LESBOSS.RU: лесби, женское творчество | лесби рассказы, лесби сайт, лесби форум, лесби общение, лесби галерея - http://lesboss.ru
Теорема Любви (1-19)
http://lesboss.ru/articles/80830/1/Oaidaia-Epaae-1-19/Nodaieoa1.html
unique 48
От unique 48
Опубликовано в 17/06/2019
 
Найдет ли свое продолжение история любви, зародившаяся в стенах школы между учительницей математики и ученицей, спустя долгих шесть лет. Что же произошло между ними?

Стр 1
Солнце давно село за горизонт. На чистом небе прекрасно было видно звёзды. Летняя знойная жара спала, и теперь можно насладиться лёгкой прохладой и свежим морским воздухом. Тишина. Море совсем спокойное. Лёгкие волны, прибиваясь к берегу, издавали немного шума, похожего на шипение. Кроме, ничего не нарушало тишину вечера. Девушка сидела на берегу совсем одна. Она смотрела вдаль и думала о чём-то, иногда оглядывалась. Скоро ее хватятся. 

Решив побыть на этом месте ещё немного, достала пачку сигарет и зажигалку. Затяжка — и лёгкие наполнил горьковатый дым. Слегка запершило в горле. Подул прохладный ветер. Она поёжилась и накинула на плечи кофточку. С момента приезда сюда прошло десять дней. Каждый вечер, после захода солнца, она приходила сюда одна или со своим мужем. Они садились ближе к воде и любовались природой. Подолгу говорили обо всякой ерунде, а иногда просто молчали. 

С Олегом долго выбирали место, куда поехать отдохнуть. Идея родилась быстро, совсем неожиданно. База отдыха. Крым. Дикарями. Тёплое море, песчаный пляж, красивая природа, костёр — романтика, одним словом. Почти двенадцать часов на машине. Ещё со школы она мечтала об этом. И вот, наконец, эта мечта сбылась…

— Маша, почему так долго? — со спины подошёл мужчина и сел рядом с ней. — Становится прохладно, — достал из кармана шорт сигарету и закурил. — Смотри, какой ветер!

— Олег, — полушёпотом сказала Маша, облокотившись о его плечо и вытянув ноги. — Я уже собиралась возвращаться, а тут ты. Посиди со мной, тут так красиво…

Они познакомились чуть больше года назад, когда Мария пришла устраиваться в их фирму помощником экономиста, сразу после института. Надо сказать, что внешне она была достаточно симпатичной девушкой, и Олег, начальник отдела закупок, сразу же обратил внимание на неё. Высокая длинноволосая брюнетка запала в душу буквально с первого дня их знакомства, и вскоре они начали встречаться. На работе она достаточно быстро влилась в коллектив. Тихая, скромная девушка с синими глазами понравилась также и его родителям, и по прошествии нескольких месяцев он сделал ей предложение. 

Белое платье, фата, выкуп невесты — всё было именно так, как хотели и ее родственники; всё было именно так, как хотел её муж. С ним была небольшая разница в возрасте: ему только исполнилось двадцать семь. Мария же не выглядела даже и на двадцать один год, хотя скоро собиралась праздновать своё двадцатичетырёхлетие. После свадьбы они купили просторную квартиру и жили, практически ни в чём себе не отказывая. У каждого были увлечения, пристрастия.

Родители Марии не могли нарадоваться выгодному мужу для их дочери, как Олег. Ростом под два метра, мускулистый, спортивный мужчина, имеющий крупный достаток и по уши влюблённый в их дочь, — мечта для любых родителей. Многочисленные друзья и знакомые говорили, что они — идеальная пара. И Мария в это охотно верила.


— Знаешь, когда я выходил из нашего домика часов в девять, видел новеньких, они регистрировались, — сказал Олег. — Там пять девчонок на машине приехали, их вселили в домик по соседству.

— Жалко, что завтра нас уже тут не будет, — вставая и отряхивая ноги от песка, — мне не хочется уезжать отсюда.

— Пойдем, я видел, как все наши собираются у большого костра, — Олег взял за руку свою спутницу. — Я уже давно замариновал мясо, поэтому пришёл за тобой.

— Да, не хочу упускать эту возможность, — сказала Маша с улыбкой. Молодая пара, крепко держась за руки, направилась прочь от ночного пляжа…



Зайдя в домик, мужчина начал собирать всё что нужно для пикника, не забыв напомнить Маше, чтобы она достала несколько тёплых вещей для вечера. Она как раз была в комнате и, переодевшись, завязывала на голове высокий хвост.

— Всё равно провоняешь костром, — в комнату зашёл Олег и улыбнулся.

— Ничего страшного, успею искупаться и привести себя в порядок, — ответила Мария, заканчивая делать прическу. — Я бы хотела сложить вещи, — она обвела глазами шкаф, стоящий в углу.

— Прямо сейчас? — удивился Олег. — Я думал уже выходить, а то до рассвета будем собираться, — мужчина взял ее за руку и притянул к себе ближе. Поцеловав свою жену в губы, Олег всё же уговорил Машу оставить все дела на потом.


Перекинув через плечо небольшие рюкзаки, взявшись за руки, пара отправилась на центральную площадку, обустроенную для жарки мяса. Поляна была довольно просторной и уютной. Вокруг неё стояли столбы с фонарями, освещающими небольшую улицу. В центре горел большой костёр, возле которого собралось достаточно много людей. Кто-то лежал и дремал, кто-то пил пиво и рассказывал смешные истории своим собеседникам. Какой-то мужчина играл на гитаре песню Цоя, и находящиеся около него люди подпевали под мелодию. Пара прошла мимо и, встретившись с компанией друзей, с которыми они познакомились неделю назад, разместилась немного в стороне вместе с ними. Маша начала помогать накрывать на стол. Олег вместе с приятелями устанавливали мангал и насаживали на шампура мясо. 

По прошествии часа все изрядно захмелели. Маша лежала на коленках своего мужа, вытянув ноги по лавочке. Думать ни о чём не хотелось. Ни о предстоящем отъезде, ни о работе, к которой необходимо приступить уже на следующей неделе. Маша лежала и смотрела вверх, на звёздное небо, постепенно впадая в сладкую негу забытья. Ребята смеялись и много шутили, пели песни под гитару. Несколько парочек уже разбрелись по своим домикам.


— Маш, ты совсем у меня засыпаешь, давай я отнесу тебя в домик? — заботливо сказал Олег, наклонившись к жене.

— Нет-нет, не надо, мне нравится тут, с тобой, — девушка улыбнулась, немного поднялась и накрыла пледом свои ноги. — Давай ещё побудем здесь, не хочу, чтобы этот вечер заканчивался…


То ли от количества выпитого крепкого алкоголя, то ли от безумного и суматошного дня, девушка, наконец, задремала. И вдруг среди негромкой болтовни её друзей она услышала до боли знакомый голос, который отозвался где-то глубоко у неё в сознании.


