Ветер подует, сорвётся душа
с тонкого стебля,
вдаль полетит, над землёю кружа,
долом, да степью.
 
Пухом прозрачным, без тела уже,
выше и выше.
Эй, одуванчик, ты птица ужель?
В ангелы вышел...
 
Ладно, простимся... Надолго? — Навек!
Памятной свечкой
разве закончен весёлый набег
жизни на вечность?
 
Семя рассыпав, других породил,
племя воздушных,
тех, что не знают седла и удил,
в небе их души.
 
Сердце созреет, осыплется в срок,
что ж, не впервые.
Знает с рождения каждый росток:
вырыты рвы им...
 
Помню, конечно, об этом и я.
Осень, лужайка...
Дуну на пух бестелесный, смеясь,
к Богу ступай-ка!