LESBOSS.RU: лесби, женское творчество | лесби рассказы, лесби сайт, лесби форум, лесби общение, лесби галерея - http://lesboss.ru
Эжени
http://lesboss.ru/articles/79557/1/Yaeaie/Nodaieoa1.html
Снежана Махнева
Люблю все прекрасное. 
От Снежана Махнева
Опубликовано в 21/10/2017
 
Сага Вампа Инкогнито всколыхнула воспоминания. У меня тоже есть рассказ про отношения девушек - гандболисток. Когда-то он был выложен на сайте, но потом я его убрала. Поработав над ним, теперь выложила его снова.

Стр 1
Евгения прибыла во Францию со смешанным чувством. Она должна играть в местном гандбольном клубе. Контракт с ним  подписан на год. С одной стороны, играть во Франции - звучало гордо. С другой - ей предстояло выступать за клуб, который выше седьмого места не поднимался. Человеку с амбициями, такое положение новой команды не могло понравиться. Но Женька не унывала: «Буду лидером!».
«Лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме», - вспомнила она слова Юлия Цезаря.
Уверенность придавало и хорошее знание языка. Можно сказать, что впитала  его с молоком матери. Женина мама работала преподавательницей  французского в школе Альянс Франсез. Жили они на Революционной улице, рядом со школой. Женька с детства  ходила туда. Да и дома мама устраивала «французские выходные», когда они между собой общались, исключительно на языке Мольера, Лафонтена  и Расина.
Об Алансоне, где теперь предстояло играть,   знала, что был такой герцог. Свои познания получила из романа Дюма "Королева Марго".
Чтением не увлекалась. Да и некогда было. После тренировок просто хотелось отдохнуть. Несмотря на массаж, на нее всегда накатывала дикая усталость из-за очень сильных нагрузок.
 
Клуб тоже назывался «Алансон». Его организаторы не мудрствовали лукаво.
Население города, где-то –  тридцать тысяч человек.
Для Жени, которая родом была из Тольятти - города в Самарской области с населением больше 720000 жителей, городишко показался захолустьем.
Однако, этот старинный город ей понравился. Узнав о знаменитых алансонских кружевах,  решила их обязательно купить в подарок маме.

Приняли ее хорошо. Дали отдельную комнату в общежитии, где проживали одноклубницы. Капитан - мулатка Марион. Большие черные глаза на лице цвета кофе со сливками в задумчивости смотрели на Женю, когда тренер представил ее команде.
Остальные девушки тоже уставились на Евгению. Внешность россиянки на редкость  запоминающаяся. Непослушные жесткие пряди рыжеватых волос, зелёные глаза под темными бровями в разлёт.
Резкие черты казались привлекательными, благодаря отваге и смелости, которыми дышало ее лицо.
Француженки зачарованно глазели на русскую девушку. В ней отсутствовал лоск, зато  ощущалась дикая удаль, которая была так необычна. Разящий взгляд прищуренных глаз, и широкая улыбка, делали россиянку просто неотразимой.
Вскоре, своим обаянием и хорошей игрой, Женька заслужила всеобщую симпатию.  И обзавелась подругой.
Марион незаметно сблизилась с ней.
Они сдружились, хотя характеры их оказались  полной противоположностью друг другу. Молчаливая, задумчивая француженка, и веселая, энергичная Евгения, или Эжени. Так на французский лад  здесь прозвали россиянку.
Евгения не возражала. Ей даже нравилось  новое звучание  ее имени. Вот только Женька воспринимала Марион, как подругу, а та…
Стала замечать, что Марион теряется, встречаясь с ней взглядом. Не сводит глаз, когда думает, что она этого не видит.
Переглядывания ее подруг по команде, их смешки, убедили Евгению в собственных  подозрениях:
" Она в меня влюбилась"!
Женька решила делать вид, что ничего не заметила, надеясь на русское авось. Меланхоличный характер Марион, позволял предполагать, что подруга не натворит глупостей. Сама Женя старалась отвлечь француженку от мыслей о себе. Стала таскать её за собой, то в кино, то на танцпол. Но Евгению постоянно смущал взгляд подруги. Марион не спускала с нее глаз, смотрела, как на кумира.
