LESBOSS.RU: лесби, женское творчество | лесби рассказы, лесби сайт, лесби форум, лесби общение, лесби галерея - http://lesboss.ru
Квест
http://lesboss.ru/articles/80091/1/Eaano-/Nodaieoa1.html
Арабеска .
Открыта для дружбы 
От Арабеска .
Опубликовано в 5/11/2018
 
Выйти замуж не по любви, а по расчёту - такое случается сплошь да рядом. Вот только в придачу к богатому мужу Анна получила "подарок" в виде несносной девчонки, которая объявила ей войну. А тут ещё влипла в жуткую историю, но не одна, а за компанию с женщиной, не понравившейся ей с первого взгляда. Главы: 1,2,3,4,5,6,7,8,9,10 Окончание.

Стр 1
«Квест (английское “quest”, поиск) – игра, в которой герой проходит по запланированному сюжету.
Каждый из участников получает индивидуальную роль в этой ситуации, а также свои индивидуальные цели.
Наличие нескольких целей обеспечивает разноплановость игры. Игрок сам может определять, какая цель для него первоочерёдная.
Суть игры – выполнить как можно больше целей. Для этого игрокам необходимо общаться между собой, анализировать информацию
Исход игры обычно полностью зависит от действий игроков».


Все девушки мечтают выйти замуж за принцев, а если принц – молодой, богатый и красивый не попадётся (товар штучный и дефицитный), то и старый король сойдёт.
И пусть он толстый, с отвисшим животом, с отдышкой и потливый. Или, наоборот – морщинистый, высушенный, словно мумия Тутанхамона, поскрипывающий суставами и вставной челюстью… лишь бы не вызывал рвотные позывы.
Анне, можно сказать, повезло. Она нашла себе принца, а не похотливого старого козла.
Достаточно молодого, всего лишь на пятнадцать лет её старше. Хоть ростом, внешностью не вышел, зато умный. И ничего, что отдалённо  напоминал рыжего хорька, с лица не воду пить.
Работал Михаил ( так звали избранника) - ведущим специалистом в компании, специализирующейся на разработке компьютерных игр.
Квартира, машина, счёт в банке, загородный дом – всё соответствовало статусу преуспевающего человека.
Только было одно «но». Скажите, в чём подвох?
Слышали про бочку мёда и ложку дёгтя в ней...
Так вот, той ложкой дёгтя, весьма большой ложкой, оказалась  дочка Михаила от первого брака. 
Вначале  Анна не придала значение этому факту. Хорошо, что только один довесок, а не куча сопливых детишек. А зря.
С первыми проблемами, связанными с этой девчонкой, Анна столкнулась по возвращению из свадебного путешествия.
Сама свадьба, медовый месяц на  Мальдивах – всё прошло по высшему разряду.
Однако «явление Христа народу» (появление дочки Михаила) – стало полным сюрпризом. Ничего себе подарочек!
Нет, Анна вскользь слышала о наличии у мужа ребёнка  пубертатного возраста, но пребывала в абсолютной уверенности, что не увидит падчерицу столь скоро. Если повезёт, то до самого её  замужества. Хотя может и от этого мероприятия  удастся отмазаться.
Надеждам не суждено  сбыться.
Падчерица не только «осчастливила» своим появлением, так ещё и «обрадовала» вестью, что поживёт с ними, неполадив с отчимом.  Анна подозревала, что та сделала это на зло ей.
Хотя позже, столкнувшись с враждебностью девочки-подростка, решила, что  с таким острым языком и неуживчивым характером, немудренно переругаться со всеми. Наверное, отчим и мать Юли, обрадовались, когда та свалила к отцу. 


Несмотря на упрямство и эгоизм, Анна не решилась с ходу стать «злой мачехой», или показать себя стервой, что впрочем, одно и тоже.  
Поэтому, «проглотив пилюлю», внешне смирилась с незваной гостью,  негодуя про себя.
Несносная девчонка, стала изводить Анну, при этом сохраняя ангельский вид. Та тоже не оставалась в долгу.
Война шла с переменным успехом. 
Благоверный, увлечённый разработкой новой игры – ничего не замечал.
Целыми днями он пропадал на работе, а Анна скучала дома. 
После окончания института, выйдя замуж за обеспеченного человека, могла не работать. Только это - желание мужа, а не её.
Михаил отличался чудовищной ревностью, поэтому  не желал подвергать искушению красавицу жену. Сам он был рыж, да неказист, зато Анна приковывала к себе взгляды мужчин.
Высокая, стройная, длинноногая, с потрясающей фигурой без всяких коррекций и операций.
Волосы, цвета соболиного меха, подчеркивали правильную красоту её немного сумрачного лица. Зато зелёные кошачьи глаза и ямочка на подбородке оживляли прекрасное  «творение скульптора».
Хороша, ничего не скажешь.

Юлия – дочка Михаила, как ни странно, не терялась на фоне новой жены отца.
Высокая (видимо, пошла в мать), тоненькая, словно былинка.
На её хорошеньком остром личике чёрными буравчиками выделялись глаза, когда она глядела на Анну. Сразу становилась похожа на сердитого ёжика.
Побледнела, когда отец объявил, что на новогодние праздники они (отец и Анна) поедут на Карельский перешеек.
Там у Михаила  дом, доставшейся ему по наследству от деда с бабкой.
Анне совершенно не понравилась перспектива провести каникулы в глуши, вместо горнолыжного курорта. К тому же, придется готовить, а готовить она не любила.
«Не для того я рождена».
Вдобавок выяснилось, что на дачу муж пригласил  друзей с работы, с которыми собирался там поохотиться и порыбачить.

Не успела даже рта открыть, чтобы возразить, как Юля её опередила:
- Папа, а можно я с вами поеду?
- Конечно, солнышко, - с небольшой паузой  согласился Михаил. В глазах его промелькнула досада. Он надеялся, что дочка обрадуется возможности остаться одной в квартире, чтобы потусить с друзьями.
И тут же с воодушевлением, несколько наигранным, стал рассказывать о фауне родного края.
- Зверья в лесу с избытком. Лось, кабан, лисица, заяц, белка… рыси, - добавил он с какой-то непонятной ухмылкой, а Юля нахмурилась.
Не замечая, или делая вид, что не замечает реакции дочери и разочарования супруги, - Михаил продолжил:
- Росомахи у нас практически не водятся. Забредают к нам по случаю. Миграции оленей и косуль к нам из Финляндии бывают, но очень незначительные.
Много птицы.
Тетерев, глухарь и рябчик для ночлега зарываются в снег.
- А чем они питаются? – поинтересовалась Анна.
- Пища тетерева – берёзовые почки.
Глухарь предпочитает сосновую хвою, рябчик – ольховые почки.
Анна представила, как ей придётся ощипывать  всяких  там  рябчиков, и настроение   испортилось вдрызг. 
Однако долго предаваться унынию она не умела. Не стоит расстраиваться по пустякам. 

Перестала думать о неизбежном, мысленно увидев свои фотографии с трофеями.
«Выложу эти снимки в интернете,  пускай все обзавидуются», - решила для себя и улыбнулась.
Михаил обрадовался улыбке жены, принимая её за одобрение, а  Юля посмотрела на Анну с сочувствием, что раньше за ней не замечалось.

Потом были недельные сборы. Анна взяла с собой столько нарядов, что они вместе с охотничьим снаряжением и продуктами, еле влезли во внедорожник Михаила.
Анна села в машину в рысьей шубке (непременный атрибут стиля женщин высшего света, как  убеждали её в меховом салоне "Мантия"), небрежно распустив волосы – красивая и надменная.
Юля устроилась на заднем сидении. Если бы кто-нибудь оглянулся, то заметил на её лице следы раздумий и тревоги.
 

Стр 2
Ехали по навигатору. 
Повернув в Светогорске, добрались до небольшого городка. 
Навигатор перестал показывать, но Михаил уверенно свернул на узкую грунтовую дорогу. 
Места, которые они проезжали - дикие, с массой поваленных деревьев. 
Несколько раз переезжали через ручейки по полуразрушенным мостикам.
Вдоль дороги - еловый лес. 
Заснеженные ели высоченными мачтами возвышались над путешественниками. 
Сотовая связь затерялась где-то в их верхушках.
Промчались мимо большого полузамёрзшего  озера. 
Затем дорога пошла с крутым спуском до самого болота. 
Через него перебрались по выложенным, видимо очень давно, брёвнам. Было страшно. Слава Богу, обошлось!
Стали попадаться на пути сосны.
Однообразие пейзажа за окном утомило, и Анна предалась воспоминаниям.

Она лишь однажды отдыхала на Карельском перешейке. Жила на базе «Фрегат», расположенной в пятидесяти километрах от Санкт-Петербурга на  живописном берегу лесного озера.
Там ещё поблизости горнолыжный курорт «Игора».
Какие ей встретились мальчики -  подтянутые, накаченные красавцы. С ними не надо было наклоняться, чтобы посмотреть на них. Как они за ней бегали, признаваясь в чувствах.  Мечтательно улыбнулась.
Только она их вежливо, но твёрдо отшила, будучи уже помолвленной с Михаилом.

Как там у  Пушкина: "Но я другому отдана и буду век ему верна!"