— Ну сколько же можно, Машка, сколько же можно думать и видеть то, чего нет и не может быть никогда, — усмехнулась про себя.— Даже во сне ты не даёшь мне покоя, — Маша с головой укрылась пледом и устроилась удобнее. — Приснится же такое…Но это не приснилось. Голос, который она узнала бы из тысячи, голос, который преследовал её последние несколько лет, стоял в ушах Марии и отзывался эхом. Нет. Точно-точно не сон.— Не может быть, — с этой мыслью девушка присела на лавочке и увидела своего мужа.

— Машунь, ты чего? — Олег подошёл к своей жене. — Ты чего проснулась?

— Я… я… — замялась девушка, взгляд которой бегал вокруг себя в поисках источника её смятения. — Я переживаю, как ты завтра за руль сядешь, — голос её был взволнован, она обняла своего мужа за плечи. — Может, хватит уже?

— Машка, — улыбнулся. — Прекрати, уже скоро рассвет пойдём встречать, такую красоту не каждый день увидишь, я как раз зарядил фотоаппарат.

— Да нет, я не волнуюсь, выезжать же вечером, совсем в ночь, лишь бы алкоголь выветрился. Пойдём поближе к костру, — Машка взяла Олега за руку и повела вперёд. — Посмотри, сколько там людей, я хочу к ним.

— Отлично, — мужчина приобнял свою любимую за талию. — Пойдём скорее, я познакомлю тебя с девчонками, как раз про них рассказывал тебе.

— С девчонками? — наигранно и толикой ревности удивилась Маша, обращаясь к своему мужу.

— Да, они как раз сейчас принесут свои гитары, — сказал Олег, когда пара практически подошла к костру.

Около костра собралось не более двадцати человек. Они сели в небольшой круг и о чём-то разговаривали.

— Олег, у тебя очень красивая жена, — улыбнулась одна из девушек, которая сидела ближе к ним.


— Маша, знакомься, это Вика, — обратился Олег к супруге, указывая ей на нее.

— Очень приятно, — Маша улыбнулась ей в ответ. — Вы недавно приехали? — спросила она новую знакомую.

— Несколько часов назад. Я и четыре мои подруги частенько бываем тут.

— И где же они? — спросила Мария, усаживаясь поудобнее.

— Ну, две из них хорошенечко наклюкались, — засмеялась девушка и, указывая в сторону домиков, а позже добавила, что они уже пошли спать.

— Ого, — улыбнулась Маша. — Видимо, я пропустила самое интересное. Давай за знакомство, Вика? Олег, — тут же обратилась она к мужу, — не мог бы ты принести мне немного пива? Буду продолжать вечер.

— Всё, что пожелает моя королева, — Олег поцеловал свою любимую в щёку и отправился к мангальной за выпивкой.

— А где ещё две твои подруги? — спросила Маша.

— Одна из них — Света — вон недалеко от меня сидит, — показала она в сторону, где сидела небольшая компания из четырёх человек, что-то оживлённо обсуждая. — Встретила свою давнюю подругу, — пояснила новая знакомая Маши. — Другая пошла за гитарой в домик, скоро должна появиться здесь, — объяснила девушка. — А вот как раз и она.

Мария проследила за взглядом девушки.


— Маш, я принёс тебе пиво, держи скорее — сказал Олег, устраиваясь рядом с женой. — Маш! Ау! Ты что? Не слышишь меня, что ли?


Машка и правда не слышала своего мужа, потому что поняла, что голос, который во сне разбудил её, был вовсе не сном. Это был её голос. Брюнетка, чьё внимание так сильно привлекло Машу, держа в руках гитару, подходила всё ближе. В сумраке не удалось разглядеть черт её лица, но для Маши это было вовсе и не важно. Она точно знала — это она. Это о ней Маша запрещала себе думать последние несколько лет своей жизни. Это ей девушка, будучи совсем юной, писала на стол письма. Это ей Мария посвящала свои стихи. Это о ней… И вот, когда, казалось, жизнь вернулась в привычное русло, когда ничего ей уже не напоминало о прошлом, появилась она…

— Оля… — тихо прошептала девушка и тут же оглянулась на мужа, который как ни в чём не бывало сидел около неё и вопросительно смотрел на девушку.

— Эй, ты что? — заволновался Олег. — Тебе плохо?

— Нет-нет, всё хорошо, просто в груди что-то кольнуло, — пояснила Маша и взяла бокал с пивом, стараясь не выдать своего беспокойства.
Маша перестала слышать все голоса вокруг, она вообще потеряла счёт времени и на секунду забыла, где находится. Тем временем девушка, так привлёкшая своё внимание Маши, как ни в чём не бывало прошла мимо неё и села с гитарой с другой стороны, совершенно не заметив свою старую знакомую. Она с кем-то шутила, а потом принялась настраивать гитару. Настроение было отличное. Вокруг неё собралось много народу, и, как показалось Маше, этих людей она знала не первый день. Девушка по-свойски расположилась около костра и с кем-то беседовала.


— Там девушка, видишь — сказал Олег, указывая на Олю, — мы с ней договорились сыграть вместе пару песен, пойдём скорей поближе, она тут много кого знает, не первый год сюда приезжает, — мужчина встал, подавая руку своей жене.


— Нет, — резче положенного сказала она. — Я посижу здесь, — тише добавила.— А ты иди, конечно, — она выдавила из себя нечто похожее на улыбку, хоть и была напряжена до предела.

— Ну, смотри, — подозрительно сказал Олег своей жене. — Странная ты сегодня какая-то, — буркнул себе под нос мужчина и удалился.

Но Мария уже не слышала его и, не зная, каким Богам говорить спасибо, мысленно благодарила судьбу за то, что Ольга её пока не заметила. Тем временем несколько парней, в том числе и Олег, сели с гитарами около девушки и что-то обсуждали. О чём они говорили, Маша не слышала; как она поняла, обсуждали, что будут играть. Время тянулось нарочито медленно, находясь в полном оцепенении из-за того, что видела перед своими глазами Олю, не знала, что же ей делать. Она думала о том, что ей стоит пойти сейчас лечь спать и поскорее уехать отсюда, забыв всё и вся. Но её что-то останавливало. Она не могла даже пошевелиться, коленки предательски затряслись. Маша слушала, как девушка поёт, и думала о том, что когда-то её песни исполнялись только для неё. Маша смотрела на неё и надеялась, что эта пытка, наконец, прекратится, и она проснётся. Но это был не сон. Девушка через несколько мгновений смогла прийти в себя и, наконец, рассмотреть внимательнее объект своего пристального наблюдения. Вытянутое лицо, родимое пятно на шее, те же большие зелёные глаза, густо накрашенные карандашом, чёрная майка, джинсы, даже ногти накрашены в чёрный — Маше казалось, что за пять лет, которые они не виделись, Оля так и не изменилась.


— Сколько же ей сейчас? Тридцать один? Тридцать два? — подумала про себя.