Россиянка  не проводила столько времени с ней, если бы  не была человеком широких взглядов. Гомофобией и расизмом не страдала. Да и с остальными одноклубницами близко не сошлась.
Французский шарм простодушно принимала за выпендрёж. Все француженки казались ей - серыми утицами, довольно меркантильными. И красотой они не блистали. Миледи, Анжелики,   графини де Монсоро среди них не попадались.  С  русскими девушками даже не сравнить!
Подружек по команде забавляло безмолвное обожание их капитана. Как-то раз, не выдержав, одна из спортсменок стала прикалываться над ней:
- Что с тобой, подруга? Ты так молчалива,  на лицо осунулась, одни глаза остались. Если влюбилась, то признайся  в своих чувствах. Может и оценит.
Девушки с любопытством, стали переводить взгляды с  капитана на Женьку, которую рассердила подобная бестактность.
- Это неудачная шутка, Амандин. Ты должна извиниться перед ней за свои слова. Иначе…
- Не надо извиняться, - перебила ее мулатка,- она права. Я должна была признаться раньше в том, что я люблю тебя, Эжени. Очень сильно люблю. Хочу принадлежать тебе не только душой, но и телом. Ты моя возлюбленная. Она замолчала, но смотрела на Евгению с такой нежностью и страстью, что та почувствовала себя прижатой к стене.
Что это не шутка, сразу поняла. От этого и растерялась.
Десяток глаз уставились на нее в ожидании ответа. И лишь для одной пары глаз, это было жизненно необходимо.
- Я не могу быть твоей возлюбленной, Марион. Я хорошо отношусь к тебе, но не люблю тебя, - наконец ответила Женька, с трудом подбирая слова.
Лицо Марион стало пепельно-серым. Она рванула дверь и выбежала наружу.
Почувствовав неладное, Евгения, вместе с подругами по команде, бросилась за своим капитаном.
Стоял прекрасный осенний день. Каштаны покрыты золотистой паутинкой, и уже готовы выпасть из золотых чашечек. Но Женьке и остальным было не до красоты каштановой аллеи, по которой они мчались.
Мулатка стремительно неслась прямо к мосту. Только мелькали её длинные стройные ноги.
Вбежав на мост, она не раздумывая, бросилась в пруд, головой вниз, и камнем пошла на дно.
Девушки ахнули, а Женька ласточкой прыгнула за ней.
Холодная вода обожгла тело.
Успела схватить Марион за волосы и вытащить из воды. Потерявшей сознание девушке, стала делать искусственное дыхание. Толчок руками на грудную клетку, и вдох рот в рот, и снова толчок.
Марион очнувшись, открыла свои огромные глаза, полные укора:
- Ты спасла меня.  Зачем?
Вместо ответа, Евгений обняла этот мокрый, дрожащий комок и прижала к себе.
Сказала по-русски:
- Живи, дурочка. И больше так не делай.
Потом они сидели у Марион в комнате. Женя боялась оставить её одну.
Подчиняясь молчаливому приказу, спортсменки вышли.
- Переодевайся, - потребовала россиянка.
Марион послушно скинула с себя мокрую одежду. У неё точеная фигура, с небольшими холмиками груди и тонкой талией.
Женя, стараясь не поднимать глаз, взяла банное полотенце и завернула в него Марион. Скинула мокрые тряпки с себя.
Марион не отрывала глаз от  мускулистого  тела своей спасительницы. В её лице была такая мука, что Женька не выдержала.
- Что мне сделать, чтобы ты больше не делала глупостей? - спросила, и не удивилась последовавшим словам:
- Подари мне немного любви. Или я тебе так противна? - Марион с болью в сердце ждала ответа.
Евгения молча потянула на себя её полотенце, и оно упало к ногам. Мулатка, словно бронзовая статуэтка, стояла перед ней. На непроницаемом лице россиянки не дрогнул ни один мускул. Она взяла  Марион за руку и повела к кровати. Уложила ее и легла сама, чувствуя, как все тело деревенеет от нежелания заниматься любовью с девушкой. Однако, Марион все сделала для себя сама. Прижалась к бедру Женьки. Несколько движений по нему, и затряслась от оргазма.
