Банкет был запланирован на девять вечера, сразу после торжественного открытия. В самой галерее были оставлены управляющие и распорядители, продолжающие развлекать гостей и журналистов, а семейство Мэрдоков и их, так называемый избранный круг, направились в свою резиденцию. Вот уж не думала, что окажусь в логове врага. Пару раз у меня мелькнула мысль передумать под каким-нибудь благовидным предлогом, но когда я вспоминала, как на меня смотрела жена мэра и его отец, я тут же выкидывала недостойные мысли из головы. Никогда не пасовала перед трудностями, тем более перед назойливыми неприятностями.

Помимо меня на ужин были приглашены также семейная пара Гамильтоны, которые докучали мне своими рассказами про новое поместье, одна пожилая вдова какого-то, кажется, барона Фон Рэйхен со своей внучкой, начальник местной полиции Милтон, еще трое  крупных бизнесменов, два представителя политической элиты с женами, отец того самого предмета воздыхания моей сестры и местный судья Гордон. Честно говоря, это были все самые влиятельные люди нашего города. Конечно, после смерти предыдущего мэра ходило много разных слухов. Джон Фаррэл был хорошим другом моего деда, всегда поддерживал и направлял меня. Я никак не могла поверить в то, что такой сильный духом человек скончается от сердечного приступа. Но чему тут удивляться, с такой-то работой. После этого случая пост мэра пустовал почти полгода. За него боролись несколько человек, присутствующих в этом зале, но в конечном счете победил именно Уолтер Мэрдок не без помощи своего папочки, конечно. Теперь, видимо, он считает своим долгом задабривать всех потенциальных врагов и соратников. А открытие галереи – отличный повод собрать всех вместе. Ну что ж, посмотрим, что из этого выйдет.

Я старалась как можно меньше смотреть в сторону девушки в белом костюме, хотя это оказалось довольно сложно, учитывая, что она была, чуть ли не в центре всеобщего внимания. Сначала мы собрались в зале для приемов, нам подали напитки, играли приглашенные музыканты, довольно неплохо играли. Судья Гордон, уже изрядно выпивший еще на открытии, теперь пытался, видимо, подкатывать ко мне, что выглядело бы забавно, если бы не было так противно. Совершенно не в моем вкусе, низенький, кривоногий, к тому же с ужасным запахом изо рта. Был еще один из бизнесменов, не такой отталкивающий, но все же не слишком приятный, который постоянно скабрезно шутил и сам же громко смеялся над своими шутками. Неужели сегодня вечер никудышных ухажеров? Еще меньше мне хотелось общаться с женской половиной этого странного сообщества. Куриное царство. Я уже начала было нервно поглядывать на часы, когда ко мне подошел Рональд Милтон, высокий худощавый с аккуратной бородкой. Я всегда считала его привлекательным, даже по-своему сексуальным, хотя между нами никогда ничего не было. Лучше не заводить любовников среди полицейских, потом проблем не оберешься. Мы не всегда совпадали с ним во мнениях и частенько  вступали в легкие перепалки, но в целом наши взаимоотношения были ровными, неконфликтными. Хотя как представитель власти, без отсутствия главного аргумента власти, а именно денег, он слишком недолюбливал нашего брата.

- Эти Мэрдоки, как всегда, устраивают все с размахом. И все ради чего? Продемонстрировать всем свою жену или толщину кошелька? – спросил он, как всегда в прямолинейной манере.

- Понятия не имею, - ответила я ему. Хотелось бы мне знать.

- Черт, терпеть  не могу такие сборища, - пробурчал он, делая большой глоток виски.

- Зачем тогда поехали? – съязвила я.

- Лучше уж присутствовать лично, чем потом услышать из третьих уст, - недовольно сказал он.

С этим, как ни крути, я была  согласна. В этот самый момент я почувствовала на себе чей-то взгляд. Он так и буравил меня, готовый прожечь насквозь. Я слегка повернула голову и столкнулась с глазами цвета морской волны. Даниэлла стояла в сторонке рядом со своим свекром, который ей что-то тихо говорил, и, не мигая, смотрела прямо на меня. Уж не знаю, меня ли они обсуждали или она смотрела на меня просто так, машинально, но почему-то от этого взгляда мне стало жарко.

