LESBOSS.RU: лесби, женское творчество | лесби рассказы, лесби сайт, лесби форум, лесби общение, лесби галерея - http://lesboss.ru
Подаренная Богом
http://lesboss.ru/articles/79679/1/Iiaadaiiay-Aiaii/Nodaieoa1.html
Снежана Махнева
Люблю все прекрасное. 
От Снежана Махнева
Опубликовано в 2/01/2018
 
Между двумя примами идёт борьба за главные роли, но директор театра, он же режиссёр и владелец провинциального театра, принимает решение отдать роль молодой актрисе, которую пригласил из С-Петербурга. Не все оказались этим довольны. Интриги и неожиданные чувства.

Стр 1
Посвящаю  рассказ Жене на день  рождения.



Зависть – один из семи смертных  грехов. Это неприятное чувство по отношению  к другому человеку, когда он в чём-то превосходит тебя. И тогда возникает досада и появляется злость.
 
Обычный провинциальный театр. В нём две примы, которые, как  часто  бывает, враждовали между собой.
Имена у них звучные и отнюдь не творческие псевдонимы: Диана (нет, не Арбенина, а Варламова ) из известной актёрской фамилии  и Анна  Охотникова, не имевшая в роду артистов.
Диана –   брюнетка с зелёными, кошачьими глазами.
Внешность у неё для актрисы фактурная.
Скулы точёные, тело гибкое, к тому же ей присущ прямо дьявольский магнетизм.
Кто под него попадает, то становится её верным поклонником.
Немногие способны противостоять  чарам этой красотки!
В Средневековье, её точно бы сожгли на костре, как ведьму.
Недоброжелатели  Варламовой  поговаривали, что как актриса она только и умеет прищуривать глаза, (изображая ярость или обольщать) и выпячивать губы, подчёркивая сексуальность.
Сексуальности ей не занимать, несмотря на то, что не обладала пленительными формами и была помешена на стройности, доходящей до худобы.
Диана  обычно приходила к директору  в кабинет  – бледная и печальная, с изысканной грустью смотрела своим  проникновенным взглядом, а потом глубоким контральто просила отдать ей ту, или иную роль.
Тот  не мог устоять перед его бархатистым  низким звучанием  и гипнотическим воздействием её колдовских глаз.
Получала она на порядок больше  Анны Охотниковой.
Охотникову это сильно раздражало,  так как  отличалась  фанатичной  преданностью  своей профессии, выкладывалась на все сто. И как утверждали её поклонники – куда талантливее и более одарена, чем  Варламова.
Анна Охотникова –  счастливая обладательница пластичной фактуры.
Режиссёры любят таких гуттаперчевых актрис, из которых можно слепить всё – и ослепительную красавицу и само воплощение уродства.
Удивительное дело, среди тех, кто восхищался Варламовой – преобладали  мужчины.
Хрупкость, сексуальность и зависимость – притягивали к ней представителей сильного пола, чем она успешно пользовалась.

