Яркие лучи солнца безуспешно пытались пробиться в комнату сквозь плотные шторы. Из приоткрытого окна доносилось многоголосое чириканье пернатых. Николь нырнула головой под подушку, когда услышала звонок в дверь.

«Кого в воскресенье несет в такую рань», подумала она в полудреме. Нехотя приподняв голову, она перевела сонный взгляд на прикроватную тумбочку — на зеленом циферблате электронные часы показывали 14:42.

Приняв контрастный душ, она накинула на себя халат и вылетела из комнаты в диком желании выпить чашку крепкого кофе, без которой не начинался ни один ее новый день. Быстро спускаясь вниз по винтовой лестнице, она резко замедлила шаг, заметив в гостиной непрошеную гостью — Глорию Сильва. Та расположилась в одном из кресел и листала журнал, оставленный на журнальном столике несколько дней назад.

Николь отбросила остатки замешательства и продолжила спускаться, еще сильнее желая вдохнуть в себя аромат свежего кофе.

— Какие люди в моем доме, — с поддевкой заметила Николь. — Чем обязана твоему визиту, Глория?

Женщина вздрогнула, не ожидая услышать голос позади. Она повернула голову, чтобы увидеть молодую хозяйку.

— Добрый день, Николь. Надеюсь, не слишком рано? — Таким же тоном отрапортовала она, оценивая заспанный вид блондинки.

Подавив усмешку, Николь встала напротив нежеланной гостьи.

— Как сказать... твой звонок в дверь меня разбудил. — По лицу пробежал оскал, наблюдая, как Глория прожигает ее своим взглядом.

— Ой, извини, совсем забыла, твоя жизнь — это же бесконечная череда развлечений. — В ее голосе звучал открытый сарказм, который Николь не собиралась терпеть в собственном доме.

Наконец Глория закрыла журнал и демонстративно поднялась с кресла, чтобы быть на равных со своим оппонентом.

— Неужели это моя карма за прошлую жизнь, терпеть ваше присутствие? — Николь покачала головой. Она взяла трубку внутренней связи и попросила Гарсию сварить ей кофе, без которого как ей казалось, она сейчас умрет. — Итак, — продолжила блондинка, — вам опять не дает покоя моя доля...

— Я не поэтому к тебе пришла, если ты имеешь в виду сеть магазинов, — тут же прервала Глория. — Поверь, Николь в воскресенье у меня есть дела куда более интересные, чем пререкаться с тобой, — холодно заключила она, сцепив перед собой пальцы в замок.

— Хм, любопытно, — брови Николь дугой поползли вверх. — Тогда что же?

— Эрнест Озуалд, который работал на твоего отца, — начала Глория.

— Я знаю, кто такой Эрнест Озуалд, — теперь Николь перебила ее. — Давай ближе к делу. — Синие глаза предупреждающе сверкнули, но та пропустила замечание нетерпеливой наследницы.

— Он позвонил мне на днях и попросил о встречи у него дома. — Она задумчиво прочистила горло, затем продолжила: — Мистер Озуалд заверил в том, что располагает для меня важной информацией.

Николь равнодушно кивнула головой, не придав значения прозвучавшим словам.

— Так а я здесь при чем? — одна бровь вопросительно приподнялась.

Размышляя, Глория пристально посмотрела на нее.

— При том, что Эрнест Озуалд пригласил на встречу нас обеих, как он мне сказал.

— Обеих? — удивилась Николь. — Не припомню, чтобы получала от него приглашение.

— Да, обеих! — Сердито повторила Глория. — Без тебя он отказался обсуждать причину встречи.

Николь небрежно пожала плечами, разведя руками.

— Извини, мне нечего тебе сказать.

В гостиной появилась Гарсия с чашкой кофе в руках. Она аккуратно поставила кружку на журнальный столик и улыбкой поприветствовала Николь, игнорируя напряженную обстановку. Гарсия привыкла к тому что, когда дело касалось семейства Сильва, в воздухе чуть ли не молнии начинали сверкать.

Глория переминалась с ноги на ногу, осторожно наблюдая за двумя женщинами. Она подняла глаза, осматривая светлую гостиную, выдержанную в теплых тонах. Добавление ярких элементов делали комнату легкой и свежей. Минимализм бросался в глаза. Все выполнено со вкусом и ничего лишнего. Широкие окна от пола до потолка выходили в сад, создавая ощущение большого пространства. Стиль дома идеально подходил своей хозяйке.

— Спасибо, Гарсия. — Слова Николь прозвучали мягко в отличие от тона, который она использовала в общении с непрошеной гостьей. Николь сделала долгожданный глоток, не обращая внимания на присутствие женщины, которую она с трудом выносила.

— Тогда позвони ему и узнай, — прервав минуту тишины, потребовала Глория.