-  И откуда она только взялась? – сказала я неожиданно для себя вслух. Милтон тут  же проследил за моим взглядом и пробормотал:

- Да уж. Она точно не местная. Младший Мэрдок откуда-то ее привез, говорят из столицы. Надо бы мне порыться в ее биографии.

Порыться в биографии – это отличная идея. Стоит и мне навести свои справки.

- А хороша, чертовка. Лакомый кусочек он себе отхватил. Но что-то в ней есть подозрительное, - задумчиво продолжал начальник полиции. Это уж точно. Наметанный глаз копа ничто не обманет. Видимо, отсутствие информации и было главной причиной, по которой я все еще не могла выкинуть эту девушку из своей головы. В своем городе я знаю все обо всех, и даже побольше начальника полиции. А про нее пока что не знаю ровным счетом ничего. Я даже почувствовала облегчение от найденного мной простого объяснения моего непонятного взбудораженного состояния.

Я все еще продолжала стоять и смотреть на нее, когда совершенно неожиданно та мне слегка улыбнулась. Ее улыбка была… Черт, она была…  Я никак не могла подобрать подходящего слова, но к своему ужасу я почувствовала, что начинаю краснеть, чего со мной не случалось со школьной поры. Тут же отведя взгляд, я уставилась на своего собеседника, воспользовавшись его обществом, как предлогом. От удивления у него даже бровь дернулась:

- Что это с вами? Смотрите на меня, как будто я голый, - крякнул он.

- Милтон, не мелите чушь. Я просто подумала, что это отличная идея навести справки про жену нового мэра. Все-таки она теперь играет немалую роль в жизни нашего городка, - выкрутилась я, стараясь вернуть себе самообладание. Эта женщина уже который раз лишает меня равновесия.

- Ааа, - протянул он, - только не стоит об этом распространяться. Все-таки она не кто-то там с улицы. Не хотелось бы, чтобы это дошло до мэра и его папаши.

- Не волнуйтесь. От меня они точно ничего не узнают, - уверила я его, уже полностью вернув себе хладнокровие.

В этот самый момент я отчетливо поняла, что хочу знать про загадочную блондинку все, что только можно. Я не привыкла быть неподготовленной. Меня слишком часто за один вечер заставали врасплох. Пора было начать наступление. Повернувшись вновь к Даниэлле, я увидела, что она уже общается со своим мужем. Вдруг девушка снова повернулась ко мне, и теперь уже я демонстративно смотрела на нее, выражая полное пренебрежение и давая понять, что готова принять ее вызов. Она даже запнулась на полуслове, слегка наклонив голову в знак удивления. Кажется, мне удалось пошатнуть ее чувство превосходства. Приготовься к войне,  милочка.

Через несколько мгновений музыка прервалась, и в центр зала вышел Уолтер Мэрдок:

- Дамы и господа, прошу вас пройти к столу! Вы, наверное, уже заждались! – улыбнулся он и указал в сторону открытой двери, ведущей на террасу. Гости неуверенно переглянулись, с любопытством ожидая, что же ждет всех дальше, и стали продвигаться в указанном направлении.

Вечер был довольно теплым, несмотря на то, что солнце уже село. Терраса в поместье была внушительных размеров и на ней легко смог поместиться длинный стол со стульями, способными уместить нашу немаленькую компанию. Развешанные повсюду фонари освещали все пространство не хуже, чем в дневное время. Дом был огромным и старым, времен гражданской войны, построенный еще дедом нынешнего главы семьи. Трехэтажное белое здание, с колоннами, террасой, длинной мансардой, подъездной дорожкой, к которой спускалась мраморная лестница. Территория, принадлежащая Мэрдокам, была огромная. Вид, открывающийся перед нами, мне чем-то напоминал сады Версаля, за исключением отсутствия фонтанов.  Уходящая вдаль дорожка, окруженная аккуратными, подстриженными деревьями и клумбами упиралась в гигантский бассейн. Сейчас весь сад освещали яркие, высокие фонари. Во всем чувствовалось роскошь и богатство, которыми так любили кичиться Мэрдоки.

После того, как все расселись, и официанты начали подавать первые блюда, за столом постепенно начались разговоры.

- Господин мэр, расскажите нам, как вы познакомились с вашей очаровательной супругой? – неожиданно громко спросил один из чиновников. Уолтер тепло улыбнулся и взглянул на жену, которая в это время так же тепло смотрела на него. И почему меня так раздражают эти сантименты?