Зато в стане Охотниковой, в основном –  женщины, которые мечтали ей подражать.
Им нравилась, что она жестче их, а феминизм покрывает её бронёй.
Давно известна истина – успех актрисы на сцене во многом зависит от её способности к флирту и интриге. Об интриге потом, а вот флирт –  излюбленное  оружием и той, и другой.
Однако, несмотря на все старания, Анны Охотниковой ( она расточала улыбки, заигрывала с теми от которых зависела её карьера), далеко  не каждый мужчина летел в раставленные силки.
Почему так? Ведь женщина она  – статная, красивая, даже очень красивая при искусно наложенном макияже.
К тому же  – загадочная (о её любовниках никто не слышал, а мужа у неё не было).
Особенно не любили её мужчины –актёры.
Дело заключалось  в её характере, который она не особо маскировала.
Сильная воля и непоколебимая уверенность в собственной правоте, способность снести любые преграды на своём пути и пожертвовать любым мужиком ради достижения цели.
Обычно о таких уважительно отзывались: «Железная леди», или с неприязнью – «Стерва!»
Стервой  не была, зато характер, действительно, не из лёгких.
На дух не переносила не компетентных в чём либо людей.
Внешние проявления  одарённости Анны  заметны сразу. Она относилась к типу нетривиальных личностей, которые всегда ищут применения своим способностям и при любой возможности стараются  их расширить.
Ей всё равно, кого на сцене изображать – величественную королеву или  толстуху-маркитантку.
Ради главной  роли готова обрить голову, наложить множество слоёв грима…
Твёрдо  убеждена, что « Гений – это 1% вдохновения и 99% старания»
К сожалению, поиски новых путей самовыражения уводили её слишком далеко, поэтому любой партнёр становился для неё обузой.
И кто такое потерпит?
Поэтому, большинство актёров – мужчин  настроены против неё.
Меланхоличная на вид Диана Варламова, а на самом деле истеричная и мнительная, их больше устраивала. На сцене ладила с партнёрами, не конфликтовала и не затмевала других ( так они считали, а на самом деле зрители видели только её)
Зато Анна могла словом обидеть даже ненароком, а в гневе и вовсе никого не щадила.
Между этими двумя актрисами шла  настоящая война.
Охотникову  возмущало то, что лучшие роли достаются конкурентке  по амплуа, а та в свою очередь крепко невзлюбила Анну  за флирт с её бывшим супругом.
Этого  простить не могла.
По негласному правилу, роль вначале предлагали ей, а потом уже Анне.
Чтобы помучить её, Диана не торопилась с ответом, играя на нервах соперницы.
Так предалагалось  и в этот раз, но…
Начнём по порядку.
Ставили новый спектакль, который должен вызвать аншлаг.
Называлась пьеса – «Подаренная Богом».
Сюжет позаимствовали из древней  легенды про леди Годиву, имя которой означало «подаренная богом». 
Молодая графиня,  ради того, чтобы спасти поданных своего мужа от невыносимых налогов, по его требованию проехалась обнажённой по всему городу.
Графиня согласилась на унижение ради простых людей.
В благодарность, горожане закрылись в домах и не смотрели, как она едет.
Только некий житель города, не совладав с  искушением, просверлил в ставне дырку, чтобы насладиться зрелищем.
За это Бог покарал,  ослепив его.

Роль предложили Диане,  дав понять, что если она не согласится, то передадут её Охотниковой.
Этого допустить прима не могла, но играть  тоже.
Годива славилась длинными золотистыми волосами.  
Диане белокурые парики совершенно не шли.
Выглядела она в них как бледное приведение.
Появляться на сцене обнажённой, демонстрируя острые ключицы зрителям – непозволительно.
Да  и чувствовала себя,  в последнее время,  нехорошо.
Причина всех её болезней – страшная мнительность. 
Сама верила в поставленный ею диагноз.
К тому же, роль требовала много эмоций и жизненной энергии, а Диана переживала очередную хандру.
Ей стало казаться, что под внешней  оболочкой у неё ничего нет.
«Я не могу играть, я опустошена!» – в очередной взывала она к  мужу.
Когда-то самый красивый актёр в труппе, Борис Перовский с годами несколько облысел, погрузнел и потускнел.
Тем более, что его нынешняя( третья по счёту) жена устраивала  сцены чуть ли не каждую неделю.
«У неё  ПМС,  или начинается шизофрения», - угрюмо думал он, слушая  истеричные звуки голоса.
Куда делась его волнующая бархатистость? Она испарилась.
Давно бы бросил её, но супруги так вошли в роль примерной семейной пары, что покорили публику.
Если бы он ушёл от Дианы, то пришлось  уйти из театра, уехать из города и начинать всё сначала.
«Может, она этого и добивается, делая мою жизнь в доме невыносимой?» – вновь подумал он, а потом флегматично пожал плечами и пошёл спать.
Диана ещё долго изображала из себя жертву, не замечая, что муж давно и крепко спит.
 