Тонкие пальцы быстро и проворно скользили по грифу гитары. Она пела. Машка не разбирала слов, она даже не хотела понимать тот факт, что в нескольких метрах от неё сидит та, о ком было запрещено даже думать. В голове вертелись картинки из той, прошлой жизни. Из жизни, где когда-то они были вместе до конца. Находясь в прострации, девушка и не заметила, как Олег снова был около неё и что-то увлечённо рассказывал. Маша подняла свои глаза и смотрела на то, как её муж, находясь в эйфории, делился с ней своими эмоциями.


— Мне очень понравилось, как вы пели, — с этими словами Маша встала и обвила руками шею мужа. — Ты был великолепен, — девушка поцеловала его в щёку. — Я хочу прилечь, устала, — с надеждой Мария посмотрела в глаза любимого супруга.

— Малыш, подожди, я хочу тебя кое с кем познакомить. Она… — сказал Олег, но тут же его речь бесцеремонно перебили:
— Мне кажется, что мы с твоей женой уже знакомы, — со спины раздался чуть хриплый голос, заставивший Машу обернуться. — Не правда ли, Маша? — девушка с гитарой обращалась именно к ней.

— Ольга? — голос задрожал, девушка попыталась сделать удивлённое лицо, хотя и понимала, что это глупо.

— Правда? — искренне поразился Олег такому совпадению и, обрадовавшись, предложил девочкам присесть.

— Да, — с дрожью в голосе сказала Маша, — это моя… я никогда не рассказывала. 

— Я вела у неё алгебру и геометрию в школе, — снова перебила Ольга и продолжила свой монолог: — Маша была не самой способной ученицей, — усмехнулась когда-то бывшая учительница, — но благодаря мне и нашей упорной работе над предметом, ей удалось очень хорошо написать экзамен.

— Вот это да, Оля, ты ещё и педагог, очень удивлён, — воскликнул Олег в изумлении от услышанного.

— Да, — улыбнулась она, зачехляя гитару. — Было дело, я несколько лет назад преподавала в школе, сразу после института пошла. Но в силу некоторых обстоятельств пришлось расстаться с ребятами, — вздохнула девушка. 

— Почему ты мне ничего не рассказывала про свою учительницу? Эх, если бы я учился у тебя в классе, я бы был первым учеником, — улыбнувшись, он сел рядом с Ольгой, помогая ей убрать инструмент. — Очень жаль, что у меня не было таких красивых и молодых преподавательниц.

— Да нечего как-то было рассказывать об этом, — отнекивалась Маша, опустив глаза. — Олег, я хочу спать, я не хочу идти встречать рассвет. Я бы хотела вернуться в домик.

После этих слов Мария резко встала, развернулась и уже направилась в сторону домиков, как её опередил муж.


— Маша, да что с тобой? — Олег положил свои ей руки на плечи.

— Ты что не видишь? Мне не хорошо, — произнесла Маша, смотря в сторону, где сидела её бывшая учительница. Оля поймала взгляд девушки и, посмотрев на неё, горько усмехнулась. — Я наверное, перепила коньяка, пиво мне не особо сейчас. Ты оставайся ещё, правда, расскажешь, что я пропустила, — она посмотрела в глаза своему мужу.

— Пойдём, — сказал Олег. — Я тебя провожу, — мужчина взял свою жену за руку, как вдруг парочку догнала Ольга.

— Слушай, там тебя ребята искали, а я Машку провожу, мы же, как оказывается, по соседству. Мне гитары отнести нужно, — она с надеждой в голосе и вопросительно посмотрела на Марию.


Мария лишь кивнула мужу и тот согласился. Поцеловав жену в щёчку, он удалился. До домиков идти пару минут, не больше. Начинало светать. Эту дорогу девушки шли молча. Каждая хотела что-то сказать, но нарушать тишину, повисшую в воздухе, было невыносимо тяжело для обеих.


— Не ожидала тебя здесь увидеть, — первой сказала Ольга, продолжая свой путь.

— И я, — безучастно ответила Маша, слегка поджав губы. — С кем ты приехала?

— Да с девчонками знакомыми по работе, буквально на неделю. Дали отпуск, — улыбнулась она. — Я почему-то была уверена, что ты выйдешь замуж и всё будет отлично, — добавила она через минуту, — У тебя хороший муж, вы замечательная пара, — произнесла она с толикой грусти.

— Спасибо, мне приятно. Мы пришли, — отрезала Маша и, немного осмелев и взяв себя в руки, развернулась к своей спутнице, направив на неё свой взгляд. — И мне пора. Рада была видеть, — с этими словами девушка бросилась прочь от своей знакомой, явно не желая больше продолжать общение.

— Маша, — Ольга устремилась за девушкой, — подожди, — Оля догнала свою спутницу и взяла за руку. — Что происходит? Что с тобой?

— Что со мной?! — Маша высвободила свою руку от руки Оли и перешла на крик. — Тебя сколько не было? Я забыла тебя, я перестала думать о тебе, у меня всё отлично. Мой даже не догадывается о моём прошлом, и тут появляешься ты и спрашиваешь, что со мной? — на глазах девушки выступили слёзы.

— Маша, — она схватила девушку за плечи и прислонила к стене домика. — Я знаю, как тебе было сложно, поверь, — девушка посмотрела в глаза. — Мне тоже было очень больно. Я знаю, что я во всём виновата, — девушка срывалась на крик, — но я не могла испортить тебе жизнь! — на глазах у Оли появились слёзы.

Девушка отошла от Марии и направилась к лестнице, села на порожек. Закурила. Маша, тяжело вздохнув, села рядом и заплакала. Она всегда плакала в ее присутствии. 


— Ну что ты, глупышка, ну что ты, — Оля обняла девушку и прижала к себе. — Я знаю, ты должна была понять меня тогда, — успокаивающе говорила она на ухо девушке. — Я же… — сделала затяжку посильнее и кинула бычок в сторону. — Я же любила тебя… и до сих пор, — голос девушки становился ниже, тяжело вздохнув, она добавила: — И до сих пор люблю. Правда… правда, Маш, сколько времени прошло, а я всё равно думаю о тебе. И не встретила я никого.— Она опустила глаза.

— Как ты смеешь говорить мне о любви сейчас? Как ты смеешь появляться в моей жизни и портить всё? — Маша была в бешенстве, но голос был четкий и спокойный. — Я не хочу тебя больше видеть, не хочу! — с этими словами Маша встала и подошла к двери. Оля, догнав девушку за секунду, прямо перед её носом смогла удержать дверь.

— Машка, — Оля провела руками по лицу девушки, немного улыбнувшись. — Мой ребёнок, — по-свойски назвала её, прижав к себе, и горько улыбнулась, вдыхая запах такого родного и до боли знакомого человека. Посмотри на меня,— с этими словами положила ладони на Машино лицо и приподняла его. — Прости меня. Но я должна была так поступить, понимаешь. И я уверена, что и ты на моём месте поступила бы так же.