Юлия, глядя на пленительный  профиль Анны с досадой подумала, что  очередная супруга отца так  изумительно красива и так глупа! Она  заблуждалась. 
Анна не была глупа, лишь избалована мужским вниманием. От этого – себялюбие, эгоизм вылезли вперёд, заслонив все лучшие её качества, но не подавили их. 


Загородный дом Михаила - избушка (разве что  без курьих ножек)  на берегу пруда, среди  заснеженного леса. 
Анна с трудом скрыла вдох разочарования.
Глухомань оказалась ещё более дремучей, чем  ожидала.  
Захотелось вернуться назад к истокам цивилизации. 
Необъяснимая тоска подкатила к самому сердцу.
Всё же переборола себя, отгоняя нехорошие предчувствия.
По природе была  подвластна мрачному настроению. Относилась к жизни всегда с настороженностью, и склонна видеть тёмные стороны бытия. 
Однако будучи девушкой неглупой, принимала противоядие – искала и находила в плохом -  светлые стороны, подбадривала себя подобным образом.
Привыкла, что её интуиция -  любительница  поднимать панику. Поэтому перестала верить в предупреждение внутреннего голоса.
Вот и сейчас, отметая в сторону сомнения и страхи, улыбнулась так, что заиграли ямочки на щеках, а глаза заискрились, когда сделала для себя открытие.
- А здесь красиво!

Их заметили.  На крыльцо вышел Павел Гаврилович – приятель Михаила. Они вместе работали над одним проектом.
Павел Гаврилович обменялся приветствиями с хозяином дома. 
Обворожительная, чуть ироничная улыбка при виде Анны. Едва заметный  прищур человека, который понимает больше, чем говорит. Всё в нём  раздражало её - и внешность, а главное - манера держаться со скрытым пренебреженением к окружающим. Она считала это завуалированным хамством. И ещё пугал  мёртвый взгляд  его неподвижных глаз, на дне которых при виде неё  загорались похотливые огоньки. 


Пока мужчины доставали багаж, а Юлия осталась им помогать, Анна прошла в дом. Не слышала, как  П.Г. пробормотал ей вслед: " Шубка-то  из рыси... Как знаменательно!" Зато его уловила  слова Юля и озабоченно сдвинула брови.

Дом не пустовал.  У печки стояла и грела руки –   женщина в чёрном брючном костюме и  ослепительно белой рубашке. Ишь вырядилась!
Незнакомка повернула голову, чтобы взглянуть на вошедшую, и Анну впечатлил её облик.  Светло-русые длинные волосы,  скандинавская внешность  и обжигающий взгляд ярко-синих глаз.  
Такова была  шведка Нора Хольм.

Анна почувствовала, как её потеснили с трона первой  красавицы.

Стр 3
Зависть- это чувство досады, вызванное успехом, благополучием и превосходством другого человека, когда видишь объект своей зависти победителем, а себя проигравшим. 
Именно подобное чувство  при виде  эффектной блондинки испытала  Анна. Но она слишком  уверена в себе, чтобы  копить обиду, недоброжелательность, или агрессию к кому-либо. Поэтому успокоилась  и сосредоточила внимание на обстановке дома. Не ожидала, что всё так круто!
Помещение – большой просторный холл. 
Интерьер довольно богато  украшен  различными  трофеями. Идеальная охотничья берлога. И яркая "птица" в чёрно-белых одеяниях.  Боковым зрением продолжала следить за ней.
Та таким поведением  была слегка обескуражена. Высокая, не уступающая ей ростом, зеленоглазая красотка демонстративно игнорировала её, хотя явно заметила постороннего человека в доме. Нора видела, как сузились её глаза. Раз так, то ладно.
- Хэй! Вэ:лькомэн  (Здравствуйте. Добро пожаловать.) Нора Хольм, - представилась гостья и, не дожидаясь ответа, предположила: - Вы будете -  жена Микаэля, не помню – четвёртая, или пятая штука…
Гневный румянец вспыхнул на щеках Анны - это что, шведский юмор, или попытка её оскорбить? Сдержала порыв негодования. Только обожгла шведку сердитым взглядом. 
Фру Хольм несколько смутилась.
- Я вас обидела? Фёло:т! Извините, если упоминание предыдущих жён Микаэля показалось вам неприятным.
- Да, я  жена Михаила, Анна. С первой супругой он развёлся задолго до моего знакомства с ним. С нами приехала его дочь от первого брака, Юлия.
Анне показалось, как  в потрясающе синих глазах этой бизнес-вумен мелькнуло удивление, а затем госпожа Хольм нахмурилась.
- Зачем  он притащил дочь? 
От удивления, Анна не сразу сообразила, что шведка довольно правильно говорит по-русски, но почему-то пытается скрыть хорошее знание иностранного языка.
Выяснить причину помешал приход Михаила и Юлии.
 
- Вы уже познакомились? – заулыбался Михаил. Улыбка его не выглядела искренней, а чуть на выкате  глазки перебегали с одной женщины на другую. Из-за маленького роста ему приходилось смотреть на них снизу вверх.
Появление Павла Гавриловича ещё больше стало способствовать нагнетанию обстановки. 
Казалось бы – очень высокий, статный мужчина с седеющими волосами,  иронично-одобряющей улыбкой и обходительными манерами не мог не нравиться. 
Однако, несмотря на привлекательную внешность, любезное обхождение,  магнетизм и мужественность, он был противен Анне. 
Было в нём что-то отталкивающее… худощавость и похотливость… странный блеск в глазах…   
Глаза – карие, на первый взгляд – красивые, но пустые, словно стеклянные, и вместе с тем - магнетизирующие.  
Этот взгляд  вызывал у Анны дрожь, ей казалось, что её  раздевают и скальпируют  одновременно. Почему она его боится? Ведь Павел Гаврилович классический бабник, а бабник - это диагноз. Цель - завоевать женщину ради секса. Встречается с разными женщинами, пока не пресытится, и ему не станет скучно. Ловеласы заслуживают снисхождение, когда  их восхищение направлено на тебя, даже если ты не заблуждаешься на его счёт. Вот только она подозревала, что это лишь фальшивая маска, за которой прячется очень опасный и безжалостный человек. 
Анна отмахнулась от предупреждения интуиции и улыбнулась Павлу Гавриловичу, с удовольствием отметив, как дёрнулись крылья его носа, а по продолговатому (лошадиному) лицу прошла судорога.
Свидетельницей этой сцены  стала Нора Хольм, (Михаил показывал дочери трофеи, делясь с ней воспоминаниями об охоте),и, пожалуй, увиденное, позволило шведке вычеркнуть Анну из списка подозреваемых. Крайне редко, люди ненавидящие друг друга находятся в одной связке. Похоть и ненависть Павла Гавриловича, которые он не  смог скрыть говорили о многом. Похоже, сексуальную жену друга он страстно желает и ненавидит за проявление собственной слабости. А она его терпеть не может и... опасается. И по видимости, не зря.  Анна - новая жертва.


Потом они разошлись по своим комнатам, чтобы отдохнуть, договорившись встетиться за ужином. 
В доме было несколько спален, одну заняли Михаил с Анной, другую - Нора с Юлей, а в последней поселился Павел Гаврилович.  
  

Вечером, отдохнувшая  Анна привела себя в порядок и в сопровождении супруга спустилась вниз. 
На ней, подчеркивая все достоинства фигуры, прекрасно сидело белое вечернее платье с треном-шлейфом. 
Высоко подобранные сзади волосы привлекали внимание к  шее и как бы удлиняли её.
Горделивая улыбка скользила по губам Анны. Она почувствовала полное удовлетворение от осознания собственной красоты. И даже шведке  не удастся её затмить.
При виде соперницы  - радость  померкла.
Нора Хольм в чёрном открытом платье с распущенными светлыми кудрями не уступала ей ни на йоту. Возможно, даже превосходила.
От досады Анна прикусила нижнюю губу. И крошечная капелька крови свидетельствовала о её поражении.
Откровенная  насмешка от Павла Гавриловича  - словно бичом по обнажённым плечам.  
Ещё больше задело сочувствие в глазах Юлии. 
В отличие от остальных представительниц  слабого пола, девочка выбрала миленькое   платье красного цвета, довольно скромное.
Рыбий взгляд мужа, его дурацкая улыбка тоже не подняли настроение.
"Почему я раньше не замечала, что он эгоист?"  
Зато удивило выражение на лице Норы. Шведка смотрела на Анну с одобрением и приветливо улыбалась ей.

