Шумная компания туристок расположились за столиком рядом с баром. Их громкие голоса и смех ужасно мешали Лиз сосредоточиться на проверке счетов клуба. Она не раз порывалась подняться в тихий кабинет на втором этаже, который делила с Николь, но, невзирая на шум, место у бара всегда привлекало ее куда больше. Чаще она отдавала предпочтение людному залу, чем уединенному кабинету. Отсюда она видела посетителей, наблюдала за порядком, перекидывалась шуточками с барменом, а иной раз и с гостями. Здесь, в более энергичной обстановке, на виду у всех, Лиза, почему-то чувствовала себя гораздо лучше, подобно королеве восседающей в тронном зале.

Жара стояла почти невыносимая. Она любила Майами, считая этот город своим по всем параметрам, но ненавидела его летом, за повышенную влажность. Машинально обмахнувшись листком бумаги, Лиза задумчиво постучала кончиком карандаша по толстой тетради. Потом раздраженно взяла пульт и прибавила на кондиционере холода.

Сменщик Рика, неспешно обслуживал новых гостей. Громкий смех посетительниц не прекращался. Она подняла голову и хмуро уставилась на веселую компанию. Выбора, похоже, у нее не было. С резким хлопком, Лиза закрыла тетрадь, подобрала остальные документы, сложила их в твердую папку и, прижимая к груди как нечто ценное, с деловым видом обошла барную стойку и прошла через зал к витиеватой лестнице.

Находясь уже спиной к двери клуба, Лиза услышала, как кто-то зашел и окликнул ее.

— По сравнению с улицей, здесь настоящий Северный полюс. – Виктория приветственно ей махнула. В ответ Лиза улыбнулась краешком губ. – Ох, как же тут хорошо! Божественно! – Она вытерла рукой влажный лоб, подошла к барной стойке, отодвинула стул и, скинув с плеча спортивную сумку, поставила на него.

— Привет, Вик, – возвращаясь обратно, поздоровалась Лиза. – Согласна, сегодня на улице просто адское пекло.

Лиза, прищурившись, внимательно присмотрелась к девушке. Сначала ей подумалось, что Виктория с пробежки, в такую-то жару... В обтянутых спортивных брюках, спортивной майке, волосы собраны в короткий хвостик, но когда та сняла очки, то заметила профессиональный макияж.

— Откуда ты в таком виде?

— Со съемок, – пояснила она, обмахиваясь руками. – Я ведь тебя не отвлекаю? Мы с Николь договорились здесь встретиться, примерно через час.

Лиза тихонько засмеялась:

— Конечно, не отвлекаешь. Скажешь тоже... – Она по-дружески похлопала ее по плечу. – Съемки хотя бы в помещении проходили?

Виктория села на ближайший стул:

— Нет, на побережье.

— Это один из тех проектов, в котором ты принимаешь участие? Недавно, Николь вскользь об этом упомянула.

— Ага, он самый. – Виктория кивнула, подтверждая сказанное. – С этой жарой чувствую себя выжитым лимоном.

— И не говори, эта жара скоро и меня убьет. – Лиза вернулась к бару, отложив в сторону папку с бумагами. – Налить тебе чего-нибудь?

— Стакан холодной воды точно не помешает.

Лиза достала из холодильника бутылку, налила в стакан ледяной воды и протянула его Вик.

— Спасибо, – поблагодарила она, придвинув к себе стакан. Сначала Виктория приложила его к лицу, а потом жадно из него глотнула холодной воды.

— Я тут пытаюсь подбить кое-какие итоги, что называется свести дебет с кредитом, а еще выполнить некоторую организационную работу. И судя по всему, мне нужен перерыв.

Виктория вернула стакан и подняла на нее взгляд.

— Тогда не возражаешь, если я составлю тебе компанию, пока тут жду Николь?

Лиза удивилась этому вопросу, но вида не подала. Вместо этого ее тонкие черты украсила примирительная улыбка.

— Да ладно тебе, Вик, – она по-дружески шлепнула ее по руке. – Пора уже сломать, этот чертов барьер между нами. Думаю, ты понимаешь, о чём я?!..

Виктория наклонилась к ней вперед, опираясь локтем о стойку.

— Понимаю. Но, учитывая, сколько всего произошло, я до сих пор не уверена, что ты рада моей компании.