Взгляд глаза в глаза. Несколько секунд они стояли и смотрели друг на друга, не в силах оторваться. Несколько секунд казались вечностью для обеих. Этот вечер разделил их жизнь на «до» и «после». Прикосновение к губам. До дрожи в коленках. Ещё одно, и кажется, что воздух во всём мире исчез. Губы дрожат, глаза горят от слёз. Предательски кружится голова. Поцелуй становится всё жарче. Не в силах сопротивляться, Маша поддалась порыву чувств и эмоций, которые захлестнули её нутро с головой. Сколько раз обе представляли этот момент, сколько раз обе отгоняли от себя такие мысли, сколько ночей обе рыдали в подушку, не в силах ничего изменить. И вот. Этот момент. Ей хотелось запомнить каждую секунду этого поцелуя, каждое прикосновение рук к горячей коже.


— Оля, — шепчет девушка имя той, которую так и не смогла забыть за долгие годы. —Уходи, нас увидят, — еле слышный шёпот. — Я замужем, я не могу, — не в силах вырваться из этих объятий, начала немного постанывать, когда та стала покрывать её шею невесомыми поцелуями. — Мы поговорим с тобой завтра, я прошу…


И снова взгляд глаза в глаза. Маша, воспользовавшись замешательством девушки, смогла открыть дверь и быстро запереть её изнутри. Сердце предательски колотилось. Одна мысль сменяла другую. Она бегала по кухне, не понимая вообще, что произошло пару минут назад, не веря в происходящее. Стакан воды охладил пыл. Сигарета помогла немного прийти в себя, однако, чувствовала себя настолько опустошённой и уставшей, что не помнила, как смогла добраться до кровати и заснуть…




годами ранее



Обычное, ничем неприметное утро второго сентября для Маши Рыжовой началось раньше привычного. Летние каникулы были позади, и теперь наступал самый важный учебный год в её жизни. Город, где жила с рождения девушка, был маленький и неприметный, поэтому она понимала, что должна усиленно готовиться к выпускным экзаменам, чтобы поступить в один из престижных вузов области, который находился в ста двадцати километрах от дома.


Учёба для Рыжовой, как и для всех её одноклассниц, с какими она больше всего общалась, стояла на первом месте, однако зубрилой назвать её было крайне сложно. Гуманитарные предметы девушка знала на отлично. С обожанием сидела на обществознании и истории. За лето с большим удовольствием перечитала всю заданную литературу и даже больше. С русским языком и иностранным проблем не было. С точными науками дела обстояли крайне сложно. По химии она знала только формулу воды. По физике помнила только как найти плотность, если знать массу и объём. По геометрии, как и все одноклассники, смеялась над теоремой Фалеса. Умение вовремя списать и грамотно выкрутиться не раз выручало её в сложных ситуациях. Маша была хорошисткой, которую любили все без исключения учителя. Не раз девушка выручала школу на олимпиадах по истории и литературе, не раз Маша помогала с сочинениями своим подружкам. Ботаником ее назвать было очень сложно. Ещё в девятом классе она начала делать упор на те предметы, которые были ей важны и нужны для поступления. На остальные ей было глубоко плевать. Списывала ненавистные ей предметы у подруг и на контрольных старалась делать то же самое. Иногда могла и вовсе забить на неинтересный ей предмет и прогулять занятия. Она с подругами часто так делала.


Таня — лучшая подруга и претендентка на золотую медаль — всячески её поддерживала и частенько их вдвоём можно было застать в курилке за школой, недалеко от гаражей. Там же они вместе в первый раз пробовали пить пиво или даже что-то покрепче. Их не ругали за прогулы, а девчонки за свои косяки не боялись отвечать перед классной руководительницей.


С родителями у Маши проблем особых не было. Она была довольно самостоятельной девочкой, так как её мама и папа постоянно ездили в Москву по работе, часто оставалась одна. Маша жила в обычной средней семье, и её жизнь практически не отличалась от её одноклассниц. В свои семнадцать лет девушка была очень привлекательна и выглядела гораздо старше своих ровесниц. Голубые глаза, бледная кожа, длинные чёрные волосы по пояс. Ростом девушка около ста семидесяти сантиметров при стройной подтянутой фигуре. Вниманием противоположного пола была, естественно, не обделена. За ней пытались ухаживать и одноклассники, и ребята постарше. Однако мальчики её не интересовали вовсе. И не потому, что у неё не было времени принимать ухаживания от кавалеров. А потому что девушка уже давно была влюблена в другую. Только несколько её подруг знали этот секрет.


Да, Маше нравились девушки. Точнее, нравилась одна девушка. И вот уже практически полгода не выпускала из рук телефон: она ждала смс от неё. Приходя с занятий домой, она бежала к компьютеру, где часами могла переписываться с ней. Объектом её вожделения была девушка по имени Саша. Она жила в другом городе и собиралась поступать в тот же вуз, что и она. Однако в последнее время их отношения рушились день ото дня. Саша могла пропасть на несколько дней и не появляться в сети. Могла не отвечать на звонки и смс. И перед началом учебного года Александра сама поставила точку в их отношениях, объяснив разрыв тем, что встретила «реальную» девушку, с которой проводит всё своё время.


Надо сказать, что разрыв Рыжова переносила очень сложно. Девушка была очень романтичной начитанной натурой, которая верила в любовь до гроба. Подруги успокаивали её как могли, но должного результата от их слов не было. Девушка была подавлена. Столько планов было нарушено. Столько стараний было развеяно в пух и прах. По скайпу Маша познакомила свою возлюбленную со своими родителями. Естественно, про их более тесные отношения они не были в курсе. Однако, после поступления именно с ней она собиралась снимать квартиру и жить последующие несколько лет, пока не закончится институт.
И вот, второе сентября. Начался новый учебный год, который Маша должна достойно закончить и наконец уехать из этого никчёмного города, начать свою жизнь с чистого листа. Догадывалась ли девушка о том, что этот год перевернёт всю её жизнь? Конечно, нет. Поэтому, выйдя из дома и встретившись со своей подругой, они направились в школу. Вперёд. К знаниям.

Стр 2
Уроки тянулись нарочито медленно. К концу третьего половина класса, в котором училась Маша, откровенно засыпала. Кто-то играл в морской бой, кто-то переписывался по аське с друзьями. Сама школьница же делала все возможное, чтобы не заснуть. Она смотрела в окно. Там, по ту сторону оконной рамы, длилась, по её мнению, настоящая жизнь. Кто-то спешил на работу. Кто-то стоял на остановке и ждал нужный автобус. Девушка тяжело вздохнула.
 
 
— Алиса, Алиса! — трепала Маша за рукав соседку по парте, — Я больше не могу слушать эту ахинею, — еще тише прошептала девушка, — И телефон зарядить с утра забыла, — добавила она расстроенным голосом.
 
— У тебя есть варианты? Лично у меня никаких! А по поводу телефона твоего долбаного, разобью скоро, — резко добавила она, — Увидела б вживую твою Сашечку, лично б задушила! Ты что такая наивная? Думать брось о ней! Она же о тебе не думала, — девушка продолжила записывать с доски определения.
 