Тем временем Анна выжидала. Больше всего ей хотелось, чтобы роль не досталась  ненавистной Диане.
Да и сама мечтала её сыграть, но в душе понимала, что эта роль не её.

Неожиданно, на собрании, Лев Абрамович – руководитель и владелец театра,  объявил, что роль он отдаёт новой актрисе.
Все удивлённо переглянулись, а кто-то даже присвистнул.
- Попрошу тишины!– директор постучал по столу карандашом. – Прошу любить и жаловать нашу новую актрису – Екатерину Воронцову.
 В кабинет смущённо вошла молодая девушка, возрастом от двадцати до тридцати лет.
На первый взгляд – стеснительная и витающая в облаках. Но если заглянуть глубже...
А вот заглянуть никому не удалось, даже Анне Охотниковой, которая обладала проницательным умом и видела, кто что стоит.
Но и для неё новенькая оказалась закрытой книгой. Девушкой–загадкой.
И ещё она почувствовала себя оскорблённой, что роль отдали этой девчонке.
За какие такие заслуги?!
Симпатичная, да и только. Никакого шарма, обычная. В толпе пройдёт  – не заметят.
С Анной полностью  оказалась солидарна  и Диана. Одно дело самой отказаться, а другое – у тебя роль просто отобрали. Она встала и в знак протеста вышла из кабинета, не закрыв за собой дверь.
Оспаривать решение хозяина театра никто не решился, даже Диана, имеющая подход ко Льву Абрамовичу.
Если он вынес решение, то его уже не переубедить. Жизнь закалила его характер, когда он решил создать свой театр.
Эта мысль пришла в голову нетолько ему.
Частные театры стали появляться, как грибы, в девяностые годы. Тогда казалось, что это легко и просто открыть  театр.
Главное – собрать единомышленников, да давать представления. Благодарная зрители помогут процветанию.
Лев Абрамович, полный энтузиазма, написал устав, подал заявление, получил учредительные документы и печать.
В арендованном помещении презентовал свой театр.
Превратить этот деревянный дом с тридцатью крошечными  комнатами, где не было даже коммунальных удобств, не говоря о сцене, в театр – стоило ему нервных клеток и  немалых денег (пришлось продать квартиру в Москве).
Пилили, красили, мыли. Потом подключили электричество.
Лев Абрамович решил отказаться от мраморных лестниц,  колонн, лепнины. «Не по Сеньке шапка», и он умел считать деньги. Сам писал пьесы, ставил спектакли. В штате театра –  шестьдесят человек: тридцать актёров и тридцать обслуживающего персонала. Самолично обходил все помещения и ругался за то, что не выключают свет.
Ведь в частном театре каждая копейка на учёте.
Реквизит собирал чуть ли не с помоек, иногда горожане сами приносили то, что собирались выкинуть.
Порой звонили из магазинов, предлагая забрать списанные, бракованные  вещи: роскошные вечерние платья с пятном или дырой, или с каким другим дефектом.
Вот так, «с миру по нитке – бедному на рубаху»
Это уже потом, то мэрия, вспомнив о единственном в городе театре, поможет с ремонтом, то состоятельный поклонник Варламовой раскошелится на гардероб к спектаклю, который на бис прошёл в прошлом сезоне – по пьесе Оскара Уайльда «Идеальный муж». Тогда Варламова блистала в роли злодейки-авантюристки, а Охотникова изображала роль добродетельной супруги. От их взаимной ненависти искрило в зале!
Единственное, на чём он не экономил – компьютерная техника,  звуковая и световая аппаратура.
Самолично  вёл финансовые дела. О доходах, кроме него,  в театре никто не знал.
Если пройдёт слух, что на счету появились лишние деньги, так сразу найдутся желающие их поделить по честному.
Тогда начнутся раздоры и конец театру.
«Кесарю кесарево, а артистам – творчество», – считал Лев Абрамович. 
И всё же, работал он с десяти утра до десяти вечера не ради заработка.
Для  него театр был и оставался не местом, а пространством, в котором творил свою игру. Создавал свои миры  и сочинял собственные законы.
Задумав поставить новую пьесу, не сомневался в успехе. Ведь у него две признанные и любимые публикой примы.
Но потом задумался. Они – королевы,  гордые и величественные, а Годива лишена гордыни. Она по натоящему добрая и милосердная.
Поморщился, представив себе, как одна из них  изображает самоунижение, а другая принимает, брошенный судьбой вызов.
- Не то! – Лев Абрамович хлопнул себя по лысой макушке.  Тогда-то  его и  осенило  пригласить молодую актрису из Петербурга.
Искренность, психологический реализм в её игре  поразили его во время посещеия  петербургского Малого драматического театра (МДТ), которым руководил  его  приятель и тёзка Лёва Додин.
С приятелем  договорился, что тот отпустит Воронцову на месяц для участия  в репетициях и премьере спектакля. Актриса на тот момент не была занята ролью, поэтому не возражала.
Так Катя оказалась в их провинциальном городке.