Глядя ей прямо в глаза, Лиза ответила:

— На самом деле, я очень рада твоему возвращению, Вик. – Облокотившись о барную стойку, Лиза подперла подбородок двумя кулачками. Голубые глаза весело сверкнули, разглядывая темноволосую модель. – Не стану лгать, одно время я сильно злилась на тебя. Впрочем, оно и понятно почему... Никак не думала, что ты можешь вернуться. Но, я правда рада, что ты это сделала – нашла в себе силы признать свои ошибки и вернуть Николь. Она ведь мне не только подруга, Николь – мне близкий человек. Я всегда ее поддержу, во всем!

Лиза не сводила с Виктории глаз, продолжая говорить:

— И я так же знаю, что она любит тебя. Можешь себе представить, с тех пор как вы расстались, у нее никого и не было. Вообще никого! Я видела, как она страдала из-за вашего разрыва. Видела ее боль, одиночество, забвение... Самое ужасное, что я ничем не могла ей помочь, как ни старалась. – Лиза на секунду отвернулась, словно не хотела, чтобы Виктория видела ее беспомощность. Виктория же предпочла молчать, пока Лиза не договорит. – А теперь я вижу в ее глазах тот самый живой блеск.

Лиза положила ей руку на плечо:

— Если ты обещаешь не совершать больше подобных глупостей, тогда, добро пожаловать обратно в нашу семью!

— Можешь в этом не сомневаться, – катая между ладоней пустой стакан, ответила Вик.

Лиза вышла из-за стойки, распахнула свои объятия и девушки крепко и примирительно обнялись.

— Кстати, говоря, между нами, Николь безнадежно в тебя влюблена, – шепнула Лиза и тут же хихикнула, удерживая Вик за талию. – Надеюсь, вы обе извлекли урок.

— Даже не сомневайся в этом. – Она прикрыла глаза, радуясь своему возвращению. Как приятно снова оказаться дома. – Мне не хватало вас всех. И тебя, Лиз!

Чуть в сторонке, за ними наблюдала Николь, которая только что зашла в клуб. Она издевательски ухмыльнулась, выгнув дугой одну бровь.

— Так-так... Значит, пока меня нет, вы тут прилюдно обнимаетесь?.. В чём-то друг другу признаетесь... – Николь подошла к девушкам ближе, опёрлась рукой о спинку высокого стула. На лице ее сверкнула хитрая, белоснежная улыбка. – Выглядите, так душевно. Я вам не помешала?

Разорвав дружеские объятия, девушки синхронно повернулись. Виктория, заметив Николь, улыбнулась ей. Лиза, встретив вопросительный взгляд подруги, пожала плечами.

— Николь! Ну, как не вовремя! Мы только начали в чувствах признаваться, а ты все испортила, – сквозь смех, заявила Лиз, целуя подругу в щеку. – А почему, ты так рано пришла? Еще ведь только половина пятого. И, между прочим, ты врунишка! Вчера ты сказала мне, что у тебя много работы в офисе, поэтому ты не сможешь заехать.

Николь наклонилась к Лиз:

— Так и есть, но я постаралась освободиться пораньше, поскольку я договорились кое с кем встретиться. – Николь отвела взгляд и посмотрела в серые глаза, которые ни на секунду ее не отпускали. – Пришлось вчера засидеться в офисе допоздна.

— Прекрасно. Тогда ты сама разберешься вот с этими счетами, – поддразнивая подругу, Лиза указала на бумаги.

— Что-то мне подсказывает, что в самое ближайшее время ей будет не до этого, – смело предположила Виктория, притянув к себе Николь.

— Господи, и с кем я связалась, – толкнув плечом подругу, пробубнила Лиз. – Пойду лучше займусь делами. От вас все равно толку никакого.

— Я тебя обожаю, – Николь взяла Лизу под руку, с грацией лисы. – Оставь мне на столе все, что мне нужно будет сделать. Если понадоблюсь, завтра заеду, и тогда сможем поговорить о делах.

— Да-да, знаю, – с плутовской ухмылкой кивнула Лиз. – Идите уже отсюда, пока я не передумала.


****

— Куда едем? – спросила Николь, кладя руки на руль.

— Заедем ко мне? Я ведь не могу явиться на ужин в таком виде. Надо смыть с себя весь этот слой макияжа и подумать, что одеть.

— Ты будешь прекрасно выглядеть в любом наряде. – Николь повернулась к ней лицом. – Это обычный семейный ужин. Будем мы с тобой и мама с Фабио. Ничего такого.