- Мы познакомились в Вашингтоне, когда я ездил туда по делам. Мы встретились совершенно случайно на одном официальном мероприятии, и я понял, что это моя судьба! – гордо заявил он.

- И как давно это было? – теперь уже жена этого чиновника вступила в разговор.

- Полгода назад, - заявил мэр.

- Так недавно? И когда же вы сделали предложение? - не унималась дама.

- На следующий же день, - рассмеялся мэр.

- Вот это любовь! – мечтательно воскликнула она.

- Сумасшедший, - услышала я бурчание Милтона.

Вот уж точно. Я знала Уолтера почти с рождения. Он всегда был достаточно сдержанным и дальновидным. Не таким наглым и расчетливым, как его отец, но и не безрассудным юнцом. Влюбиться за один день! Это никак не было на него похоже. Насколько я знаю, у него даже не было одновременно двух подружек. Иногда мне казалось, что женщины его вообще не интересуют. А тут на тебе! Я даже не сдержалась и еще раз внимательно посмотрела на предмет его воздыханий, хотя дала себе зарок этого не делать. Слава богу, она продолжала смотреть на своего мужа, и у меня появилась возможность разглядывать блондинку, не привлекая ее внимания. Конечно, она была невероятно привлекательна, честно призналась я себе. Но я знала многих красивых женщин, которые не добивались таких легких побед.  Да что он в ней нашел?

- И что же, она сразу согласилась? – спросила внучка баронессы.

- К моему величайшему изумлению, да, - радостно сказал он.

- Просто мне еще никогда не делали такого формального предложения руки и сердца, - усмехнулась Даниэлла, демонстрируя ямочки на щеках.

- То есть это была любовь с первого взгляда? – спросила очередная дама.

- Определенно, - проговорила Даниэлла, широко улыбаясь. А вот этому я сразу не поверила! Было в ее любящем взгляде, обращенном на мужа, что-то фальшивое, ненастоящее. Ты что-то скрываешь, дорогая! И я выясню, что именно.

После ужина народ начал постепенно разъезжаться по домам. Сэмюэль вместе с Уолтером провожали гостей, как и полагается хозяевам дома. Мэр даже произнес торжественную речь:

- Дорогие дамы и господа, спасибо вам за то, что приняли наше приглашение. Надеюсь, в дальнейшем нас ждет плодотворное сотрудничество в самых разных областях!

Я все надеялась, что повод для этого ужина будет каким-то более значительным. Но к моему разочарованию, все прошло спокойно и даже скромно. Где-то внутри меня закралось странное ощущение, как будто все затевалось не для демонстрации жены мэра нам, а наоборот.

Когда я прощалась с членами семейства Мэрдок, Уолтер распинался в любезностях, а Сэмюэль многозначительно проговорил:

- Я бы хотел переговорить с тобой, Алана, в ближайшее время. Наш прошлый разговор еще не окончен.

- Он окончен, мистер Мэрдок, - отрезала я.

- Ты ошибаешься, дорогая, - хихикнул он, расплываясь в своей хитрой улыбочке. - Это мы еще посмотрим.

Уже собираясь, наконец, направиться к выходу, я была внезапно остановлена прохладной ладонью, которая опустилась мне на плечо. Мелодичный голос произнес:

- Мисс Маккейн, я надеюсь, что вы еще заглянете в мою галерею? Я успела заметить, что вас заинтересовало несколько работ. Я могла бы уделить вам время, когда вам будет удобно, - проговорила жена мэра. И как она умудряется каждый раз лишать меня спокойствия. Когда она только успела заметить что-то там в галерее? И главное, что ей от меня нужно?

Опустив взгляд на покоившуюся все еще на моем плече руку, я слегка дернулась, давая понять, что мне это неприятно. Рука тут же упала с моего плеча.

- А я-то думала, что вам было не до этого. Благодарю покорно за приглашение, миссис Мэрдок, - выделила я последние два слова, - но у меня слишком много дел. Все расписано на несколько недель вперед.

 Не хватало еще мне снова встречаться с этой особой. Глаза бы мои ее больше не видели. Как же приятно было лицезреть мелькнувшее в ее глазах разочарование.

- Что ж, если передумаете, дайте мне знать, - сказала она и снова вернула на лицо маску безразличия.

- Непременно, - улыбнулась я ей своей самой обезоруживающей улыбкой. Но глаза мои при этом излучали полнейшее равнодушие. Не ты одна умеешь играть в игры.