 
К молодой актрисе приглядывались.
Не общительная и  стеснительная, но одарённая от природы несомненным талантом. Нос не задирала, отличалась дружелюбием, застенчиво улыбаясь, проявляла истинный интерес к собеседнику, умела слушать.
 
Тем временем подготовка к премьере шла своим чередом.
Режиссёр  решил сделать ноу-хау – вывести на сцену живую лошадь. Пока шли переговоры с коневладельцем,  артисты разучивали и вживались в роли.
Шли репетиции, в которых участвовали две примадонны театра.
Варламовой досталась роль придворной дамы леди Годивы,  Охотниковой – роль торговки рыбой.
Эрла Ковентри играл Борис Перовский. Роли мерзавцев ему всегда удавались особенно хорошо.
Молодая актриса  вживалась в роль, удивляя искушённых артистов своей необычной, но такой естественной игрой.
Анна Охотникова особенно внимательно следила за её перевоплощением.
Приходила та  на репетиции всегда в джинсах, толстовке и неизменных кроссовках.
Длинные светлые кудри падали ей на лицо, даже без мейкапа весьма симпатичного.
Артистам хотелось узнать о ней побольше, но девушка не отличалась разговорчивостью.
Отвечала кратко  и выдавала минимум информации, но всегда правдиво.
- Откуда приехала? – поинтересовалась у неё самая старейшая актриса театра – «Баба Вера».
- Из Питера – последовал краткий ответ.
- Тебя Абрамыч предпочёл нашим ведущим актрисам.
Что можешь сказать о Диане Варламовой?
- У неё очень необычные глаза. Ведьминский взгляд. Это из-за формы глаз. Они как-бы заострённые в сторону носа. Миндалевидные.
- А об Анне Охотниковой?
- У неё сильная энергетика.
Больше Катя ничего не сказала о второй примадонне. Охотникова не произвела на неё впечатление.
Красивая, пожалуй, но какая-то бесцветная, высокомерная  и вполне внешне заурядная. Даже удивительно, что обладает такой мощной энергетикой.
 
Та, о которой новенькая высказалась столь нелестно, ничего не знала разговоре.
Все последние дни чувствовала ничем не объяснимое волнение.
Анна видела Катю на сцене во время репетиций, и игра этой девочки заставляла сжиматься сердце.
Она завидовала этой девчонке? Её обаянию, игре, манере, стилю.
Мысли о Кате  не покидали Анну. Морщилась, как от головной боли, стараясь прогнать их.
Прижимала  руки к вискам, не понимая, что с ней происходит.