— Это для тебя, ничего такого. А для меня сама знаешь... – Она с волнением выдохнула, непроизвольно опустив глаза на глубокий вырез белой блузки Николь. – После всего, снова смотреть в глаза Элене, сидя за одним столом и...

— Пожалуйста, перестань волноваться. Все будет хорошо! Скоро, ты сама это увидишь.

В молчании Виктория посмотрела на неё, коснулась пальцами ее шеи, потом спустилась ниже, вдоль соблазнительного выреза ее блузки.

— Продолжишь в том же духе, и я буду не в состоянии вести машину. – Николь стремительно перехватила ее руку, не позволяя до себя дотрагиваться вот так, откровенно.

Хихикнув, Виктория с обожанием посмотрела на красиво очерченные губы, вспоминая, как совсем недавно они касались ее кожи. Второй, свободной рукой она коснулась колена Николь, которое торчало из-под юбки.

— Вик... – повторила Николь более настойчиво, удерживая теперь обе её руки. – Я серьезно! Не играй со мной. Я не настолько стойкая, когда дело касается тебя. – Она обвела взглядом салон своего спортивного автомобиля. – Вряд ли тебя устроят кувыркания в моем автомобиле.

Виктория улыбнулась, услышав ее довольный смех. Ей нравилось слушать, как она смеется. Словно сон, воплотившийся в жизнь. Она вспомнила, как впервые осознала, насколько безнадежно влюблена в Николь. Именно в ее доме, однажды ночью, после того, как они просидели в баре после ее первых съемок в компании. С тех пор, казалось, миновала целая жизнь. И вот теперь они, наконец, снова обрели друг друга.

— Ладно, обещаю, больше не буду. – Синие глаза недоверчиво сверлили серые. – Теперь можешь отпустить мои руки.

Собрав все свое самообладание, Николь послушно выпустила ее руки, но несколько секунд, глаз с них не спускала. Она достала из бардачка бутылку с водой и сделала несколько маленьких глотков, чтобы хоть как-то унять быстро разыгравшийся внутри жар.

— Значит, едем к тебе, – томный взгляд Николь оставил очевидный намек, который Виктория сразу уловила. – До восьми у нас еще полно времени.

Николь откинулась на спинку сидения, переводя дыхание.

Виктория засмеялась, перехватив бутылку с прохладной водой из ее рук.

— Но, ты ведь понимаешь, что тебе придется приложить немало усилий, чтобы меня успокоить?

— Определенно. – Николь отреагировала на завуалированное предложение блаженной улыбкой. Она включила замок зажигания и посмотрела в зеркало заднего вида. – Обещаю, скоро я научу тебя расслабляться и все твои тревоги по поводу ужина, уйдут на второй план.

Виктория игриво шлепнула ее по колену.

— Ну... – протянула она, хлопая ресницами. – В твоем голосе столько уверенности, что я почему-то даже не сомневаюсь в этом.

Выезжая с парковки, Николь бросила на Викторию обжигающий взгляд, представляя, как сорвет с нее одежду, как покроет её тело горячими поцелуями, как... Она остановила эротический поток мыслей и резко надавила на педаль газа.


****

— Ты в порядке? – подходя к своему дому, спросила Николь, чувствуя волнение Вик, которое та безуспешно пыталась скрыть.

— Всё нормально, – она сделала быстрый вздох. – Всего лишь немного нервничаю. В данной ситуации, думаю, это естественно.

Николь дотронулась до ее руки, и они остановились.

— Послушай, моя мама достаточно мудрая женщина. Я тебе уже говорила, не стоит переживать на счёт ужина.

Виктория задумчиво закусила губу, потом кивнула и они не спеша поднялись по ступенькам парадного входа. Вошли в дом и прошли через гостиную во внутренний дворик, напоминающий эдемский сад. С кухни веяло вкусным манящим ароматом приправ, вызывающих аппетит. Гарсия как всегда “колдовала” над ужином.

Солнце расплывалось оранжево-алыми красками на вечернем горизонте, забирая с собой дневную жару. На фоне завораживающего заката Элена и Фабио расположились в плетеных креслах на заднем дворе, возле бассейна. Всё напоминало сказочную идиллию.

Чтобы привлечь к себе внимание, Николь постучала в стеклянные двери, просунула голову в проем и поздоровалась.

