И я действительно кое-как доползаю до кухни, открываю холодильник и присасываюсь к бутылке. Пью я, правда, не воду из артезианских впадин, а ледяной алкоголь. Я пью то, что пила вчера, я стала пить каждый день, и мне некого винить в этом. Когда вино попросилось обратно, я стала думать. Я стою у холодильника и обдумываю, что мне делать дальше, может, мне стоит сбежать в лес, где никто меня не найдет?

Я думала об этом на полном серьезе, но я не знала, что делать в лесу, когда наступит зима. Где и на что мне купить куртку, сколько вообще стоит зимняя одежда. Я кое-как заткнула бутылку пробкой и вышла из кухни. Чтобы пройти к себе, мне нужно пройти через мать. И я как-то не подумала о том, что будет, если она учует от меня запах алкоголя.

— Подойди, пожалуйста.

Пожалуйста? Она что, спятила? Я глотаю, потому что страшно, но подхожу.

— Что случилось?

— Агата, я знаю, что ты хочешь от меня, ты тянешься ко мне, пытаешься поладить со мной. Я ценю это. Но ты же понимаешь, что я тебя не люблю?

Я киваю и смотрю, как небрежно она играет с телефоном, который стоит немалых денег. Потом иду к себе, меня никто не останавливает, никто не дает мне затрещин и не пытается меня убить.

Первым делом я открываю окно в комнате, не включая свет, иду к кровати. Там, под подушкой, мой ноут, моя вторая жизнь и моя мама, которую я абсолютно не знала, и с которой я наконец-то познакомилась. От вина меня тошнит и клонит в сон, но мое сознание приказывает мне посмотреть входящие.

«А что ты делаешь, малышка?»

«Я тоже пью»

«Не рано тебе?) Может, встретимся, выпьем вместе?»

Да, конечно, поднимайся. Я зло усмехаюсь, я не знаю, откуда это во мне. Я не злой человек, правда.

«Я не могу»

Ответ пришел чуть раньше, чем через секунду.

«Что, мама не отпускает?)»

Я не знала, что на это ответить, поэтому ничего не написала. Если моя мать действительно не знает, с кем общается, я в беде. Если бы знала, она бы убила меня прямо сейчас.

Я закрыла наш диалог и полезла в контакт, искать страницу моей бывшей одноклассницы. Мне было противно. Мне было противно от себя, потому что я подсовываю моей маме девушку, мне было противно от мамы, которой нравятся девушки, а еще...

Я едва успела закрыть ноутбук и накинуть на него одеяло, когда в комнату заглянула мать.

— Что-то случилось?

— Нет.

О Боже, она что, улыбнулась? Моя мать умеет улыбаться?

Она как-то неохотно проверила мою комнату и вышла, ничего не разбив, после нее остался запах духов и какое-то довольство. Я не знаю, что с ней, но у нее явно хорошее настроение. Я открываю телефон, скачиваю туда VPN, одновременно чищу ноут и прячу его в бывшую школьную сумку. Всё это я делаю быстро и молча, как солдат, у которого точно не будет второго шанса.

Потом я падаю на подушки и дышу часто-часто, я знаю, что мне пришло сообщение, я знаю, что дальше - больше, но я вообще не представляю, что мне с этим всем "дальше" делать.

«Спишь?»

Я ответила: «Нет. А ты еще пьешь?»

«Типа того»

Ответы приходили быстро. Я не думала, что моя мать способна на диалоги, я не думала, что она вообще может проявлять интерес к чему-либо, кроме своего бизнеса. К живому существу, в смысле.

«Ты с семьей?»

«Я одна, детка. Не переживай»

Детка? Не переживай? Я шумно задыхаюсь в каком-то истерическом припадке, но-таки пишу какую-то глупость. Стираю, отправляю смайлик.

«Ты учишься?)»

«Ага»

«Мне нравится с тобой говорить»

«Да, мне тоже. Очень)»

Я больше не смеюсь, но мне еще смешно. У меня горят щеки, когда моя мать просит еще фото. Я отправляю еще, благо у моей бывшей одноклассницы их навалом.

«Красивая»

«Тебе нравятся такие?)»

«Мне нравишься ты»

Последнее я перечитала раз десять. Потом я вспомнила, как мама отстегала меня своим ремнем с металлической бляхой, предварительно унизительно повалив меня на пол. Это мало вязалось с "нравишься". Это вообще не вязалось с тем, как она ведет себя в интернете.

«Ты мне тоже» - я выдавливаю это и отправляю матери.

«Давай встретимся»

«Я не в городе. Вернусь через неделю»

Почему неделя? Почему через неделю? Я сжимаю голову в тисках рук, я надеюсь, что достаточно знаю свою мать, и неделя - это достаточный срок, чтобы она забыла или забила, или потеряла интерес.

«У тебя кто-то есть?»

«В смысле?»

«Ты с кем-то встречаешься?»

«Нет...»

В доме до дикости тихо. Я подхожу к окну, выглядываю наружу. Я вижу алеющую точку сигареты и экран мобилы матери. Она стоит на крыльце и курит. И переписывается со мной. Я смотрю на ее силуэт, на неё и мне хочется быстрей закончить этот сюр. Моей матери же хочется писать мне, чем она и занята. Строчит в телефоне, не переставая. Меня тошнит.

«Кто твои родители?»

О, хоть в этом я узнаю свою мать. Наконец-то, а то мне уже стало казаться, что я брежу. Я не помню, кто родители моей бывшей одноклассницы. Простые. Кто-то. Я нахожу и это фото, откуда-то с Египта, и отправляю матери. Я знаю, что она обосрет их моментально. Я осторожно выглядываю в окно и вижу, как подсветка выделяет из тьмы её кривую улыбку.

«Я не слишком моложе твоей мамы. Тебя это не смущает?»

Это - нет.

Очень скоро я поняла, что переписка влияет на маму, как погода на метеозависимых. Я поняла это, но мне были нужны доказательства. Мне нужно было знать, что будет, если не отвечать ей сутки, например. И я реально не заходила в сеть, не читала и не писала ей. На следующее утро мать прицепилась ко мне, просто так, ей что-то не понравилось, наверное, то, что я собралась поехать, погулять. После ее оплеухи я стараюсь встать на ноги и дойти до коридора, но мать быстро добирается до меня и больно толкает в спину. Я задеваю шкаф, стену и приземляюсь ей прямо под ноги. Я смотрю на нее и прошу остановиться. Она же улыбается и продолжает бить меня всем, что попадается ей под руку.

— Молодец, сука, просишь. Больно? Проси еще. Не будешь просить, буду пиз*ить тебя пока не подохнешь!

Ну, что же, наверное, эксперимент можно считать удачным.