Ее крик, полный первобытной страсти, услышали подруги по команде. Они были готовы прийти по первому зову россиянки, если она не сможет успокоить их капитана.
- У Марион от любви крышу снесло. Топиться вздумала, совсем с ума сошла, - переговаривались  между собой в ожидании сигнала.
От крика Марион, подпрыгнули на месте. Переглянулись между собой:
- Значит, она сжалилась над ней, – тихо произнесла Амандин.
Придя в себя, Марион благодарно прижалась к своей партнерше:
- Я полюбила тебя с первой минуты нашего знакомства. Ты мне напомнила озорного лисенка. С каждым днем влюблялась в тебя все сильнее. Не могла ни есть, ни пить, не думая о тебе. Засыпала и просыпалась с твоим именем. Эжени, я так люблю тебя! И так счастлива быть с тобой.
Она стала покрывать поцелуями лицо, руки Женьки.
Ошеломленная её страстью, Евгения не сопротивлялась. Но никакого удовольствия от признательности Марион не получала. В голове билась мысль:
"Что я делаю?! "
Когда мулатка обмякла, Женя осторожно вылезла из-под лежащей, как тряпка любовницы. С брезгливой гримасой вытерла рот, который был мокрым от влажных поцелуев Марион. Опасаясь, что та очнется, и опять все пойдет по новой и считая свою миссию законченной , натянула одежду и тихо ушла. За дверью  сразу наткнулась на подслушивающих девушек. Одарив их свирепым взглядом, пошла к себе. Ночью не могла заснуть, прокручивая в голове события прошедшего дня. Как теперь выйти, из сложившейся ситуации, не знала.
 
"Я вас жалею
Это шаг к любви
О нет".
У. Шекспир
 
Если ты уезжаешь из России, то твои шансы попаcть в сборную резко падают. Один шанс из тысячи, что тебя заметят. А тут ещё, так некстати свалившаяся на тебя безответная любовь французской девушки. Безответная?
На следующее утро в столовой, боевые подруги, так и липли к Женьке. Строили глазки и кокетничали, пытаясь привлечь ее внимание.  Слух о том, что она переспал с Марион, докатился до всех. Вот только то, что этому предшествовало – осталось в тайне. Ни Евгения, ни подруги по команде не хотели подводить своего капитана.
" Бог ты мой, они тут все озабоченные!"- решила Евгения, хмуро глядя на ужимки девчонок.
Появление Марион спасло от приставаний, больше наигранных. Девушек, словно ветром сдуло. Мулатка сразу направилась к ней. У Женьки возникло желание провалиться под землю.
- Благодарю тебя. Ты была великолепна! - Марион при всех сказала это, и глаза ее сияли от счастья.
От этих слов, Женька окаменела. Они, как контрольный выстрел, добили ее.
В столовой воцарилась тишина.
Потом, кто-то завистливо вздохнул. Но никто не смеялся, и глаза у девушек были такие... влажные, что ли.
" Ну, я и влипла в историю", - подумала Евгения, с неприязнью поглядывая на взявшую ее  под руку и жмущуюся к ней девушку. Та, что-то ворковала. От расстройства,   Женька не слyшала её
Думая о своём, лишь кивала в ответ: - Oui, oui  (Да, да).
Только по обрадованному восклицанию мулатки поняла, что с чем-то согласилась.
- Жди меня сегодня ночью, любовь моя, - шепнула на ухо Марион и поцеловала в щеку.
Женька затравленно смотрела ей вслед. Правда, на смену растерянности, пришла злость:
" Пожалела на свою голову! Я что, нанялась её ублажать?! Так тут очередь выстроится из желающих!"
Мрачный взгляд россиянки заставил подруг по команде оставить попытки позубоскалить в раздевалке. Никто не решился и тогда, когда вышли на разминку.
Гнев искал выход, и Женька столь яростно стала носиться по площадке, что за ней не поспевали, а она безжалостно расстреливала бедного вратаря.
