Антуан де Плеси, благородный рыцарь ордена св. Себастьяна, избранный епископ святой инквизиции, после практически месяца изнурительной качки сошел на берег провинции Фудзоку. Он прибыл в Японию в сопровождении сестры, миловидной шатенки мадемуазель Жаклин де Плеси, полный решимости нести святое слово и христианское просвещение еретикам этого света.
Выходец из знатного, но обнищавшего рода, который брал свое начало от одного из бастардов Людовига 12, короля Франции, этот светловолосый и сероглазый мужчина, в красной сутане, будучи ещё юношей, не вынося вида голодных глаз трех младших сестер и не встающей после смерти пропойцы отца, матери, ушел в священники, надеясь с помощью церкви, хоть немного подправить бедственное положение семьи.
И поправил.
Почти за пятнадцать лет, он сумел, удачно влившись в свиту предыдущего Епископа Ажена Маттео Банделла, стать его приемником.
Удачно выдав замуж двух близняшек, и их браком улучшив свое материальное положение, Антуан задумался о судьбе самой младшей из сестер, Жаклин, которой недавно исполнилось семнадцать лет.
Прелестная кареглазая малышка хотела разделить судьбу брата, став послушницей в монастыре св. Лилиан, что честолюбивого епископа совершенно не устраивало.
Со скупостью ростовщика, братец оценивал её красоту, манеры и невинность, подыскивая наиболее выгодную партию.
Такой цветок достоин только лучшего и богатого садовника.
Пытаясь переубедить сестру, Антуан взял её с собой, отплывая по поручению Кардинала Федерико, главы ордена иезуитов в Японию, где он должен был возглавить местный орден посланных туда рыцарей и укрепить влияние католиков.

- Милый мой, брат, Антуан – нежный, мягкий голос сестры, заставил мужчину очнуться от мыслей и посмотреть, а её сторону.
- Да, дитя моё? – мягкий звучный баритон, прозвучал довольно ласково, не коснувшись серых глаз, отливающих сталью.
- Я верю, всей душой, что вы именно тот человек, который поставит эти заблудшие души – она, улыбнувшись, указала на многочисленную толпу иноземцев, заполнивших порт – на истинный путь.
- Жаклин, молитесь и бог не оставит нас – твердо произнес Антуан, уверенно ступая по земле Японии.

Розовые лепестки сакуры кружились над их головами, приветствуя незваных гостей, напоминая о скоротечности бытия, которое неподвластно никакой религии.