LESBOSS.RU: лесби, женское творчество | лесби рассказы, лесби сайт, лесби форум, лесби общение, лесби галерея - http://lesboss.ru
Злобный весёлый смайлик
http://lesboss.ru/articles/79833/1/Ceiaiue-aaneue-niaeeee-/Nodaieoa1.html
Снежана Махнева
Люблю все прекрасное. 
От Снежана Махнева
Опубликовано в 30/03/2018
 
БМБМ ( белый, молодой, богатый, мёртвый) Кто-то топит в самое неподходящее для купания время, американских парней. Убийцы действуют крайне осторожно, не оставляя улик. И, словно в насмешку, рядом с очередным трупом находят нарисованный смайлик. Причём здесь девушка, которая приехала в Америку из России через двадцать лет после первого преступления? Части: 1,2,3,4,5,6,7,8,9,10 Окончание.

Стр 1
Нью-Йорк 17 февраля 1997 г.
 
Из бара, пошатываясь, вышел прилично одетый парень.
Он слегка навеселе, нельзя сказать, что  сильно пьян.
Покинул  друзей, чтобы освежиться.
Уже было достаточно поздно, а место безлюдно.
Решил пройтись вдоль трассы, жадно втягивая в себя зимний морозный воздух.
Неожиданно рядом притормозил BMW Z1
Сидящая за рулём дама опустила боковое стекло, которое вместе с дверью стало плавно съезжать вниз, пока не убралось в порог.
Патрик (так звали, покинувшего компанию, юношу) успел заметить, как её длинные тёмные волосы блестят в свете уличных фонарей.
Затем взгляд упал на изящную, стройную лодыжку.
Попытался заглянуть в лицо незнакомки, но остановился  на уровне её роскошной груди, уставившись прямо в вырез вечернего платья.
Она что-то неразборчиво спросила, Патрик наклонился ниже, чтобы расслышать, как в тот же миг его буквально затащили в салон автомобиля и приставили к  животу пистолет.
Дама была не одна.
- Вот ты и попался, дружок!
Через пятьдесят  дней  труп бедного Патрика  выловили из реки Ист-ривер у самого берега.
Неловкий полицейский наступил на нарисованный неподалёку смайлик, на который никто не обратил внимания. А если и обратил, то подумал, что эта весёлая и, одновременно, злая рожица  - дело рук ребятишек.
Смерть Патрика оказалась первым звеном в цепи аналогичных преступлений.

С. Петербург.  Наше время.
 
«Ребёнок, который желает нравиться матери, внешне походит на мать.
Ребёнок, который внешне желает понравиться отцу, внешне походит на отца.
Кто желает нравиться обоим родителям, тот наследует от родителей наиболее выигрышные  внешние черты.
Кто желает нравиться самому себе, тот вообще на родителей не похож»
(Лууле Виилма «Прощаю себе»)
Анна Нестерова и раньше замечала своё абсолютное несходство с родителями, но лишь учась в институте Генетики, серьёзно задумалась над этим.
Во-первых,  девушка ростом превосходила отца и мать.
Её  – метр восемьдесят,  против  170  папы и 155 мамы.
Во-вторых – волосы у неё русые и абсолютно прямые.
Родители –  кудрявые   блондины.
К тому же,  они  голубоглазые, а у  неё – зелёные глаза!
Чего тут странного?
Только по закону Менделя есть свои закономерности цвета волос и глаз.
И если оба родителя голубоглазые, то   99% процентов за то, что и у ребёнка будут голубые глаза и лишь 1%  – зелёные.
Может,  Анна и вошла в этот один процент?
Всё может быть, но как тогда объяснить, что ни одной внешней  чертой Анна и близко не походила на родителей?!
Ни лицом, ни фигурой.
Они –  субтильные, с мелкими и довольно не выразительными, словно смазанными  чертами лица.
Похожие друг на друга, как «двое из ларца  одинаковых с лица».
Что вполне объяснимо. Станислав Алексеевич Нестеров и его жена Татьяна – двоюродные брат и сестра.
Генетические комбинации  возможны разные.  Случается, что ребёнок пошёл  в какого-то предка, чей облик резко диссонирует среди остальных родственников. Но на семейных  фотографиях,  все предки  – белокурые, небольшого росточка и со светлыми, чуть на выкате глазами.
В кругу родственников – бабушек, дедушек, тетушек и кузенов ещё заметнее становилось её  несходство с ними.
 Анна сильно выделялась среди них  ростом, статной фигурой, длинной русой  косой и  лукавым  прищуром  зелёных глаз.
К пятнадцати годам превосходила своих  старших двоюродных братцев  почти на голову и посматривала на их белобрысые макушки сверху вниз.
Может она подменыш?
Родственники перешёптывались, глядя на неё.
Все они пребывали в Старой Ладоге, которая раньше носила скандинавские название Альдейгьюборг.
Проживаои здесь потомки финно-прибалтов,  нурманов и древних славян.
С восьмого века в Ладоге варили  бусы. «Глазки»  (глазчатые бусы) – первые русские деньги.
За один «стеклянный глазок» можно  купить раба, или рабыню. За бусы ладожане скупали у финских охотников пушнину, которую продавали арабским купцам за серебряные дирхемы.
Клад арабских дирхемов археологи нашли в Ладоге.
Местная детвора, прознав  про это,  занялись поисками сокровищ.
Анна, приезжая из Питера в Ладогу на летние школьные каникулы, тоже с энтузиазмом   искала клад.
Монеты попадались советские и дореволюционные царские, не представляющие особой ценности.
Зато однажды  нашла стеклянную бусину – синюю с жёлтыми пятнышками, похожую на божью коровку.
Такие  бусины раньше  часто находили в огородах, но потом они стали попадаться всё реже и реже.
Поговаривали, кто найдёт «глазок», тот обретёт удачу.
Бабушка Ольга – мать отца Анны, не порадовалась за внучку.
Девочке даже казалось порой, что бабушка её не любит.
И сказки всегда рассказывала про троллей. Хотя какие тролли в Ладоге?!
Особенно заполнилась одна сказка, в которой старый тролль оказался так восхищён красотой белокурой, голубоглазой принцессы, что подменил её в колыбели на свою дочку.
Маленькая тролльчиха выросла во дворце, однако её злобная  сущность осталась прежней.
К тому же  совсем  непохожа на королевскую чету.
Смуглая, темноволосая, темноглазая, хотя и красивая.
Настоящая  принцесса росла в доме троллей. Когда принцессу решили выдать замуж за принца тролля, она сбежала.  Встретилась с  королевой. И так девушка напоминала её внешне, что в  родстве их  никто не усомнился.
Принцесса-тролль охотилась в это время в лесу, где тоже  повстречалась со своей настоящей матерью, и воссоединилась с нею.
Анне очень понравилась сказка, но когда двоюродный брат обозвал её тролльчонком, она, несмотря на то, что он  старше её, расквасила ему нос.
На шум сбежались родственники, в том числе и мать пострадавшего.
Увидев своего сыночка в крови, она разоралась, что не  на х**й  приёмной девке  руки распускать!
Мама обняла за плечи Анну и увела за собой. Они тут же собрали вещи и вернулись в город.
Больше они не навещали родственников. Лишь два года спустя приехали на похороны бабушки – любительницы сказок.
Глаза  Анны ярко зеленели. Злые огоньки вызова освещали их изнутри.
Возвышаясь над всеми, стоя у могилы, девушка не проронила ни слова. И ни одна слезинка не скатилась с её длинных, густых ресниц.
Равнодушно восприняла смерть бабушки и встречу с родственниками.
Приехала сюда затем, чтобы поддержать родителей в их горе.
Сходство родственников между собой и её отличие от них – в очередной раз бросилось в глаза.
Свои мысли высказала родителям.
Дома, мама на все её вопросы, твёрдо заявила, что она их  дочь, и показала свидетельство о рождении Анны.
Родилась она в Боготе (Колумбия), где  родители работали в Красном кресте.
Документы в полном порядке. Всё чин чинарём.
И всё же, Анну терзали смутные сомнения.
Окружающие лишь подбрасывали дровишек.
Не обращай те внимания,  так болезненно не реагировала бы на это.
Однажды, сосед по дому встретился ей, когда она после школы шла домой.
- Ишь, какая  чернобровая  краля! Брови соболиные, очи … –  начал распинаться начал. Его словоизлияния  прервала жена, пихнув, разошедшегося супруга локтём в бок.
Тот стал оправдываться:
- Я что? Я ничего такого. Хотел сказать, что девушка не в пигалицу мать пошла, да и не в отца.
«Я не в мать, не в отца, я в Иосифа Бродского».
Вот тогда Анна и решила стать генетиком.
Ведь генетика – это наука, изучающая наследственный материал клеток и механизмы передачи наследственных свойств от родителей детям.
Ей хотелось доказать, научно обосновать  свою гипотезу, что она – настоящая дочь своих родителей.
Ведь и характер её разительно отличался от хохотушки матери и балагура-весельчака отца.
Смуглая, смурная девушка. Закрытая, даже когда улыбалась.
Улыбалась часто, зная, как идёт ей улыбка. От улыбки лицо, словно озарялось солнцем, глаза лучились,  а на подбородке становилась заметна ямочка.
Если заглянуть в её детство, то оно, безусловно,  было счастливым.
Девочка росла балованным ребёнком.
Все её желания тут же исполнялись, ни в чём не знала отказа.
Родители в ней души не чаяли. Других детей, кроме неё у них не было.
Впрочем, законченной эгоисткой Анна не стала. Возможно потому, что обладала добродушием, врождёнными чувствами  справедливости и  благодарности.
По настоянию родителей под руководством репетиторов, стала изучать английский и испанский языки.
В школе по английскому у неё была неизменная пятёрка, а испанский  давался ей на удивление легко.
Её успехи в нём, вынуждали маму болезненно улыбаться, а отца смешно поднимать белёсые домики бровей и виновато прятать глаза.
Кстати, Анна славилась ещё красивым рисунком густых бровей. Их  в народе называют – соболиными.
Странное поведение родителей  она заметила, что позволило ей выдвинуть абсурдное предположение:
«Мама родила меня в Колумбии не от папы, а от местного мачо».
Но мама часто повторяла, что отцу никогда не изменяла, и Анна верила её словам.
Видимо, в какого-то очень дальнего предка обликом   пошла.
Подобные гримасы природы вполне вероятны.
После этого успокоилась и больше  не думала.
И всё же однажды тайна, которую хранили родители целых двадцать лет, стала известна Анне.
Серьёзно заболела её мама Татьяна. Онкология.
Маленькая, худенькая с выпавшими после химиотерапии волосами, она решилась рассказать дочери правду и уговорила мужа, чтобы сделал это он.
Когда Анна вернулась домой  из института, родители ждали её дома.
Мама на больничном, а отец взял отгул.
Какая-то недосказанность летала в воздухе.
Родители казались слишком  напряжены.
После обеда, когда Анна с аппетитом навернула борщ со сметаной, а потом картошку с курицей и грибами, а затем  – компот, глава семьи  предупрелил, что им надо переговорить.
Анна  удивлённо на него взглянула.
Побледнев от сильного волнения так, что веснушки растворились на его лице, отец, с трудом пересиливая себя, стал рассказывать, что на фоне беспокойной обстановки и военных действий в Колумбии,  у жены начались преждевременные роды.
Вместе с ней в палате  находилась молодая колумбийка по имени София, которая вот-вот должна была родить.
На ломанном английском, эта девушка рассказала, что не хочет этого ребёнка, но приходится рожать. Она – католичка и не может делать аборт.
Как родит, сразу отдаст на усыновление.
В этот момент у рожениц  начались схватки.
Так вышло, что колумбийка, не желавшая рожать,  произвела на свет здоровую девочку, а мы потеряли своё дитя.
Твоя мать – София.
Она отдала нам тебя, когда узнала о нашей готовности стать родителями для её малышки.
«Увезите её отсюда, увезите её подальше!» – просила она.
За нужные бумаги пришлось доплатить, но зато ты официально стала считаться нашей дочерью.
Что стало с Софией,  мы не знаем, да и не хотели знать.
И она ничего о нас никаких сведений, кроме того, что мы из России, не имела.
- Ты хотела бы увидеть свою родную мать?– с тревогой спросила Татьяна.
- Пожалуй, хотела. Чтобы  посмотреть в глаза той, что оказалась от меня.
Но для меня – настоящие родители вы. Мам, пап, я вас люблю! – Анна обняла своих родных.
- Мы тебя тоже, доченька!  Мама всхлипнула, а отец, расчувствовавшись,  зашмыгал носом.
Уже лёжа в постели, Анна размышляла о том, о чём всегда подсознательно догадывалась.
« Прикинь! Моя настоящая  мать – колумбийка.» 
Насчёт Колумбии,   у девушки сформировались  стойкие ассоциации.
Это наркотики, психованные фанаты, убивающие футболистов за пропущенный гол.
Бедная, коррумпированная  страна.
Знакомый студент из Ростова, который перевёлся к ним, рассказывал про колумбийцев – соседей  по общаге.
По его словам, они постоянно  курят травку, принимают душ от силы  раз в две недели, водку пьют не закусывая, западают на русских девушек и очень удивляются, когда те не отдаются им после знакомства.
Конечно,  скорее всего, он  сгущал краски, чтобы конкурентов размазать. 
Только образ грязного, приставучего и пьяного мачо сформировался в её представлении и вызывал далеко не положительные чувства.
Через полгода, после окончания сессии, решила слетать в Колумбию, а оттуда перебраться в США  и посетить Лос-Анджелес, возможно, и Нью-Йорк.
Анна не подозревала, что её там ждёт!

