LESBOSS.RU: лесби, женское творчество | лесби рассказы, лесби сайт, лесби форум, лесби общение, лесби галерея - http://lesboss.ru
Возвращение ведьмы. 05
http://lesboss.ru/articles/80034/1/Aicadauaiea-aaauiu-05/Nodaieoa1.html
Арабеска .
Открыта для дружбы 
От Арабеска .
Опубликовано в 9/09/2018
 
"Все бабы - ведьмы..." ("Вий. Н.В. Гоголь) Все не все, но мои героини - ведьмы. Когда-то одна ведьма отвергла другую, оскорбив тем самым её чувства. С тех, каждый раз умирая, они возрождаются вновь - в другом теле, и человек в которого перешёл дух ведьмы, ничего не осознаёт до определённого времени. Как Аглая, которая унаследовала магические силы Фелиции. Вот только вместе с ними, она получила в придачу ненависть другой ведьмы. Аглая - жертва, или палач? Пока она об этом даже не знает, но скоро состоится шабаш ведьм и колдунов, тогда все карты лягут на стол.

Стр 1
 
Тамбовской губернии Темниковский уездный предводитель дворянства князь Владимир Кулунчаков слыл большим  любителем конных прогулок. 
«Какой русский не любит быстрой езды?»
Бывший штабс-капитан в компании таких же сорви-голов скакал верхом по полям и лугам  родного уезда. 
Балы, званые вечера, визиты – это для солидных  дам и степенных кавалеров. Молодёжь же предпочитала верховые прогулки, чтобы разогреть кровь и продемонстрировать ловкость, силу и отменное здоровье. Дамы и барашни, катаясь на лошадях,  могли показать себя в самом выгодном свете, ведь костюм для верховой езды прекрасно подчёркивал все достоинства фигуры.
 
В тот день,  как обычно, в компании близких друзей,  князь выехал на прогулку.  Его сопровождали: коллежский асессор Ардалион Вонлерский,  поручик Алексей Иноземцев, губернский секретарь Дормедонт Жуков и титулярный советник Чарыков.  Спутниц  с собой  на этот раз не взяли. 
Устроили гонки. Вперёд вырвался на гнедом орловце  Дормедонт Жуков – статный  молодец, за ним князь, и лишь потом  все остальные. Разгорячённые,  они вылетели на большую поляну. Мятлик и овсяница путались под копытами лошадей, а колокольчики кокетливо склоняли  голубые колпачки. Только птиц  не слышно,даже сверчки притихли, лишь шелестела листва дубов и где-то вдалеке каркал ворон.  
Грозное рычание и одинокая всадница , заставили молодых людей осадить  лошадей.
 
Молодая темноволосая красавица на вороной кобыле окинула  их взглядом с чувством собственного превосходства, но была настолько хороша собой, что завуалированное пренебрежение  проглатывалось, как пирожок. 
Чёрная, из тонкого сукна  амазонка незнакомки, несмотря на кажущуюся простоту, отличалась изысканностью и утончённой элегантностью.   Шёлковый цилиндр на гладко причёсанных тёмных волосах, замшевые перчатки, изящный хлыст с фигурной рукояткой, украшенной рубинами – в её экипировке было продумано абсолютно всё.  Дормедонт успел даже заметить лакированный кончик ботинка из красной кожи, что немного его удивило – ведь  дамы  носили ботинки того же цвета, что и юбка( откуда ему было знать, что это новое веяние французской моды). Гораздо  больше удивило само  появление незнакомки здесь.
Молодые люди представились, всадница назвала им имя:
- Аграфена Семёновна  -  вдова статского советника Мартынова Дмитрия Михайловича из Шацка.
- Какому чудесному случаю мы обязаны удовольствием лицезреть вас? –  приосанившись и, подкручивая чёрный ус, галантно поинтересовался князь.
  Дормедонт не мог глаз отвести от красавицы, испытывая одновременно восхищение и неизвестно откуда взявшийся страх.  Правильные, точёные черты молодой вдовы,  выразительные зелёные глаза, фигура само совершенство. Вот только  чуть тяжеловатый подбородок и чувственные ярко-красные губы, которые она презрительно кривила, рассказывая о побеге своей дворовой, слегка портили впечатление. Напротив, его товарищи млели, глядя на красотку. Блондин Вонлерский - обладатель  коротких бакенбард около ушей (favoris),  даже непроизвольно дёрнул кадыком, сглотнув. 
- Вздумалось самой  вернуть беглянку, пустив по следу собак, – Мартынова небрежно кивнула в сторону псов, очень напоминавших волков.  «Собачки» не спускали  с них настороженных глаз, не двигаясь с места, но готовые броситься по первому сигналу хозяйки.  
- Мои холопы такие увальни. К тому же могут переусердствовать. Я уверена, что смогу убедить её вернуться и не допустить глупости.
Князь любезно предложил  помощь. 
Дормедонт присоединился к остальным, но его мучили сомнения.