Вернув чашку на низкий столик, Николь постаралась объяснить возможную причину странного поведения старого друга ее отца.

— Глория, Эрнест серьезно болен. У него прогрессирует рак головного мозга, — уже без какого-либо упрека или сарказма, серьезно произнесла Николь. — Кто знает, что сейчас происходит в его голове?

— Ох, я не знала. Не зря он показался мне бледным и сильно исхудавшим, — с глубоким сочувствием произнесла Глория.

— К сожалению, врачи говорят — ему недолго осталось, — с огорчением добавила Николь.

Они пристально посмотрели друг на друга, пока Николь снова не заговорила:

— Ну, думаю тебе пора.

В ответ Глория одарила недоверчивым взглядом. Выбора у нее не было. Возможно, Николь права, и это лишь бред больного человека.

После того, как Глория ушла, Николь все-таки позвонила Эрнесту. Она знала, что услышит совсем не того энергичного мужчину, каким она помнила его с детства. Его болезнь по-настоящему огорчала. Эрнест не только с душой работал на компанию «Райдер’с», он был близким другом ее отца. Общение с ним приносило ей воспоминания из счастливого детства. Когда отец был жив, Эрнест часто бывал в их доме.

Она представилась, когда трубу взяла его старшая дочь.

— Минутку, Николь, я позову папу, — ответил мягкий голос в телефоне.

Николь отчетливо расслышала приближающееся шарканье, вперемешку с тяжелым дыханием.

— Здравствуй, Николь, — тяжело произнес мужской голос.

— Здравствуйте, Эрнест. Простите, что побеспокоила вас.

— О чем ты говоришь, я всегда рад тебя слышать.

— Как ваше здоровье?

— Врачи говорят все серьезно, черт бы их побрал, — он закрыл рукой трубку и несколько раз откашлялся, прежде чем продолжить. — Почему ты не пришла сегодня? Я ждал вас обеих с Глорией.

Николь почувствовала укол вины. Так это правда, он ждал ее и Глорию. Полный абсурд!

— Извините Эрнест, не хотела вас огорчить. Но я... я не знала, — она взмахнула рукой, так будто Эрнест стоял рядом и мог ее видеть.

— В пятницу я оставил твоей помощнице сообщение о встрече. — Уверенный и твердый голос, некогда энергичного мужчины вернулся. Николь встрепенулась от резкого перехода в его тоне.

— В пятницу? — Она вспомнила, как загрузила работой бедную Одри, что не могла на нее рассердиться. Николь потерла лоб, мысленно перебирая все возможные варианты, однако не один не подходил с участием Глории. — Думаю, произошло небольшое недоразумение. Эрнест, я могу узнать, как этот разговор связывает меня с Глорией?

— Прости, Николь, это не телефонный разговор. Нам нужно снова договориться о встречи. — Дыхание стало тяжелым, и болезненный голос вновь вернулся.

Теперь Николь действительно была заинтригована. Не похоже, что пожилой мужчина пребывал не в своем уме. Он был достаточно серьезным, прописывая условия, при которых станет разговаривать с ними.

— Хорошо. В следующий раз постараюсь не подвести вас. Когда мы можем встретиться?

— Завтра я ложусь в больницу, поэтому встречу придется отложить до моего возвращения. Я сообщу вам, когда смогу.

— Конечно. Удачи, Эрнест!

Она попрощалась и поставила трубку на базу. Его слова звучали очень странно. Тем не менее, в знак уважения Николь собиралась его выслушать, даже если это окажется полной ерундой.


****

Договоренность с Лизой провести время на пляже, заставила Николь быстро привести себя в порядок. Они любили посидеть рядом с океаном, занимая себя девичьими беседами. Она завела спортивный автомобиль и через тридцать минут быстрой езды, шагала вдоль побережья.

Как только Лиза заметила неторопливо идущую подругу по мягкому песку, в белых шортах и свободной жёлтой майке, присвистнув, она оживлённо помахала ей.

Закрутив светлые волосы в пучок, Лиза поднялась с пляжного покрывала и дружескими объятиями поприветствовала подругу. Николь расслабленно улыбнулась, довольная тем, что им удастся посидеть у океана как в старые добрые времена. Лиза плюхнулась обратно на покрывало, а Николь, осматривая пляж, пристроилась рядом. В нескольких метрах от них загорали две пары и компания подростков.

Океан приносил свежий бриз, мерцая в солнечном свете. Волны неспешно набегали на берег. Николь остановила взгляд на барахтающейся вдалеке белоснежной яхте. Мысли вернулись в прошлое, куда она совсем не хотела возвращаться, но непослушные воспоминания всплывали, как поплавок на воде, напоминая о старой боли.