— Добрый вечер. Пришло время нарушить ваше уединение.

— А мы только вас и ждем, – объявила Элена с блеском в глазах.

Давно она не видела свою мать такой сияющей и одухотворенной. Ей не терпелось познакомиться с человеком, которому удалось сделать Элену снова счастливой. После смерти её отца, Элена оставалась ему преданной и не допускала мысли, что в ее жизни может появиться другой мужчина, который бы вновь перевернул ее мир. Но это случилось, и Николь была этому искренне рада.

Фабио по-джентельменски поднялся из плетеного кресла и вежливо протянул ей свою руку.

— Добрый вечер, леди! Фабио Барези.

— Николь Райдер, а это моя партнерша Виктория Майсак.

Они обменялись взаимными рукопожатиями.

— Жаль не успел с вами познакомиться утром, за завтраком. Элена мне много о вас рассказывала. Признаюсь, я очень ждал нашего знакомства, – он украсил сказанное лучезарной улыбкой.

Привлекательный мужчина с характерной итальянской внешностью, с лоском выбритый, обладал всеми обходительными манерами. В углу его глаз заметно играли морщинки и придавали ему только солидности. Бордовая клетчатая рубашка и джинсы смотрелись на нём повседневной классикой ковбойского стиля.

— Надеюсь, мама хорошо обо мне отзывалась? – заулыбалась Николь, глядя на мать.

В ответ Элена легонько шлёпнула свою дочь по руке.

— Как тебе не стыдно?! Когда я говорила о тебе что-нибудь плохое?

Они прошли в столовую, где Гарсия накрыла стол к ужину. Фабио достал с полки бутылку итальянского вина.

Наполнив бокалы вином, он бережно обнял Элену и произнес тост:

— Как и Элена, я считаю, что любовь – это главное в жизни. Любовь – как вино, при правильном и бережном хранении с годами становится только крепче, лучше и дороже. Поэтому первый бокал хочу поднять именно за любовь, чтобы она никогда нас не разочаровывала.

Раздался звон бокалов и все дружно сделали по глотку, наслаждаясь богатым послевкусием белого вина.

— Какой прекрасный тост, – заметила Виктория, ставя бокал рядом с тарелкой.

— Он может говорить их безустанно, – ответила Элена, поглядывая на Фабио.

— Вы романтик в душе, не так ли? – спросила Николь, пробуя мидии в соусе, приготовленные по особому рецепту.

— Сколько себя помню, всегда им был. Этого у меня не отнимешь. Италия любит мечтателей-романтиков. – Его карие глаза с обожанием посмотрели на Элену. – Вам надо непременно приехать к нам в гости, – продолжил Фабио. – Я покажу вам такие места, куда не водят туристов. Один только вид морских склонов, обрывов, скал сведет вас с ума, в хорошем смысле. Когда я устаю, то посещаю эти укромные уголки.

Элена долгим взглядом посмотрела Виктории в глаза, потом обратила внимание на дочь.

— Фабио говорит чистую правду. Природа там окутана особой поэтической романтикой.

— Я люблю Италию. Прекрасно понимаю о каких «уголках», вы говорите. – Виктория подняла глаза и снова встретила на себе взгляд Элены. Под ненавязчивым наблюдением, пусть и очень тактичным, она чувствовала себя неловко.

Элена отложила столовые приборы, откинулась на спинку высокого стула и взяла за тонкую ножку бокал. Напротив нее за столом сидела ее дочь, а рядом с ней Виктория. Глядя на них вместе, она видела, как многое связывает ее дочь с этой девушкой – большое взаимное чувство. Как мать, она беспокоилась за свою дочь, чтобы та не совершила ошибки, снова впустив в свою жизнь Викторию. С другой стороны, Элена сознавала, что именно рядом с ней, с Викторией, Николь по-настоящему счастлива. Она старалась не думать о поступке Виктории, о том судебном иске против ее дочери. Если Николь приняла ее обратно, значит и она сделает то же самое.

— Тогда, Виктория, вся надежда на тебя, – сказала Элена. – Надеюсь, у тебя быстрее получится уговорить Николь, чем у меня.

Водя вилкой по тарелке, Виктория криво улыбнулась, припомнив несколько совместных экстремальных путешествий с Николь.

— Я постараюсь, даю слово. Только помните, что кое-кто тут вместо спокойного отдыха предпочитает то джунгли, то спуски...