— Да, Лис, — сказала Машка, обращаясь к Алисе по прозвищу, к которому она подходила на все сто процентов. Рыжие волнистые волосы, зеленые и такие же хитрые глаза, лицо все в веснушках, — Отстань от меня с этой Сашкой, самой тошно уже даже вспоминать об этой.
 
— То-то же, смотри мне, — вздохнула девушка и продолжила делать вид, будто в её глазах читалось понимание темы, которую так усердно объясняла биологичка, — Я проверю, — тише сказала она.
 
— Рыжова! Сидоренко! — раздался грозный голос биологички, — Я вас сейчас за болтовню выволоку из класса к директору! Сидят на первой парте перед учителем! Как не стыдно! — женщина, уже явно в годах, кричала на девчонок с таким надрывом, что начала плеваться на метр вперед. Класс загоготал.
 
— Не зря мы ее Слюней называем, ох не зря, — еле слышно прошептала Танька со второй парты девчонкам, она как раз сидела позади них.
 
— Скоро будет большая перемена, пойдем покурим? — прошептала Машка соседке, озираясь на Слюню.
 
— У меня сигарет нет, — ответила Алиса, — Хотя… погоди. Сейчас решим проблему.
С этими словами девушка написала записку и отправила по классу. Результат не заставил себя ждать, и уже через двадцать минут девчонки были за гаражами. Семенов поделился с одноклассницами Винстоном.
 
— Учебный год только начался, а я уже никого не хочу видеть, — сказала Таня подружкам, — Мне маман целую тираду прочитала про особую важность этой «золотой медали».
 
— И не говори, — отозвалась Алиса, — Слюня меня вообще изрядно уморила. — Подумав немного, она добавила, — Сейчас у нас алгебра будет. Говорят, там девушка какая-то пришла вместо нашей училки, — смачный плевок на землю.
 
 
— Фу, Лис, — с отвращением сказала Татьяна подруге, — ты вообще некультурная.
 
— Да ну вас, — Алиса продолжила, — Пацаны наши только о ней и судачат. Говорят, что сразу после института пришла. Совсем молодая. Хотят закадрить девчонку.
 
— Если бы она была так молода и неопытна, стал бы директор ее в выпускной класс ставить? — сказала Машка, подкуривая вторую сигарету.
 
— Мне мама сказала, что от нашего гуманитарного класса чудес не ждут. Вон как 11 «А» по физике дрючат, задачи, задачи, а у нас одна теория. А на химии нам сказки рассказывают, прямо как на истории. Тем более, ей дали шестой, восьмой, и, по-моему, еще девятый класс, — сказала Танька, мама которой работала учителем географии в среднем звене.
 
— Если честно, мне все равно, какая там краля будет учить нас считать, мне лишь бы на ЕГЭ не меньше семидесяти пяти баллов набрать и свалить отсюда быстрее, — сказала Машка, — Тем более я не удивлюсь, если она по предмету своему ни черта не знает. Мне по-любому репетитора придется искать. — она выкинула бычок в мусорку. — Так что, пойдемте, дамы.
 
 
Первый ряд, первая парта у окна. Машка и Алиса сидели за ней уже третий год. В конце девятого класса Рыжова подошла к своей однокласснице и предложила заключить с ней сделку. Сидоренко соображала по физике, могла решать сложные задачи, понимала темы по химии и алгебре. Неплохо доказывала теоремы по геометрии. Так вот и сидели девчонки вместе. Рыжова помогала рыжей с сочинениями и проверяла ее диктанты перед сдачей тетради учителям. Сидоренко же дорешивала задания на контрольных по точным предметам. Так девчонки и подружились. Старались ходить всегда вместе — Машка, Алиса и Танька, которая вечно сидела с Илюхиным позади девчонок, на второй парте.
 
 
Друг другу каждая могла доверить свои тайны и секреты. Машка и Танька дружили еще с пелёнок. Вместе лепили куличики в песочнице, вместе бегали с дворовыми ребятами в «казаки-разбойники», вместе пошли покупать себе в шестом классе лифчики, вместе первый раз пробовали курить, вместе получали записи в дневник и грозные сообщения родителям о вызове их в школу, вместе оказывались в нелепых и смешных ситуациях.
 
 
Алиса пришла к ним в середине восьмого класса. Она была из неблагополучной семьи — именно так принято называть семьи, когда мать безостановочно заливает свое горе водкой. Поэтому отец взял девочку под свое крыло, увёз из города к себе и лишил мать-кукушку родительских прав. В классе отношения с учениками у Лисы не складывались, однако через год девочка освоилась и успокоилась, взялась как следует за учебу и была одной из лучших учениц 11 «Б».
 
 
— Ну вот, не хватало еще и на алгебру опоздать, а все из-за тебя, — шипела Танька на Алису, пока девчонки бежали по этажам.
 
— Звонок только что был, за минуту нам ничего не будет, — Машка догоняла своих подруг и пыталась успокоить тех.
 
— Ага, конечно, не будет, хрен знаешь, что ожидать от этой новой мадамы, — проворчала Сидоренко, — И вообще, мама в школе, мама в школе, пошли за гаражи, — спародировала Таньку, когда они стояли уже около кабинета. — Мама в школе, вот и стучи теперь в эту дверь сама, — подтолкнула подругу к двери.
 
— Почему опаздываете, девушки? — Обратилась новая учительница к трем подругам, когда те оказались в кабинете с виноватыми лицами.
 
— Я… ну, мы…. — лепетали девочки.
 
— Идите по своим местам, — учительница избавила девчонок от подробностей, — надеюсь, что на мои уроки будете ходить без опозданий, — довольно строго добавила она и начала листать журнал, не поднимая больше глаз на опоздавших.
 
 
Те же, в свою очередь, быстренько заняли свои места и достали учебники и тетради.
 
 
— Меня зовут Ольга Валерьевна, — обратилась к классу учительница, — Я знаю, что этот год у вас очень важный. Выпускные экзамены и поступление в вуз — ответственное дело. Поэтому, надеюсь, что мы с вами сработаемся и проблем никаких не возникнет, — продолжала она, — Думаю, что очень скоро запомню вас всех по именам и фамилиям, поэтому, если я где-то ошиблась в ударении, можете меня поправить. У кого есть вопросы? — вопросительно посмотрела на класс.
 
 
— Ольга Валерьевна, а сколько вам лет? — раздался чей-то голос из ребят. Весь класс загудел, а кто-то даже подсвистывал.
 
Однако Ольга Валерьевна, казалось, была готова к таким вопросам, поэтому, сделав лицо еще более серьезным, ответила:
— Я думаю, что у девушек неприлично спрашивать их возраст. А молодым людям еще неприличнее задавать такие вопросы. Поэтому, — слегла замялась новоиспеченная учительница, — Как вас зовут, молодой человек? — Обратилась она к парню, из уст которого прозвучал вопрос.
 