Стр 4
От ободряющей улыбки, незнакомой в сущности женщины, Анна приободрилась и почувствовала признательность к ней. Крёстная фея наградила её красивой фигурой и выразительным лицом, но всего остального пришлось добиваться самой. Правда, был ещё один дар, но именно он вызывал у Анны досаду и желание избавиться от него раз и навсегда. Дело в том, что она - эмпат. Не сразу поняла, что воспринимает внешние, порой незаметные, проявления эмоционального состояния другого человека - поступков, речи, мимики, жестов, интонации и невзначай оброненных слов. Из этих крошечных фрагментов, чувствовала человека, словно погружалось в него. И подобное состояние Анне совсем не нравилось, порой такая муть всплывала, что делалось ужасно противно. И какая ей от этого польза понимать то, что тщательно скрывается от посторонних глаз. Была бы она гадалкой, или психологом, тогда бы ей такой дар пригодился. А так на какой лад ей считывать эмоциональное состояние другого человека, тем более, если ничего о нём не знала и даже не разговаривала. 
Вот и сейчас понимала, что вокруг неё витает ложь, все лгут и что-то скрывают. 
Это настоящая паранойя, но Михаил, Павел Гаврилович, белокурая шведка и даже дочка мужа - Юля, преследуют свои цели. Какие именно? Анна не знала. Она не умела контролировать свой дар, её сбивало окружение, в котором  сейчас находилась. 
Словно ищейка, взявшая след, внезапно его потеряла  среди других.
"Опять я накручиваю себя", - с досадой подумала Анна, ощущая физическое истощение. Она не любила бывать в толпе, среди отголосков чужих чувств.  
Но вот что странно - внезапно почувствовала, что Норе Хольм можно довериться.
"С какой  стати?!" - упрямо отклонила подобную возможность, а сердце вдруг заныло в предчувствии беды.
Чтобы не вступать в полемику со своим шестым чувством, "надела на глаза повязку", и сразу мир стал другим - улыбающиеся симпатичные лица,собравшихся в одной компании людей. Анна повеселела, ощущая как мрачные предчувствия отпускают её.

Шведский стол ломился от закусок, которые они привезли с собой. Все выпивали, но умеренно: женщины - вино, мужчины более крепкие напитки, а Юля - колу. 
Анна с лёгкой улыбкой отметила, что лицо мужа с каждой рюмкой краснеет, а довольно большой нос (хихикнула про себя, вспомнив поговорку покойной бабушки: "Что на витрине, то и в магазине")багровеет. Напротив, лицо Павла Гавриловича всё больше и больше бледнеет, от выпитого  он расслабляется, свойственная ему  ирония  растворяется на дне бокала, и лицо становится сентиментально-меланхоличным, что придаёт его облику романтичный ореол. Вот только в глазах по-прежнему плещется пустота, мёртвые глаза живого человека. 
Анна перевела взгляд на представительниц женского пола. Юля поблескивает умными глазками на собравшихся здесь и не спеша цедит свою колу, а улыбчивая иностранка совсем не пьянеет, хотя Павел Гаврилович не забывает наполнять её рюмку. 
Как ей это удаётся? 
Понаблюдав за ней, отметила, что фру Хольм пьёт только красное вино и не мешает его с другими напитками. Много двигается по помещению, разглядывая охотничьи трофеи. И ещё Анна случайно заметила у неё в клатче, который та открыла, чтобы достать блеск для губ -  блистер с ярко-розовыми таблетками.    
"Мезим? - удивилась Анна.- Непохоже, что шведка мучается желудком. Вид у неё вполне цветущий".  И тут вспомнила, что читала в каком-то детективе, как шпионы, чтобы голова оставалась ясной, перед застольем принимают "Мезим" или "Фестал".
Мысль о том, что Нора Хольм шпионка, её позабавила, но заставила поинтересоваться:
- Как давно вы работаете с Михаилом и Павлом Гавриловичем?
- О! Совсем чуток, капельку, малость. Один год и два месяца. 
Понизив голос, фру Хольм продолжила:
- Я рада видеть, что у Михаэля такая очаровательная и сексуальная жена. Вы мне сразу нравитесь. 
Анна покраснела не от комплиментов шведки, а от её взгляда. Нет, она не пялилась, напротив - улыбнулась уголками рта, посмотрела в глаза Анны, затем отвела взгляд, а потом вновь посмотрела, и открытая улыбка Норы  выражала искреннее расположение и повышенный интерес.
"Она со мной флиртует!" - удивилась Анна, но никакого возмущения не почувствовала. Напротив, ей было приятно. 
Между женщинами установился незримый контакт, о котором знали они, а никто больше даже не догадывался. От соблазняющих взглядов, Анна разрумянилась и ещё больше похорошела. 
"Это вино на меня подействовало", - попыталась остудить зашкалившее воображение, но знала, что это не так.
Ночью долго не могла заснуть, лёжа рядом с храпевшим мужем. Впервые она отклонила его ласки, а он разморенный после фуршета, тут же заснул, пробормотав, что надо выспаться перед охотой.
Ах, да! Она совсем забыла, что с утра идут охотиться на рысь.
В последнее время в Карелии количество рыси значительно повысилось, и мужчины не сомневались в успехе.
Наконец заснула, не испытывая желания убивать зверей, пусть и хищных.
И ей приснился  кошмар - она  обратилась в рысь, а все остальные обитатели избушки охотились за ней. Когда её окружили, то попыталась объяснить им, что это она - Анна, но из горла вырвалось рычание, переходящее от верхнего до нижнего тона. 

Стр 5


Утром Михаил разбудил Анну, пора на охоту. Не дожидаясь пока сонная жена придёт в себя, убежал.
Зевая, она встала и ополоснула лицо водой из кувшина, наклонившись над тазиком.  Не спеша  натянула на себя серый, грубой вязки, свитер, а утеплённые чёрные джинсы заправила в сапожки на меху. Причесалась, привела себя в порядок, и лишь затем присоединилась к остальным. С накинутой на плечи  зелёной курткой и небрежно распущенными волосами, она выглядела настоящей лесной феей, о чём  тут же не преминул заметить Павел Гаврилович. Анна пропустила его комплимент мимо ушей, её куда больше волновала реакция Норы, но та была занята тем, что раскладывала по тарелкам очень аппетитный на вид омлет. Даже до Анны долетел его божественный  аромат.     
Кофе, ветчина, омлет  - лёгкий завтрак.

Они молча поглощали пищу, пока Нора не спросила, обращаясь к мужчинам:
– А как собираетесь охотиться на рысь? Это  хитрый и осторожный зверь, большая кошка. У нас  в Швеции идут стрелять её со  злыми собаками. Они делают обоняние следов рыси, чем свежее, тем охотнее. Хищник  убегает, если собак больше одной. Они загоняют её на дерево. И тогда охотник делает пиф-паф (шведка изобразила стрельбу из ружья). Но здесь нет собак...
– Рысь очень любознательный зверь. Надо на этом играть. - Прожевывая кусок ветчины, ответил Павел Гаврилович. - 
Наши карельские кругами ходят, и появляются на одном месте раз в неделю. Мы с Михаилом неделю как раз были здесь, и  видели следы рыси. Они как раз вывели на "островок". Абсолютно не верно, что рыси днём отсыпаются только в местах с завалами.
С собаками - не факт, что загонишь её на дерево. 
Как правило, рысь от охотников с собаками специально по завалам, да и просто по лесу с буреломами  уходит (именно такие места выбирает), часто просто прыгает (прыжки до трех метров) по верхам. Не захочет встать на отстой - не встанет.  На собак особо не реагирует, любому, даже самому свирепому псу, отпор даст. Когти у неё двух сантиметров достигают, - рассказчик завернул рукав фланелевой рубашки и показал дамам, а девочке даже дал потрогать, браслет с когтями волка, медведя, рыси... 
- С капканами тоже заморочки свои, - добавил он, со снисходительной насмешкой наблюдая, как на лице жены друга появилась гримаса отвращения, - да и попадает в капканы всякая мелочь - горностаи там всякие. Их шкурка потом ни на что не годная, от мочи желтеет, да и перерубает их почти пополам. 
Юля сдавленно ойкнула и побледнела вся от слов бывалого охотника. Нора обняла её за плечи и что-то шепнула ей. Девочка в ответ едва заметно кивнула головой.
- Кому как! - запротестовал  Михаил, не замечая состояния дочери, а лицо Анны вновь обрело спокойствие и стало непроницаемым. - Мой дед капкан ставил на рысь, а я ему помогал, ещё будучи пацаном. Очищал от ржавчины капкан, а потом мы его проваривали в котле с хвоей. Потом клали в чистый холщевый мешок и обязательно в 
холщевых рукавицах, чтобы зверь не учуял. Выследив тропу зверя, дед лопаткой выбирал снег под самым следом  зверя и  ставил капкан, а чтобы железо не просвечивало, накрывал его сверху листом белой бумаги (обычно вырывал из моих школьных тетрадок). Мать, отправляя меня на каникулы к деду (Мы с ней жили в Петразаводске), заставляла брать с собой учебники и чистые тетради, чтобы я решал в них задачки. Но дед пускал их на раскрутки, да на капканы. 
Поставив капкан, пятясь задом  уходил, запорошивая свои следы. 
- Вы хотите, чтобы мы шли задом, как ваш дед? - рассмеялась Нора.
- Я бы желал бы быть позади вас, -  галантно произнёс Павел Гаврилович, но при этом покосился, на обтянутую джинсами попу Анны, которая, уносила, собранную в пакет одноразовую использованную посуду. Нора и Юля поймали его взгляд, а вот Михаил в этот момент был занят тем, что пытался оттереть влажной салфеткой пятно от кофе на джинсах.
Впрочем, Павел Гаврилович тотчас отвёл взгляд, и своим обычным насмешливым тоном объяснил, что  они с Михаилом решили приманить рысь пахучками, перед которыми та не сможет устоять.
- Валерьянкой что-ли? - обернулась Анна.
- Рысь не любит незнакомых запахов, - туманно ответил Павел Гаврилович.
Четвёрка охотников, отправилась на поиски рыси. Юля, сославшись на нездоровье, осталась одна дома. Все облегчённо вздохнули, никто не хотел травмировать психику девочки.
Впереди шёл Михаил, он зорко поглядывал по сторонам и уверенно вёл их к лежанке рыси.
Анна шла за ним и видела, как раздуваются крылья его носа, словно он принюхивается. Чёрная вязаная лыжная маска (балаклава) и ружьё наперевес делали из него карикатуру на спецназовца.
За Анной держалась Нора, а группу их замыкал Павел Гаврилович.
Анна чувствовала дыхание Норы и оно её странным образом волновало. 