Понимая о ком речь, все трое одновременно уставились на Николь, пока та мирно потягивала вино. Заметив к себе пристальное внимание, она равнодушно пожала плечом.

— Не преувеличивай. – Она повернулась к Виктории. – Иногда я совсем не против пассивного отдыха.

— Не пытайся, Николь, убедить нас в обратном. Мне хорошо известна твоя страсть ко всяким приключениям и экстриму. Ты много раз обещала мне приехать, но пока так и не побывала у нас. – Элена отпила из бокала и промокнула губы салфеткой. – Но, я уверена, что у тебя, Виктория, получится уговорить Николь, провести ваш ближайший отпуск у нас на Вентотоне.

— Да у меня просто времени не было, – начала оправдываться Николь.

— Не волнуйся, Николь, я позабочусь о вашем отдыхе, – жестикулируя, отозвался Фабио. – Скучно вам точно не придется.

— Поверь, дорогой, моя дочь найдет, чем позабавить себя в любом месте, такова её натура.

После ужина они расположились на террасе. В тёплом вечернем воздухе разливался аромат цветов. Ровно подстриженные густые кустарники освещались мягкой подсветкой.

В приятной семейной обстановке, Виктория наконец расслабилась под непринужденные беседы об увлекательных историях из жизни. Каждый раз, когда они смеялись над какими-нибудь забавными ситуациями, Николь бережно прижимала ее к себе и тогда она ощущала себя частью одной сплоченной семьи.

Было уже поздно, когда они остались одни. Виктория обхватила себя за плечи, разглядывая звезды на низком тёмном небе. Вечерний теплый воздух приятно ласкал кожу.

— Теперь-то ты убедилась, что мама ничего не имеет против тебя? – Николь подкралась к ней сзади и коснулась ее обнаженной спины, которую открывал вырез платья. Ее прикосновения становились более откровенными.

Протестуя, Виктория завертела головой, оглядываясь, на случай, если кто-то мог их увидеть.

— Только не здесь, Николь.

Она рассмеялась мелодичным смехом над ее осторожностью.

— Что тебя так смущает? Присутствие в доме моей мамы?

— Тебе смешно, да?

Виктория с трудом сохраняла серьезное выражение лица, смех Николь был таким заразительным и глубоким.

— Конечно, смешно! Виктория, они же не рядом стоят. Тем более окна их комнаты выходят на другую сторону.

Легкое коктейльное платье Виктории, сводило ее с ума весь вечер. А когда они остались одни, у Николь не осталось никаких препятствий, чтобы снять его. От одного вида стройных длинных ног у неё пересохло во рту. Она попыталась затянуть Викторию в свои объятия.

— Расслабься, – прошептала она, настойчиво добиваясь своего. – Откуда вдруг взялась эта стеснительность? Мы ведь не подростки, Вик. Это мой дом! Здесь, я делаю все, что захочу.

— Если ты не перестанешь, я столкну тебя в бассейн, – предупредила Виктория, оглядываясь по сторонам. – Я видела Гарсию в доме, так что...

Николь не смогла удержаться от улыбки. Она поцеловала ее пальцы.

— В бассейн? Серьёзно?! – Забавляясь, Николь вытянула домиком одну бровь. – Ты этого не сделаешь.

Виктория закатила глаза, подталкивая перед собой Николь, наблюдая, как она настойчиво продолжает своё наступление.

— Если не перестанешь клеиться ко мне, то сделаю! – Прикосновения будоражили, заставляя сердце биться чаще. Однако чувство приличия взяло над ней верх. При мысли, если их увидит Элена или Фабио, или Гарсия, которой точно будет неловко, стало не по себе.

Николь положила ладонь на ее обнаженную спину и, притянув ближе, нежно поцеловала. Виктория почувствовала тепло ее тела, ее дыхание, биение ее сердца. Это прикосновение пробудило в ней огонек желания.

Они стояли у самой кромки бассейна. Виктория заглянула ей через плечо, прикинув расстояние.

— Я тебя предупреждала!

Но в ответ снова получила ухмылку и приятное прикосновение к своему телу. На этот раз, Виктория вознамерилась выполнить свое предупреждение и толчком отбросила Николь в наполненный водой бассейн. Брызги разлетелись по сторонам, намочив ее платье. Теперь пришла ее очередь восторжествовать.