— Николай, — гордо ответил парень и встал со стула с ехидной ухмылкой.
 
— Так вот, Николай, если вы хотите произвести на девушку хорошее впечатление, показаться воспитанным и галантным кавалером, то никогда в будущем не задавайте дамам такие вопросы. — В словах учительницы послышались нотки юмора.
 
— А какие вопросы можно задавать, Ольга Валерьевна? — Не унимался парень.
 
— Я очень удивлена, что нынешним ученикам на уроке алгебры, накануне важных экзаменов, интересна информация не по теме урока. Что ж, — вздохнула она, — Обещаю, что на выпускном, в июне, отвечу на все ваши вопросы. А сейчас, давайте начнем с повторения, Николай, — улыбнулась учительница, — Коли мы с вами так мило пообщались и вы — единственный, кого в этом классе я уже запомнила по имени, позвольте попросить вас к доске, — ликовала Ольга Валерьевна.
 
После слов учительницы Николай прошел по рядам к доске под смешки своих одноклассников.
 
— Ну как она тебе? — спросила Алиса у Машки.
 
— Как, как? Пиши давай, сейчас все пропустим, — ответила Машка, безостановочно записывая что-то в тетрадь.
 
Надо сказать, что Машка внимательно успела рассмотреть свою новую учительницу по математике. И, в целом, Ольга Валерьевна произвела на девушку хорошее впечатление. Как показалось на первый взгляд Маше, учительница знала себе цену и была достаточно серьезной.
 
 
 Ольга Валерьевна год назад успешно закончила педагогический институт и решила, что пару-тройку лет она должна поработать по специальности. К моменту прихода в школу молодой учительнице в скором времени должно было исполниться двадцать шесть лет.
 
На свои года она не выглядела, однако гардероб перед выходом на работу пришлось обновить капитально. В обычной жизни она предпочитала свободный стиль. Бесформенные майки и джинсовки могла скупать во всех понравившихся ей магазинах. Яркий макияж и пирсинг. Черный лак для ногтей и стильные прически. В школе и в университете она была настоящей пацанкой, своей в доску для ребят. Однако, понимая, что она идет работать в среднюю общеобразовательную, ей радикально пришлось поработать над своим имиджем.
 
 
С пирсингом губы и брови она разобралась еще дома. Сережку из языка в экстренном порядке девушка вынимала уже в школьном туалете, пока никто не видел. Необходимость распрощаться с черным лаком для ногтей и фенечками Ольге Валерьевне пришлось принять как данность. Поэтому в начале сентября новоиспеченная учительница средней школы выглядела довольно-таки прилично.
 
 
Тонкие черные брюки с низкой посадкой облегали ее стройные ноги. Белая рубашка с коротким рукавом выгодно подчеркивала ее талию и грудь и, самое главное, успешно скрывала несколько ее татуировок на спине и плече. Короткие черные волосы собраны в высокий хвост, засос на шее плотно замазан тональным кремом — и вот, учительница Ольга Валерьевна Витько, с серьёзным видом, стоя у доски, объясняла своим ученикам из 11 «Б» новую тему урока.
 
 
— Вот непруха, — сказала Алиса, выходя из стен школы, своим подругам, — первый учебный день, а загрузили так, что до ночи теперь придется сидеть и зубрить.
 
— С тобой не поспоришь, — сказала Машка, — пойдем до магазина, мне надо сигарет купить, и по домам расходиться будем.
 
— А тебе что, продадут? — усмехнулась Танька, — Может, лучше в наш проверенный сходим?
 
— А то, — с этими словами Машка достала из портфеля паспорт и показала девчонкам. — Летом была у бабушки вместе со своей двоюродной сестрой. Ей как раз восемнадцать лет. Ну, а что, — с улыбкой произнесла она, — Пошли с ней в паспортный стол, Натаха написала заявление об утере, я возместила ущерб моральный и материальный, — девушка открыла нужную страницу, — И теперь не подкопаешься. Мы же с ней, как две капли воды.
 
— Охренеть, — в голос сказали девчонки, — Как ты до этого додумалась?
 
— Не знаю, — улыбнулась девушка, — Решение как-то само пришло. Мне по её паспорту пару раз продали пиво в местном магазине. Дальше я включила мозг и свое обаяние. И дело в шляпе, — сказала довольная Машка, улыбаясь во все тридцать два.
 
— Обалдеть, — Танька начала прыгать у входа в магазин, — Теперь нам можно без проблем покупать все, что захочется!!!
 
— Вообще-то, в соседнем городе через месяц будет проходить Темная вечеринка, — сказала девушка, прищурив глаза, — О ней еще летом было известно. А паспорт, — с этими словами девушка вырвала из рук Алисы заветный документ, — предназначен у меня именно для этого. Там строго 18+, между прочим, девочки. А я с некоторых пор идеально подхожу по всем параметрам! А самое главное, что предки уезжают в Москву через две недели. И их не будет полтора месяца! — Торжественно сообщила Машка своим подругам.
 
— Ты что?! Не пущу!!! — Танька сделала глаза по пять рублей, — Там тебя в толчке приставят развратные бучихи. Ты же для них живая мишень. Не вздумай даже! –загородила путь Машке. — Я за тобой и в огонь, и в воду, ты же знаешь, и всегда тебя поддержу, но это перебор! Это тебе не я говорю, это тебе мой разум говорит! Его хоть послушай, любительница, блять, приключений.
 
— Татьян, успокойся, я туда поеду не одна, я с девчонками по Интернету познакомилась, ВКонтакте с ними уже всё обговорено. А возраст? Возраст у меня по паспорту, и проверять точность данных явно там никто не будет. На самом же паспорте нет никаких надписей типа «недействительно» да и документ ведь не поддельный! — уверяла подругу Машка.
 
— Слушай, я реально боюсь, может, моего Артёма с собой возьмёшь, он же все знает, понимает и, если что, обязательно тебя прикроет, — как вариант предложила Танька.
 
— Танюша, как же я тебя люблю! Лучшая подруга отдает мне на вечер своего горячо любимого парня, — рассмеялась Машка, обнимая подругу.
 
— Эй, дамы! — Лиса-Алиса наконец смогла вклиниться в разговор, — Вы чего тут раскудахтались, как курицы, ей богу! Артёма твоего в гей-клубе скорее приставят смазливые мальчики и разберут по сувенирам на память, одумайся, Татьяна!
 
— Тань, я не маленькая девочка же, правда, ну что там со мной может случиться? Я еду веселиться и танцевать! — Развела руками Мария, — а с Артёмом, нет, Алиска хоть и порёт ерунду порой, но это явно не тот случай. Она права на все сто!
 
— Ах потанцевать? Потанцевать захотела? Нашего местного клуба тебе мало? Там ни паспортов подделывать не надо, ни ехать за 120 километров хер знает куда!
 