Рысь они обнаружили на том самом месте, о котором упоминали мужчины.
Она лежала и мурлыкала от удовольствия. 

"Какая красавица!", - подумала Анна, разглядывая животное с с густой, мягкой, палево-дымчатой шкурой с пятнами на спине, боках и лапах, с кисточками на ушах. А вот шерстка на животе была светлой, тщательно вылизанной. Увидев охотников, зверь пружинисто вскочил, и  Анна встретилась взглядом с янтарными глазами рыси. 
Секундное промедление стоило жизни лесной кошки. Михаил выстрелил в неё крупной картечью и перебил ей задние лапы. Она упала, но тут же  поднялась и сделала попытку уйти, волоча задние  лапы и оставляя за собой кровавые следы. 
- Павел Гаврилович добил её выстрелом в упор. Несколько минут она агонизировала, била лапами по окровавленному снегу, а потом вытянулась и затихла. Глаза её, только что живые, медленно затягивались пеленой смерти.
Анна, сорвав с руки перчатку, и, зажимая ладошкой рот, бросилась к ближайшим кустам. Желудок  вывернуло наизнанку. 
Пока приходила в себя, сзади, кто-то положил ей руку на плечу. Думая, что это Михаил, хотела стряхнуть её, но заметила, что это не короткопалая  клешня мужа, а изящная женская рука, затянутая в замшевую перчатку. 
- Не переживай. На возьми, - Нора протянула ей бумажный платок.
Анна с благодарностью его взяла и промокнула губы. 
На присевших возле убитой рыси мужчин, старалась не смотреть. 
Девушки, не дожидаясь их, вернулись в дом.
- Я не думала, что это будет так ужасно! Мы посмотрели друг другу в глаза, и она промедлила, хотя имела шанс спастись.
- Неприятное зрелище, я согласна.  Хорошо хоть, что  Юля  с нами не пошла. Кстати, где она?
Девушки  отправились на её поиски, но дочь Михаила пропала. 
Анна  заглянула в комнату, которую  занимала с мужем,  и ахнула -  все её вещи  разбросаны, а любимые туфли   оказались  безнадёжно испорчены.

Стр 6
Зашедшая в комнату Нора присвистнула.
- Ничего себе разгром!
Анна опять про себя отметила, что шведка снова чисто говорит по-русски, но обеспокоенная исчезновением девочки не стала фиксировать на этом внимание.
- Надо сообщить Михаилу.
- Да, конечно. Но мне кажется, его дочь никто не похищал. Думаю, это она похозяйничала здесь, а потом убежала и бродит где-то по близости, - спокойно заметила Нора, - ведь только твои вещи пострадали. 
- Убью эту маленькую поганку! - от беспокойства за судьбу падчерицы Анна переключилась на хулиганскую выходку Юли. 
Стремительно вышла, чтобы найти виновницу разгрома.
Нора задумчиво посмотрела ей вслед. Если она разбирается в отношениях между людьми, то  поведение девочки вовсе не продиктовано  неприязнью к молодой мачехе.
Перепалка возле дома заставила поспешить её на крики. 
Вовремя подоспела. Анна трясла Юлю как грушу. 
- Ты зачем мои вещи разбросала, и туфли испортила. Ты хоть представляешь, сколько они стоят! Это ты сделала специально, чтобы досадить мне, да?!
- Оставь её, Анна. Она так поступила, чтобы ты разозлилась и уехала, - в разборку вмешалась Нора. 
Юля уставилась на неё с удивлением. Слова шведки и отсутствие акцента ошеломили девочку.
- Да, я довольно чисто говорю по-русски, потому-что моя мать русская. Но вы почему-то уверены, что иностранцы, говоря на вашем языке, должны обязательно коверкать слова. Вот я и решила соответствовать стереотипу, - Нора пожала плечами, а потом обратилась к Анне: 
- Побудь здесь, подыши воздухом и успокойся, а мы с Юлей пока  наведём порядок в твоей комнате.     
Они ушли, а девушка осталась одна, сама не понимая, почему послушалась. Может потому, что Нора вдруг стала для неё авторитетом?
Она повернулась спиной к дому и устремила свой взор вдаль, делая глубокий вдох и выпуская облачко пара. 
Морозно, но так восхитительно красиво! Лес в снежных кружевах и этот пруд, почему-то не покрытый льдом, а ведь должен. Надо будет спросить у мужа.
Вспомни его, вот и оно.  Возвращаются, неся добычу, привязав  её к длинной жерди, срубленной видимо, прямо в лесу. 
- Тебе шкура, мне -  голова, - донеслись до неё слова Павла Гавриловича, - превращу её в новый шедевр. Он  рассмеялся неприятным сухим смехом.

Анне показались его слова зловещими.
"Глупости!", - запротестовал здравый смысл, но на этот раз она поступила наперекор ему. Незамеченная охотниками, ушла в дом и стала готовить обед.
Когда те зашли, то увидели, хлопотавшую у печки Анну. Справиться с печкой у неё не вызвало затруднений. В детстве вместе с родителями ездила в Волосово к родственникам, где в доме была настоящая русская печь, а в хлеву овцы и корова. Вот тогда и научилась доить бурёнку и топить печь. Ей нравилось подкладывать сухие берёзовые поленья и смотреть на пляшущие язычки пламени, на яркие искорки, которые пытались вылететь на свободу, но гасли в полёте.  
Михаил чмокнул жену в щёку под скептическим взглядом своего старшего товарища.
Анна весело их приветствовала.
- А где остальные? - спросил Павел Гаврилович.
- Они... прибираются в доме, - нашлась Анна. Не стала рассказывать о  проделке Юли. Не потому, что не хотела расстраивать мужа, просто не любила жаловаться, и в своих проблемах винила себя, а не кого-то другого.

Мужчины так и не узнали, что случилось в их отсутствие, а женская половина солидарно молчала.
- Спасибо, что не наябедничала отцу. И... прости меня за глупую выходку, - тихо сказала Юля мачехе.
- Забей! - ответила та, и между ними установился, если не мир, то по крайней мере, перемирие.
Прошло несколько дней.  Михаил уходил на охоту, всегда возвращаясь с добычей. Анна, Нора и Юля предпочитали гулять, а вот Павел Гаврилович был занят обработкой шкуры, как он им объяснил, и целыми был занят.
Но вот однажды привычная программа резко изменилась.

- Дамы и господа! Прошу минутку тишины, - Михаил отвлёк на себя внимание присутствующих. - Приглашаю посетить тайную комнату и приятно провести там время.

- Что есть тайная комната? – спросила Нора, предвосхитив вопрос Анны.
- Лучше показать, чем рассказывать, - вмешался Павел Гаврилович с загадочной улыбкой.
- Следуйте за мной, - соглашаясь с компаньоном, предложил Михаил. 
Заинтригованные в предвкушении сюрприза, дамы спустились вслед за ним в подпол. Шествие замыкал Павел Гаврилович.  Он и прикрыл крышку.
Анна поёжилась, но не от холода. Было тепло, да и светло. Спустившись первым, муж включил электрический свет.
В шею ей дышал стареющий красавец Павел Гаврилович, а его рука, словно невзначай, прошлась по её пятой точке. 
«Старый козёл!» - про себя выругалась Анна, еле удержавшись, чтобы не влепить ему пощёчину. 
В его намерениях она не сомневалась. Компаньон мужа давно преследовал её  домогательствами. 
Вот только делал это осторожно, словно кот играл с мышкой. Да и сам он напоминал ей самодовольного котяру, уверенного в собственной победе. 
Поднимать шум Анна не стала. У неё нет доказательств, а касание, такой изворотливый тип легко спишет на случайность.
Как бы мужу открыть на него глаза, чтобы тот убедился в вероломстве друга? 
Если она сделает вид, что поощряет его, то Павел Гаврилович утратит осторожность и допустит ошибку.
Об этом Анна думала, пока шла вместе со всеми по коридору.
Когда муж остановился, а потом торжественно распахнул дверь,  не удержалась и вскрикнула – за ней виднелось помещение, стены которого были сделаны из стекла и металла. А за стенами - вода.
Анна поняла, что они находятся на дне пруда. 
На то, что пруд  зимой  не замёрз,  обратила внимание.
Но никогда бы не догадалась, какую тайну он хранит.
 

