Ты так безжалостно желанна,
и не на шутку хороша,
моя (навеки?) донна Анна,
чеканю шаг, к тебе спеша.
 
Не сбросить лат, и доброй шпаги
не отпустить из тяжких рук;
пью, холодея, хмель отваги,
забыв огонь посмертных мук.
 
Всё ближе миг, которым бредил
сто тысяч лет в своём аду
как мрамор, твёрд, и снежно бледен,
ударив дверь, в чертог войду.
 
Прости, мой вид не слишком нежен,
там, где я был, любви ничуть,
но на устах признанья те же,
и та же страсть терзает грудь.
 
Полночный мрак скрывает лица,
паркет не скрипнет, тишина.
Скажи, с другим спокойно спится,
моя неверная жена?
 
Увы, напрасен, гость незваный,
твой дерзкий с кладбища побег —
нет в брачной спальне донны Анны,
и не сыскать её вовек.