В выходной день решила пойти на речку, чтобы немного позагорать и искупаться.
Короткий сарафан подчёркивал её лёгкий загар и длинные, стройные ноги.
Она бездумно брела по песчаному берегу, всматриваясь в блестящую гладь воды.
Неожиданно остановилась, когда заметила девушку в купальнике, стоящую к ней спиной.
Незнакомка  у самой кромки воды. Светлые волосы трепал лёгкий ветерок. Взгляд Анны скользнул по ним, а потом перешёл на фигуру девушки, которая  напоминала песочные часы, что вызвало лёгкий вздох сожаления у   Анны.
Сама являлась обладательницей красивого  и сексуального тела. Но, увы, похожего на  перевернутый треугольник. Иметь такую фигуру, как у незнакомки мечтала  всегда.
Захотелось увидеть лицо обладательницы столь желанного тела, одновременно боясь, что  оно окажется далеко не столь очаровательным.
«У неё может быть длинный нос, выступающий подбородок, грубые, или наоборот смазанные черты лица, а ещё… », – не успела до конца подумать, как девушка обернулась.
От удивления вздрогнули одновременно.
Анна с удивлением узнала  Катю, а та не могла поверить своим глазам, глядя на молодую женщину неземной  красоты. Выразительный взгляд,  мягкий и женственный. В нём скрытая  притягательность. Скрытая для всех, но открывшаяся здесь и сейчас для неё, для Кати.
Девушки смотрели друг на друга, а потом их словно притянуло.
Первая решилась Анна, она  прижала  к себе Катю и поцеловала.
Растерянная и смущённая, та, тем не менее не оттолкнула её и ответила неумело.
- Ты никогда не целовалась раньше? –  с трудом оторвалась от неё Анна.
- С женщинами никогда, да и с мужчинами мой багаж поцелуев не велик, – улыбнулась в ответ Катя и доверчиво положила голову на плечо Анны.
Так они простояли довольно долго. 
Нежная страсть не давала разомкнуть объятия.
Им хотелось слиться в одно целое.
Каждой из них было понятно, что они, наконец, встретили друг друга. И то, что они – две женщины, не остановило.
- Нам нельзя здесь долго оставаться. Кто-нибудь увидит. Злые языки хуже пистолетов, – Анна с сожалением произнесла это, а затем попросила: – Пойдём со мной!

Привела её к себе. В трёхкомнатной квартире жила одна.
Руки дрожали от нетерпения, пока срывала покрывало с кровати, Катину одежду  и свою.
Две обнажённые девушки лежали в постели. Их тела сплелись. Они самозабвенно и пылко целовались. Руки блуждали, знакомясь с  нежным бархатом кожи, изучая грудь своей партнёрши.
У Анны грудь в виде бутонов.
Груди узкие, немного вытянутые вперёд, с заострёнными сосками с небольшими ареолами.
У Кати грудь крупнее, что раньше под толстовкой особо  незаметно было.
Такой бюст носит название «Цирцея». Соски чётко выражены и окружены большими ареолами.
Упругая в меру, при  ходьбе и беге волнующе колышется.
Анна оценила это, когда Катя, смеясь, попыталась от неё убежать.
Но разве убежишь от охотницы?
Анна догнала девушку и толчком  повалила её на ковёр, надеясь прижать беглянку  для верности,  чтобы вновь не ускользнула. Но та  не позволила положить себя на лопатки. Вмиг смеяться перестала.  Вывернулась на бок, согнула верхнюю ногу и оперлась стопой  на пол.   Анна и понять ничего не успела, как оказалась под Катей.
Катина рука скользнула вниз к её лону и провела пальчиками по нему, вызывая у Анны стон.
Игривость  девушки на этом иссякла. Она впервые занималась сексом и не знала, что делать дальше.
Изнемогая, Анна  сильно сжала её руку своими ногами, скрестив их ножницами. Издавая стоны, извивалась под ней. Катя ощущала беспрерывное движение её рук по  спине и  ягодицам, теряя голову от горячих  поцелуев.  
Стихийное  желание, искрящееся и пьянящее, поймало девушку в ловушку. Древний инстинкт накрыл её. Она хотела Анну и испытывала удовольствие от прикосновения нежных  рук по всему своему телу, с ума сходила от чувственных поцелуев Анны и прикосновений к самым интимным  местам. Чувствуя, что находится уже на грани, уткнулась лицом  и поцеловала её плечо у основания шеи –  там, где её губы ощутили сильное биение пульса.
Анна не сдержала стон и кончила. Вслед за ней и Катя.