Стр 7
 
Поражённые гости уставились в окна на подводный мир.  
Серебристая  стайка рыб  равнодушно  проплыла мимо.
Нора первая прервала повисшую тишину.
- Я знаю, у нас в Швеции есть нечто подобное. Посреди озера Меларен вблизи  города Вестерос находится необычный отель Utter Inn  типа традиционного коттеджа «стуга». Сюрприз в том, что спальня расположена в подвальном помещении на глубине трех метров под водой. Над водой же находятся небольшая кухня, столовая,  туалет и  небольшая терраса, на которой можно расслабиться в кресле, и любоваться   вечерним закатом, отражающегося в глади озера. Это есть релаксация.
Анна вспомнила Мальдивы и медовый месяц на дне океана, в комнате для новобрачных.
Тогда они находились на глубине восьми метров, и через прозрачную стену видела дельфинов, скатов и множество рыб, которыми  кишели воды.
Тогда это казалось волшебной  сказкой, но подводное помещение здесь  - просто фантастика!
Из объяснений мужа, Анна и остальные непосвящённые, узнали, что этот  бальный и курительный зал для гостей – копия  секретной комнаты мистера Райта, построенной в  Англии, в 1800 году.
Движимая внезапным импульсом, Анна  оглянулась на спутников.  Лицо Юлии раскраснелось, в глазах девочки светилось восхищение.
 - Хур мукет костар ден? ( сколько всё это стоит?)- прошептала фру Хольм. Лицо шведки сохраняло спокойствие, однако,  ноздри её тонкого носа трепетали, выдавая внутреннее волнение.
«Язык можно сломать. Никогда не смогу выучить шведский», - подумала Анна, стараясь унять внутреннюю дрожь. Ей стало казаться, что нечто плохое должно произойти, и очень скоро. 
Предчувствие беды никогда ранее у неё не было столь велико. 
Это, как порыв внезапно хлестнувшего дождём ветра.
Только страх показаться  смешной  удержал от паники. Самолюбие  Анны не могло этого допустить.
И хотя в висках стучало, а сердце учащённо  билось, гордо вздёрнув  подбородок,  осталась. 
Продолжала наблюдать за людьми, от кого исходила потенциальная угроза.
Даже к супругу   не испытывала доверия.
Михаил казался  излишне суетливым.  Потирал руки, к тому же странная улыбка блуждала по тонким губам. 
А вот его компаньон -  Павел Гаврилович  продолжал  держаться с достоинством и некой вальяжностью.  Но он был слишком любезен…

Безотчётный ужас не проходил. 
Может тому виной шведка? Или Юлька, дочь Михаила от первого брака, собирается устроить очередную пакость? Но как раз на них, её компас опасности не указывал.
В висках не переставало  вибрировать, мешая сосредоточиться, а между тем Михаил стал  подробно рассказывать о подводном сооружении, где они сейчас находились.

Загадка не замёрзшего пруда быстро разъяснилась.  В нём был установлен антиобледенитель.
В доме на берегу  стоял электрогенератор. Это всё, что Анна запомнила.  Чувство  тревоги мешало слушать. 
Наконец она нашла наиболее вероятный источник опасности.
Зло исходило от самодовольного и уверенного в себе приятеля мужа.
Анна искоса на него посмотрела.

Поймав её взгляд, Павел  Гаврилович улыбнулся, демонстрируя ослепительный ряд вставных  зубов. И хотя весь его вид выражал радушие, доверия  не заслуживал.

Что в принципе она о нём знала?

Павел Гаврилович  в молодости  слыл  красавцем,  и пользовался большим успехом у женского пола. 
С возрастом, ряды  поклонниц его мужского шарма, сильно поредели, как и волосы на  голове. 
К пятидесяти годам от былой популярности и вовсе остались одни воспоминания.  Какое-то время  сохранял иллюзии, что по-прежнему неотразим, но молодые девушки больше  не проявляли к нему интереса, а дамы бальзаковского возраста его не привлекали.
Пристальное внимание Анны расценил заинтересованностью  к нему, как к  мужчине.
Сразу приосанился. 
"Ещё бы ус по-залихватски закрутил", - с презрением подумала Анна, хотя седую щёточку коротких усов вряд ли закрутишь.
Вспомнив, что должна его дискредитировать перед мужем, решила подыграть.
Опустила глаза,  будто  смущаясь.  Затем быстрый взгляд из-под ресниц, и «рыбка» клюнула.
«Никакой-то там лещ, а настоящая акула», -  с невольным уважением подумала Анна, делая вид, что интересуется  подводной комнатой, почти в точности повторяющего интерьер холла дачи Михаила.

Вдоль  стен – уютно расположились диванчики и кресла, небольшие столики.  На стенах – головы чучел: медведя, кабана, оленя, лисы и дикой кошки. Не хватало  рыси.  
Все они столь искусно сделаны, что выглядели живыми.

- Нравятся мои работы?  Чувствую себя богом,  оживляя трупы. Я, можно сказать, даю им вторую жизнь, -  подошедший Павел Гаврилович склонился над Анной. - Это –  целое искусство и довольно кропотливая  работа. Например, целая неделя ушла, чтобы выделать голову кабана.
Вначале снимаю шкуру, затем вымачиваю в трёх видах раствора. Потом мздрю – сдираю остатки жира, мяса с кожи животного.
Делаю болванку, на которую натягиваю шкуру, обязательно мокрую. Подгоняю, зашиваю и сушу.
Раньше ставил глаза стеклянные, даже с фосфором, они светятся в темноте.  
Сейчас нашёл другой вариант, который успешно применяю в своей работе.
Я неплохо разбираюсь в химии,  и изобрёл раствор, сохраняющий  настоящие глаза   в отличном состоянии. За мой раствор,  таксидермисты душу продали бы. Но мне приятно осознавать, что только я владею этой методикой. 
Всё это было сказано с устало-пресыщенным видом.  Словно профессор, светоч в своей области, снизошёл до первокурсницы.

Анну выводила  из себя его ироничная манера изложения и снисходительно- поучительный  тон. 
Но она боялась заглянуть ему в глаза,  заглянуть в их пугающую пустоту, глаза убийцы.

Стр 8
- Почему ты мне не рассказал о подводном помещении? - спросила Анна. То, что у мужа от неё секреты, вызвало её недовольство.
- Хотел сделать  сюрприз и отпраздновать Новый год здесь, - с широкой, но не искренней улыбкой ответил Михаил.
Фирма, в которой они работали,  принадлежала шведской компании, и руководство отпустило их на каникулы не тридцать первого, а с двадцать пятого декабря. Сюда они приехали за несколько дней до Нового года.  
По праву хозяина, Михаил позвал всех к  накрытому заранее - шведскому столу, чтобы проводить Старый год.
Яйца, фаршированные начинкой из сардин, покрытые лососёвой пастой. Тарталетки с креветками под сырным соусом. Сырные рулетики. Бутерброды с красной рыбой и икрой… У Анны почему-то кусок в горло не шёл. Напряжение витало в воздухе. Ощущение опасности всё нарастало.
"Неужели, что-то случится  с нами?! Может, подводный дом разрушится, и нас погребёт  под обломками... На глубине каких-то двух метров. Даже крыша не спрятана под водой, а раньше она недоумевала, что за штуковина торчит посредине пруда - какая-то платформа, а на ней монумент в виде человеческой фигуры, но странно изогнутой. 
О своих предположениях она рассказала Павлу Гавриловичу, который с самого прихода сюда опекал её. Он подтвердил правильность её догадки.
На вопрос про фигуру ответил, что статуя изображает Асклепия - человека, который воскрешал мёртвых, стал подобным богам. За это Зевс молнией поразил Асклепия. 
Анна помрачнела ещё больше после его слов. Павел Гаврилович заметив это, шутливо запротестовал: - давайте веселиться, пока можем.
Дамам налили шипучего вина с  тимьяном. Девочке пришлось обойтись соком. Мужчины же пили более крепкие напитки.
Неожиданно заиграла музыка – надрывная,  до излома, страстная  -  до боли. 
Аргентинское танго.
Павел Гаврилович со  старомодной любезностью  пригласил Анну  на танец.
Она подняла  глаза и встретилась с  серьёзным взглядом карих глаз. Всю шутливость  друг и компаньон мужа  отбросил, как ненужный плащ.
Это был вызов, и она приняла его.
- У нас  сегодня  милонга?  (вечеринка, где танцуют танго) – спросила  Анна, обольстительно  улыбаясь.

Существует мнение, что танго привносит баланс – жёсткому человеку добавляет мягкости, мягкому – жёсткости.
Так или иначе, но с Анной и Павлом Гавриловичем именно подобное и произошло.
Она обрела,  утраченную было уверенность и силу духа, а он – размяк, прижимая  соблазнительное тело молодой женщины.
- Скажи  "да", и я всё брошу к твоим ногам. Уедем навсегда, куда скажешь, куда захочешь, - шептал он в ухо, но она молчала. 
Намеренно протянула левую руку через всю спину партнёра, вынуждая сохранять близкое объятие во время всего танца.
Таких тонкостей, Михаил – её супруг не знал, в отличие от Норы Хольм. Тонкая улыбка появилась на губах шведки.
Михаил  по примеру старшего товарища, пригласил  фру Хольм, однако она отклонила  предложение, продолжая с интересом наблюдать за танцующей парой.
Юля безотрывно смотрела в окно, не обращая ни на кого внимание. Поэтому никто не заметил, что рот девочки плотно сжат, а взгляд устремлён в одну точку.