Амандин, получив от нее мячом по голове, несколько минут приходила в себя. Женя поспешила извиниться, она сделал это не специально. Остудила свой пыл. Но одобрение в глазах Марион, вновь испортило настроение.
Ночью мулатка пришла к ней. Евгения была готова выпрыгнуть в окно. Однако опасалась, что это сделает глупая девчонка, склонная к суициду.
Холодность любимой, только сильней возбуждала француженку.
Ей стоило лишь потереться об тело Эжени, как она сотрясалась от очередного оргазма, а потом плакала от счастья. Сама Евгения, кроме жалости к ней, никаких других чувств не испытывала. Разве что, недоумение. Не могла понять, чем вызвала такую страсть к себе? Не любила она ее, но не могла устоять под напором губ Марион, когда девушка приступала к сексуальной стимуляции клитора. И тогда, доведенная до предела, бурно кончала прямо в влажный рот мулатки. Правда, за этим сразу наступала расплата - отвращение к себе за полученное удовольствие не от мужчины, а от женщины.
Сильные эмоции - смех и слезы характеризовали поведение Марион, когда она достигала прекрасного кульминационного момента. В эти мгновения Женя чувствовала странное удовлетворение, и даже - гордость.
Так Марион стала ее девушкой.
Все свободное время, она теперь была вынуждена проводить с ней. Это удручало, но не решалась сказать: « А пошла ты к черту!»
Страх, что та повторит  суицидную попытку, не позволяла её послать. Кроме того, Женя не только видела, она чувствовала, как ее любит Марион, и сочувствовала ей.
Секс с ней давал разрядку для тела, но не для души.
Для себя твердо решила, что продлевать контракт с клубом не будет.
После разговора с мамой по телефону, настроение только ухудшилось.
Мама интересовалась: «Не познакомилась ли та с кем во Франции?»
Но как ей сказать, что не просто познакомилась?!
Мама бы поняла, но вряд ли одобрила. А что делать?
Не могла она её оттолкнуть, просто не имела право. Слабодушно убеждая себя, что все само собой разрулится, когда вернется в Россию.
Семнадцатого октября был праздник каштана. Марион зашла за ней, и они пошли гулять. Вкусно пахло каштанами, которые жарили прямо на улице. Марион купила мешочек каштанов. Они сидели на скамейке и лакомились ими. Марион все пыталась покормить Женю с рук, но та отклоняла все ее попытки.
- Ты так вкусно пахнешь,- Марион потянулась к ней, чтобы поцеловать.
Женька едва со скамейки не свалилась. Народу кругом полно. А она никогда не была сторонницей публичных демонстраций. Вид сосущихся парочек, всегда вызывала отторжение. Зачем на людях показывать то, что принадлежит только двоим?!
Невдалеке остановилась группа молодых людей. Парни стали отпускать в их адрес шуточки. Чувствуя, как краска  гнева  бросилась в лицо, Евгения встала, чтобы пойти разобраться с ними. Но Марион повисла на ней. Пока она её отцепляла, шутники отошли. Они решили не связываться с атлетичной девицей, глаза которой горели от злости.
- Сразу видно, кто у них сверху! - донеслась реплика.
Женька взвыла, и чуть не бросилась за ними. Удержало то, что наглецы поспешно  ретировались.
- Это просто зубоскальство, - Марион пыталась ее успокоить.
- Не целуй меня больше на людях,- потребовала Женя, мысленно добавив:- А лучше вообще бы не целовала.
- Ты такая красивая, что я не могла удержаться,- чистосердечно призналась Марион.
Женя оттаяла. Приятно слышать, когда кто-то считает тебя красивой. Сам она себя считала лишь не страшной, ну уж никак не красавицей.
- Ты так искренне это говоришь, что я почти поверила, - попыталась она обратить всё в шутку. Но влюбленные глаза Марион  убедили в правдивости её слов. Для нее она была самой-самой.
Несмотря на то, что у Марион – характер твердый, решительный, волевой, она при виде Эжени вмиг утрачивала боевые качества, становясь мягкой и покорной, отдаваясь на волю победителя.