Уходя утром, Катя пропела строки из песни:

« Завтра вновь  Её Величество
Величием наполнит тронный зал.
И как будто электричеством
Ударят всех надменные глаза…»
 
Анна поддержала шутку и вторила ей:

«Только сердцу не прикажешь,
Сердце просит продолжения любви… »
- Моя шальная императрица, – ласково провела пальчиком по щеке Анны, отчего той захотелось замурлыкать от удовольствия.
 
Никто в театре не догадывался об  их близости. Девушки соблюдали осторожность.
Да и встречались они для интимных ласк редко.
Приближался Катин дебют.
На репетициях она отказывалась раздеваться, пообещав, что сделает это на сцене во время премьеры.
По наущению жены, Борис, играющий Леофрика, эрла(графа) Мерсии и владетеля Ковентри, всячески выражал недовольство игрой юной актрисы.
Его претензии даже заставили, директора театра прикрикнуть:
- Заткнись, Перовский и играй!
 Тогда Диана решила действовать сама и  переспала с директором театра, чего Лев Абрамович  безуспешно добивался в течении нескольких лет.
Но единственно, что получила, кроме гадостного чувства, это того, что он пообещал, что новая актриса примет участие лишь в премьере  спектакля, а потом уйдёт из театра. Умолчав при этом, что Катя лишь на таких условиях, согласилась приехать).
Кроме того, прожжённый, умудрённый жизнью администратор Лев Абрамович, был уверен, что и Охотникова  не задержится.  Почему? Он поймал её взгляд, устремлённый на новенькую  во время репетиций.
Не было в нём обычной надменности. Так смотрят,  когда  непроизвольно сопротивляются чувствам, ещё не осознав их.
О своих наблюдениях благоразумно никому ничего не сказал.

Настал день премьеры.
Катя осмотрела лошадь, на которой ей предстоит проехать по сцене с декорациями средневекового города.
Белая, породистая лошадка  вела себя нервно, хотя на репетициях держалась спокойно, даже с пофигизмом.
Её уже подготовили к выходу,  оседлали и покрыли попоной  алого бархата с золотым тиснением.
Но что-то лошадь беспокоило.
Уздечка надета правильно, с подпругой полный порядок.
Когда Катя положила руку на седло из тонкой красной кожи и надавила,   лошадь дёрнулась и всхрапнула.
- Кто-то решил сорвать спектакль, – вздохнула Катя, доставая из-под седла колючую ветку.
- Варламова! По её наущению, – Анна изменилась в лице, представив последствия подобной подлости.
- Неважно кто. Главное, что  план недругов провалился, – улыбнулась ей Катя.
Она переседлала лошадь и ласково потрепала по холке.
Анна обеспокоенно посмотрела на подругу. По беззаботному виду той нельзя сказать, что волнуется. Но Анна научилссь её понимать и видела, что Катя с головой ушла вся в роль. Это уже не Катя, а Годива.

Молодая дебютантка Екатерина Воронцова играла  на сцене с такой силой и искренностью, что в зале царила абсолютная тишина. Ей удалось передать внутренний мир, социальные, психологические и бытовые черты характера  своего персонажа. 
Когда леди Годива согласилась ради облечения жизни людей проехать голой по городу, пронёсся вздох. Ей сочувствовали, за неё преживали.
Анна, стоя за кулисами, испытывала ревность, когда Катя стыдливо спустила с плеч платье, и оно упало к её ногам. В этот миг, как и все присутствующие при  зрелище, почувствовали её уязвимость, которую перевесило чувство долга. Укрытая лишь своими волосами, она села на лошадь и проехала по сцене. Всего лишь  краткий миг, но в нём  актриса повторила подвиг леди Годивы.
Зал взорвался аплодисментами, когда упала занавесь.
Анна укрыла плащом, соскочившую с лошади свою девушку – « подаренную богом».

К облегчению  примы номер один, Катя, а вслед за ней Анна ушли из театра, а затем уехали из города.
Потом кто-то утверждал, что видел их  вдвоём в Питере.