стр 2
 
Посидев в интернете, Анна выбрала для себя оптимальный вариант перелёта в Колумбию  – рейс Эйр Франс  через Париж.
Долетела до столицы Франции без опоздания. Оставался час до стыковки, что очень обрадовало начинающую путешественницу.  Ведь волновалась, что  не успеет пересесть на другой самолёт,  и останется за бортом.
Пока отстояла очередь для транзитных пассажиров в аэропорту имени  Шарля де Голля, время прошло незаметно.
Чуть не улетела в Рио-да-Жанейро ( куда мечтал попасть небезызвестный  Остап Бендер).
И всё из-за того, что перепутала двух афро-француженок. Стюардессы стояли  с табличками, где указан  номер рейса и название города.
Прочитав  надпись, и зафиксировав в зрительной памяти смуглянку,  устремилась к ней.
Какой-то рослый, в три обхвата мужчик, спеша на  рейс, перегородил  Анне  дорогу.
Пока она его обходила,  потеряла из вида свою  стюардессу.
Потом увидела, но как оказалась,  спутала одну африканскую красотку с другой.
Хорошо, что взглянув на табличку, поняла  ошибку.
Маленькое недоразумение, вызванное излишним волнением.
Больше никаких помех.
С собой у неё  только ручная кладь, поэтому со сдачей багажа и багажными сборами не пришлось заморачиваться.
Всё необходимое  вместила в компактный рюкзак.
Зачем брать много вещей?
Ограничившись ручной кладью, Анна ещё прилично сэкономила на багажных сборах, что позволяло ей оплатить один день проживания в приличном отеле. А главное, гарантия, что багаж не улетит в другую страну, его не уронят,  и никто не будет в нём рыться!
Пока всё шло хорошо, и Анна немного расслабилась.
Пройдя, а потом и приехав на автобусе «полосу препятствий», оказалась на борту аэробуса.
Рейс АF 422 Париж-Богота стал её первым трансатлантическим перелётом и первым путешествием  в Южную Америку.
«Уф! Можно выдохнуть».
Одиннадцать часов полёта, и она окажется там, где родилась, там, где возможно живёт её биологическая мать и родственники.
Анна хотела их разыскать, зная лишь адрес больницы и имя женщины, что её родила, но особых иллюзий не питала.
Просто решила попробовать, понадеявшись на русское «авось».
О своих дальнейших шагах по прилёту размышляла, не обращая внимания на остальных пассажиров. Ну, разве только на своих соседок – двух  американских Барби лет сорока.
Несколько  оброненных ими слов, позволили россиянке  догадаться, что они из Соединённых Штатов.
С одинаковыми причёсками  – светлые волосы небрежно падали на шею, едва касаясь  плеч,  и не  закрывали лоб.
Типаж у них совпадал:  довольно широкие лица,  крепкие челюсти, серые, или голубые глаза.
Складывалось  ощущение, что их штамповали на одном конвейере.
«Найди отличие» головоломка.
Впрочем, Анна искать не собиралась.
А зачем? «Случайные  попутчицы и только».
Вглядываясь в просторы Атлантики, не заметила, что стала объектом споров своих  соседок.
Те замолкли,   вслушиваясь в её голос, когда она поблагодарила стюардессу за принесённый поднос с едой.
Поев, почувствовала удовлетворённое  урчание кошки.
Удобно отклонилась на спинку кресла и постаралась максимально вытянуть свои длинные ноги в узком пространстве.
Соседка-американка  обратилась к ней с просьбой, но Анна не успела переключить внимание, поэтому не поняла, что от неё хотят.
– Como puedo ayudarlo, senora?
(Чем могу помочь Вам, сеньора?) – пребывая мыслями в Колумбии,   машинально спросила на испанском.
Спохватившись, перешла на английский.
- Разрешите  наши сомнения, – повторила американка.
Моя подруга  утверждает, что вы – русская. Она отожествляет вашу национальность по неулыбчивому выражению лица.
Я же склоняюсь к мысли, что вы – колумбийка.
Внешне очень напоминаете одну колумбийку, с которой когда-то учились в колледже.
Помнишь, Софию? – разговаривающая с Анной американка переключилась на свою подругу.
Та не ответила, продолжая изучать Анну.
Девушке не понравилось столь пристальное внимание, но не могла не отметить, что неразговорчивая американка не просто симпатичная женщина.
Интеллект прямо написан на её лице. Видно, что предки этой американки  не просто переселенцы из Европы, попавшие в Новый Свет по контракту, и не  из преступников, убийц, воров,  проституток, отправленных  из английских тюрем. С наследственностью ей повезло.
Уголки губ россиянки дрогнули:
- Ваша подруга права.  Я – русская.
Действительно,  менталитет русских – попусту улыбаться в компании незнакомых людей неуместно.
- Тогда давайте познакомимся, – подала голос вторая американка.
- Рейчил Мэган Келли. Можно просто – Мэг.
Она улыбнулась, демонстрируя широкую улыбку  и внимательный прищур глаз.
На глаза Анна обратила особо.  Тёмно-серые, но не в цвете дело.
Взгляд – умный, цепкий, просчитывающий.
Анна оказалась,  словно под рентгеном .
- Хизер Пауэрт, – представилась   подруга Мэг, – мы журналистки.
В отличие от подруги она не выглядела такой умной.
Следуя правилам хорошего тона, Анна назвала своё имя, надеясь, что разговор на этом исчерпан.
Не тут то было.
- Вы русские – наши противники! – бросилась в неподготовленную атаку,  Хизер.
- Вы сами нас делаете такими, нацелив «пушки» на Россию, – шутливо парировала Анна, мысленно посылая эту дуру куда подальше.
Хизер восприняла её слова в прямом смысле.
- Русские видят в нас врагов! Вооружаетесь, модернизируете свою армию.
 Российские «Искандеры»  под  Калининградом – угроза Европе! – продолжала  сыпать она  штампами, которые явно  подчерпнула из  американских газет.
- Всего лишь симметричный ответ на развёртывание в Польше ваших  комплексов «Пэтриот», – в тон ей ответила Анна.
- А что скажите про отравление Скрипаля в Солсбери?
- Ничего. Когда доказательства будут, тогда и поговорим.
Хизер Пауэрт ответом россиянки была несколько обескуражена. Зато её приятельница от души рассмеялась.
- Естественно, вы будите защищать интересы своей страны, а мы своей, – примиряюще сказала она. – Как собираетесь провести время в Боготе? Если нет конкретных планов на отдых, то присоединяйтесь к нам. Мы планируем день провести в Боготе, а потом отправиться на изумрудные родники. С удовольствием возьмём вас с собой, если это вас устроит. Нам это не в тягость. И не нужен будет переводчик. Вы ведь поможете?
Мэган подкупала своим обаянием и доброжелательностью, что отказать ей было невозможно.
- Конечно,  помогу! – улыбнулась в ответ Анна.
Располагающие манеры Мэган, её обаяние  вызывали полностью противоположные чувства к тем, что испытывала она к Хизер.
Та, кстати  не стала возражать против приглашения  Мэган, но недовольная гримаска на кукольном   лице понятнее всяких слов.
- Анна,  возможно, будет любопытно посмотреть, - Хизер протянула   американский  комикс.
Анна без особого интереса взяла журнал и пролистала его.
Но буквально через пару страниц, глаза её расширились от удивления.
Сюжет такой – НАТО вступает в военный конфликт с Россией и проигрывает.
Если Хизер ожидала  ликования россиянки, то глубоко ошиблась.
Анна  нахмурила брови и произнесла, не скрывая  презрения:
- Получается, что американских детей с детства готовят к мысли, кто их враг и воспитывают реваншистские  устремления…
Слов не было. Одни лишь буквы, на которые Анна послала политику США и эту тупую Хизер.
И Анна, и Мэган явно считали, что о политике лучше не говорить, в отличие от Хизер, которую так и тянуло затеять свару.
Анна  не собиралась потакать этой блондинке с куриными мозгами, а сразу переключила разговор на другую тему.
- Я похожа на колумбийку… на Софию?
- Поразительное сходство. София де Бастидас и вы – прямо одно лицо,  глаза, фигура, только  ростом она пониже, – с готовностью ответила Мэган, не желая продолжения спора о политике.
- Любопытно взглянуть на свою копию, – улыбнулась Анна.
На щеке её сразу появилась очаровательная ямочка, что придало ей обаяния.
Вместо суровой красавицы из холодной России, предстала смешливая девчонка.
И даже Хизер, забыв о политических разногласиях, невольно испытала к ней симпатию.
Кстати, именно она проявила организаторские способности, когда с  комфортом разместила  их, чуть ли не в единственной пятерке в Боготе – отеле Богота Плаза.
На время распрощавшись с новыми знакомыми, Анна пошла знакомиться с городом.
Что порадовало –  дешевизна. Цены вполне приемлемы.
Удивила относительная прохлада +17– 20°
Поразительно то, что такая температура держится  целый год.
Разницы между сезонами  практически нет.
Круглый год весна!
Чистое небо, яркое солнце, а город утопает в зелени. Настоящий рай.
В приподнятом настроении забралась на холм Монсеррат ( его ещё называют Холм Чудес) – главную достопримечательность  города. Недолго колебалась, каким путём из трёх на него можно попасть – трамваем, фуникулером и телеферико. Пеший вариант предоставила  паломникам. 
Всё-таки выбраа функулер и поднялась на высоту. С непривычки голова закружилась и появилось пьянящее чувство свободы. Мимо проплывали облака. Казалось, до них можно дотянуться. Ухватить, проплывающее в виде барашка, разбежаться и прыгнуть ему на спину...
Как бы было здорово!
Несбыточные мечты. 
Жаль...
Полюбовалась панорамой города. Красиво.
А вот статуя Девы Марии, с раскинутыми в разные стороны руками, произвела не слишком благочестивое впечатление.
Что-то угрожающее в её облике, что никак не соответствовало образу – Матери утешения, любви, милосердия и всепрощения.
Зато понравилась скульптурная композиция, символизирубщая путь Христа на Голгофу.
 
Посмотрела на больницу,  в которой родилась.
Решившись, зашла.
Разумеется,  старый персонал за двадцать лет сменился на новый. Архив сгорел во время непорядков.
Но у Анны была одна зацепка. От американок, она узнала имя женщины. София де Бастидас, чьё сходство с ней, по их словам, столь поразительное.
И что самое главное, эта София, узнав о беременности,  вернулась в Колумбию.
Может в Боготе именно она и родила её…
Как же найти эту сеньору?
Размышляя об этом, Анна побродила по престижному району Ла-Макарене, где много кафе и фрутерий.
Всматриваясь в лица прохожих, в улицы, здания, окружающий ландшафт,  всё ожидала, что в душе что-то дрогнет.
Так и не дождалась. Город не признал её, а она его.
Группа смуглых  ребятишек – четыре девочки с аккуратными хвостиками  и один мальчик попалась на её пути.
Одеты в новую, яркую одежду  – брючки и футболки, даже у девочек.
Детки чистые, ухоженные.
Вот только лица у них не радостные. Не было в них детской беззаботности. Они родились во время конфликта, который раздули американцы, объявив борьбу с кокой и поддерживая гражданскую войну.
В результате военных действий 1985-2012 года погибло множество люлей, в основном, гражданское население.
И что изменилось?
Местные жители по-прежнему употребляют басуко – курительную  смесь из низкокачественного кокаина, табака и клея.
А ещё балуются мамбе – порошок из листьев коки, который кладут за десну как табак, где он медленно рассасывается.  Таким образом,  проясняют себе мысли и могут болтать в компании себе подобных  до утра.
В одном палисаднике даже заметила кустики марихуаны и коки. Не поленилась заглянуть в интернет для сравнения.
Всё верно. Они самые.


стр 3
 
Почувствовав на себе посторонний взгляд, резко обернулась.
Действительно, на неё с нехорошим интересом смотрели два подозрительных типа.
Оказалось, что она зашла в неблагоприятный район, где процветали проституция и криминал.
Вначале Анна подумала, что объект их внимания – её сумочка. Оставив в номере отеля рюкзак, прихватила с собой лишь сумку-планшет.
В ней с трудом разместила: расчёску, зеркальце, губную помаду, носовой платок.
Телефон и кошелёк держала  во внутренних карманах куртки.
Вскоре поняла свою ошибку.  Это не уличные грабители.
Те бы попытались отнять сумочку сразу, напав сзади.
Эти же,  глазами шарили по её фигуре, достоинства которой лишь подчёркивали обтягивающие чёрные джинсы, белая блузка с V-образным вырезом  и зелёный бомбер.
Похотливые ухмылки не оставляли сомнения, что им нужна именно она, а сумку насильники потом прихватят с собой.
Дело плохо!
Тут главное  – не пугаться, не терять самообладания, не паниковать.
Анна усмехнулась и вынула из волос  нефритовую заколку в виде шпильки. Их в Японии называют – дзифа.
Она не только скрепляет волосы, но и служит оружием для самообороны.
Устрашающе выглядело, когда девушка встряхнула волосами и, сжимая  в руке острую, длинную  шпильку,  пошла на злоумышленников.
Расчёт её оправдался. Они не стали рисковать зрением и другими частями тела.
Жертва оказалась не такой уж безобидной и готова дать отпор.
Поспешила в отель, разом расхотев продолжить прогулку. Немного потряхивало с перепугу.
В фойе встретилась с американками, которые тоже только что вернулись.
Анна с улыбкой поприветствовала их, уже полностью придя в себя.
Хизер лишь слегка кивнула в ответ, зато от Мэг, девушка получила самую тёплую улыбку на свете.
На вопросы своих попутчиц с юмором рассказала им про бандитов.
- Ты не пострадала?! –  всполошилась  Мэган, –  может в полицию заявить?
- Не стоит. Всё обошлось, – успокоила её Анна.
Хизер ворчливо пробормотала:
- Верно, преступники мелкие попались.
И смерила взглядом Анну, намекая на её высокий рост.
Сама Хизер была где-то 165 см, её подруга – на пару сантиметров выше.
Анна не удержалась от желания над ней подшутить.
- Просто, сказала им, что я из России.
Когда узнали, что перед ними не американка, вся их враждебность испарилась.
Хизер обиженно надулась, а Мэган понимающе улыбнулась.
Она догадалась, что Анна всего лишь дразнит.

Утром поехали на внедорожнике в Мусо – изумрудную столицу Колумбии.
Вроде и расстояние небольшое, а ползли как черепахи, спускаясь с гор.
Водитель – весёлый, белозубый парень не унывал.
В дороге он рассказывал про колео – местном фестивале. Его подруга – ковбой принимала участие, соревнуясь с девушками ковбойками из разных стран Америки.
Задача (тут Анна чуть не фыркнула, когда переводила попутчицам) – на лошади догнать быка, схватить его за хвост и крутануть так, чтобы бык перевернулся.
Побеждает тот, кто сумеет перевернуть быка больше, чем остальные участники.
Бедные животные!
Наконец, путешественники спустились в долину.
Вот тогда Анна поняла, что попала в тропический ад.
Температура  +35°, влажность запредельная.
Как здесь можно жить?!
А люди не только живут, но и работают в каторжных условиях, добывая зелёные камешки.
 Работу начинают с пяти утра.  Первая смена. Через восемь часов их сменяет вторая смена.
Как раз со второй сменой, Анне, в компании американок,  предстояло спуститься в забой.
Кормят шахтёров перед спуском в шахту  наваристым мясным  супом.
Гостей тоже  угостили супом.
Хизер съела пару ложек, словно делая одолжение.  Мэган  – с интересом, как что-то новое.
Анне суп санкочо очень понравился.
Потом она переводила американкам рассказ управляющего шахты.
Судя по всему, он не раз практиковался, коли сыпал подробностями без запинки.
По его словам следовало, что  изумрудные шахты  встречаются  двух типов: коридоры и колодцы.
Всё зависит от направления жилы.  Жила – участок породы с вкраплениями изумрудов.
На вопросы – случаются ли обвалы, есть ли риск для жизни? – ответил утвердительно. И пожал плечами, дескать, жить-то на что-то надо.
В колодец лезть не захотели. Ну его к лешему!
Решили погулять  по коридорам.
Хорошо, что надела сапоги. По стенам стекала вода, да и пол – мокрый, скользкий.
К тому же – душно, жарко.
Шлёпая в воде, Анна подумала, что колодец, наверное, был предпочтительнее.
Согнувшись, в духоте и влажности, прощалась с иллюзиями.
Совсем не так она представляла изумрудную шахту.
Оказалось, что это вовсе не пещера Али-бабы.
Узкие и низкие коридоры следовали один за другим.
Анна несколько раз уже стукнулась  головой (каска уберегла, но всё равно весьма неприятно)  об деревянные балки потолка. Они словно прогибались под тяжестью сводов, того и гляди рухнут.
Немудрено, что случаются обвалы и гибнут люди.
«Надеюсь, пронесёт», – подумала  про себя.
По пути попадались неулыбчивые люди, которые катили вагонетки с породой.
Проходили через маленькие пещеры, где шахтёры молотками откалывали  куски тёмной породы. Олин из провожатых объяснила, а Анна перевела своим спутницам, что сами кристаллы изумрудов размещаются внутри белой узкой полоски. Эта полоса проходит лентой через массы породы. Повезёт, если наткнёшься на жила, но чаще – монотонный труд по разбиванию породы заканчивается ничем.
Наконец дошли до одной ниши – там зелёные кристаллы росли прямо из руды. Видимо, специально для туристов оставили.
Ещё на поверхности им показали, как надо  небольшими молоточками  постукивать, чтобы камешки вынуть.
Хотя, порода достаточно мягкая и рыхлая. Анна один камень вынула, расшатав его пальцами.
Конечно, камни мелковаты. Это тебе не изумруд Кокорина!
Хизер стала снимать, а Мэган делала звуковую запись, комментируя то, что видит.
Сопровождающие  отошли в сторону, чтобы не мешать съёмкам.
Анна хотела последовать за ними, но Мэган попросила её показать будущим зрителям, как из породы достают изумруды.
Только  успела  один раз стукнуть, как начался обвал.
Ниша уберегла их от камней, но они оказались втроём замурованы в изумрудной ловушке.


стр 4
 
Вначале, они не осознали весь трагизм своего положения. Ведь всё произошло так внезапно.
Оглушённые  грохотом, треском, машинально замерли.  И это стало их спасением  от неминуемой гибели.
Оказались замурованные в нише, площадь   которой   не превышала  – один на два метра.
Единственно уцелевшие.  Оба спутника погибли, раздавленные грудой камней и обломками  перекрытий.
Хизер, с выражением ужаса на лице,  вдруг вытянула указательный палец, тыча им в угол.
Анна и Мэг присмотрелись и ахнули – из-под обломков торчала кисть человека,  погребённого  под завалом.  Из-под ногтей у него сочилась кровь.
Помочь ему при всём желании не могли.
Вот ведь дело случая! Окажись  он на шаг ближе к ним, остался бы в живых.
Анна почувствовала дурноту, когда пальцы умирающего, судорожно сжались  в последний раз, а затем  бессильно разжались.  Девушка пошатнулась,  и  её   накрыла темнота.
Впрочем, пришла в себя быстро. С удивлением обнаружила, что  головой  лежит на коленях Мэг, а Хизер с неодобрением на это взирает. Хотя ей-то что?!
Анна села, с опаской глянула туда, где из-под камней торчала рука покойника.
Но её уже прикрыли  платком.
Перевела взгляд на спутниц.  Лица американок осунулись, однако держались  они стойко.
Анна поразилась их выдержке.
Россиянке стало стыдно за проявленную слабость.
«Лишилась чувств  как кисейная барышня!» – подумала с досадой.
Она уже пришла в себя, только ноги дрожали, а руки тряслись.
К тому же  горло пересохло.
Вспомнив о воде,  достала из рюкзака пластиковую бутылку, отвинтила крышку и сделала из неё глоток.
Потом передала  бутылку поочерёдно своим спутницам по несчастью, заметив их неотрывный взгляд на вожделенную жидкость.
Они тоже сделали по глотку и перевели дух.
- Нас ведь скоро найдут? – с надеждой спросила Хизер, оттирая пот с лица.
Было очень душно, пленницы изнемогали. Только от  изумрудных кристаллов    исходила обманчивая прохлада.
- Можно не ждать, а самим сделать подкоп, – заметила Анна, сохраняя невозмутимый вид.
Даже Мэг  купилась  на её серьёзность, но тут же поняла, что девушка шутит, заметив у той смешинки в  глазах.
Тонкая улыбка скользнула по губам американской журналистки. Она ещё сохранила мужество, чтобы  улыбаться.
Зато Хизер восприняла слова россиянки  всерьёз.
- Кругом завалы из камней! – зашлась от возмущения. – Рыть абсолютно нечем! Где нам взять кирку и лопату?! Умрём от жажды и голода в этом каменном мешке, если нас не найдут!
- У меня есть вот это, – Анна вытащила из волос, скрепляющую их булавку. –  Порода, из которой взрастают изумруды – мягкая. Мы можем проделать дыру. Начинай!
Смешок Мэган, которая пробормотала  про  кротовую нору, как вход во вселенную с другой стороны,  убедил Хизер, что россиянка над ними насмехается. Неверное предположение.
Анна  смеялась не над ними, а над обстоятельствами.
Мэган давно  поняла, что  девушка просто хочет отвлечь их от тягостных мыслей.
Бросив одобрительный взгляд Анне, внесла  свою лепту.
- Когда испанские конкистадоры   высадились в Южной Америке, они искали золото и драгоценные камни.
В Перу завоеватели обнаружили  храм, полный изумрудов. Индейцы приходили сюда и возлагали к алтарю своё подношение – изумруд.
Испанцы узнали, что камни привезли из Мусо.
Так они открыли шахты по добыванию  изумрудов.
Не стоило  эту тему поднимать.
Хизер опять стала  истерить.
- Проклятые камни, проклятая  Колумбия!  Мы все здесь погибнем!
Нас никто не найдёт. И почему я должна умирать?! К тому же  не в собственной постели, оплакиваемая  близкими, а в компании русской?!
Анна обиделась.
- Чем тебя русские не устраивают?!
Если утешит, то моя мать – колумбийка, а  кто мой отец – понятия не имею.
- Как так? – заинтересовалась Мэган. В ней вновь проснулась журналистка.
Анна подумала, что  терять всё равно нечего и рассказала им  историю своего рождения, привоскупив желание встретить  родную  мать.
Даже Хизер притихла от такой Санта-Барбары.
- А ведь Анна вполне может быть дочерью нашей Софии, –  предположила Мэган.
- Поразительное внешнее сходство. И София как раз,  приблизительно в то время, вернулась в Колумбию, выпав из нашего поля зрения на несколько месяцев. Могла в Боготе родить, а потом вернуться,  как   ни в чём не бывало.
- Тогда ты понимаешь, кто её отец? – Хизер переглянулась с Мэган, и они не сговариваясь, уставились на Анну.
Та  почувствовала себя  заинтригованной, забыв о своём бедственном положении.
Неужели сейчас узнает о  родителях?!
- Кто мой отец? – потребовала ответа у американок.
- Это только догадки, мы не знаем наверняка, – задумчиво произнесла Хизер. Морщинка прорезала её лоб, напомнив о возрасте. Казалось, что она сразу постарела на несколько лет.
Или в этом повинны блики от фонарей?
Притихшая было Хизер деловито подала голос: – Нам надо экономить свет, а то батарейки скоро сядут.
Они выключили фонари и оказались в кромешной тьме.
Присели на корточки,  мыслями возвращаясь к прерванному разговору.
Первая не выдержала недосказанности Анна.
- Так кто такой мой предполагаемый отец? – бросила она в тишину.
- Киллиан Брендан. Он по происхождению ирландец.
«Выходит я – Анна Киллиановна Брендан Бастидас! Звучит – хуже некуда. Лучше останусь Анной Станиславовной Нестеровой» – подумала Анна.
Мэган между тем продолжала: –  Мы все – я, Хизер и Киллиан  – родом из штата Висконсин, которому дали прозвище – «Молочная ферма Америки».  Вместе выросли. Твоя мама позже переехала со своей семьёй в наши места из Колумбии.
Висконсин раньше ещё называли – штатом Барсуков.  Дело в том, что на местные шахты приезжали работать поселенцы из  Корнуэлла. Жить им было негде. Вот они и селились вместе со своими семьями в шахтах, как барсуки в норах.
Но, в основном,  Висконсин заселили этнические немцы (их больше всего в Штате), немного, но уступают им в численности:  норвежцы, ирландцы, поляки.
Они занимались фермерским хозяйством.
В моих жилах течёт ирландская и немецкая кровь, у Хизер – английская и норвежская, а у… Киллиана – ирландская и валлийская.
Говорить трудно. В горле всё пересохло. Давай ещё сделаем по глотку? – предложила Мэган.
Хизер зажгла свой фонарь, чтобы ненароком не пролить драгоценную влагу.
Они сделали по глотку, потом ещё по одному, и вода закончилась.
Если их не найдут, то долго им не продержаться.
И вдруг, Хизер закричала:
- Слышите  шум! Это спасатели пытаются вытащить тела наших проводников.
Действительно, она оказалась права. Хотя Анна вначале не поверила ей. Решила, что та желаемое выдаёт за действительность.
Они, не сговариваясь, стали кричать, звать на помощь.
Их услышали и освободили из ловушки.
От упадка сил, спасённых  качало.
Бывших узниц пригласили в дом управляющего. Там их напоили, накормили.
Анна с вялым любопытством отметила, как роскошь и бедность мирно уживаются вместе.
Шикарная барная стойка и огромный плазменный телевизор мирно сосуществовали с обшарпанным полом,  протёртой, замусоленной обивкой дивана и пластиковыми стульями.
Помощник управляющего – Мигель Санчос вызвался их отвезти в Боготу, раз всё равно туда собирался. Задержался, когда узнал об обвале, и был в числе тех, кто обнаружил их.
Они с радостью приняли его предложение.
- Ах! Чуть не забыла, –Анна выложила на стол маленький изумруд, который прихватила из шахты. Но управляющий вернул его ей обратно.
– Пусть он останется у вас на память об изумрудной шахте. И он так подходит к вашим глазам, сеньорита!
Кстати, американкам никто дарить изумруды не стал.
Они сами, пользуясь их дешевизной здесь, купили несколько кристаллов, зная что в той же Боготе изумруды будут стоить куда дороже.
Водитель – уже далеко не молодой человек однозначно отвечал на вопросы американских журналисток, а Анна переводила. Казался немногословным человеком, но стал удивительно разговорчивым, когда узнал, что Анна не американка.
- Многие в Колумбии ненавидят гринго (местное название американцев).
Они способны на всякие хитрости, чтобы добиться своего.
Был у нас один бандит по кличке «Мексиканец»,прозванного так за то, что любил всё мексиканское. Так гринго тщетно пытались поймать его.
Говорят, что в Колумбии часто похищают людей, это правда.
Ради выкупа случаются похищения.
Но не ради убийства.
А как поступили гринго?
Они похитили сына Мексиканца – Фреди. Затем выпустили его, вживив ему микропередатчик.
По его сигналу и нашли  Мексиканца, который встретился с сыном.
Когда прилетели вертолёты, то Мексиканец закричал: «Я гринго не сдамся!» и из двух пистолетов стал палить по ним. Отстреливался до последнего патрона.
Когда патроны закончились,  его  вместе с сыном и телохранителем прикончили .
«Туда ему и дорога», – мысленно подытожила Анна.
В отличие от собеседника,  погибшего  кокаинового короля  и убийцу  ей было   ничуть  не жаль.
Хотя  верность  Мексиканца собственной клятве ( лучше лежать в колумбийской земле, чем сидеть в американской тюрьме) невольно вызывала уважение. 
- Не переводи им, – старый Мигель мотнул головой в сторону американок.
- Американцы лицемерно ведут борьбу с наркотиками. На весь мир из-за кокаина делают нас изгоями, а сами создали для него огромный рынок, который не собираются закрывать.
Потому что это деньги. Очень большие деньги!
Потом они во всё вмешиваются, хотят распоряжаться нами. Навязывают свой образ жизни, но чтобы получить колумбийцу визу в США приходилось ждать три года, да ещё и не всем дают.
Жалобы шофёра переводить не стала. Зачем?
Как только очутилась в номере отеля, заснула как убитая.
Ночью Анне снилась старая шахта и вода, в которую ей приходилось нырять.
Погружаясь в неё с головой, каждый раз думала, что не выплывет.
Проснулась  вся в поту. Кошмар казался таким реалистичным.
Утром собрала вещи, и вместе со своими американскими спутницами, уже летела США
Туда, где сейчас находятся её предполагаемые родители.
Даже не верилось, что увидит их.
По прилёту Мэган сообщила, обращаясь к Анне:
- Отправляемся на машине  до Висконсина.
А там до Ла-Кросса совсем близко.
- Ла-Кросс – это место, где живёт моя мама?
- И отец тоже.
- Не свалюсь ли я им как снег на голову...  Может вначале предупредить их?
- Я уже сделала это. Позвонила сразу, как мы вернулись из шахты.

В пути, Мэган и Хизер  вели себя оживлённо и интересно рассказывали о местных достопримечательностях.
Несмотря на занимательную беседу, Анна вскоре устала от бесконечной ленты дороги.
Всё чаще и чаще стали попадаться, пасущиеся стада  коров.  Но и эта идиллическая картинка вскоре надоела  Анне.
Она с нетерпение ожидала конца поездки.

Когда Анна увидела сеньору  де Бастидас, то не поверила своим глазам.
«Эта женщина не может быть моей матерью. Она слишком молода для этого!» –  подумала Анна при виде красотки  – с  волосами тёмно-медового цвета, глазами с поволокой, сияющей кожей и пухлыми губами.
Особенно поразили   её невероятные формы и тонкая талия.
Запредельное, сексуальное совершенство.
Вся сексапильность Анны меркла рядом с ней.
Огорчиться не успела.
- Какая ты красавица! Совсем как я двадцать лет назад.
Мои сиськи больше твоих! – тут же  шокировала София  Анну.
Решив, видимо её утешить, продолжила тему сисек:
- В большой груди ничего хорошего нет. Когда ложусь, они поднимаются  к самому лицу.
Из всех родных  только я унаследовала столь пышные формы.
Наш предок – Родриго де Бастидас –  испанский  конкистадор .
Это имя было знакомо Анне .
Бастидас  основал город Санта-Марта на северном берегу Колумбии.
Его   по сей день считают самым благородным конкистадором в Испании, поскольку он относился к индейцам гуманно и с уважением.

Анна отмалчивалась, слушая, как болтает без умолка – незнакомая, но так внешне похожая на неё женщина, делающая порой шокирующие признания о себе и своих близких.
А потом вдруг та перестала молоть вздор и с извиняющей улыбкой произнесла:
- Прости за мою болтовню. Когда я волнуюсь, то несу всякую чушь.
София словно скинула грубую, вульгарную маску.
И эта обаятельная, чувственная  женщина  – её мать!
- Тысяча благодарностей за то, что привезли мою дочь. Это она уже обратилась к спутницам Анны.
Анна невольно обратила внимание, что София с ними в натянутых отношениях. И ещё она избегает обращаться к Мэган и Хизер по именам.


стр 5
8 октября 2009 год. Бостон, Массачусетс, США.

Уильям Харли, поддавшись уговорам, отправился после работы  на игру местного хоккейного клуба  «Бостон Брюинс». Мягкий, интеллигентный, хорошо воспитанный, Уильям в свои двадцати четыре года ещё не научился отказывать. Согласился пойти под напором приятелей, хотя вовсе не разделял их фанатизм.
Хоккей он не любил так же, как и другие спортивные игры. Ему больше нравился теннис.
Разболелась голова от духоты, криков болельщиков и суеты игроков, которые носились  от одних ворот к другим, с треском врезались  в бортики, стучали клюшками и били по шайбе так, что та взвивалась в воздух.
Уильям поёжился, представив себе, как этот снаряд вылетает за пределы площадки и попадает в какого-нибудь  «счастливчика».
Только успел подумать, как шайба  покинула площадку  после столкновения двух игроков. С огромной скоростью полетела в его сторону.
Уильям машинально её поймал, чтобы она не превратила  лицо в кровавое месиво.
Взглянув на неё, с брезгливостью отбросил, как ядовитую жабу.
После этого инцидента ему окончательно расхотелось досматривать матч.
Оставив друзей, покинул клуб.
Вышел на улицу. Район незнакомый. Вспомнив, что его девушка на колёсах, позвонил ей и попросил его забрать. Клэр охотно согласилась. Она как раз находилась поблизости.
Только  сунул мобильник в карман, как рядом затормозила шикарная тачка с тонированными стёклами.
Женщина, сидящая за рулём, попросила дать прикурить. Молодая,  темноволосая красавица, как  показалось ему. Падающая тень  от здания, мешала  как следует разглядеть её.
Уильям не курил, однако зажигалку всегда держал в кармане для клиентов. Он работал менеджером по продажам и знал, как расположить к себе людей.  Вовремя дать прикурить потенциальному покупателю, было неплохим способом для достижения этой цели.
Щёлкнув  зажигалкой, он осветил лицо дамы.
Очень яркий макияж придавал её красивому и выразительному лицу – налёт вульгарности, что вызвало у него разочарование.
Но Уильям всё позабыл, погрузившись в бездонную глубину  насмешливо-весёлых глаз.
Незнакомка с наслаждением прикурила, выпуская струйку дыма  через  тонкий нос прямо в лицо Уильяма. Он почувствовал сладкий, душистый запах тлеющих листьев чая или даже свежих томатов.
«Сигареты с марихуаной», – успел подумать.
А дальше его затащили в салон. Дама в машине оказалась не одна.
Удар по голове отправил парня  в бессознательное состояние .
Из кармана выпал телефон и хрустнул под колёсами газанувшего автомобиля.
Его нашла Клэр, которая опоздала всего на пару минут.
Всё  это  Уильям уже не узнал.
Очнулся в смирительной рубашке, где-то под землёй, в какой-то  шахте.
С ужасом  уставился  на окружавших его людей.
Они оценивающе рассматривали кареглазого и светловолосого пленника, похожего,  на блеющего, испуганного барашка.
Заметив, что тот очнулся, один из присутствующих стал произносить заклинания на неизвестном Уильяму  языке.
И тогда бедняга понял, что  обречён, как агнец на закланье.

Труп  Уильяма Харли обнаружили в реке Чарльз, в метрах восьми от берега.
Деньги, документы, ключи   лежали в карманах покойного.
На основании этого, полиция сочла его смерть несчастным случаем.


Америка. Наше время.

Пока они летели из Боготы в Висконсин,  Анна не могла отделаться от мысли, что американки преследуют свои цели.
Вот только  какие?
К тому же, они почему-то  абсолютно  уверены, что их бывшая однокурсница  – мать Анны.
Предположим, их убедило в этом внешнее сходство, которое Хизер назвала поразительным.
Однако,  это могло оказаться простым совпадением, не более того.
Американские журналистки  не могли этого не понимать, однако не сомневались в родстве.
Подозрение вызывало и то обстоятельство, что Мэган и Хизер, бросив  собственные  дела, стали помогать ей. Правда, сослались на то, что им здесь (в Колумбии) делать большего нечего и они возвращаются в Штаты.
И всё же… Ведь газетёнка их находится  в Нью Йорке.
От  Нью Йорка до Висконсина (Анна посмотрела  и сверила: время, расстояние, маршруты ), если лететь на самолёте, то займёт  пять с половиной часов; на автобусе (автомобиле), не менее пятнадцати часов.
Неужели только из-за того, чтобы написать статью о трогательном воссоединении матери и дочери?! Здесь их ждёт разочарование. Анна не испытывает никаких чувств  к  биологической матери. В её глазах, она предательница, и совершенно чужой ей человек.
Так что, если американки по доброте душевной (тут Анна скептически  усмехнулась) думают, что делают благое дело, то  глубоко ошибаются.
Или, они что-то не договаривают.
В добрые чувства жителей США Анна не верила. Особо не интересуясь политикой,  находилась  в курсе того, что происходит  в мире.
 На фоне последних событий, между русскими и американцами были посеяны семена неприязни, недоверия и даже враждебности.
Не любила их, не доверяла им, не желала сближения с ними.
Хизер, похоже, испытывала аналогичные чувства по отношению к россиянке.
А вот Мэган, тут Анна терялась в догадках, не понимая побуждений этой женщины.
Насмотрела на лучезарную улыбку, демонстрируемое внимание и участие к ней,  та вызывала определённые сомнения. Слишком она любезна, эта американская мадам.
Вспомнила выражение Вергилия из «Энеиды»  «Quidquid id est, timeo Danaos et dona ferentes!» («Что там ни будь, я данайцев боюсь, дары приносящих!»).
Правда, ничего в  поведении Мэган,  её манере держаться,  не способствовало этому.
Белокурая привлекательная  женщина средних лет, весьма моложавая и стройная.
Приятное,  даже красивое лицо, хотя немного жёсткое.
И всё же, червячок сомнения грыз Анну изнутри.
У девушки возникло предчувствие неискренности собеседницы, казалось бы, совершенно необоснованное.  Анна уловила её прищур, когда та на мгновение перестала контролировать себя, уйдя в раздумья.
Какие-то странные перепады от желания понравиться  ей, чтобы заслужить   доверие, до проявлений внутренней борьбы, которые порой читались на лице Мэган.
Анне моментами казалось, что американка ищет лазейку, чтобы залезть к ней в душу, но натыкаясь на глухую оборону,   раздосадована этим.
Отчасти её догадки подтвердила сама журналистка.
- Любопытно, но ты – копия своей матери не только внешне.  С небольшой погрешностью на возраст и воспитание.
Ты, как и она – типичный этико-интуитивный интроверт.
Без слов видишь, кто кому нужен – не нужен, кто, кого и как любит, и любит ли вообще.
Ценнейшее свойство – умение приспосабливаться к эмоциям другого человека.
Сопереживать, успокоить, снять эмоциональное напряжение.
Глушите свои чувства в себе, так как убеждены, что лучше быть – спокойным, ровным и безмятежным.  Хотя они порой и рвутся на свободу и сдержать их сложно.
Вы отлично видите, как к вам относятся другие,   и сами решаете – улучшить это отношение или поставить барьер.
В окружающих  ищите  такие качества, как – разумность, логику и способность защитить.
Но основное требование – верность. Неверности не прощаете.
Я не права?
Анна усмехнулась в ответ. Ох, уж эти копатели душ – доморощенные психологи!
- Не стану спорить. Преимущество на вашей стороне.
Вам есть с кем  сравнивать.
Замечу, что у меня  тоже сложилось впечатление о вас, Мэган.
Но его я выскажу позже.
Американка весело рассмеялась:
- Будет любопытно его услышать.
Главное, я добилась цели и приоткрыла стенки раковины, куда ты спрятала свои фобии, предубеждения  и подозрения по отношению к нам, к американцам.
Хизер, доселе  молчавшая, не могла утерпеть, чтобы не вставить свои пять копеек (или центов?).
Анна невольно поморщилась, когда та влезла в разговор с едкими замечаниями, вмешав политику.
Достаточно жёстко ответила ей:
- Давайте прекратим разговор, который абсолютно неинтересен мне своей предсказуемостью. Для вас релевантно мнение таких же как вы. Ничего другого не ожидала. Пусть каждый останется при своём.
Лицо Хизер пошло пятнами, а Мэган иронично улыбнулась.
Они ещё немного поболтали. Хизер демонстративно уткнулась в смартфон.
Мэган рассказывала об  учёбе с мамой Анны, о том, как они веселились на вечеринках.
Лицо её лишь однажды омрачилось, когда упомянула о гибели их однокурсника.
- Он утонул. Выпил, наверное, лишнего.  Правда, полиция считала, что его убили. Но виновного так и не нашли.  Вот только в Висконсине на протяжении шести лет исчезли, а потом были найдены утонувшими – девять студентов. Всё случилось после студенческих  вечеринок.
Зачем-то потянуло их в реку.
- Пьяному – море по колено, – вынесла вердикт Анна, хотя её удивило, что неженки американцы полезли в воду зимой. Они ведь не русские и трясутся от холода.
Разговор свернулся в другое русло.
 Мэганн подкупала  обаянием  и очаровательной  непосредственностью.
Мечтательная улыбка на губах, опущенные ресницы, которые мешали заглянуть ей в глаза, приятные  манеры располагали к  ней. Искусно вела беседу, провоцируя собеседницу на откровенность невинными, на первый взгляд, вопросамм.
Россиянка приняла условия «игры». Охотно « делилась воспоминаниями», рисуя пасторальные картинки детства, и уходила в сторону, когда та пыталась надавить,чтобы копнуть глубже.
Утомившись, Мэган   прекратила допрос.  Закрыв глаза, она погрузилась в дремоту.
Оставленная в покое, Анна решила почитать про штат, куда они направлялись.
В кратце ознакомилась с историей Висконсина.
В первой половине XVIII века  там проходили многочисленные вооруженные столкновения между белыми и индейцами. Эти конфликты были вызваны борьбой за контроль над землями Висконсина, а точнее - над маршрутом от Великих озер к реке Миссисипи, проходящим по рекам Фокс-Ривер и Висконсин. Европейцы  победили в этой войне, несколько тысяч индейцев были убиты, численность их резко сократилась.
В 1818 году   обнаружели крупные залежи свинцовых руд. В Висконсин хлынул поток переселенцев-шахтеров из Корнуэлла.
Индейцы попытались вернуть землю предков.
В двадцатых годах XIX века в Висконсине произошло несколько вооруженных столкновений между американцами и коренными жителями.  Однако,  восставшие индейцы оказались  окончательно разгромлены. Результатом победы европейцев в этих военных  конфликтах стало полное вытеснение индейских племен из Висконсина. В середине XIX столетия объемы добычи свинца   снизились,  шахтеры уехали в Калифорнию,  подцепив золотую лихорадку.
 В то же время в штате начало развиваться сельское хозяйство.
Понаехало очень много немцев.
К концу XIX века земля перестала давать высокие урожаи пшеницы. Ведущей сельскохозяйственной отраслью Висконсина стало молочное животноводство.
Анна устало закрыла страницу сайта.
Зачем ей это всё знать?
Она собиралась лишь заглянуть в глаза женщины, которая отдала её чужим людям, в чужую страну. А потом вернуться домой, к своим настоящим родителям.
И что же?
Заглянула и увидела там страх, панический ужас.
Её биологическая мать страшно испугалась её приезду.
В том, что не ошиблась в собственных подозрениях, Анна  убедилась сразу же, как они остались вдвоём  с Софией.
- Почему ты приехала?
Как  теперь уберегу тебя от опасности?!

стр 6

Слова Софии  не вызвали у Анны чувства тревоги. Почему-то рядом с ней она чувствовала себя в полной безопасности. Не стала настаивать на объяснениях. Если захочет, то сама расскажет. Накопилась усталость от перелётов и приключений в Колумбии. Да и гордость не позволяла паниковать раньше времени. Тем более, что после неосторожно сорвавшихся у неё слов,  София стала настойчиво предлагать пожить на вилле, вместе с ней и её мужем.
С первым супругом она рассталась, получив при разделе имущества – эту виллу и кругленький счёт в банке. Одни проценты из капитала позволяли ей вести безбедную жизнь.
Второй супруг был  моложе  её на четыре года, но тоже далеко не беден.
Преуспевающий голливудский сценарист, он хорошо зарабатывал и баловал жену дорогими подарками.
София обещала познакомить её с остальными родственниками – со своей сестрой Маргаритой и братом Хулио. Они вот-вот должны приехать, через неделю – другую.
И Анна решила задержаться здесь на какое-то время, испытывая противоречивые чувства, которые вступили между собой в нешуточную борьбу.
 
Дом  Софии – сказочно прекрасен. Построенный и обставленный в итальянском стиле,  он с первого взгляда вызывал восторг.
Стены из белого камня. Само здание в два этажа. Вымощенный двор с элементами кованного железа, огромный бассейн прямо под окнами. Изумительно чистая вода цвета морской волны отлично гармонировала с расположенными  вдоль всего бассейна   шезлонгами – вишнёвого цвета.
Прямо перед входом в дом, на газоне  – зона отдыха, где находились,   до блеска отполированный игральный стол,  и шесть удобных кресел. Они – в тени пальм, но от палящего солнца укрывал ещё, в тон обивки мягких кресел, тёмно-бордовый купол зонта.
Кругом вазоны с алыми розами. София любит красный цвет?
Возможно, хотя в гардеробе отдаёт предпочтение белому и чёрному. Всё это девушка узнала со слов хозяйки виллы, как и то, что в  доме семь спален и десять ванных комнат!
Вот этого Анна понять не могла.  Зачем такое количество ванных комнат?
Кроме того на вилле – спортивный зал,  бар с лакированной барной стойкой, винный погреб, сауна и многое ещё чего.

Мэган и Хизер распрощались и покинули их.
София, скрывая за любезностью холодность, не стала уговаривать их задержаться.
Анна поймала  напряжённый взгляд Мэган, когда их машина  тронулась с места.
С их отъездом тяжесть свалилась с плеч Софии. Она словно загнала собственные страхи в глубину души и дала волю ликующей радости.
Ей явно хотелось прижать к себе и расцеловать  обретённую дочь, но не решалась.
Анна  не давала ей ни малейшего повода для этого, продолжая держать дистанцию между ними.
София решила показать дочери свой дом, которым она очень гордилась, целиком.
Девушка невольно улыбнулась, когда та, проводя экскурсию по внутренним помещениям, завела её в библиотеку.
Книжные шкафы  красного дерева, камин из белого мрамора, диванчики с бордовыми подушками, прошитыми золотой нитью. Между ними на полу ковёр, на котором стоял пузатый столик, заваленный бумагами.
Ничего себе библиотека!  Вот только книг на полках мало. Зато огромное количество рамочек с фотографиями самой Софии и её близких. Их засилье портило впечатление от элегантной роскоши самого помещения.
Однако, явный перебор всевозможных рамок, чьё количество исчислялось десятками, не смущало хозяйку дома.
- Это моя младшая сестра Маргарита, – София показала изображение длинноволосой темноволосой девушки. Сходство  между сёстрами несомненное, только черты у девушки  более сухие.  На фото Маргарита стояла рядом с черноволосым, черноглазым  красавцем – латиноамериканцем.
- Карлос, парень Маргариты, – пояснила София.
- Это мой старший брат Хулио. Внешне он значительно уступал сёстрам.
- Это Эстебан, мой покойный брат. Снимок сделан незадолго до его смерти.
С фотографии улыбался, очень красивый парень, с такими же яркими зелёными глазами, как у Софии и Анны.
- От чего он умер? – спросила Анна, любуясь его лицом.
- Эстебан утонул. Я потом расскажу тебе  историю его гибели.
Сейчас хочу наслаждаться радостью от встречи с тобой.
Вот смотри. Это мой тайник, –  София взяла одну из рамок с собственной фотографией, нажала на какой-то выступ. Раздался тихий щелчок, и рамочка распахнула внутреннюю  створку. Там находился снимок. Анна глазам своим не поверила, когда узнала на снимке себя!
Она возле своей школы с рюкзаком на плече. Аккуратные косички  и россыпь веснушек на носу.
- Ты сама нашла меня? – выдохнула Анна.
- Как же иначе!
Я наняла детективов отыскать тебя.
Полетела в Санкт-Петербург, чтобы хоть одним глазком увидеть. Снимок сделала я.
Ты пошла в меня, к счастью. В тебе ничего нет от твоего отца.
- Кто мой отец? Почему ты отдала меня?! – не выдержала Анна, забывая о том, что решила сохранять безразличие.
- Ты такая же импульсивная,  как и я, и такая же гордая! – не скрывая одобрения произнесла София. – Скоро всё узнаешь.

Анна осталась пожить чуть дольше, чем изначально собиралась. София окружила её вниманием и заботой.
Однажды отвезла Анну на своём кабриолете в Мадисон – столицу Висконсина.
Они выехали с утра в туманной дымке озёр.
От пёстрых красок холмов и лесов, прозрачной голубизны воды,   ярко-синего неба – рябило в глазах.
Провинциальный город. Красивое место, но жить здесь скучно.
Невысокая застройка, смешные домики.
Памятник корове заставил улыбнуться.
Зато университет Висконсина красив, а Капитолий поразил воображение.
Это самое большое здание в городе. Его видно  отовсюду.
Внешне Капитолий производит сильное впечатление, а внутри – просто восхищает.
Стройные колонны  красивого сине-зелёного цвета с мраморным рисунком. Даже урны  такие же. В них жаль мусор бросать.
Огромный гранитный купол вызвал у девушки головокружение.    Ирония от первоначального впечатления  города сменилась искренним восторгом.
Капитолий смотрелся экзотическим чудом на фоне остальной местной архитектуры. И выделялся из общего стиля. Словно породистый рысак в конюшне среди тяжеловозов.
 
София пообещала в следующий раз отвезти её в Чикаго, который совсем недалеко отсюда.
Всего два часа езды.
На обратном пути, София с юмором рассказала о забавных законах штата.
Например, нельзя целоваться в поезде. Запрещено подавать яблочный пирог без сыра, обрезать волосы. Так как презервативы имеют неприличный вид, то их можно продавать только из-под прилавка.
Гражданам штата запрещено убивать своих врагов.
Тут на лицо Софии легла тень. Анна поняла, что её мать не одобряет этот закон.
Интересно, какие тайны она хранит?

Сердце  девушки понемногу стало оттаивать. Настороженность уступило место улыбчивой доброжелательности.
Через неделю, покой был нарушен раз и навсегда.
Состояние умиротворённости продлилось недолго.
С утра ничего не предвещало неприятностей.
Анна вышла позагорать к бассейну, а София собиралась присоединиться к ней, когда пожаловали незваные гости.
Сразу в памяти всплыла дежурная фраза из нашумевшего сериала:« Эл Эй Пи Ди,  фриз!» (Полиция Лос Анжелеса, стоять!)
Может ещё по струнке вытянуться перед этой... копихой.
Высокая. Ростом, ну может  на пару сантиметров  ниже Анны.
Типичная американская блондинка (как это скучно!) Серые, почти прозрачные глаза.
Красивая внешность, упрямый подбородок и ледяной взгляд.
Вид чрезвычайно холодный, и смотрит так, словно подозревает.
Только кого?
Стройная и…  фигура ничего, разве что плечи широкие, да прямые, как у солдата на плацу. От этого страдает её женственность.  Однако стоит признать, что  привлекательности в ней всё равно предостаточно.
Анна, расположившись в шезлонге у бассейна,  с  ленцой разглядывала   Мелани  Лестридж, которая прибыла из управления полиции Висконсина. Та, несмотря на жару, была в синей шерстяной  форменной рубашке!
Молодая, лет тридцать, не больше. И уже дослужилась до лейтенанта.
Анна знала, что многие копы стремятся получить повышение. Но для этого надо пройти тест, с которым справляются не более пяти процентов желающих.  Проходишь  тестирование  – получаешь звание. И каждое последующее  тестирование усложняется. 
Её сопровождал патрульный офицер ( самое низшее звание в полиции) .
И вовсе не мужчина, а тоже девушка. Блондинка... Американки специально подгоняют себя под кукольный типаж?
На редкость смазливая  девица (прямо кукла Штеффи  – немецкий аналог Барби)  с синими (наверное, линзы) глазами, густо  накрашенными ресницами и подведёнными бровями.  Да ещё  сверкала белозубой голливудской улыбкой (Дантист её не отошёл от признанных стандартов). Красотка  так  и постреливала глазами  на работающего неподалёку отчима Анны.  Тот подравнивал траву на газоне.  Скинул от жары рубашку и остался в одних лишь шортах.  Гигант с мускулистым торсом.  Всегда ушедший в себя, неулыбчивый и преданный, словно пёс, Софии.
«Ради меня он убьёт и глазом не моргнет любого», – как-то обронила  София  в его присутствии.
Он наклонил голову и подтвердил: – «Как скажешь, дорогая».
И произнёс  это так спокойно и твёрдо, что Анна поверила.
На других женщин даже не смотрел. Так что все усилия  вызвать его интерес оказались тщетными. Да и сама красотка  это поняла и с разочарованием на кукольном личике поправила, кокетливо выбившуюся  из-под серой  шляпы  с серебристой бляхой, прядь волос. Бляха,  в виде орла, выглядывающего из-под крыла преступников. Вид самого орла крайне подозрительный.
Ещё Анна успела заметить, что на запястье у девицы в младшем полицейском чине –  мужские часы с квадратном циферблатом. Слишком массивные для её руки.
После этого Анны к ней интерес иссяк, и она полностью переключилась на лейтенанта.
Та, тем временем, не переставая сверлить её враждебным взглядом, спросила про хозяйку дома – Софию.
- Она сейчас выйдет, – пояснила Анна.
- А вы ей кем приходитесь? – строго спросила Мелани.
- Я её дочь, – вынуждена была ответить Анна.
- Раньше я вас здесь не видела.
- Я только недавно приехала в США.
- Из Колумбии?
- Конечная точка моего отправления – Россия.
Взгляд женщины-полицейского стал ещё более подозрительным.
Анна не знала, что незадолго до её приезда, в Висконсине шайка неизвестных воровала у ротозеев карточки. С их помощью воры  покупали  оружейные прицелы. И под видом гуманитарной помощи посылали в Россию. Полицейские задержали местную жительницу, которую преступники  использовали в тёмную.  Самой банды и след растворился.
Подозрительность копа россиянку  не смутила. Нарушений за ней никаких не числилось. Собиралась ещё немного побыть здесь и вернуться в Россию.
И пусть эта, как там её – Мелани…  Лестрейд ( Нет так звали инспектора Скотланд-Ярда в рассказах и фильмах про Шерлока Холмса)… Лестрейнж? (Опять мимо.  Беллатриса Лестрейнж – очень жестокая и склонная к безумию волшебница в произведениях про Гарри Поттера. Вообще-то их там целый клан  из этой фамилии – приспешников Тёмного Лорда)… идёт к лешему со своими подозрениями. Туда же и  эти английские фамилии! Можно общаться, обращаясь по званию.
Тем более –  ни имени, ни фамилии напарницы Мелани, Анна не запомнила.
Обстановку разрядила, вышедшая из дома София.
В купальнике, который подчёркивал её великолепную фигуру, она выглядела безупречно.
Рафаэль –  супруг  Софии, с обожанием уставился на жену.
Анна, в который уж раз удивилась, как молодо и потрясающе, без всякой пластики, выглядит её мать.
София, в первую очередь, одарила её любящим взглядом, потом послала дразняще-завлекающую улыбку мужу, и лишь затем снизошла для вновь прибывших.
Младшего офицера окинула  мимолётным взглядом и укоризненно произнесла:
- Детка! Какая необходимость заставила тебя  наложить тонны грима и прятать кожу под  тональным кремом? Ты и так достаточно миловидна(прозвучало как – не совсем уж уродина).
Её порицание смутило офицера патрульной службы.
- Чем могу служить нашей доблестной полиции? – не обращая внимания на покрасневшую блондинку, с вызовом обратилась София к её напарнице. Взгляды женщин скрестились, словно  шпаги.
- Лейтенант  Мелани Лестридж из управления, офицер Кейси Риган – патрульная служба.
- Что вас привело сюда? –  поторопила её София с недовольным видом.
- Преступление, мэм.
- Вы подозреваете меня и моих близких?! Я пожалуюсь начальнику полиции Чарльзу Таббсу – частому гостю моих вечеринок.
- Это ваше право, мэм.
Мы пришли не допрашивать, а задать всего лишь пару вопросов, чтобы не вызывать вас в управление.
Где сейчас находятся ваши  брат и сестра?
- Маргарита со своим женихом Карлосом в Майями, а Хулио американские власти выдворили в Колумбию. Вам должно быть это известно.
- За перевод  наркотиков и пьяные выходки, нарушающие общественный порядок, не так ли?
- Его отношение к наркодельцам,  так и не было доказано. А то, что он пьёт и буянит, это, к сожалению, правда.
- Не доказано. Конечно, когда находишься под прикрытием высокого полицейского чина, – зло процедила Лестридж.
- На кого вы намекаете, неужели на шефа полиции Мэдисона  – Майкла Коваля, который выступил с открытым обращением легализовать  марихуану в Висконсине?
Ведь штаты Вашингтон и Колорадо узаконили психоактивную коноплю и разрешили её продажу!
- Офицер Риган идите в машину.
Когда патрульная ушла, лейтенант  Мелани Лестридж  вплотную подошла к Софии.
- Вот из-за таких как вы и ваших друзей – Майкла Коваля и члена палаты представителей штатов – Мелиссы Сарджент, вносят подобные проекты, признавая провал борьбы с марихуаной, ратуя за то, чтобы бороться с распространением героина. Сдаём позиции и приближаемся к пропасти. А им что?
Главное,  обернуть поражение  себе на пользу.
«Налоги с легальной продажи марихуаны будут создавать доход штата, который затем может быть использован для финансирования медикаментозного лечения наркоманов и расширения объемов судебных программ реабилитаций, которые  освобождают наркоманов  из системы уголовного правосудия», - предлагает шеф полиции!
- Ни я, ни мои близкие не принимаем наркотики и не занимаемся их распространением, – твёрдо заявила София. – В чём вы нас  подозреваете?
- В убийстве.


стр 7
 
- Доказательств нет, зато Мелани Лестридж подозревает! – в голосе Софии прозвучал сарказм, и она демонстративно рассмеялась в лицо офицеру полиции. К огромному  удивлению Анны,  прозвучавшее обвинение её вовсе не смутило.
Девушка даже привстала в шезлонге. Но что её поразило ещё больше, так это то, что Рэйф – супруг Софии, как ни в чём не бывало, продолжал заниматься газонами. Может,  не слышал, что сказала женщина-полицейский? 
Так ведь газонокосилка у него почти бесшумная и расстояние от них не большое.
Газонокосилка эта  на солнечных батареях –  голубая мечта любого дачника! Ночью она «спит», а включается с первыми лучами солнца.
С наступлением сумерек автоматически выключается. Самостоятельно передвигается по лужайке, отыскивая места с более высокой травкой.
Скосив траву до нужной высоты, возвращается в режим поиска.
Машинка оборудована детектором столкновений. Наткнувшись на твёрдый предмет, делает задний ход, разворачивается и меняет направление.
Только у этого механического чуда есть недостаток – может убежать в поисках новой травы. Поэтому Рафаэлю, или сокращённо – Рэйфу приходится за ним следить.
Анна предложила огородить лужайку проволокой, по которой пропустить слабый ток, можно использовать солнечную  батарею. Но София  воспротивилась. Она не собирается каждый раз переступать через проволоку, чтобы не споткнуться и не получить, пусть и слабые, но болезненные удары током.
Рафаэль присмотрит за машинкой.
Поддавшись воспоминаниям, Анна чуть не пропустила самое главное.
Лейтенант полиции Мелани Лестридж удовлетворённо хмыкнула, а затем, не скрывая иронии произнесла:
- Даже не спрашиваешь, в убийстве кого именно?
- Мел! Ты же не считаешь меня красивой идиоткой с большими сиськами и классной попой…
Анна с всё нарастающим удивлением слушала этот странный диалог.
И видела, как офицер полиции переместила свой взгляд с лица подозреваемой на её грудь.
Даже была готова поклясться, что в глазах Мелани промелькнули тоска и сожаление.
«Что это всё значит?– подумала Анна, – очень смахивает на…»
- Очередное убийство   банды смайликов (так и прозвучало – smiley face gang – банда смайликов). Ты ведь этим делом занимаешься,  – ответила на вопрос лейтенанта полиции, София.
Раздражение, злость и… страх в её голосе, уловил даже Рафаэль.
Он обернулся и посмотрел долгим взглядом на жену, готовый по первому  зову прийти на помощь.
София  махнула рукой, что всё в порядке, и он вернулся к прерванному занятию.
- Ты интересуешься моими делами? – сквозь иронию прозвучали нотки сомнения и… удовольствия.
- Хоть ты моя и бывшая… подруга, но я не перестаю быть в курсе всего, что связано с тобой. Как и ты, я права?
- Миссис  де  Бастидас,  я знаю, что вы каким-то образом  замешаны в деле смайликов. И я сделаю всё, чтобы правда всплыла, несмотря на наши прежние  отношения. Больше мне нечего вам сказать.
 Холодный, неприступный страж порядка, выпалив тираду, обернулся в сторону Анны.
«А вас, Штирлиц, попрошу остаться», – мелькнуло у той в голове.
- Послушайте мой совет. Возвращайтесь туда, откуда приехали, – предупредила Лестридж девушку.
Анна встала и не спеша, плавно двигая бёдрами,  подошла к ней.
Она видела взгляд Мелани, и все сомнения разом отпали.
Хотелось вспылить, нагрубить  этой  высокомерной дамочке при исполнении.
Мелани Лестридж раздражала её куда сильнее, чем Хизер. Ту хоть природа  мозгами обделила, а эта чего тут раскомандовалась!
Несмотря на образование и воспитание, Анна могла быть грубой, только потом очень этого стыдилась. Грубость – удел слабых.
Поэтому не стала вести себя как торговка на базаре.
- Благодарю за заботу. Безусловно,  воспользуюсь вашим советом, когда сочту это нужным.
Лейтенант полиции Мелани Лестридж и желала сказать  колкость, но так и не смогла.
Ушла обиженная.
- Ты должна ответить на мои вопросы, глядя на мать, твёрдо произнесла Анна.
Та не возражала.
- Давай окунёмся и я тебе всё расскажу.
Она нырнула в бассейн. Анна последовала за ней, держа в уме вопросы, которые собиралась ей задать, а потом решать, что делать дальше.
Когда они вышли из бассейна и расположились в шезлонгах, София попросила мужа сделать им коктейли.
- Вам придётся  подождать минут десять – пятнадцать, пока я смешаю для вас «Лонг Айленд». С долькой лимона или вишенкой?
- С вишенкой, – посылая  супругу обворожительную улыбку, промурлыкала София.
- А мне с  лимоном, пожалуйста, – попросила Анна.
Рафаэль ушёл в дом, и они остались вдвоём.
Время  своего отсутствия Рэйф обозначил. Следовало сразу перейти к делу, а не слушать пространственный рассказ Софии, которая, как и большинство порой южанок злоупотребляла многословием и излишней патетикой.
- Что это за банда смайликов? –  сразу взяла «быка за рога» Анна.
- На протяжении двадцати лет на территории одиннадцати северо-восточных штатов находили трупы утонувших молодых людей.  На данный момент –  больше сорока.
Все они белые и из состоятельных семей, в основном – студенты.
Тонут в самое неподходящее время – с октября по февраль. И каждый раз поблизости  находят нарисованный смайлик.
Один раз рядом с рисунком кто-то оставил надпись: « Злобный счастливый смайлик». С тех пор серию этих убийств,   обозначили как  –   убийства бандой смайликов.
- Я что-то слышала про утонувших студентов. Им вздумалось покупаться зимой. Мне рассказывала Мэган. Она ещё упомянула про  однокурсника, который утонул. Только не назвала его имени.
- Его звали Эстебан.  Это мой брат.
Анна вспомнила фотографию красавчика,  и подумала про себя: «Не повезло бедняге».
Но утопленники девушку сейчас меньше всего волновали. Для себя она решила, что обвинения Мелани Лестридж не обоснованы.
Не может её мать быть хладнокровным убийцей и ради собственно удовольствия разъезжать в поисках жертвы.
Хотя подобное преступление  не  так давно было раскрыто в Австралии.
Там вдоль дороги  нашли два женских  скелета. Кости принадлежали двум туристкам из Германии. Стали искать дальше и наткнулись на новые тела– парня с девушкой, потом раскопали останки остальных жертв.
Вначале расследование зашло в тупик. Ведь кроме гипотезы, что убийца был на машине, сажал попутчиков, а потом убивал их, никаких улик.   
Полицейский, который вёл расследование, не поленился и изучил все обращения граждан в период предполагаемого убийства.
Ему повезло. Нашёл свидетеля. Мужчина рассказал, что сел в машину. По дороге шофёр был общителен и  весел, но постепенно его поведение стало меняться в худшую сторону. Он явно накручивал себя. Потом водитель  остановил   машину, заявив, что надо поменять колесо. Вышел и полез в багажник.
Чувство самосохранения подсказало пассажиру  всё бросить и немедленно бежать. Он убежал и сообщил в полицию. Только там не отнеслись серьёзно к его словам.
С помощью  свидетеля, составили фоторобот, по котопому убийцу вычислили.
Преступника осудили. Но многие подозревали, что действовал он не один.  Ему помогала  совершать убийства его сестра.
Может и так.
Сейчас Анну больше волновал другой вопрос,  и она озвучила  его Софии:
- У тебя что-то было с Мелани Лестридж?
- Мы были с ней любовниками.
«Моя мать – лесбиянка! Она не перестаёт меня шокировать».    
В это время вернулся Рафаль. Он принёс коктейли. Его приход не позволил Анне понять, как она относится к признанию Софии - одобряет или осуждает? Знает ли о наклонностях жены  Рэйф?
Анна взглянула на  этого гиганта, и ей пришла в голову мысль:
« А что если это он убивает  студентов   ради своих  кровожадных инстинктов, а потом спокойно пишет сценарии». 


Стр 8
 
"Их сослали в ад? Хуже. В Висконсин»
(Цитата из фильма «Догма»)

Когда Анна представила себе, что живёт под одной крышей с маньяком, ей стало не по себе. До этого она смотрела на Рэйфа – как  на верного мужа её матери.
- Ты встречалась с Мелани, как там её – Лестридж до своего замужества? – спросила Анна у Софии, дождавшись, когда Рафаэль уйдёт к себе, чтобы поработать над новым сценарием.
- Отнюдь. С Мел я стала встречаться через пару лет после замужества.
Она тогда была ещё  сержантом полиции. Пришла, потому что мы слишком веселились, празднуя Рождество. Так мы с ней и познакомились.
- А муж в курсе…  ваших отношений?
- Мелани не замужем. Если имеешь в виду Рафаэля, то мы не афишировали нашу  связь, но и не делали из этого тайны.
- Почему вы расстались?
- Поссорились из-за смайликов.
- В смысле?
- Она вообразила, что я, таким образом, мщу за смерть брата.
Его убили. Эстебан был прекрасным пловцом. Он не мог утонуть.
- То есть она считает, что это ты убиваешь этих  бедолаг  в отместку за брата?!
Полная чушь!
- Спасибо, дорогая. Только кровная месть не такая ерунда, как ты думаешь.
Я – колумбийка. И пусть «продвинутые» европейцы и американцы считают это атавизмом, но  я – во что бы то ни стало должна распутать клубок давнего преступления и отомстить за гибель Эстебана.
У Софии зазвонил телефон, и она прервала их  разговор с извиняющей улыбкой.
По радостным восклицаниям Анна поняла, что приезжают её родственники.
Девушка тактично удалилась, чтобы не мешать.
Сомнения не покидали Анну. Слишком горячо София убеждала, что бедный  Эстебан так много для неё значил…
В задумчивости вышла из дома. У бассейна заметила Рэйфа, который курил, устремив взгляд на зеркальную гладь воды. Любовался ли он её  изумительно красивым изумрудно-бирюзовым цветом? Вряд ли.
Когда приблизилась к нему, тот вежливо поинтересовался – не мешает ли ей дым  от его сигары.
Убедив его, что вовсе нет, встала рядом.
Её всегда удивлял этот человек – замкнутый, нелюдимый, хорошо воспитанный и преданный Софии по-собачьи.
Анна не раз ловила его взгляд, когда он смотрел на супругу.
Не было в его глазах слепого обожания, умильной нежности.
Лишь суровое ожидание – прикажи, и я всё сделаю для тебя.
И  сделает, без тени сомнения и колебания.
Как –  ассасин, готовый умереть с радостью, не сожалея ни о чём.
Анна окинула его взглядом – высокий, физически очень сильный и крепкий.
Такой силач  одолеет любого. Стало сразу  неуютно. Она представила себе, как Рэйф суёт жертву головой в воду и держит там, пока  та не захлебнётся.
Анна вдруг испугалась, что Рафаэль так может поступить и с ней, если он на самом деле маньяк. Тогда понятно, почему София  опасалась за жизнь Анны и даже допустила её отъезд в другую страну…
Наверное, знает или подозревает, чем занимается её супруг. Но из-за любви к нему, покрывает его. Вспомнив о существовании в жизни Софии – несговорчивого лейтенанта полиции – Мелани Лестридж, усомнилась в безграничности любви Софии.
Да и  странно, что испугавшись за  жизнь новорождённой дочери, отдала её чужим людям, а сейчас безбоязненно оставляет   мужа с ней. И вот в чём неувязка…  Рэйфу тридцать пять лет. Двадцать лет назад он был ещё подростком. Правда, если даже в половину такой сильный как сейчас, то справиться с подвыпившим студентом ему ничего не стоило.
Но тогда почему Мелани Лестридж предъявила обвинения  не ему, а Софии?
Его она даже не упомянула. Посчитала, что, будучи ребёнком,  он вне «игры»?  В США американцы не считаются взрослыми до двадцати одного года. Им даже алкоголь до того возраста запрещено употреблять…
Зато потом навёрстывают и напиваются до поросячьего визга.
Может и эти утопленники  дорвались до вожделенного, а затем  с пьяных глаз в воду полезли?  Но, не такие же они идиоты, чтобы купаться зимой! Хотя придурков везде хватает. И всё же, предположение, что физически сильный подросток мог расправиться со студентами, выглядело убедительнее. Лестридж не могла не знать о том, на что способные даже дети.
Анна вспомнила о  нашумевшей истории, которая произошла в Висконсине в 2014 году. Об этом даже на российских сайтах писали. Настолько дикая она была. 
Две двенадцатилетние девочки задумали убить свою подругу и полгода вынашивали план убийства.
Они пригласили её поиграть в прятки в лесу у дороги  и там нанесли ей  девятнадцать ножевых  ран по туловищу, ногам и рукам.
Потом маленькие преступницы убежали прочь, бросив умирать подругу.
Истекающая кровью девочка доползла до дороги. На её счастье там проезжал велосипедист, который позвонил в службу 911
Раны оказались не смертельные  и Пейтон Летнер, которую  подружки прозвали Беллой, поправилась.
Убийц арестовали в тот же лень.
На допросах они на полном серьёзе утверждали, что так поступить  с Беллой им приказал… Слендермен (Тонкий человек) – вымышленный маньяк- телепат, который вёл охоту на детей.  Обе преступницы были почитательницами сайта «Creepypasta», где и познакомились с этим интернет-персонажем. Крыша у них и поехала.  Несостоявшиеся  маньячки загремели в психушку. И похоже надолго. Каждые три года их будут приводить в зал суда для определения их вменяемости. От решения судей и родителей пострадавшей девочки будет зависеть их дальнейшая судьба. Судя по настрою родителей Пейтон, прощать покушавшихся они не намерены. Либо  лечебница,либо тюрьма, где тем предстоит отбывать двадцать пять лет заключения.   
Задумавшись, не заметила, как к ней подошла София и обняла её сзади за плечи.
Анна вздрогнула от неожиданности и отстранилась от матери.
Лицо Софии на мгновение затуманилось, но она тут же улыбнулась и объявила, что завтра приезжают: Маргарита с Карлосом, и  Хулио.
Анна вспомнила, что Маргарита – младшая сестра Софии, а Хулио – старший брат из Колумбии. Добро пожаловать родственнички!
Всё правильно, ничего не перепутала. Вначале приехали Маргарита со своим бой-френдом. За ними пожаловал Хулио – помятый, невзрачный тип.
Маргарита внешне очень походила на сестру, но в ней не было даже половины обаяния, присущего Софии. И вообще она казалась какой-то нервной и взвинченной, несмотря на нарочитую маску спокойствия.
- Вот  вся банда в сборе, – тонко  улыбнулась София.  Подняла тост   за всех собравшихся, а потом добавила тоном, не терпящим возражения: – Познакомьтесь с моей дочерью. Теперь Анна – одна из нас.

стр 9
 
«Чужбина! Где радость? Увы,  далека.
Ну,  разве на миг здесь оставит тоска?
К чужим попадёшь – полетят пух и перья.
Так птицы всей стаей клюют чужака».
(Песни Шираза. Персидская народная поэзия)

От слов Софии чуть не поперхнулась.  Отнеслась  к сказанным словам на полном серьёзе. Ведь Анну с детства учили, что в каждой шутке есть доля правды. Подозрение о том, что у её,  новоявленных родственников – семейный подряд,   показалось  весьма убедительным.
Вполне вероятно, что они фигуранты кокаинового дела, или специализируются по изумрудам, которые перевозят в штаты из Колумбии. А может и то, и другое вместе! Спрос рождает предложение – прописная истина. Наркотики употребляют не только полные отбросы общества, а люди с положением – Анна знала. Прошлой осенью в Великобритании разразился скандал, когда бравых британских подводников застукали на том, что они на атомной подводной лодке устраивали кокаиновые вечеринки с проститутками. Уволили девять военных после положительного теста на наркотики. По данным издания «Daily Mail» в крови морских офицеров обнаружили следы кокаина. А если бы эти подводники под кайфом надумали  произвести выстрел... Тогда в ответ британский остров просто прекратит существование.

Анна отвлеклась от мыслей,  услышав грубость в собственный адрес. Хулио высказался чрезвычайно вульгарно:
- Es una pena que ella sea mi sobrina. Belleza! Yo la follaria.( Жаль,  что она моя племянница.  Красотка! Я бы её трахнул), –
От такой наглости Анна рассердилась до предела(и это мягко сказано!). Выпалила прежде, чем успела подумать:
- Ме parece que lа vena de la lengua pasa por tu culo porque hablas mucha mierda! (Мне кажется, что кровь к твоему языку поступает из твоей задницы, потому что ты такое дерьмо несешь!)
Запальчивость Анны вызвала дружный смех.
Отсмеявшись, София запоздало пояснила: - Я же говорила, что Анна свободно владеет испанским. Хулио не поверил.
Инцидент на этом был исчерпан. Хулио извинился,но осадок на душе девушки остался.
Решила, что пора возвращаться домой. Погостили и хватит. И лучше вообще  не знать, чем занимаются её родственники. «Меньше знаешь – крепче спишь».
Верно, но зато как скучно!

София сообщила, что собирается  устроить пати. Пригласит своих знакомых, в том числе и Мэган с Хизер.
«Я не очень  люблю своих бывших однокурсниц, но они привезли тебя, поэтому из чувства благодарности решила пригласить их  тоже», – пояснила София.
«Интересно, а Мелани Лестридж она тоже пригласит?» – подумала Анна, сгорая от любопытства узнать, но постеснялась спросить. Это личная жизнь её матери, вторгаться в которую нельзя даже на правах её дочери. И ещё ей очень хотелось услышать об отце, однако гордость, самолюбие удерживали девушку от вопросов.
Готовясь к вечеринке, они выбирали   себе  наряды. Маргарита тоже присоединилась к ним. И не такая она сухая, какой казалась при первой встрече.
- Мне идёт это красное платье. К тому же спина у него не оголена, из-за чего не могу надеть пушапы, а мне надо поддерживать грудь. Она у меня слишком тяжёлая. Анна вполне была согласна с её выбором, пока не заметила в гардеробе очень изысканное и красивое платье цвета морской волны.
- Надень это. Оно великолепно.
Её поддержала и Маргарита.
Самой Анне подобрали абсолютно новое синие платье, а к нему София подарила серьги с звёздчатым  сапфиром.
Переодевалась  София при  дочери, демонстрируя свою великолепную фигуру. К платью она надела серьги с крупными изумрудами. Абсолютно чистые, прозрачные камни, что в природе встречается крайне редко,  потрясающи шли к её кошачьим  глазам.
Анна испытала прилив гордости за то, что её мать такая эффектная женщина. Настоящая королева бала!
На вечере было много напитков и лёгких закусок. Гости разговаривали, танцевали и наслаждались отдыхом. Официанты без суеты разносили подносы с напитками и едой. Никаких пластиковых красных стаканчиков. Только фужеры из тонкого богемского стекла, наполненные разноцветными  винами из погреба Софии. Анна взяла с подноса бокал и пригубила драгоценный напиток светло-жёлтого цвета с красивыми золотистыми отблесками. Волшебно! Не торопясь, выпила всё содержимое своего фужера,чувствуя как кровь ещё быстрее бежит по венам. Напряжение окончательно оставило её, сохранив остроту чувств и быстрота реакции.
Отметила про себя, что все её родственники «случайно» оказывались поблизости, и обязательно кто-то из них находился рядом с ней. Интересно, от чего её оберегают, или от кого? Но они не были молчаливыми тенями. Карлос – бой-френд её тётушки, неназойливо ухаживал за ней, незаметно держа окружающих в поле зрения. Один  раз зрачки его глаз сузились и он слегка напрягся, когда  увидел что-то за спиной Анны. Девушка обернулась, однако ничего подозрительного не заметила. Всего лишь небольшая группа веселящихся гостей. Вскоре Карлоса сменила Маргарита.
Она поведала племяннице, что дом этот София купила на свои деньги.
Та неплохо зарабатывала, открыв собственный бизнес. Дом – её гордость.
Бывший муж после развода хотел  наложить  лапу и на него. Но София с помощью адвокатов его прижала, раздобыв сведения о его тайных счетах в Швейцарии и Германии.
«Кто следующий?»– попыталась угадать Анна, когда тётушка покинула её.  На вечеринке девушка чувствовала себя легко и непринуждённо, с толикой боевого настроя. Однако настроение вскоре  омрачила Хизер, которая  никак не могла угомониться.
- Опять вы про этих злосчастных Скрипалей!  Лишь бы  обвинить всю Россию.  Нонсенс. Не вижу никаких оснований для его устранения: ненужный человек, ненужное место, ненужное время. У вас есть доказательства, обличающие Россию? Настоящие доказательства, а не типа – подброшенной пробирки с надписью «Яд из РФ ».  Или только инсинуации?  Нет. Тогда мне вас жаль. «Глупость не обязательно делает человека злым, но злоба всегда делает его глупым», – как сказала французская писательница Франсуаза Саган.
Хизер на это не знала, что ответить, а Мэган не пришла ей на помощь.
Она с каким-то болезненным волнением вслушивалась в отповедь Анны. Её поведение показалось девушке неуместным и странным.
Ещё один молчаливый слушатель проявил любопытство к разговору. Впрочем, его не интересовала политика. Внешность у незнакомца примечательная.
Невысокий, худощавый, и абсолютно непохожий на англо-саксов с их тяжёлыми челюстями. Высокие, правильные скулы, пухлые губы и аккуратный нос. Тонкие черты лица и бездонные светло-голубые глаза в длинных ресницах, которым позавидовала бы любая красавица. Лет тридцать пять – сорок  на вид, но вместо возрастных  морщин – россыпь очаровательных веснушек на носу, придающих ему мальчишеский вид. У Анны тоже есть веснушкм, и она своими гордилась.
- Насколько хорошо вы знакомы с творчеством Француазы Саган? –  модулированным, приятным голосом задал он вопрос. Такими голосами обычно обладают гипнотизёры.
- Достаточно неплохо. Хотя и познакомилась с её творчеством всего лишь около гола назад. Меня зацепило одно её произведение, и я открыла для себя  Саган как писателя.
 - Позвольте,  угадаю, какое именно: «Здравствуй, грусть?», хотя вряд ли.  Этот роман скорее для  семнадцатилетних тинейджеров.  В юности желание настоять на своём сильнее благоразумия. И не всегда хватает мудрости, чтобы  оценить последствия. Лично мне было скучно его читать. Думаю, вам тоже.  Вы явно превосходите ровесниц по интеллекту. 
Тонкую лесть Анна пропустила мимо ушей, а вот слова про последствия  прозвучали как предупреждение.  Или  просто показалось? Впрочем,  её собеседник  легко и непринуждённо, подкупая обаятельной улыбкой и интересом к своей собеседнице, продолжил «следствие»:
«В туманном зеркале»? Я очень люблю этот рассказ Саган. Импонирует юмор и лёгкая ирония.
- А у меня этот рассказ оставил неприятный осадок. Разочаровал главный герой – Франсуа.  Тряпка  и любитель ходить налево. И при этом его не смущает, что сидит на шее у своей девушки.
Её голубоглазый собеседник тихо рассмеялся и процитировал: « Во взаимоотношениях  мужчин и женщин мало чувств, которые длительны и постоянны, но равнодушие – одно из них: и если уж отсутствие взаимного влечения возникло и укоренилось, то оно практически непреодолимо».  Теряюсь в догадках и ожидаю услышать ваш ответ.
«Ответ мой – нет! Вот привязался, как банный лист», – про себя подумала Анна. Назойливость незнакомца начинала раздражать. И он ей не нравился.  В слух же вежливо ответила:
- «Замок в Швеции» –  пьеса.
- К сожалению, не помню. Не подскажите сюжет?
- Действие, как следует из названия,  происходит в Швеции, зимой.
Обитатели замка развлекаются за счёт гостей. Выбирают простака и разыгрывают перед ним спектакль с первого и до последнего акта, по одному и тому же сценарию. Добиваются успеха, потому что подыгрывают друг другу, преследуя свои собственные цели. Чёрный юмор. Неправильный, обречённый и жестокий.
Студента Фредерика пригласила эта странная семейка  погостить в замок.
Наживкой послужила жена  хозяина замка.  Элеонора – скучающая красавица. Рядом с ней всегда  находится её брат Себастьян – бездельник и повеса. Эта неразлучная парочка интриганов вызывает неподдельный интерес. Остальные персонажи не так любопытны и несколько шаблонны. Некоторые из них, на мой взгляд  – лишние. 
- Я вспомнил эту пьесу. Забавная вещь.  Эгоизм с оттенком девиаций. И кого из обитателей замка вы бы убрали – сестру хозяина, Агату?
- Офелию. Напрашивается аналогия с «Джейн Эйр».
- Пожалуй, вы правы. Её вполне бы заменила какая-нибудь служанка.  Фредерик, по мере своих жалких сил пытается понять окружающих его людей, разгадать  некие тайны, но он не способен видеть картину в целом. Вот поэтому и попадает в  уготовленную ему ловушку.
 Помните,  в каком виде его нашли на опушке леса? Одни косточки…
Извините, я оставлю вас. Благодарю за увлекательную беседу, – с этими словами мужчина отошёл в сторону.
- Это была бы прекрасная смерть, – процитировала Анна строки  из пьесы, которую они только что обсуждали.
- Не говорите глупостей. Да вы  ничего и  не знаете о смерти, – Мэган «подхватила эстафетную палочку, сменив предыдущего собеседника Анны.
- К чему вы это говорите?
- К тому, что ты абсолютно ничего не знаешь. И прежде всего ты ничего не знаешь о жизни!
- Только кое-что о любви?
- Да, к счастью. Поскольку  иначе – дальше просто ехать некуда.
Разыграв диалог из пьесы «Шведский замок», девушки весело  рассмеялись. Анна обратила внимание, что Мэган выглядела  чувственно-сексуально. Было заметно,  как сильно она возбуждена.
Нет, Анна не спешила записать её волнение на свой счёт. Видимо, красавец-мужчина, с которым Анна беседовала, так подействовал на неё. Кстати, она не спросила его имя.
- Мэган, а кто тот  мужчина, с которым я только что разговаривала?
- А ты и не знала?! Это – Киллиан Брендан.
«Мой предполагаемый отец», –  Анна обернулась, чтобы вновь посмотреть на него. Но Брендана и след простыл. Зато встретилась взглядом с Софией, которая находилась неподалёку и, кокетливо улыбаясь, выслушивала комплименты от прокурора города Милуоки – Джона Чизхолма, того самого, что прославился тем, что выступал за послабление обвинительных приговоров. В результате преступность стала ещё  выше.
София  улыбалась прокурору, но в глазах её была гордость за дочь.
Внешность Анны, её приезд из России, то,  как она поставила на место Хизер, её начитанность – вызвали к ней интерес гостей. Кроме того, те были осведомлены о воссоединении матери и дочери, и сентиментов было предостаточно.
Большинство  из них не читали книг французской писательницы и плохо понимали,  о чём шла  речь, но увлечение, с которым Брендан  беседовал с девушкой из России, ещё больше добавило уважение к ней.
Один из гостей (что  он собой представлял, Анна так и не узнала), с улыбкой чеширского кота, осведомился, какие книги американских авторов она читала. Анна устала от разговоров, поэтому не стала перечислять своих любимых авторов, демонстрируя эрудицию. Прищурила зелёные глаза и, не скрывая иронии, насмешливо ответила:
- Многих. Например Роберта Конквеста. Его опус, написанный в  1984 году – «Что делать, когда придут русские. Руководство по выживанию».
«Линия Коммунистической партии не поощряет употребление наркотиков, гомосексуальность и ношение бороды. Так что, если вы относите себя к «новым левым», мы предлагаем вам избавиться от всех своих наркотиков,  скрывать своё девиантное  сексуальное поведение и бриться начисто», – процитировала  она.
Кстати, именно этот контекст заставил её ознакомиться с  брошюркой. Большего идиотизма никогла не читала. Судя по тексту: русские захватят Америку и будут насиловать, да грабить. Автор призывал американок заранее начинать пить противозачаточные таблетки.
Мужчина, задавший ей вопрос, поспешно ретировался.
- Куда же вы? Я не собираюсь отнимать ваши национальные радости!

Когда гости разъехались, Анна, вернувшись к себе,  с облегчением скинула туфли. Бережно стянула платье Софии и аккуратно его повесила на плечики. Не удержавшись, коснулась шелковистой ткани щекой.  Улыбнулась по-детски открыто и не защищённо.  Ей казалось, что платье сохранило воспоминание о её матери. Скрытая ответная ласка, которую девушка публично, да и оставшись наедине с Софией, не могла себе позволить. Почему?  Сама не знала, но противилась из-за всех сил. И всё равно, сердце тянулось к  родной  матери. Нет, она не стала меньше любить и ценить маму, оставшуюся в России. Просто зов крови давал о себе знать.
Со вздохом сожаления оторвалась от подарка Софии. Мыслительную деятельность переключила на прошедшую вечеринку, прокручивая в уме плёнку событий. Не покидало ощущение, что она что-то важное упустила. Встреча с предполагаемым отцом особо не взволновала её. Может он ей и не отец вовсе! Так что тогда?  Всё  прошло отлично. И всё же, какая-то неуловимая мысль мелькнула и тут же пропала, затерявшись в ворохе эмоций и чувств.  Анна почувствовала беспокойство. С упорством охотника  поймала, пытавшуюся скрыться беглянку. Настигнутая, та слабо сопротивлялась, призывая на помощь усталость и эмоциональный спад. Но девушка не дала себя задурить. Заглянула в неё и ахнула. Всё остальное было отброшено в сторону и забыто. Эмоциональный всплеск заставил Анну мобилизовать весь резерв сил. Мозг, прежде убаюканный и поставленный в режим «сна», активно включился в работу. Резкий переход от нежности до  решительной твёрдости и упорства во всём разобраться самой.

- Спасибо за подсказку! Вы дали  мне  ключ к шкатулке Пандоры. Я воспользуюсь им, и узнаю, какие тайны хранятся там.
Анна вспомнила мягкий, обволакивающий, берущий в плен голос Киллиана Брендана  и иронично  усмехнулась.


стр 10

30 января 2017 год.

Адам Райт – 21-летний студент колледжа Дартмут, выходя из бара,  проходил мимо  припаркованного на обочине серого пикапа   Ford F- Series.
Настроение отличное. Он молод, успешен и учится в наиболее престижном колледже, благодаря тугому кошельку отца. Девчонки гроздями вешаются на его шею.
Пусть он вовсе не ахти,  какой красавец, просто симпатяга. Зато его спортивная фигура вызывает у них восхищённые вздохи.
Из пикапа,  вышла женщина средних лет.  Длинные тёмные волосы.  Глаза спрятаны за большими очками. На лице  доминировал алый рот, который придавал незнакомке вызывающий и вульгарный вид.
- Молодой человек!– негромкий, полный томной неги голос, отчётливо прозвучал в вечерней тишине. Адам нехотя  остановился.
- Не желаете одинокой даме составить компанию, и скоротать чудный вечерок вдвоём? – последовало предложение.
- Прошу прощения, мэм. Я ничего  не имею против жриц любви, но предпочитаю женщин не бальзаковского возраста, –  ухмыльнулся, испытывая удовольтворение от того,  как красиво он её послал.
Незнакомка весело рассмеялась.
- Какой начитанный мальчик! И к тому же такой –  сильный и…
Адам был физически крепким парнем. Поэтому даже в мыслях не держал, что ему может что-то угрожать, тем более  – женщина. Самоуверенность сослужила студенту  плохую службу.
Темноволосая незнакомка всадила ему иглу шприца прямо в бедро, через джинсовую ткань.
У Адама всё закружилось перед глазами. Тщетно   пытался устоять на ногах. Несильный толчок в спину,  и он уже летит в кузов машины. Удар об дно, затем пелена тьмы накрыла жертву. Очнулся  в заброшенной шахте. Абсолютно голый. Руки и ноги  связаны эластичными бинтами.
Похитительница стояла рядом. Она была в странном, мешковатом  одеянии.  Капюшон надёжно  укрывал её лицо. Однако тусклый свет фонарей освещал её рот, казавшийся теперь  кровавым хищным  оскалом.
Извращенка! –  гневно взревел пленник, кляп позволил вырваться лишь нечленораздельным звукам.
Попытался разорвать путы, но даже ярость, удвоивший его силы, не помогла ему высвободиться. Оставив бесполезные потуги, Адам приподнял голову  и осмотрелся, выворачивая шею.
Женщина, которая его похитила,  была в помещении  не одна.   Кроме неё здесь находились  другие люди. Женщины, или мужчины – трудно разобрать. Все в одинаковых коричневых балахонах, похожих на рясу.
Руководил ими – мужчина. На шее у него висел  кулон    с изображением кельтского креста и черепа. И ещё у всех у них на указательном пальце было по  серебряному кольцу, с вырезанными буквами «ТОТ».
Адам понял, что попал в руки  адептов какого-то тайного  общества.
Потом  у пленника вынули кляп из-за рта , чтобы тут же всунуть ему в рот воронку, через которую в горло полилось виски.  Адам  быстро захмелел. Безразличие овладело им. И когда парня вниз головой  опустили в котёл, даже не сопротивлялся. Захлебнулся сразу, сделав последний в  своей жизни вдох. Только вместо воздуха в лёгкие попала  вода.
Жрец сделал жест, и  голову утопленника вынули из котла. Труп шмякнули на землю, как куль с мукой.
- Вы знаете, что делать дальше.
Затем он устремил свой взгляд в стену, словно смотря сквозь неё.
Анна!  Надежда  жрецов – отца племён, я призываю тебя к нам.

Анна проснулась в отвратительном состоянии духа. Её всю передёрнуло, когда  вспомнила свой сон с жертвоприношениями.  Но именно сон дал толчок её мыслям.  Банда смайликов. Это ничто иное,  как  жертвоприношение.  Теперь она знала «почему?»  Осталось лишь узнать «кто?»
И,  кажется, уже знала. Точнее, догадывалась. Предстояло убедиться в собственных подозрениях, как бы тяжело это не было.
Схватила планшет  и нашла: жертвоприношение через утопление приносилось  богу Тевтату. Надлежало утопить молодого и здорового юношу  в чане (котле) с водой.
«Вот  стрелка компаса указала направление. Ужасно, что кровные родственники замешены в этих гнусных преступлениях. Но я должна пойти и открыть истину, чтобы прервать череду смертей».
Чувствуя себя Павликом Морозовым, Анна направилась в спальню матери.
Сюрприз  ожидал её там, когда застала в постели Софию в объятиях… Мелани Лестридж!»
От этой сцены, Анна чуть не сплюнула.
- О Боже! Обязательно сейчас надо этим заниматься. Не могли своё примирение  отложить на потом?!
Впрочем… Лейтенант, как раз вы мне и нужны. Хотите узнать, кто орудует под видом смайликов? София, пока … она одевается, ответь:  Киллиан Брендан – мой отец? Ты от него хотела менчя уберечь… Значит знала, чем он промышляет...
София, как и Мелани,  уже успев одеться, горячо воскликнула:
- Я только догадывалась, подозревала Килиана в смерти брата и гибели остальных. Все эти годы охотилась за его бандой, но они были неуловимы. Мои близкие помогали мне.  И когда мы подобрались близко к ним, тут появляешься ты. Я испугалась, зная, что твой отец захочет втянуть тебя и запятнать твои руки кровью! Это я образно выражаюсь. Но он помешен на зове крови.
- Вот я и послужу приманкой, чтобы заставить его во всём признаться, – весело проговорила Анна, и уже серьёзным тоном добавила: – дай мне его номер телефона, надо договориться с ним о встрече».

Дом Киллиана Брендана находился в северной части Висконсина. Красивые места, тишина и покой. Много зелени, деревьев и кустарников.
Сверяясь с навигатором, Анна уверенно ехала по дороге к дому отца.
Олень перешёл  ей дорогу, бархатистыми глазами глянул на девушку и скрылся в кустах. Она была так поражена, что чуть не забыла о цели своего визита. В задумчивости управляла автомобилем, который ей одолжила мать.
София и родственники порывались поехать вместе с Анной, но та воспротивилась.
Девушка хотела поговорить с ним наедине и в последний раз заглянуть в его бездонные глаза.
Вот она и приехала.  А ничего домик! Большой и просторный.
Хозяин сам её встретил и провёл в кухню. Не переставая любезно улыбаться, он снял с себя передник и повесил его на гвоздик.
Анна оглядела помещение, куда он её привёл. Кухня как кухня, но явно очень дорогая и стильная. Натуральное тёмное дерево. Всё строго и лаконично, ничего лишнего. Мойка и посудомоечная машина встроены прямо в квадратный остов.  Стены обшиты ценными породами дерева. На них гармонично смотрятся подвесные  шкафчики со стеклянными дверцами. Очень удобно – видно всё, что находится там.
Во всю стену окно. Из него прекрасный вид на озеро. Сидишь за столом, кушаешь и любуешься природой.

Как можно, видя такую красоту, замышлять убийства?!
Или он, когда готовит преступление, глядит в камин, вделанный в каменную стену?
- Присаживайся, Анна, – мягко предложил Киллиан Брендан, подвигая к ней стул.
- Спасибо. Я лучше постою. Насиделась в машине, –  девушка поблагодарила хозяина дома улыбкой. Руки засунула в карманы джинсов. Они слегка дрожали и могли выдать её волнение.
- Ты сказала, что хочешь переговорить со мной об очень  важном ля нас двоих деле. Знаешь, если бы ты сама не позвонила мне, то я бы сдеал это сам. Нам есть о чём поговорить…
- Например,  о Тевтате, – бросила Анна и попала в цель.
Ресницы Киллиана заметно дрогнули.
-  Сила духа присуща тебе. Поразительно, что такая начитанная и образованная девушка выросла в варварской стране, где нет места демократии, где ведут агрессивную  политику!
- Et  tu, Brute? (И ты, Брут?)  – с досадой сказала Анна, – да будет вам известно, что распрекрасная ваша Америка, судя по рассекреченным данным в связи с истечением давности,  планировала в конце пятидесятых годов  нанести атомные удары по двум крупнейшим городам России (повтор Хиросимы и Нагасаки). Больше всего специалистов  NSA удивило то, что американские стратеги планировали  целенаправленное уничтожение населения Москвы и Ленинграда, рассматривая гражданских лиц в качестве  целей. Что противоречило международным нормам того времени.И вы(гады) смеете ещё нас порицать!
Пока Анна давала гневную отповедь, на кухню зашли Мэган и Хизер.
Россиянка кивнула им и не скрывая отвращения, спросила:
- Мэган,  Уильям Келли, который устроил расстрел  мирных жителей вьетнамской  деревушки в Сонгми – не твой родственник? Рота американских солдат под командованием лейтенанта Келли ворвались  в деревню и, ведя, непрерывный огонь,  стала закидывать  хижины гранатами.
А тех, кто работал на рисовом поле,  расстреляли из пулемётов. Более пятьсот человек было убито. В основном – старики, женщины и дети.
Особо отличился лейтенант Келли. Заметив, раненую девочку, которая пыталась отползти в сторону, он подошёл к ней, перевернул ногой на спину  и выстрелил ей  в голову. Добил, гад!
Только у трёх членов экипажа вертолёта проснулись честь и  совесть. Они повернули оружие против своих.  Выпустив очередь над головами карателей, заставили тех отступить, а потом вывезли полтора десятка уцелевших жителей в безопасное место.
Все трое её оппонентов смотрели на девушку, не отрываясь. Киллиан с участием, Мэган  во все глаза, а Хизер закусила губу с досады.
- Бессмысленные убийства. Тевтат  принимает только жертв утопления.
Мы – потомки друидов, приносим правильные жертвы богу войны, богатства и процветания.
Анна с иронией подумала, что тут её отец прав – смерть всегда кого-то обогащает.
- Как  догадалась,  что это мы? – вдруг спросила Мэган. Она, не отрывая взгляда, так и ела глазами Анну. Казалась взволнованной, растерянной и … возбуждённой.
Хизер одёрнула её и что-то зло зашептала ей на ухо.
Киллиан, не обращая на своих сообщниц  внимания, поинтересовался у Анны:
- Как ты вычислила нас?! Сама, или София подсказала?
- Я воспользовалась подсказкой, что вы сами мне указали вчера – надо увидеть картину в целом.
Я тогда задумалась над этим и поняла, что вы правы – люди видят отдельные фрагменты.
Сумасшедший не обязательно должен быть один. Возможна группа таких же.
  Психика  сходит с ума в условиях одиночества и  заточения малых групп.
Вначале я заподозрила Софию и её родственников. Но, она католичка, а не язычница. И ирландско-скандинавский  бог Тевтат к ней никакого отношения не имеет.  Мэган сам проговорилась, что у вас , у неё, у Хизер – предки ирландцы, норвежцы и немцы.
А перед этим я увидела сон, как приносили в жертву  несчастного Адама.
Анна пересказала  им свой сон и они были поражены сходством сна с тем, что происходило в действительности.
- Ты с нами? – задал вдруг последовал вопрос, котого она опасалась.
- Нет! – лицемерить даже под угрозой смерти не могла.
- Никогда не следует говорить с сумасшедшим о сумасшествии. Если ты против, то мы не можем допустить, чтобы всё раскрылось.
- Не надо, Киллиан! – Мэган выступила в защиту Анны.
- Она нас выдаст, – с этими словами, он вынул нож из ящика стола.
Воспользоваться им не успел. Группа полиции, которую возглавляла Мелани Лестридж, ворвалась в дом и произвела арест  участников банды смайликов.
- Меланья – голова баранья! Меня тут чуть не убили, пока ты ползла, как черепаха.
Но она была страшно рада,что Мелани успела вовремя. Сама не ожидала, что получит признание гоаваря банды так быстро. В тот момент пришло осознание, что её просто решили поставить перед выбором, не вдаваясь в объяснения. Вынужена была сделать финт (ложный выпад). В этом ей Киллиан Брендан невольно подыграл, решив её подразнить. Свою импульсивность Анна обратила себе на пользу, ошеломив противника мгновенным переходом в нападение. Страха и колебания не было, незамедлительное действие. 
Тем самым выиграла драгоценные секунды, отвлекся внимание этих одержимых посторонней темой.

Преступников увели. Позже девушка узнала, что Киллиан прекрасно знал о расположении камер наблюдений, и умело избегал их. Мэган и Хизер надевали парики и наносили грубый макияж, чтобы изменить свою внешность. Смайлики рисовали в насмешку над полицией, уверенные в собственной  безнаказанности. С каждым годом количество язычников в мире растёт. В одной только Англии  – пять тысяч друидов, а общее количество язычникрв достигает 200 тысяч. И как всякая религия, язычество держится на вере, а не на фактах. «Блаженкто верует...»
 
Анна вернулась в дом  Софии и стала укладывать свои вещи в рюкзак.
В комнату к ней заглянула София.
- Собираешься уезжать?
- Да, пора домой. Мои  родители в Питере ждут меня.
- Но ты ещё вернёшься?
- Мы будем часто с тобой видеться… мама.
София расплакалась и прижала дочь к себе. И та её не оттолкнула.