— Тань! В нашем клубе нас знают, как облупленных. Мы туда с тринадцати лет ходим. Сама прекрасно знаешь, что там кроме «Пепси» ничего газированного нет, а про алкоголь я вообще молчу. Девчонки, ну с кем я здесь, в этой дыре, познакомлюсь? Там же настоящая жизнь, там же так здорово!!! — взмолилась девушка.
 
— Хочешь ехать — езжай, я тебе дам свой электрошокер, положишь его в свою сумочку. Но при одном условии! — заявила Танька.
 
— Каком же? — с интересом спросила Рыжова, в глазах которой играли чертики.
 
— Всё. — прищурила глаза Татьяна, — Во всех. — Подошла к Машке вплотную, — Подробностях, — посмотрела ровно в глаза и засмеялась, показав язык.
 
— Ладно, уговорили, — растянула Машка, — пошли в магазин, а я вам, между прочим, — гордо сообщила она, — Сигарет за это куплю, по пачке каждой!

Стр 3
а первую учебную неделю домашним заданием завалили настолько, что Машка валилась с ног от дикой усталости. Однако под конец недели ей удалось найти очень важную книгу по истории в местной библиотеке. Всю ночь девушка впитывала знания, конспектируя изучаемый материал себе в тетрадь. Отец девочки, пользуясь последними теплыми деньками, в три утра начал собираться на рыбалку и, увидев свет лампы из ее комнаты, был крайне удивлён тому, что дочь не спит. Получив немного порции негодования и недовольства от отца, она отложила книги в сторону.
 
 
Родители у девочки были воспитанными и интеллигентными людьми. Они познакомились еще в вузе и вскоре сыграли свадьбу. Машка для них была желанным и горячо любимым ребёнком. Мама девочки, Светлана Владимировна, в прошлом была учительницей русского языка и литературы. Отец Марии — Сергей Викторович — занимался строительством. Вскоре после рождения дочери они открыли свой небольшой бизнес по перевозкам, и поэтому их часто не было дома.
 
 
Бабушке приходилось бросать свои дела и сидеть с внучкой, пока та не подросла. У Маши было всё, чего бы она только не пожелала. Дорогие интересные игрушки в девяностые года не были редкостью в их доме. Родители баловали свою единственную дочь, пытаясь таким образом заменить свое долгое отсутствие. Сначала Машка тосковала по родителям, но потом смирилась. Ей с детства пришлось привыкнуть к аккуратности и самостоятельности. Девочке было искренне жаль бабушку, которая по первому звонку бросала большущее хозяйство и ехала сидеть с ней из другого города. Поэтому, с двенадцати лет она самостоятельно готовила себе еду, стирала, убирала.
 
 
Родители сперва с опаской оставляли дочь одну то на неделю, то на две. Сначала за ней присматривала соседка, но потом необходимость в няньке отпала сама собой. Частенько Маша оставалась на несколько дней у Таньки, мамы подруг дружили со школьной скамьи, поэтому ее в этом доме всегда ждали и любили. Девочке нравилась такая жизнь, хоть она и злилась порой на родителей за их отъезды, но к четырнадцати годам уже с нетерпением ждала, когда же за ними в очередной раз приедет машина.
 
 
Этот отъезд родителей девушка ждала с особым нетерпением. Машка редко могла позволить себе какие-то вольности в их отсутствие. Всего лишь один звонок классного руководителя на мамин мобильник мог кардинально поменять ситуацию в ее привычном ритме жизни. Тем более мама Татьяны так же работала в школе, и поэтому о похождениях подружек-одноклассниц Светлана Владимировна порой узнавала быстрее, чем её дочь затемно возвращалась домой. Машка любила приключения, однако голову свою терять она не собиралась. Поэтому продумала всё до мелочей.
 
 
— Вставай, соня, уже двенадцатый час! — Мама зашла в комнату для того, чтобы разбудить девушку.
 
— Мам, я проснулась уже, — с этими словами девушка села на кровать и потянулась.
 
— Мне отец сказал, что ты легла чуть ли не в четыре утра. Маша, меня, конечно, волнует твоя успеваемость, но не до такой степени! — Светлана Владимировна подошла к столу и взяла дневник дочери. — У тебя все нормально с оценками, — произнесла она, глядя на табель, — Тем более что год только начался.
 
— Да, я знаю, — девушка встала с кровати и направилась к шкафу, чтобы достать одежду, — Просто забыла посмотреть на часы. Не переживай, — улыбнулась она.
 
— Мне Ирина сказала, что у вас новая математичка? — Спросила Светлана Владимировна, глядя на несколько четверок в дневнике по алгебре.
 
— Да, у них с теть Ирой теперь кабинеты по соседству, — Машка достала расчёску и начала причесывать волосы.
 
— И как она тебе? Сильно молодая, говорят.
 
— У нас пацаны как коты мартовские вокруг неё ходят, — улыбнулась Машка.
 
— Девки ваши, наверное, недолюбливают её теперь, — со смехом сказала женщина.
 
— Мааааааам!!! Ты думаешь, моих одноклассниц интересуют сопливые школьники? У нас уже пол класса девок на машинах к школе подвозят, — заметила девушка, — причём подвозят далеко не родители, — добавила она.
 
— Я надеюсь, ты не из того списка своих одноклассниц? — Хитро спросила девушку.
 
— Ой, мне иногда кажется, что ты бы об этом узнала первая, — вовремя подметила Машка.
 
— Конечно, первая. Я вообще все должна первая узнавать! Причем от тебя! — Светлана Владимировна, прищурив глаза добавила, — а тебя уже…. Ну… подвозили?
 
— Мааааама!!! — недовольно протянула девушка, — надеюсь под «подвозили» ты имеешь в виду машину? Пошли завтракать!
 
— Машка, ну ей богу, хоть бы веник сраный от ухажёра домой притащила, — к месту добавила Светлана Владимировна.
 
— Мама, твоя дочь хочет жрать! — властно отрезала дочь.
 
Рыжова не очень любила такие темы. Ей было неуютно отвечать на каверзные вопросы мамы, касаемые её личной жизни. Машке попросту нечего было рассказывать. В восьмом классе она встречалась с мальчишкой из соседнего двора. Поцеловалась с ним пару раз, и ребята разбежались. Машка не обращала внимания на своих ухажёров, её интересовали совершенно другие темы. Гулянки с подружками, учёба в конце концов.
 
 
А потом к её увлечениям добавился Интернет. Там она и познакомилась с огромным количеством нужной и не нужной в тот момент информацией. На главном форуме одного известного сериала девушка с упоением читала фанфики о неразделённой любви главных героев, мечтательно надеясь о том, что когда-нибудь это великое чувство и случится с ней.
Уливаясь слезами над прочтением очередной части, Машка ждала принца на белом коне, который принесет в её скучную и неприметную жизнь новые приключения. День за днём, неделя за неделей проходили её вечера перед монитором компьютера, и каким-то случайным образом ей удалось раздобыть доступ в закрытые темы форума, где она смогла познакомиться с интересными авторами, которые писали свои шедевры под высоким рейтингом.
Началось все с банальных рассказов тематического жанра, закончилось просмотром лесби фильмов и сериалов, где она с таким интересом и сексуальным возбуждением смотрела на эротические сцены между героинями. Казалось, её мир перевернулся с ног на голову, привычные стереотипы были разрушены, и она окончательно перестала обращать внимание на мальчиков. Машка начала подражать главным героиням своих сериалов, начала обращать внимание на своих подруг и одноклассниц, и ей казалось это абсолютно нормальным и естественным.
 