Павел Гаврилович от близости и доступности Анны, совсем потерял голову. Его рука сползла с талии вниз и сжимала ягодицу партнёрши всё сильнее.
Она продолжала улыбаться, уже не скрывая ликование . Занимаясь несколько лет танцами,  танцевала гораздо профессиональней своего кавалера. 
Поэтому ей ничего не стоило перехватить инициативу.  Бедный Павел Гаврилович оказался в роли шеста для стриптиза.
Не сразу это понял, а только после окончания музыки, наткнувшись на насмешливую улыбку Норы Хольм.
Ничего не сказал Анне, однако по его взгляду, она поняла, что дорого заплатит за  насмешку. 
Её партнёр по танцу отвёл в сторону Михаила, и мужчины о чём-то заспорили.
До остальных лишь отдельные слова и фразы, из которых стало ясно, что Павел Гаврилович на чём-то настаивает, а Михаил предлагает подождать Нового года. 
- Что за шум, а дра-ки нет? - с улыбкой обратилась к ним Нора. 
- Мы приготовили вам сюрприз, - Павел Гаврилович продемонстрировал ровный, ослепительно-белый  ряд зубов.
- Юле тоже? - уточнила Нора.
Павел Гаврилович бросил на шведку быстрый, настороженный взгляд. Было видно, что он хочет сказать утвердительно, но оглянувшись на Михаила, с сожалением покачал головой: - Её ждёт другой сюрприз. 
Анне показалось, что Нора облегчённо вздохнула, а Юля вздрогнула. 
На ум невольно пришло сравнение, что все присутствующие здесь играют краплёными картами, и только она находится в не игры.
Задумалась, погрузившись в собственные мысли, которые лениво шевелились, словно речные водоросли, ничего конкретного, просто мозг фиксировал странности.   

Внезапно погас  свет. 
Сдавленный писк, а потом раздался щелчок двери.

- Что за шутки?! - грубое пробуждение заставило встряхнуться.
Движимая чувством самосохранения, Анна метнулась к выходу, но по пути столкнулось с кем-то и, кажется, кого-то сбила.
- Скит! (дерьмо), - по голосу  узнала шведку.
Свет включился столь же неожиданно, как до этого погас. 
В тайной комнате   остались лишь Анна и Нора, которая сидела на полу и потирала ушибленный при столкновении лоб. 
Впрочем, она тут же пружинисто вскочила на ноги, услышав издевательский голос Павла Гавриловича:
- Птички в клетке. Вы умрёте здесь, если  не найдёте  другой выход. Ищите и обрящете!
- Михаил, выпусти нас немедленно! – Анна возмущённо  заколотила в дверь.
- Послушай Павла Гавриловича, спасай свою жизнь, - голос мужа прозвучал жестко, и не было в нём никаких чувств.
- Анна, тебя хотят убить! Я думала, моё присутствие помешает этому. Прости, что не сумела помочь.
Папа, отпусти её! Пусть она живёт и тётя Нора тоже.
Раздался шум борьбы. Кто-то  из мужчин взвыл.  Это Юлия вырвалась и  попыталась открыть дверь, но её оттащили прочь. 
- Держи крепче эту маленькую дрянь, она прокусила мне палец! - в голосе Павла Гавриловича, несмотря на всю его выдержку, слышалось раздражение.
- Фру Хольм, или, как там вас, объедините общие усилия с пока ещё женой моего друга. Ваш ум и её звериное чутьё дают вам шанс на спасение. Надежда ведь умирает последней. 
- Дро уот  хиельвете, фи фан! 
Подруга по несчастью, и те за дверью, поняли, куда она его послала.
- Мерзавцы! – Анна в ярости пинала дверь и молотила её кулаками.

В ответ - бездушное глумление эха.

Стр 9
"Поскольку тому, кому отказывают в праве применять нужные средства, бесполезно и право стремиться к цели, то из этого следует, что раз всякий имеет право на самосохранение, то всякий имеет право применить все средства и совершить всякое деяние, без коих он не в состоянии сохранить себя".
(Томас Гоббс) 


- Полный абзац! – в сердцах подытожила Анна, осознав всю тщетность собственных усилий.
- Что есть абзац?
- Кранты, дело швах, конец нам. Капут.
Нора  наконец-то поняла.
- Принять смерть  в новогоднюю ночь от собственного мужа и его сумасшедшего дружка! – в голосе Анны слышалась досада и непонимание, как мог Михаил  подложить  ей такую свинью. Сознание не хотело признавать фактов, хватаясь, как за соломинку, что это лишь неудачная шутка двух придурков. Но подсознательный внутренний разум Анны подсказал, что девушка угодила в смертельную ловушку.
- Пауль – не сумасшедший.  И твой супруг тоже. Они преследуют определённую цель, - задумчиво проговорила её подруга по несчастью.
- Нам только отсюда выбраться… я бы заставила их об этом пожалеть, - Анна не стала скрывать кровожадные намерения. Она была зла на этих мерзавцев, зла на весь мир, но больше всего - на себя. Почему не прислушалась к своей интуиции?! И так глупо попалась. Теперь она поняла о какой опасности её предупреждал инстинкт самосохранения. 
- Выберемся. Выход должен быть, - убеждённости шведки можно было позавидовать. – И мы его обязательно найдём… чуть позже. 
Сейчас давай займёмся тем, зачем сюда пришли.
- Займёмся чем? – переспросила Анна, непонимающе уставившись на неё.
- Будем отмечать Новый год, -  улыбнулась Нора,  красиво усаживаясь  на диванчик возле столика с яствами. 
Анне показалось, что она попала в дурдом.
Предательство мужа, истерика его дочери и…  безумие шведки, которая в такой момент, может думать о празднике.
От отчаяния отвлекло странное поведение Норы. Та, что-то рисовала на салфетке, а потом протянула её Анне.
На ней был изображён знак молчания.
Шведка быстро смяла салфетку, указав на вращающуюся камеру слежения, объектив которой как раз поворачивался в их сторону.
Значит, они находятся под прицелом.  За ними наблюдают.
Первое желание у Анны было – подбежать к камере и выплеснуть всё, что накипело на душе. Однако инстинктивно поняла, что  делать этого не следует. Да и предупреждающий взгляд Норы остудил порыв.
Она решила не подавать вида.  
Анна присоединилась к фру Хольм. Даже нашла в себе силы улыбнуться и поинтересоваться: 
- В Швеции празднуют Новый год?
- Я! (Да) В Новый год мы встречаемся с друзьями. Выпиваем шампанское, запускаем фейерверки и даём  «новогодние обещания» на следующий год.
Шестого января отмечаем Богоявление.
Тринадцатого  января завершаем  рождественские празднования.
Танцуем, поём вокруг ёлки, а затем убираем  праздничные украшения  до следующего года.

- Почти, как у нас.  Только  мы  Рождество отмечаем  седьмого января.  В ночь тринадцатого на четырнадцатое января  празднуем Старый Новый год.
- Да, я знаю! Руссланд… в России Рождество встречают позже, чем во всём мире.
Раздался звон часов на руке  шведки.
 На эти часы Анна обратила внимание   с первых минут их встречи.
Часы от Bregyet с корпусом из розового золота, с украшенными бриллиантами безелем и ушками, с белоснежной эмалью циферблатом и стрелками из воронёной стали – приковывали к себе внимание. 

«Онегин едет на  бульвар,
И там гуляет на просторе,
Пока недремлющий брегет
Не прозвонит ему обед»
Процитировала Анна Пушкина.

- Бреге, а не брегет. Так звучит правильная транскрипция, - поправила её Нора.- Гот нют о:р! (С Новым Годом!) – с этими словами она открыла шампанское и разлила его по фужерам. - Это будет самый незабываемый день в моей жизни. 
В прошлом году я отмечала  Новый год во Франции.
Там он начинается с ужина. Блюда из фуа гра, омаров, копчёной сёмги, устриц и других продуктов. Главное, чтобы они были изысканными и редкими.
С боем курантов открыли бутылку Veuve Clicquot, чтобы, наполненными пузырьками  и оптимизмом войти в новый год.
Потом люди там начинают обниматься и целоваться.
Нора сделала вид, что хочет поцеловать Анну в щёку, коснулась губами её ушка, и тихо проговорила:
- Думаю, они уже заперли Юлю и вернулись в комнату, которую занимал Пауль –  я обнаружила, что оттуда ведётся автономное видеонаблюдение, только не могла найти место куда уходит кабель. Теперь понятно, куда. Сейчас они наблюдают за нами, ждут проявления гнева и отчаяния. Давай поторопим их, подыграй мне.

Нора  с  изящной  грацией отстранилась от Анны.
- Твоя кожа такая бархатистая, а губы столь восхитительны? – она наклонилась к Анне. Та попыталась отклониться, но Нора шепнула:– Делай вид, что тебе приятно целоваться со мной.
Было так необычно целоваться с женщиной, которая уже покорила Анну умом, сердечностью и силой духа. Необычно, но приятно. Приятно вдвойне, что за ними наблюдают два гомофоба. И муж, и Павел Гаврилович отрицательно относились к тому, что было в их понимании противоестественно. Однако все мысли вылетели из головы, когда Анна полностью отдалась поцелуям, забыв обо всём и обо всех.

Скрипучий голос Павла Гавриловича прервал их затянувшийся поцелуй. Несмотря, на нескрываемую насмешку и брезгливрсть, в нём чувствовалась досада.
- Я так и знал, что под личиной довольно привлекательной, хотя и холодной  женщины скрывается лесбиянка, как она ловко воспользовалась моментом и совратила твою жену, Михаил.
- Шлюха! – голос супруга Анны сорвался на визг. Он был в не себе от ярости.  

- Не будем терять время на эмоции, – прервал его Павел Гаврилович. –  Подача кислорода прекращена. Если не найдёте потайную дверь, то вы умрёте от удушья. Двух прежних женщин моего друга постигла такая участь.