— Прости, но я тебя предупреждала, – она указала на неё пальцем, наблюдая, как Николь выплывает из воды и поднимается по металлическим ступенькам бассейна, и грозно надвигается к ней. С брюк и блузки стекала вода, оставляя после себя мокрые следы на кафельном покрытии.

Виктория отступила назад, вытянув перед собой руки:

— Ради бога, Николь, не смей ко мне подходить.

На лице Николь удивление быстро сменилось выражением неодобрения.

— Раз так, тебе тоже предстоит примерить на себя роль русалочки Ариэль, – съязвила она, встряхнув мокрыми волосами.

Виктория отступила еще на шаг.

— Так не честно! Ты сама вынудила меня это сделать. Заметь, я честно предупредила тебя, прежде чем толкнуть.

Она продолжала отступать, но это не спасло. Николь схватила её за руку уверенной хваткой и потащила на себя.

— Иногда вечернее купание даже полезно, – она дьявольски заулыбалась, притягивая её к краю бассейна.

— Постой, Николь... нет... я ведь... не специально... – крепко хватаясь за ее мокрую одежду, она попыталась устоять на ногах.

Николь подозрительно оглядела ее.

— Не специально? То есть, ты заявляешь, что случайно толкнула меня в бассейн? Ну, ты и врушка.

Она подалась вперед и толкнула Викторию в подсвечивающую воду бассейна. Кафель вокруг стал окончательно мокрым от новых брызг.

— Как водичка? – Николь смотрела на неё сверху, сложив на груди руки. На лице сияла самодовольная ухмылка. – Не холодная?

— Ты за это ответишь, – вскарабкиваясь по металлической лестнице, сердито прошипела Виктория. Узкое платье мешало поставить ей ногу шире, в итоге она стянула его и отшвырнула на мокрый кафель.

Наконец она выбралась из бассейна – мокрая, растрепанная.

— Хм, вот нет, чтобы сразу так, – усмехнулась Николь, чувствуя за собой победу.

Виктория пропустила эту шуточку мимо ушей. С длинных ресниц стекали капельки воды. Виктория подошла к ней вплотную, злостно прищурилась и внимательно посмотрела в смеющиеся темно-синие глаза.

— Не думай, что победила. – Она посмотрела на себя: на ней осталось только нижнее белье белого цвета, а через него всё просвечивалось. – Я убью тебя!

— Ой, как грозно звучит то... Но заметь, ты сама сняла платье. Не я! – хохоча, Николь подобрала ее мокрое платье и накинула его на Викторию.

— О да, конечно. Именно этого ты и добивалась с самого начала. – Она взяла обратно свое платье и приложила его к груди.

— Тебе следует извлечь из этого урок: лучше сразу подчиниться мне, без сопротивления. Ведь все равно, выйдет, по-моему. – Николь по-собственнически положила руки на ее талию. – В этом у меня есть огромный опыт.

Виктория недоуменно уставились на Николь.

— А не кажется ли тебе, что ты слишком самонадеянна? – выжимая мокрые волосы, она бросила на нее неоднозначный взгляд. – А еще и заносчива...

— Почему? Обычная уверенность в себе.

— Помимо признаний в любви, я тебе не говорила, что иногда тебя хочется поколотить? – Виктория шлепнула ее мокрым платьем.

— Ай, не надо! – закрываясь руками, завопила Николь, делая шаги к отступлению. – Чего ты ждала от меня? – она продолжала отступать назад. – Я не виновата, что ты так соблазнительно выглядишь. Ничего не могу с собой поделать.

— Это не справедливо! – Виктория бросила на плетеное кресло мокрое платье и прижалась к ней всем телом. – Против тебя у меня нет никакого оружия.

— Я люблю тебя, – прошептала Николь.

— И я тебя, сейчас и навсегда, – прошептала она в ответ.

— Мы все мокрые. Надо подняться в спальню и принять ванную. – Николь обнимала ее спину, покусывая зубами изящную шею.

— Жаль, нет более короткого пути.

— Действительно жаль. – Ноги её охватила дрожь. Волна возбуждения прокатилась по ее телу. – Поднимайся наверх и набери пока в ванну теплую воду, а я схожу на кухню и кое-что прихвачу.

— Как скажешь, только не задерживайся.

Виктория с не охотой отстранилась от неё, взяла свое платье и направилась в спальню, физически ощущая на себе опаляющий синий взгляд.