Пять лет назад

— Так, ты меня избалуешь, — игриво прощебетала Виктория, хватая ртом спелый виноград из рук Николь. Она наклонила голову, с обожанием глядя на свою возлюбленную. Ее пальцы скользнули в белокурые волосы, наслаждаясь их шелковистостью.

— Не делай вид, будто ты против этого, — засмеялась Николь, поглаживая контур ее подбородка. Затем ласково коснулась загорелых лодыжек и провела по ним пальцами, достигая упругих бедер.

— Ладно, поймала, совсем не против. — Виктория хитро глянула на нее.

Она встала с шезлонга и подошла к бортику яхты. Николь последовала за ней, прильнув к обнаженной коже, она нежно обняла за тонкую талию, и низким голосом прошептала:

— Тогда продолжим... — на лице просияла озорная ухмылка.

— Люблю тебя! — хрипло произнесла Виктория, забираясь руками под рубашку Николь. Она потерлась носом о мягкую щечку, пока их губы не сомкнулись в глубоком поцелуе.

Ладони Виктории накрыли ее грудь, отчего Николь издала грудной стон. Яхта чуть пошатнулась от волн, вызванных прогулочным катером.

Схватив руки своей партнерши, Николь прошептала в нетерпении:

— Давай спустимся в каюту, — синие глаза дьявольски улыбнулись.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — кивнула Виктория, ощущая, как кровь закипает в ее венах. Она хотела эту женщину всем своим существом. — Если не поторопимся, есть вероятность, что мы не успеем дойти, и все произойдет прямо здесь...

— Эй! Ауу, есть, кто дома? — возмутилась Лиза, шлепнув Николь по руке. — Ты вообще не слушаешь меня! С кем я вообще говорю?!

— Извини. Залюбовалась океаном. — Николь украсила извинения широкой улыбкой, перед которой мало кто мог устоять.

— Нет. Так нечестно. Ты всегда пользуешься этим приемом, а я всегда тебя прощаю. — Лиза чмокнула ее в щеку. — Ты такая милая, как тот рыжий кот из «Шрека».

— Ну, спасибо за сравнения с каким-то котом. — Николь погладила подругу по спине и, смотря ей в лицо, снова изобразила жалостливую моську, повторяя визитную карточку мультяшного героя.

Смеясь как ребенок, Лиза обняла ее за плечи, ведь она совсем не умела обижаться на неё.

— А теперь рассказывай, о чем задумалась, ты же знаешь, со мной этот номер не пройдет. Что тебя тревожит?

Лиза достаточно хорошо знала свою подругу, чтобы отличить беспокойство от любования океаном.

Сначала Николь как-то замялась. В уме у нее переплетались обрезки воспоминаний из прошлого. Не очень-то хотелось выглядеть в глазах подруги так долго страдающей слюнтяйкой. Целый год она ни с кем не говорила и не обсуждала ее неудавшиеся отношения с Викторией. Казалось, все должно было остаться в прошлом, погребено, словно египетская мумия, но нет. Стоило Виктории появиться и вся работа над собой пошла прахом. За какие-то недолгие минуты, Виктории удалось растормошить спящие чувства, разбередить старые раны. Николь почувствовала себя обманутой собственным разумом. Нет, она не могла этого допустить, не могла позволить Виктории разрушить то, что ей так тяжело далось — душевное спокойствие. Тогда почему же она снова возвращается к тем воспоминаниям, которые три года старательно гнала от себя. И прогнала!

— Чего молчишь? Я жду, — локоть Лизы почти впился в ее бок.

— В-о-н та белая яхта, — Николь указала в сторону океана. Лиза кивнула в знак подтверждения, смотря туда, куда ей показывают. — Напомнила о времени, когда мы Викторией любили проводить выходные на моей яхте. — Николь зажмурила глаза, сердито качая головой. — Как глупо с моей стороны предаваться подобным воспоминаниям.

— Вовсе не глупо. Ты сильно любила ее. — Лиза положила руку на колено подруги и задумчиво закусила верхнюю губу. — Ты готова была сделать для неё всё! Положить весь мир к ее ногам, как бы громко это не звучало, но так оно и было. — Лиза поймала ее напряженный взгляд. — Наивно полагать, что глубокие чувства можно забыть по одному щелчку пальца.

Николь криво усмехнулась.

— Может и так, но она ушла от меня не вчера и не месяц назад. Прошло достаточно времени, чтобы воспоминания о ней все еще приносили мне боль. И это меня бесит. Словно я зависима от чего-то или кого-то...

— Николь, это нормальная первая реакция на человека, которого ты сильно любила и давно не видела.

— Да, наверное...

Спрятав глаза за солнцезащитными очками, Лиза посмотрела на спокойный океан:

— Обещай, что не рассердишься? — на лице ее отразилась виноватая улыбка.

Просьба несколько озадачила Николь.

