{Около недели спустя}

- Да, лучшее место, - в очередной раз оценила Яна, делая два шага назад по выставочной зале в К***. - При входе, первое, что увидят - эти блоки. А дальше идут между двумя фрагментами...

Парень вывозил строительные леса. Валера отозвался из глубины залы:

- Жаль, от перфоманса пришлось отказаться.

Пепельный блондин, плечист и коренаст, даже кряжист. Лишь чуть выше Ксюши, однако разительно шире. Хрупкость у неё от матери - изящной статной женщины с природным и редким медовым оттенком светлых волос...

Изгибается, вдавливаясь ягодицами в матрац. Рёбра выражены при усилии стана. Впадинки под пальцами свободной руки. Ей сейчас точно не до того, как выглядит. Подбородком к шее. Грудь трепетно вздымается, выбрасывая с губ рваные полустоны. Увлажнённые вершины поблёскивают. В приглушённом свете не сыграть в прятки. Замирает беззвучно, с полуоткрытым ртом, чтобы расслышать следующее напутствие...

Глубоко посаженные большие глаза на скуластом лице заставили отвести взгляд.

- У тебя всё в порядке? - поинтересовался друг, подходя ближе.
- Да-да, всё хорошо, - заверила Яна. - Почему ты спросил?

Руки хранят память о бархатистой коже. О плутании по волшебным закоулкам и внутрь, к горячим истокам. О силе удара резких шлепков по заднице, держа перекинутой через свои бёдра. Сменяя лёгким вождением кончиками пальцев. Распаляя и доводя до ломкости мычания, приговаривая пошлости и наущения. И одновременно - о случайном переплетении пальцев с аристократичными её. О просеиваемых в пятерне её тонких, песочного цвета, коротких волосках, - держа её голову у себя на коленях и наблюдая улыбчивое лицо. Спина хранит ощущение объятия. Ухо - пылкий шелест дыхания. Шея - мягкость губ. Грудь - налегание к соскам. Всё это мешалось с запахом утреннего кофе. Звонкостью смеха, воздух осколками. Робостью улыбки, жилы нежностью. Пугливостью глаз, сердце тонкостью. Теряя осознание собственной телесности, растворяемой в розовой бездне.

- Странная сегодня, - отметил друг. - Какая-то лихорадочная, что ли.
- Может, кофе перепила?... - уклончиво пожала плечами Яна.
- Если ничего не стряслось, я рад, - обмолвил Валера. - Слушай, мы можем потом присесть в кафе? Есть разговор.


- Что-что ты хочешь? - переспросила Яна, оторопело уставившись на друга. Ложка с кусочком чизкейка зависла в воздухе. - Ты как себе это представляешь?
- Да знаю, что взрослая, - Валера глотнул пива. - Но ты видела, как побрилась недавно? Лишь бы не начала колоться, понимаешь?... Видел её на днях обкуренной. Жена говорит, мол, на любовном фронте кто-то. Но я-то понимаю, что обкуренная. Зрачки - во! - он растопырил пальцы перед глазом, демонстрируя размер доброблюдцевый. - А тут нас месяц не будет... Я не прошу сидеть с ней сутками, просто присмотреть.

Яна не отводила глаз, созерцая сверху вниз, как солидный резиновый кляп погружается в нежность рта, и грубо прикрикивая на пса, скребущегося с другой стороны двери в истерике, что с той чудесной "палочкой" снова играют без него. Она присмотрит. С такими же зрачками.

- Ну и вы, - продолжал Валера. - Поболтаете, как женщины. То-сё. Она хоть недолюбливает тебя, но прислушивается. Это уже что-то. Наташку мою вообще не воспринимает. Может, тебе расскажет...
- У неё наверняка полно подружек-одногодок, - заронила Яна, старательно сглатывая топор со вкусом чизкейка и заливая чаем. - С чего бы ей со мной секретничать?
- Не, ты знаешь, я не думаю, - покачал головой Валера, мокая крылышко "буффало" в соус. - Была одна близкая, из универа, - жестикулируя, он взмахнул крылышком, чуть не плеснув соусом в мимопроходящего официанта. - Но потом Ксюха вроде в бизнес втянулась - стали реже общаться.
- Не Лена, случаем?
- Угу-м, - жуя, подтвердил Валера. - Тоже её знаешь? У меня, кстати, насчёт них была первая мысль, вообрази!... Что она... Ну, как ты.
- Оказалось - нет?
- Приводила одного знакомить. Неплохой такой, дельный, - горделиво закинул Валера. - Но я ему сказал... А, - он досадливо отбросил куриную косточку на салфетку. - Зря сказал! Теперь не пойми, с кем...

Яна положительно вспомнила, что нужно неподдельно шутить.

- Ну, отец же! - ободрила она. - Но ты ведь понимаешь, что яйца были не в том месте, если испугался.
- Да, - решительно утвердился Валера после небольшой паузы. - Нахрен такой дельный.
- А как бы ты отргеагировал, окажись она... Как я? - поинтересовалась Яна, непринуждённо мешая ложкой в чашке.

Валера, кажется, не особо обременялся вопросом сладости её напитка.

- К чему гипотезировать?
- ...На кухне и печь блинчики, - дополнила Яна. - Почему именно я?
- Ты вроде ладишь с молодёжью. Разговори её, - попросил Валера и улыбнулся: - Оладушки?
- Не отстанешь ведь?... - вздохнула Яна.
- Нет. Я сказал пригласить тебя на День рождения. Наверняка гульба будет, посмотришь, с кем общается...

Они как раз собирались провести вдвоём. Втроём. Об эпической гульбе с Монти, несомненно, получится интереснейшая сага для шпионского доклада.

- Хорошо, - согласилась Яна. - Но я солидарна с Наташей: вряд ли наркотики. А Ксюшина личная жизнь - это её личная жизнь, так ведь? Если захочет, сама тебе всё расскажет. Потребляет или нет, я узнаю. Тебе же это нужно?
- Да. В первую очередь, - Валера бодро вытирал руки салфеткой. - Но если между делом появится дополнительная информация, буду благодарен.