Пленницы стали обследовать стены, но всё безрезультатно.   

- Попробуй найти замаскированную дверь с помощью своей интуиции, – отчаявшись,  предложила Нора.
Анна обвела взглядом трофеи, развешенные на стенах, и уставилась  на голову дикой кошки.  Что-то в ней было не так. 
Приглядевшись, поняла, что всё  дело во взгляде.
Стала рассматривать другие чучела, и увидела то, что раньше ускользнуло от неё  - у всех животных были человеческие глаза. 
«Этого не может быть!», только зрение не обманывало.

Поделилась   наблюдениями с подругой по несчастью.
- Ты только сейчас это заметила? Я обратила внимание сразу, как мы зашли сюда.
- Ну наконец-то, а то я уже хотел дать подсказку. Вижу, Нора, что вы уже всё поняли, а для Анны я объясню.
Дело в том, моя дорогая, что приводя сюда жён Михаила, убиваем сразу двух зайцев. Жертва проходит квест, а если её постигнет неудача, то платит за это жизнью. И я потом забираю то, что мне нужно для моего нового чучела – её глаза. 
Твои глаза, Анна, я облюбовал для нашего последнего трофея – рыси. Это будет очень красиво. Глядя в них, буду вспоминать тебя, и... наше последнее танго.
А вот синие глаза Норы мне не пригодятся. Увы, такие уже есть, – неприкрытая издёвка прозвучала в его голосе.
- Что-то я проголодалась, - сказала Нора. Анна заметила, что она побледнела.
- Подай мне, пожалуйста, икру.
Анна выполнила её просьбу, и в ответ услышала многозначительное  - так. 
- Что так?
«Так» по-шведски значит «спасибо».
 Она встала и метко запустила хрустальную икорницу прямо в камеру.

«Нет ни одного животного, - которое имело бы такое же острое зрение, как рысь: по словам поэтов, она проникает своим взглядом сквозь непрозрачные предметы, как, например, стены, дерево, камень и тому подобное».

- Расслабь своё тело, душу и дух, - прошептала фру Хольм.
Анна послушно расслабилась, чувствуя,  как её внутреннее зрение постепенно просыпается. 
Представила себе помещение, в котором  они сейчас находились.  Стены и диванчики обтянутые вишнёвой эко кожей. Ощутила гладкую,  прохладную поверхность покрытия, не прикасаясь к нему.
Пара мелких трещин, не замеченных ранее,  на одном из них.
Человеческие глаза чучел наблюдают за ней.    Дрожь    прошла по позвоночнику.  
Вместо животных увидела женские лики.  
Это были  - молодые, красивые  женщины, которым злой гений дал вторую сущность.
Рыжеволосая и зеленоглазая стала лисой, сероглазая  блондинка – кабаном, кареглазая девушка  – медведицей, голубоглазая – дикой кошкой,  а восточного типа красавица – самкой оленя.
Они, молча, уставились на Анну. И в их глазах был, то ли страх, то ли мольба, а может – предупреждение.
Анна почувствовала, как женщина–кошка стала глядеть в сторону  дивана,  на котором в ожидании  сидела Нора. Она словно, что-то пыталась сказать, но ни единого звука не слетело с её губ.  Их будто свело судорогой.
Куда женщина-кошка смотрит, на шведку, или на сам диван, а точнее на то, что было за ним?

Чутьё Анны подсказало, что оба  предположения верны.
Она  взглянула на фру Хольм, точнее на темноволосую женщину. Но нет, несмотря на более тёмный окрас волос, то была  Нора. Только теперь Анна знала, что  это не настоящее её имя.
Откуда?   Просто подсказало внутреннее  чутьё –  верный товарищ и вечная головная боль.

Анна, с одной стороны,  была натурой – мягкой, впечатлительной и чувствительной, а с другой – тщеславной, эгоистичной и подчёркнуто аккуратной.
Ей вовсе были не нужны грёзы путешествия в себя. А все свои возможности -  воображения и визуализации, когда она «видела»  мельчайшие подробности, точно смотрела в бинокль, вызывали у неё усталость.
Да зачем ей «видеть», чувствовать капли росы на лепестках розы…  если есть живые цветы, которые можно потрогать по- настоящему!  К чему ей  отрыв от реальности, уносящий её куда-то вдаль?! Она – не Алиса, и в Страну чудес не стремилась попасть.

Сенситивность Анны ( её особую чувствительность) - Павел Гаврилович издевательски назвал «звериным чутьём». 
Возможно потому, что сенситивность,считают психологи, опирается на более  «древние», животные программы, чем программы, поддерживающие логико-аналитическое мышление.
 
Фру Хольм являлась полной противоположностью  Анны.
«Человеку чувствующему» противостоял «человек думающий». Найти  выход, можно было, объединив обострённую чувствительность Анны с логическим мышлением Норы.

Вот только Анна, как и все сенситивные личности, при необходимости самозащиты, становилась активной и мужественной. Поэтому она  взяла на себя роль лидера. 
Нисколько не сомневаюсь, указала белокурой шведке на диванчик, за которым  находилась дверь.

Вот она – дверь, за которой свобода!
Шагнули в темноту, но едва закрыли её за собой, как возникло мягкое свечение. Видимо, датчики присутствия, таким образом, экономили электроэнергию.
Девушки оказались в коридоре. Опасаясь новых ловушек, шли осторожно. Проход освещён искусственным, не образующим контрастных теней светом. 
Вскоре остановились  перед новой дверью. Естественно, она оказалась закрытой.
Рядом с ней находилась кодовая панель с десятью кнопками. На кнопочках – цифры.
Шведка потыкала их и с сожалением признала, что они совершенно одинаковые.  Нет следов, что какие-то из них используют чаще, чем другие.
Анна вновь решила воспользоваться своими внутренними способностями.  
Она внимательно посмотрела на панель, а потом закрыла глаза. Цифры закружились перед мысленным взором, а потом разлетелись. Остались только четыре цифры. Помедлив, они выстроились в определённой последовательности.  
Тем временем,  Нора вынула из клатча, с которым спустилась в это подводное царство, китайский брелок для проверки денег (ультрафиолетовый светодиод с батарейкой). 
В ультрафиолете было хорошо видно, что пользовались только пятью кнопками.  В какой последовательности, вот в чём вопрос…
Высчитывать комбинации можно было бесконечно.
Тогда  Анна назвала, увиденные внутренним оком  цифры. Нора, веря в интуицию девушки, нажала нужные кнопки.
И они  сделали второй шаг к свободе.
Небольшой марш-бросок по коридору, и снова упёрлись в дверь, на этот раз с дактилоскопическим считывателем. 
- Да когда они кончатся, эти  двери?! На кой лад ему их столько!– Анна ненавидела  в данный момент мужа именно за эту подлянку.
- К сожалению, у нас нет пальца твоего мужа, - констатировала Нора.
- Неужели нет способа открыть эту проклятую дверь другим путём?! – отчаяние Анны выплеснулось наружу. Оно было тем горше, что она уже почти поверила, что испытание  пройдено.
- Есть целых два способа обойтись без пальца хозяина, - подарила надежду Нора.
Первый – японский. 
Наливаем  суперклей на бумажку и подносим к  панели так, чтобы его пары попали на то место, куда  прикладывал палец. Буквально через минуту отпечаток хозяина проявляется и становится ярким.
С помощью цифрового аппарата фотографируем  его.
На компьютере в графическом редакторе увеличиваем контраст снимка и меняем белые линии на чёрные. На лазерном принтере печатаем на плёнку. Берём красную жевательную конфету, типа Мишки Гамми, смачиваем его  Positiv-60 
Сушим. Накладываем на Мишку Гамми плёнку с изображением отпечатка. Засвечиваем ультрафиолетовой лампой. Разводим в миске с водой каустическую соль (едкий натр). Бросаем туда Мишку Гамми,  пока не проявится изображение.
Вынимаем, промываем под  струёй тёплой воды, сушим. Суперпалец  готов. Остаётся лишь приложить его к панели.
- Ты сказала, что есть ещё второй способ…
- Есть. Простой и надёжный. Мы же не японцы,  нам лень тратить столько усилий.
Для этого лишь нужен - обыкновенный электрошокер. А он у меня есть, - с этими словами Нора достала из клатча электрошокер.
- Он просто умоляет, чтобы его приложили  к панели.
Разряд попадает в матрицу и… путь свободен.
- Кто ты, Нора? – спросила Анна, но шведка лишь покачала головой… потом.
Продвигались вперёд, пока не оказались в комнате, из которой не было выхода. Дверь была (ну кто бы сомневался) – из нержавеющей стали. Только открывалась она по  смарт-карте.
- Всё коту под хвост! – разочарованно выдохнула Анна.
- Коту под хвост, - повторила за ней шведка, не понимая, но догадываясь о смысле загадочной русской фразы.
Колдовала она над дверью около часа, используя всё тот же элетрошокер и какой-то миниатюрный  инструмент.
И на этот раз ей сопутствовала удача. Дверь сама медленно открылась. На девушек пахнул  воздух свободы.  Ледяной. В своих открытых платьях, они тут же замёрзли бы.
- Я не самоубийца, чтобы идти на холод, - стуча зубами, сказала Анна.
Нора выглянула и присвистнула.
- Мы находимся на другом конце озера. Впереди лес.
Она прикрыла дверь, но не до конца, чтобы та не захлопнулась. 
Беглянки оглянулись в поисках чего-нибудь тёплого, чем можно было бы укрыться от холода. 
По иронии судьбы, стояли на пороге освобождения, однако карельская зима внесла  коррективы  и стала той «дверью», через которую они не решались пройти.
Внимание девушек привлекла ширма, отделяющая часть комнаты. Раньше они её не заметили.
 Не сговариваясь,  пошли туда и замерли от увиденной картины. 
За  ширмой стоял круглый  стол, вокруг которого сидело пять  женщин. Остальные стулья  пустовали. 
Только вначале показалось, что сидящие за столом – живые люди. Подойдя поближе, поняли, что это даже не трупы, а искусно набитые чучела. 
Но самое ужасное, у них не было глаз.
«Безумный Франкенштейн»  - приятель мужа забрал их глаза, вставив их животным. А из покойниц  сделал безглазых кукол. 

Стр 10
Анна прикрыла ладонью рот, чтобы её не стошнило, а Нора подошла к одной из «кукол».
Глухо сказала, обращаясь к россиянке:
- Это Марта Улссон.  Она сирота. Приёмные родители девушки погибли несколько лет назад.  Когда Марта пропала в России, то  в наше сыскное агентство обратился единственный человек, который обеспокоился  судьбой  пропавшей —  её  соседка. И то, только потому, что та оставила своего кота на время поездки.   
В последнем разговоре с ней,  Марта призналась, что влюбилась. Избранника зовут – Михаил Сенцов и он компьютерный гений.
Поиски пропавшей поручили мне.  Я  - агент Лена Берг.
Задание не казалось интересным. Рутинную работу  не люблю. Не в самом лучшем настроении, взялась за это дело. В первую очередь  навела справки о господине Сенцове . И тут выяснилось, что в его окружении были красивые девушки, которые потом исчезали. Он, несмотря на невзрачную внешность, без труда завоёвывал их расположение, вёл к венцу, через непродолжительное время следовал развод, а затем бывшие жёны, словно растворялись в воздухе.  Кроме модельной внешности и красивых глаз, их объединяло то, что у них не было родных, никто бы не стал их искать.
Руководитель шведской фирмы по созданию компьютерных игр – мой… приятель. Он сделал  меня  своим  представителем.  Под именем  Норы я оказалась в Санкт-Петербурге.  Уже на месте  узнала, что все предыдущие браки и разводы  Сенцова совершались в одном месте. Некая госпожа Никольская расписывала и разводила  с ним всех пропавших. Всплыл и тот факт, что  раньше  Никольская поддерживала интимную связь с его другом и компаньоном Павлом Гавриловичем. 
-  Вот похотливый козёл! Меня не поставил в известность, что столько раз был женат, - Анна обвела взглядом изуродованные тела женщин, и её чуть не стошнило. - Это все его жёны?!
- Да.
- Как Синяя борода… Значит, перед тем как убить их, он разводился с ними со всеми? Кроме меня. Да, Никольская нас расписала. Я и не знала, что она бывшая любовница Павла Гавриловича, неважно. Выходит, Михаил не желает моей смерти? 
- Не хочу тебя огорчать, только перед самым приездом сюда  твой супруг с тобой развёлся. Ты  - следующая жертва.
- Посмотрим! - Анна —  избалованная вниманием, порой взбаламошная и капризная, в критические минуты становилась подобно сжатой пружине, наполненной потенциальной энергией. 
- Со мной всё ясно. Муженьку надоела, решил избавиться таким образом, а Павел Гаврилович его сообщник. Проклятые уроды!
Но почему тебя взяли со мной за компанию?
- Видимо, я была не осторожна. Вероятно, мои расспросы насторожили Никольскую и она рассказала обо мне своему бывшему дружку.
- Описала ему тебя, и Павел Гаврилович догадался, кто есть кто… 
- Скорее всего, так оно и  было. Поэтому, мы с тобой вдвоём оказались в одной ловушке.
- И что нам теперь делать?  Добежим до дома и устроим им армагеддон? 
- Не самое разумное решение.  Две безоружные женщины против вооружённых до зубов мужчин. Им ничего не стоит  подстрелить нас как куропаток.    Лучше пусть  придут сюда,. Наши противники  уже получили сигнал, что последняя дверь открыта, и скоро будут здесь. 
- Попытаются нас убить?
- Вне сомнений.  Если не спрячемся, то окажемся  сидеть в компании этих бедняжек.
- Неужели, всё из-за глаз? – Анну передёрнуло от подобного предположения.
Она вспомнила, как Павел Гаврилович при знакомстве с ней отпустил комплимент  красоте её глаз.
- Вряд ли только по этой причине. Им нравится убивать.  Не время вести разговоры. Пора нам исчезнуть.

Когда злодеи появились, беглянок уже не было. В отличие от них, мужчины позаботились о тёплой одежде.
Осмотрелись по сторонам, с брезгливым равнодушием взглянули на  безглазых кукол, на лицах  которых,  словно в насмешку  намалёваны кричащей красной помадой кривые ухмылки.
- Следы ведут наружу. Их надо найти и устранить, прежде, чем донесут на нас.
- Тридцатиградусный мороз убьёт скорее.  В дом не попадут, ключи от дома и машины у меня. Сдохнут где-нибудь под деревом, а кости растащат  звери.
- Мне нужны глаза твоей жены.  Из неё получится прекрасная рысь. Ты же обещал отдать их мне, - с этими словами любитель–таксидермист выбежал наружу.
Михаил не поспешил вслед за другом. Из своего укрытия, Анна видела, как раздуваются ноздри его носа.
- Ты слишком теплолюбивое и нежное  создание, чтобы уйти в холод. Шпионка  ушла, а ты осталась. Где ты прячешься от меня, Анна?
Выходи и я не сделаю тебе ничего плохого.
Лучше будет, чем, если я найду тебя сам.
Раз, два, три, четыре, пять… я иду искать.
Ужас волной подкатил к самому горлу Анны. 
Она понимала, что Михаил улавливает её страх. Хотелось выскочить из-под стола и бежать, бежать отсюда как можно дальше.  Сила духа не позволила ей окончательно потерять самообладание. 
Сам он ей  не страшен. Тщедушный мозгляк, как она на такого повелась?  Охотничьего ружья в его руках опасалась больше.

Михаил крадучись подошёл к столу и дулом ружья приподнял край скатерти.  На сидящих за столом безглазых кукол не обратил внимания, а зря. Потому что их было шесть, а не пять. И одна из них наблюдала за ним из-под ресниц. Убийца  совсем близко стоял к ней. Как только наклонился, получил точечное прикосновение электродами электрошокера с левой руки в ногу с последующим ударом  правой в лицо.
Для Михаила этого оказалось достаточно. Он упал, стукнувшись головой об пол.
Анна вылезла из своего укрытия.
- В следующий раз под стол полезешь ты,- высказала она торжествующей шведке.

Что-то насторожило Анну. Не услышала, а скорее почувствовала приближение Павла Гавриловича.
Сделала знак молчать. Подхватив ружьё, с которым умела обращаться,  стала рядом с выходом.  Холода не замечала, так переполняла её жажда мести.

- Нас провели! Следы только до ближайших кустов. Специально оставили, чтобы ввести в заблуждение, - позабыв о сдержанности, выпалил Павел Гаврилович. Замолчал, когда увидел лежащего в отключке приятеля.
- Не двигайся, - ствол ружья упёрся ему между лопаток. Павел Гаврилович всё понял. Присел, кладя своё оружие на пол. Выпрямиться не успел, получив удар прикладом в затылок.
Растянулся рядом с Михаилом.
Обыскав их, шведка забрала пластиковую  карту со встроенной микросхемой и ключи.
Преступников оставили в комнате вместе с их жертвами, заблокировав двери.
Вернулись в дом тем же путём, что и пришли.
Выпустили из-под замка Юлию, которая взвизгнула от радости, увидев их живыми,  и бросилась на шею Анне. Та этого не ожидала, но прижала девочку  к себе.
Нора, нет Лена смотрела на них и улыбалась. Анна сквозь опущенные ресницы наблюдала за ней, лицо её при этом было задумчивое и вместе с тем немного смущённое. 

На машине, которой управляла Лена,  они добрались до города  и вызвали полицию. 
Преступников арестовали.
После дачи показаний девушек отпустили. 

Анна чувствовала себя уставшей и вымотанной до предела. Весь свой запас внутренней энергии она израсходовала.
При расставании в аэропорту, все переживали. Даже Юлька шмыгнула носом, одновременно  стараясь удержать, набежавшие вдруг слёзы.
- Я обязательно вернусь, - пообещала Лена. Говорила она им двоим, но смотрела только на Анну, вглядываясь в её побледневшее лицо, запоминая каждую его чёрточку. На прощание   обняла и чмокнула Юлю в щёку, дружески потрепав по голове. 
Хотела поцеловать и обнять Анну,  только не решилась. Та сделала за неё это сама — прижала к себе и поцеловала. Обе покраснели, смутились, но словно тяжесть спала с их плеч.
Поднималась Лена по трапу самолёта с улыбкой на лице, а потом в воздухе безотрывно смотрела в иллюминатор на землю. 

- Она вернётся, - нарушила молчание Юля, когда  самолёт превратился в небе в крохотную  точку,  оставляя за собой белый след в виде нити, которая в мыслях девушек протянулась от одной к другой.