Вчера я услышал одну из интереснейших легенд об амазонках, и это подтолкнуло мой разум к раздумьям. Как мы все знаем, амазонки были прекрасными и сильными девушками-воинами, чудесными всадницами, живших самостоятельно, раздельно от мужчин в далекие века. Представители сильного пола им необходимы были лишь для прагматичных целей, личных утех, само-собой. В наши дни их называют феминистками. Предание повествует, что амазонки с захваченными во время боя мужиками вытворяли страшные дела (прежде, чем приступить собственно к удовлетворению личных природных желаний). Они им дробили руку либо ногу не только для того, чтоб пленные не могли физически сбежать, но и чтоб те становились активнее в сексе. Смысл был вот какой: в случае, если что-то кое-где отнять, тогда где-то добавится. Следуя такому же правилу, они жгли огнем правую грудь дочерям, чтобы рука с того же боку была сильнее от дополнительного питания. Таким образом, когда лишить мужчину конечности, сила этого органа уйдет в член! Оставим комментарии за бортом, ведь я веду вот к чему.
Прослушав данную легенду, я вспомнил историю моей знакомой, ее имя Маруся. Так вот, она подтолкнула меня сформулировать понятие «комплекса амазонки». Суть в том, что, как сама она мне рассказала, ей постоянно были интересны хромоногие мужики. Они вызывают у нее невинное ощущение сострадания, перерастающее в ласковость, потом и в склонность. Еще в школе она встречалась с парнем, который с ней познакомился, когда он передвигался на костылях, поскольку повредил стопу, угодив под автомобиль. В лицее таких юношей было два. В конце обучения она встретила ее нынешнего мужа. Встретились они на пляже, он прихрамывал на правую сторону, потому как вывихнул стопу во время игры в волейбол. Маша посмотрела на и потеряла голову. Сердечко ее затрепетало, как было и ранее, в общем, поговорив с ним часок-другой, она втюрилась. И несмотря на то, что травмированная конечность со временем прекратила болеть, Коля впредь не хромал, она его не разлюбила, а даже стала его женой. Любопытно то, что Маша не осознавала сама, из-за чего ей так симпатичны хромые представители сильного пола, поскольку на мужчин с вывихнутой рукой либо перевязанным черепом она глядела спокойно, без никаких бурных эмоций. Колю не беспокоит то, что, может быть, не повредил бы он когда-то конечность, Маруся бы и не заметила его. Особа она милая, отсутствием внимания в основном не страдала. Толку гадать? Что случилось, то случилось. Вопрос вот в чем: а что, если она встретит какого-то мужика со сломанной конечностью, не покинет ли она своего прямоходящего мужа? Ведь, по ходу, ею управляют исторически заложенные в женскую голову стереотипы. На каком-то портале отыскал цитату правительницы Антианиру о том, по какой причине рабы в ее краях хромые, она ответила: «Хромые намного искуснее в сексе».
Наука 21 века, само-собой, опровергает использование этого метода повышения потенции, в который верили древние амазонки. Она нашла кучу других, более щадящих и действенных. Хотя о наличии психологических комплексов в наши дни знает каждый. Это побудило меня поразмыслить, какие внутренние страхи терзают меня? Из наиболее популярных страхом неполноценности мучаются, наверное, все, и я — не исключение. Поэтому — сомнение в собственных возможностях, иногда мешающая сделать решительный, хотя важный шаг. Потому как данный страх наиболее распространенный, он, возможно, и самый простой из признанных. Хотя, мой друг страдает потому, что не может завести знакомство с приглянувшейся ему девушкой. Объяснением этого, само-собой, выступает страх услышать отказ из-за его неидеальной наружности. Однажды ему наконец-то улыбнулась удача, он завязал отношения с одной очень даже симпатичной девушкой. Их контакт продолжался сравнительно долгое время, однако все-таки они разошлись (она его бросила, не вытерпев его дотошности). Это «предательство» настолько ранило сердце парня, что он принял решение не бороться со собственным комплексом более, а возвысить перед ним белый флаг, не пробовать ни с кем познакомиться. Поступок не достойный хвалы, естественно, но данный комплекс доставлял ему, как оказалось, чересчур большое количество моральных терзаний, решиться на которые еще раз он не хочет.