 
Своим секретом она поделилась с подругами, которые к этой ситуации отнеслись неоднозначно. Нет, девушку они, конечно, поддержали, однако не восприняли увлечение Маши всерьёз. Тем более эта тема для нее казалась слишком личной даже для обсуждения со своими близкими подругами. Постепенно она все больше времени проводила в разных тематических группах «Вконтакте», потом начала знакомиться с новыми людьми. И наконец познакомилась с Александрой, отношения с которой через несколько месяцев сошли на нет. А вот осадок от происходящего, конечно, остался. Виделись они всего однажды, через три месяца своего знакомства. Они очень мило общались, и Машке показалось, что её избранница идеально ей подходит. Девочка сама нашла время для того, чтобы приехать к своей знакомой в другой город. Был апрель — достаточно тепло для того, чтобы девушки несколько часов ходили по набережной и разговаривали. Тогда и случился её первый настоящий поцелуй, который надолго отпечатался в сознании юной девочки. Еще долго ночи напролёт она вспоминала этот сладостный миг, где чувствовала себя по-настоящему нужной кому-то и счастливой.
 
 
Но разве об этом могла Маша сказать своей маме? Разве она могла так бездумно поступить? Конечно, нет. Она ждала того самого светлого взаимного чувства, которое, по её мнению, должно вот-вот произойти. Она искренне надеялась на понимание родителей, когда сможет закончить школу и признаться им в своей тайне. Она хотела верить, что мама и папа поймут её выбор и примут его, как данность. Поэтому сейчас девушка размешивала ложечкой сахар в чае, слушая вполуха о том, что говорит её мать.
 
— Мам, скоро будет родительское собрание, ты на него не попадаешь, поэтому класснуха вызывает тебя в школу. Сходи на этой неделе, хорошо? — сказала Машка, задумчиво выглядывая в окно.- Да, конечно, я думаю, что смогу уделить немного времени перед отъездом, — ответила Светлана Владимировна.
 
 
 
— Ну ненавижу я вашу математику, ненавижу! — Хватаясь за голову, ходила взад-вперёд Машка, пока Алиса и Танька от усталости закатывали глаза.
 
— Рыжова!!! Ну как можно быть такой тупой! У нас через десять минут контрольная, а ты даже таблицу умножения путаешь. — Сказала Танька, разводя руками в стороны.
 
— Теть Ир, угомоните свою дочь, а, — жалобно простонала Машка Танькиной маме, в кабинете которой и закрылись три подружки для того, чтобы хоть немного подготовиться к предстоящему кошмару, — А ещё лучше, поговорите с директором, может меня хоть на второй год оставят, я больше не могуууу, — взмолилась девушка, хватаясь за голову руками.
Танькина мама еле заметно улыбнулась и продолжила заполнять журнал, не замечая присутствия девчонок в классе.
 
— Так, — отрезала Алиса, решившая, что-то, чем занимаются девчонки сейчас, полный бред. 
— Перед смертью не надышишься. Первые три номера контрольной будут такие же, как и у меня, — затараторила рыжая, — меняешь мои цифры на свои и будет тебе счастье. И ради всего святого, давай как в седьмом классе, решай все сначала на черновике. Далее в четвертом задании раскрываешь уравнение по формулам, и ничего больше не трогай, я сама разберусь, успеть бы все сделать, — пояснила девушка и тут же начала собирать учебники.
 
— Алисааааа, если я напишу хотя бы три, я буду героем, я ни черта не понимаю и так. Нет задач, нет условий, одни многочлены и переменные, одни формулы.
 
— Тань, в общем подстрахуй меня как обычно, если успевать не буду. Сама понимаешь, тут нет вариантов. Училка новая, поведется с непривычки, — обратилась Алиса к подруге.
 
— Алиса! У Таньки скоро крови из-за ваших штучек в организме не останется, — строго сказала теть Ирина, — а у Ольги Валерьевны приступ паники начнется!
 
— Не начнется, мам, — улыбнулась Танька, — видела б ты глаза Слюни на контрохе по биологии, — после Танькиных слов девчонки засмеялись, — так Слюня ж выжила.
 
— Не знаю, каким богам говорить спасибо, что я была на больничном, а то б мне кажется я б там вместе с вашей биологичкой рядом легла, — с юмором ответила теть Ирина.
 
Надо сказать, что у Татьяны было сосудистое заболевание с непонятным никому названием, которым девушка иногда пользовалась в корыстных целях, чтобы отвлечь учителей. Схема в экстренных случаях работала на ура. За пять минут до конца звонка Танькин сосед по парте, Илюхин, аккуратненько заезжал ей по носу то локтем, то книгой. И уже через секунду кровь фонтаном лилась из Танькиного носа, пугая всех учителей до ужаса. Девчонки, естественно, бросались на помощь своей подруге, которая через охи, ахи, а иногда даже мнимую потерю сознания вселяла ужас в глаза учителей. А потом, после уроков, смело подходили и дописывали задания, которые были вовремя переписаны на отдельный листочек и дорешаны в туалете кем-то из девчонок.
 
— Рыжова, — обратилась Ольга Валерьевна к Маше, — раздай тетради для контрольных работ, у нас всего лишь 45 минут, — так что всем советую настроиться на рабочее настроение.
 
— Что-то она сегодня не в духе, — прошептала Алиска Таньке, складывая учебники со стола в портфель.
 
— А то, — отозвалась она, — мне кажется, мы ей порядком надоели со своим балаганом.
 
— Татьяна! — Пригрозила Ольга Валерьевна своей ученице, — разговорчики оставьте для перемены. У тебя хоть и нормальная успеваемость, но до конца полугодия еще очень далеко.
Машка живенько разбросала тетради по партам учеников и принялась решать задания, которые были распечатаны персонально для каждого. — И да, чтобы я не гадала на картах, не забудьте, пожалуйста, указать свой вариант, — сказала учительница, не отрываясь от журнала.
 
 
Минуты таяли на глазах. Машка написала от силы два номера и в них была абсолютно не уверена. За окном светило яркое солнышко, а она вынуждена была сидеть и думать о синусоидах, которые никак ей не хотели поддаваться. Лиса строчила, черкала, злилась, решала, перерешивала задания и вот, за 20 минут практически вся контрольная была сделана. Танька тоже не отставала, и иногда ей даже удавалось достать формулы, выписанные на листочек, и остаться незамеченной. У Машки такой возможности не было. И, признаться честно, даже если бы ей удалось достать заветные формулы, она всё равно не смогла бы их применить по назначению. