Норма всегда считала себя серой мышкой. Нет, она вполне миловидна, образованна и не глупа, но на фоне старшего брата меркла, как и на фоне любого, кто обладал харизмой. В их семье такими счастливчиками являлись отец и брат, а ей досталась роль тихони, которую находили миленькой, хорошо воспитанной, но слишком положительной и незаметной.
Может быть, Норма не стала бы такой, если бы жива была её мать. Однако миссис Феррьер умерла двенадцать лет назад, когда  девочке было всего десять лет, а её брату Гильберту - двенадцать. Их отец Нейтан Феррер – бывший военный не стал искать себе новую жену.
Ферреры – один из старейших родов в Дерби. Их предок Анри де Феррер высадился в Англию вместе с Вильгельмом Завоевателем. В награду за вторжение получил земли в местечке Аллестри. Тогда это была маленькая деревушка с несколькими разрозненными домиками. Впрочем, к началу двадцатого века поселение не слишком расширилось. Землёй по соседству, владели ещё несколько старинных родов: д'Авранши – собственники, граничащего с Аллестри участка в Маркатоне, и Дэвид Туше тоже из Маркатона. Хотя о мистере Туше – особый разговор. Его дед был евреем, но очень богатым евреем. Это обстоятельство позволило ему жениться на девушке из семейства Туше и взять её фамилию по особому распоряжению. Попросту купил себе жену вместе с родословной. Дэвид Туше – вдовец, как и его друг – Нейтан Феррер . После смерти жены – урождённой Беатрис д' Авранш, стал опекуном её племянников – Феликса и Дафны, отец которых разорился на скачках и от огорчения помер. Злые языки утверждали, что он покончил собой, но это не так, конечно.

Опекун не пожалел денег на образование подопечных. Отправил их во Францию, где его старинный приятель работал директором элитной частной школы. А заодно раскошелился на образование своего крестника – юного Гильберта Феррера, тем более, что мальчики дружили между собой. Малышку Норму  оставили дома - слишком уж она была домашним ребёнком.
Позже Норма задумывалась об упущенных возможностях. Тоскливо жить в четырёх стенах, зная, что за порогом - другой мир, насыщенный событиями и оживлённый. И там те, кого она любит и ненавидит.
Скучала по брату. Юных д'Авраншей вспоминала с неохотой. Они отдаляли от неё Гильберта. В свою компанию, эта троица её не брала, ведь она младше их всех, да и слишком правильная, послушная и боязливая. Больше детей в окрестностях не проживало, не считая ребятни из деревушки Барли-Хилл. Но они не из её круга.

Из опасения, что девочка наберётся от детей крестьян вульгаризма, Норме запретили с ними общаться. Да и сама не хотела, чувствуя, что не такая как они и немного побаиваясь их. Так и росла, словно одинокая роза в теплице, пока радостное известие не заставило встрепенуться - любимый брат после стольких лет отсутствия, возвращается  в родные пенаты. Наконец-то  она увидит его!
С утра пошла встречать. О том, что вместе с ним вернутся Дафна и Феликс, те, кто в детстве смеялись над ней и дразнили её плаксой, старалась не думать.
Несмотря на то, что шла первая декада марта, вовсю цвели тюльпаны и нарциссы. В небе носились ястребы. Жёлтые и красные тюльпаны от дуновения ветерка грациозно  качались на длинных стеблях, бесшумно шелестя листьями. Будучи маленькой, верила, что в них живут крошечные эльфы, упрямые гномики и летающие цветные дракончики. Став постарше, полюбила легенду о том, что давным-давно человеческое счастье пряталось в плотно сжатых бутонах тюльпана. Однажда по лугу шла нищенка с ребёнком, которая не помышляла добраться до тюльпана и взять своё счастье. Малыш вырвался от матери и потянулся к цветку. Тюльпан, почувствовав чистоту ребёнка, распустил перед ним лепестки. С тех пор весной эти цветы раскрывают людям свои сердца и дарят счастье тем, кто этого хочет. 
Стоя на пригорке у дороги, с волнением ожидала появление машины ( брат в письме предупредил, что они приедут на автомобиле).
Налетевший порыв ветра растрепал  локоны и разрумянил, обычно бледное лицо Нормы. Наконец, ожидание девушки было вознаграждено.

Вначале послышался шум мотора, затем показался красный Rolls-Royce 1925 года.
Молодые люди, в шлемах для автомобилистов, оживлённо переговаривались и смеялись. Машину  вела девушка, а взгляды её спутников были обращены на неё.
Сердце Нормы невольно сжалось. Опять они втроём, и только она – одна.
Кто же из двоих её брат? - новая мысль заставила забыть детские неприятности. И тогда она приняла единственное правильное решение, как показалось ей.
- Гильберт! – закричала в надежде, что брат откликнется на её зов.
Голову повернули все трое. Девушку за рулём можно не считать.
Машина затормозила и остановилась. Это послужило для Нормы сигналом. Она буквально слетела с холма и бросилась к ним навстречу.
- Малышка Норма! - светловолосый юноша, срывая шлем с головы, выскочил из автомобиля.
Взгляды его друзей устремились на Норму. И если на лице брюнета, который тоже обнажил голову, читался вежливый интерес, то в глазах их спутницы плескалось смешливое любопытство.
- Это Дафна и Феликс, как ты уже догадалась.
Встреча с заклятыми друзьями, комком горечи подкатило к горлу. Они такие красивые, нарядные. И если Гильбертом и Феликсом любовалась от души – на молодых людях хорошо смотрелись американские модные куртки на меху. Зато, рассмотрев Дафну, почувствовала, что рядом с ней кажется не просто мышкой, а очень серой мышью.
Замысловатый берет на тёмных кудрях. Мягкое широкое пальто укрывало фигуру подобно плащу. Когда расстегнула его, то стали видны стройные ножки в тонких и дорогих шелковых чулках телесного цвета, и юбка выше колен. Красивая надменная девочка не обманула ожиданий, и стала настоящей красавицей.
Разговор ни о чём. Гильберт расспрашивает об отце и знакомых, но по-настоящему оживляется лишь, когда рассказывает об автомобиле Дафны.
- Представляешь, у него четырёхступенчатая коробка передач! Феликс снисходительно улыбался тираде друга, а Дафна прятала смешливые огоньки за накрашенными длинными ресницами. Она стала похожа на кошку, увидевшую мышку и уверенную, что добыча никуда не уйдёт. 
«Помнит, как насмехалась над моими неуклюжими попытками подружиться с ней», – так думала Норма, стыдясь своей клетчатой шерстяной юбки, толстых чулок с заплаткой на пятке и старенького пальто. 
Наконец её муки закончились – они подъехали к дому. На крыльце в ожидании замерли немногочисленные слуги и отец. 
Нейтан Феррер обнял сына, пожал руку Феликсу и неловко приветствовал Дафну. Красота и шарм девушки его смутили.
Она же посмотрела на него с тем же интересом, как прежде на Норму.                                  «Так же хорош собой, как и Гильберт, хотя уже в возрасте. Видный мужчина. А Норма… деревенская простушка. Симпатичная, только слишком бесцветная. Глаза у неё красивые, как у всех Ферреров – серые, меняющие свой оттенок в зависимости от окружающей обстановки и освещения. Ей бы накрасить тушью ресницы, и они приобретут выразительность. Жизнь в деревне не даёт право, так запускать себя», – решила про себя надменная красавица.