Характер у Женьки - резкий, воинственный. Она доминировала в их отношениях. Огромных усилий ей стоило сдерживаться, чтобы не обидеть, не ранить, навязавшуюся на ее шею любовницу. Хотелось выть от тоски. Много раз порывалась порвать их ненормальные отношения, но воспоминания, как Марион бросается в пруд, удерживали ее. Вот только заниматься сексом без любви, становилось все трудней. Злость на себя, на подругу, заставляла Женьку порой быть очень грубой. Словно вымещала на ней свое слабодушие. Или комплексы? А может, надеялась своим поведением оттолкнуть от себя девушку.
Однако, чем резче она становилась, тем покорней и нежнее  была Марион.
"Я так долго не продержусь, легче застрелиться из кривого пистолета",- размышляла Евгения,  подумывая, как бы сбежать под благовидным предлогом. А там… время лечит.
Ей повезло. Российская сборная приехала во Францию на товарищеские матчи с французскими клубами. Ошеломляющая игра Евгении, которая в одиночку проламывала оборону своих соотечественниц и забивала фантастические мячи, произвела сильное впечатление на тренера российской сборной. После игры он пожелал с ней встретиться.
Когда Женя, окрыленная полученным предложением выступать за сборную своей страны, вернулась в общежитие, Марион ее уже ждала.
- Ты уедешь в Россию? - спросила с такой тоской, что радость сразу померкла.
- Пойми, это мой шанс попасть в сборную, - стала убеждать её Евгения, пытаясь заглушить угрызения совести.
- Я понимаю, - грустно произнесла Марион. Она выглядела такой несчастной, что жалость к ней захлестнула Женю. С несвойственной ей нежностью, обняла подругу и привлекла к себе.
Утром Mарион, расслабленная и счастливая, спросила, заглядывая в глаза любимой:
- Потом, мы ведь будем вместе? Всю оставшуюся жизнь, хочу провести с тобой.
Женя вздрогнула, представив себе такую перспективу. Они, будучи уже старушками, тихо бредут, держась под ручки.
«Мне бы только вырваться отсюда»,- подумала, а вслух произнесла:
- Конечно, такое возможно. Про себя добавила: «Возможно, но не желательно».
Когда уезжала, заглянула в бездонные глаза подруги и сказала:
- Мы разлучаемся надолго. Если встретишь кого и полюбишь, то не храни мне верность. Я пойму. Такова жизнь.
Марион покачала головой:
- Я тебя никогда не забуду, и никогда не разлюблю. Ты мой лисенок, только мой.
Она подарила Евгении кольцо с алансонским алмазом, так французы называли дымчатый кварц ( раухтопаз ).
- Это камень спокойствия, помогает от стрессов. Прошу тебя, никогда не снимай его в память обо мне, - попросила она.
- Оно что, заговоренное ? – усмехнулась Женя.
- Заговоренное моей любовью. Просто хочу, чтобы глядя на него, ты вспоминала обо мне.
Столько мольбы было в её голосе, что Женька сразу стала серьёзной.
- Я никогда его не сниму, клянусь тебе. Только мне нечего подарить тебе. На последние наличные деньги купила ваши знаменитые кружева для мамы,- огорчилась она.
- Не надо ничего, - покачала головой Марион, - ты подарила мне счастье. Дни, проведенные с тобой, стали самыми лучшими в моей жизни.
 
С тяжелым сердцем уезжала Евгения из города, который успела полюбить.
В последний раз окинула взглядом гранитные дома, придающие городу некоторую мрачность. Так мрачно было и у нее на душе.
Казалось, всё складывается, как нельзя лучше. Она получила приглашение в сборную. Сбылась ее мечта! Кроме того, два лидирующих клуба желали ее заполучить к себе и предлагали выгодные контракты. Какой из них выбрать, Женя еще не определилась с  выбором
В любом случае,  перед ней открываются перспективы карьерного роста, и она обретет свободу из сексуального рабства. Только, рабство ли это?
Евгения ощущала, как вместо жалости к Марион, возникает странное чувство, которое пугало ее, но заставляло биться сердце неистово и нежно.
В самолете долго смотрела на кольцо и улыбалась.