Я очень старалась не пропалиться с этими своими переписками, с вечным держанием телефона в руках. В принципе, у меня это получалось - мать не видела, что я кому-то пишу, я же старалась не показывать виду, что знаю, что она предпочитает девочек. Я старалась вести себя нейтрально и ждала, когда она свалит в Париж. Сама же она не задирала меня, могла послать матом, но на этом всё. До её отъезда произошли лишь два инцидента, когда она завелась: я разбила чашку (случайно) и моя младшая сестра наглоталась ЛСД.

Из-за второго инцидента мать чуть не отменила поездку. Нет, ей было посрать на сестру, думаю, она даже расстроилась, когда врачи сообщили нам о том, что сестра будет жить. Почти уверена, что мать уже приглядывала ей место на кладбище, я же для себя поняла, что сестра может стать серьезной помехой в нашем с мамой "общении". Этот её возраст, максимализм, желание показухи и жалости. Нет, мне было жаль сестру, правда, но во мне сидела досада, я не могла вложить ей в голову одну простую мысль - хватит стараться, всем плевать на нас.

Между тем, наше общение с мамой стало более глубоким. Нет, она не просила у меня фотку моих трусиков и не пыталась заняться со мной сексом в онлайне. Но она была довольно откровенна со мной, она была расслаблена, лишь изредка показывала свой тяжелый характер и свою силу. Думаю, это многих бы привлекло в ней, не только меня. Конечно, хорошо быть по ту сторону клетки, когда тигр дружит с тобой, а не пытается тебя сожрать.

Я узнала много нового о своей матери, в принципе, как и она могла бы узнать обо мне, если бы догадывалась, с кем общается.

«Ты дома?»

«Я работаю, детка»

Она никогда "мне" не врала, предпочитая не говорить совсем, я же изворачивалась ужом, подсовывала ей ту правду, которая была мне нужна. Я не помню, когда наступил тот день, когда пришло осознание, что я получаю удовольствие от своей игры. Нонсенс. Я получаю кайф от того, что я всё знаю, а она нет; что морально я "имею" свою мать, что она ласково меня называет, и что она зависит от меня хотя бы так. Я так далеко зашла в этом во всем, что потеряла из виду безопасный берег. И теперь я не знаю, куда мне плыть и стоит ли доверять этому течению.

Наступил полдень, было жарко, но комфортно, во всем доме были открыты окна, и я знала, что моя мать собирается в поездку. Я сидела на подоконнике, свесив ноги вниз. По легенде, сейчас я где-то купаюсь вместе со своими лохами-родителями. То, что они лохи, моя мать не раз подчеркивала в переписке, я лишь ставила смущенный смайлик "blush" в ответ. Ей это нравилось, я знаю.

«Какой секс тебе нравится?»

Я озадаченно посмотрела на тротуарную плитку под окнами. Я не собиралась прыгать и превращать себя в шницель, но мамин вопрос озадачил меня. Нет, периодически мы касались темы секса, это неизбежно, учитывая романтизм нашего общения и неприкрытый интерес, но так далеко она еще не заходила. Я сидела на подоконнике, смотрела вниз, на импровизированную мамину пепельницу, потом я перевела взгляд на ее мощную машину, пытаясь представить, какой секс может понравиться моей психованной матери.

«Мне нравится, когда со мной грубо»

Я закрыла диалог и положила телефон рядом с собой. Как раз в это время моя мать спустилась с крыльца и вальяжно подошла к машине. На ней были рваные джинсы и футболка, в руках телефон. Вот к ней подходит Дашка, она просит деньги, а получает подзатыльник. Я смотрю на свою мать, щурюсь и думаю, какая же она все-таки сука.

«Грубо? Интересно»

Я нахмурилась. Конечно, я ожидала иного и, разумеется, мой ответ должен был совпадать с ее интересами. Я не стала ничего писать, не стала отвечать ей, а ночью моя мать улетела в Париж, предварительно скинув "мне" фотку с фирменной коробочкой Cartier.

«Решила зайти, купить моей девочке подарок»

Если бы не рука матери на заднем фоне, я бы подумала, что это бред. Нет, моя мать умеет покупать вещи и куда дороже, нежели подобные цацки, она всегда всё покупает, но сам факт - подарок?.. Отчего-то мне стало дико жарко, я буквально задохнулась от притока крови к лицу. Я встала с кровати, прошла в свою ванную комнату, врубила ледяную воду и сунула голову под струю. Ответ я писала, сидя на кровати с дрожащей челюстью. Моя мать терпеливо ждала.

«Вау! Это что, мне?!»

Я очень старалась и, видимо, вышло достаточно правдоподобно. Моей маме понравилось. Мне пришлось продолжить.

«Ты сказала "моей"?» - это еще один момент, который почему-то волновал меня до крайности.

«Ты против?»

Без скобок, без смайлов. Я попыталась представить сейчас мать - ничего хорошего не вышло.

«Нет»

«Вот видишь)»

— Да-а...

Мне физически захотелось с кем-то поделиться, рассказать всё это, чтобы мне вправили мозги обратно, но я прекрасно понимала, что у меня нет таких друзей. У меня вообще их нет. Вместе этого я зашла в контакт и стала лениво разглядывать фотки своей бывшей одноклассницы. Я пыталась понять, что так понравилось моей матери? Внешность? Смешно, вокруг нее много женщин, куда более красивых. Тогда что? Я не понимала. И от этого еще больше загоняла себя. Я пожелала маме спокойной ночи, чуть не налажав, и не отправив ей это от своего своего настоящего имени. Она ответила: «Целую», и мы попрощались до завтра.