергающий нервы даже в воспоминаниях. Мне нравилось наблюдать, как она делает гимнастические упражнения. Ей нравилось смотреть, как я рисую на компьютере. Наши души ложились друг на друга, как черная клавиша фортепиано - на белую. Гармоничная Инусик.

Где теперь мои девочки - в офисах? дома, на кухне? в России? в Америке? замужем? живы ли? счастливы ли?

Думаю, да. Потому что они со мной.