Сбежавшую   вскоре догнали. Четвероногие помощники шацкой помещицы окружили, прижав к обрыву. Видя их оскаленные морды и налитые кровью глаза, статная  женщина с измученным лицом,  оставила попытки побега. 
Она стояла, высоко подняв голову,  и с вызовом  в упор смотрела на свою хозяйку. Хозяйку ли? 
На полных губах Мартыновой змеилась довольная улыбка, но в глазах её, кроме торжества, пылала ещё и ненависть. Презрительный взгляд был ей ответом.

- Благодарю вас, господа за помощь. Дальше я справлюсь сама. Мои верные  слуги (кивок в сторону собак) помогут её конвоировать обратно,  - госпожа  Мартынова легко спрыгнула и, подхватив шлейф,  грациозно закрепила рубиновой застёжкой излишнюю ширину юбки над коленом. Не спеша, растягивая миг торжества, подошла к беглянке.
- Амулет, - произнесла Аграфена Семёновна, рукояткой хлыста поднимая подбородок пленницы. 
И тут случилось неожиданное.
- Тебе не получить меня!– с этими словами та бросилась головой вниз с обрыва. 
Дормедонт первый кинулся ей на помощь,  буквально скатившись вниз. На дне оврага лежала беглянка – она умирала от полученных увечий. 
Последним усилием открыла, когда-то такие же яркие и зелёные,  но сейчас затуманенные болью, глаза.
- Не доверяй ей, берегись! – с трудом прошептала и умерла. Из безжизненно откинутой руки выпал округлой формы камешек цвета запёкшейся крови.  Дормедонт машинально поднял его и сунул себе в карман. 
Когда погибшую  подняли наверх, заметил, что на лице у её хозяйки  – плохо скрываемая досада.  Она перевела взгляд с покойницы на молодого человека, затем её взгляд остановился на кармане, в котором лежал, подобранный им  камешек.
«Знает, что камень у меня,  – догадался  и почувствовал лёгкую панику, – ведьма!».

Ночью  плохо спал, кошмары не давали покоя. Снились погибшая и госпожа Мартынова. Первая прижимала палец ко рту, предупреждая о молчании, вторая – обольстительно улыбалась.
Её нагое тело своими безупречными формами   восторгало, а напиток, который она подливала ему в кубок странной формы – в виде черепа в светлом золоте и маленькими рубинами, создающую иллюзию полыхающих дьявольским огнём пустых глазниц, вызывал сильную жажду.

Сон  оказался пророческим. Дормидонта с повышением перевели в Тамбов, и спустя некоторое время, он стал любовником госпожи Мартыновой – признанной первой красавицей.
Как это получилось – не понял  сам. Вот они танцевали на дворянском собрании в доме губернатора,она сама подошла к нему, а потом он оказался в постели обольстительной Аграфены. Не мог противостоять её чарам, зато после мучился, испытывая стыд  и отвращение к собственной слабости.
А она, улыбаясь, в момент близости, насмешливо спрашивала: «Ну как тебе, Фелиция?»
- Почему ты называешь меня женским именем? – обессиленно падая, вопршал он.
Однако его любовница,  лишь загадочно улыбаясь, бесстыдно предлагала  себя, заставляя  ублажать самыми разными способами. Когда он уставал, сама продолжала изощрённую сладкую пытку.
- Не ожидала такого? – смеясь, доводила любовника до изнеможения.
Про камень, который оказался альмандином, как сказал ему знакомый ювелир,  не спрашивала, только он всё равно знал, что её интересует альмандин,  а не он сам.
Интуитивно чувствовал защиту камня, только ведьма  сильнее.  

Дормедонт Жуков умер в возрасте тридцати трёх лет от полного истощения, вскоре после объявления о  помолвке с Аграфеной.
Правую руку он так сильно сжал в кулак, что её не могли разжать, как не старались.
Невеста, кусая губы, была вынуждена согласиться, чтобы его похоронили так.
Ночью кто-то вскрыл могилу покойника и отрубил ему кисть правой руки, которую бросили в невдалеке. Пальцы её оказались сложены в кукиш.
Кому и зачем это понадобилось, так и не дознались. 
Невеста покойного, когда ей сообщили об акте вандализма, не казалась удивлённой, скорее – озлобленной. Под глазами у неё залегли  глубокие тени, а искусанные губы запеклись корочкой крови. Напуганная горничная подметала осколки ваз и разбитой посуды. По спинке крепкого дубового кресла проходила глубокая трещина, которой раньше не было. 
Вскоре госпожа Мартынова  уехала из Тамбова неизвестно куда. Поговаривали, что в Петербург, но это только догадки.