— Меня всегда пугает, когда ты начинаешь с этих слов.

— А я думала пауки единственные, кто тебя напугает, — смеясь, поддела Лиза.

В ответ Николь демонстративно закатила глаза.

— Давай, говори уже.

— Так ты обещаешь?

— Л-и-з-а. Долго ты собираешься меня мучить?

— Скажи, что обещаешь?

— Еще раз спросишь, я тебя ударю. — В знак подтверждения своих слов, Николь убедительно приподняла одну бровь.

— Ладно, — она вздохнула, собираясь духом, — вчера я все высказала Виктории. Все что я о ней думаю. На меня так накатило, когда я пересеклась с ней на улице возле клуба. Не смогла промолчать.

Глаза Николь стали похожими на две монеты.

— Разговор был на повышенных тонах. Еще немного и готова поклясться, я бы накинулась на нее.

— Не стоило, Лиз.

— Знаю, я не должна была вмешиваться. Прости. Меня возмутило ее наглое появление в клубе. — Оправдание прозвучало не так убедительно, как ей хотелось.

Неодобрительный взгляд Николь сменился на равнодушный.

— А знаешь, мне все равно. — Николь спрятала лицо под пальцами. — Не хочу, не хочу, не хочу больше думать о ней. Не хочу видеть ее, — она выдохнула. — Виктория никто и ничто для меня.

Лиза помолчала, наблюдая душевные терзания подруги, которые та пыталась игнорировать.

— Что? — прорычала Николь в ответ на пристальный взгляд.

— Ничего, — Лиза снова закусила губу. Она подозревала о не ушедших чувствах Николь, а теперь была абсолютно в них уверена. — Ты до сих пор ее любишь.

— Не задавай мне глупых вопросов, — со сталью в голосе бросила Николь, морща лоб от ненавистной темы.

— Это был не вопрос. — Она покачала головой. — За три года ты ни разу не сходила даже на свидание. Ни одного свидания, Николь! Зная тебя прежнюю, это выглядит странно.

— Пожалуйста, избавь меня от своих домыслов. — Она сердито натянула солнцезащитные очки, тем самым огораживаясь от внешнего мира.

— Воспользуйся ее приездом и выясни, кто подсунул ей те фотографии? — продолжила Лиза, не обращая внимания на протесты подруги.

— У тебя все в порядке со слухом? Я не хочу ничего слышать о ней. — Николь с отвращением взметнула руками в воздух. — Виктория сделала свой выбор! Плевать, кто дал ей фотографии. Эта история в прошлом. — Поерзав на покрывале, Николь скрестила ноги, стараясь успокоить разбушевавшиеся эмоции, испытывая острое негодование из-за встречи с Викторией.

— Но этот кто-то разрушил ваши отношения...

— Еще одно слово о ней, я просто встану и уйду, — вскипела Николь, резко отбросив темные очки. — Дело в самой Виктории. Ясно? Она бросила меня! Она не поверила мне! Она разорвала со мной контракт! И она обвинила меня в домогательстве, чтобы только не платить за нарушение договора. — Николь нервно пропустила волосы через пальцы. — Этого достаточно, чтобы впредь не поднимать эту тему?

— Жаль она не справилась с той ситуацией, — Лиза сама не ожидала от себя, что станет защищать Викторию.

— Я неясно выразилась? — взгляд Николь выражал неподдельную ярость.

Лиза сглотнула.

— Милая, прости. — Она обвила руками подругу, прижимая к себе. — Я исхожу из курса психологии, если молчать о проблеме, сама она не решится.

— У меня нет никаких проблем, — фыркнула Николь, не желая показывать свою слабость. — Я давно с этим справилась.

— Виктория не дает тебе двигаться дальше. Понимаешь? — Лиза мягко улыбнулась, на щеках появились очаровательные ямочки. — Я считала, ты никому не позволишь посягнуть на твою территорию. — Она толкнула подругу плечом, стараясь разредить обстановку. — Видимо, любовь сделала тебя мягкой.

Кулак играючи приземлился прямо в ее предплечье.

— Ай, больно! — потирая удар, проскулила Лиза.

— Еще будут комментарии?

— Нет. Да.

— Так, нет или да?

— Ты все-таки не выносила, Николь Райдер, — прошипела она, оттопыривая нижнюю губу.

— Кто бы говорил...

— Кстати, а ты заметила, какая хорошенькая латиноамериканка была с Викторией?

— О, Мама Майя! — Николь безнадежно подбросила горстку песка.

— Это мой ответ на твой удар.

— Так или иначе, ты упустила свой шанс, — ехидная улыбка сверкнула на губах Николь.

Теперь удар пришелся в плечо Николь.

— Черт, больно ведь!

Лиза изобразила невинное лицо, затем они не выдержали и рассмеялись в голос.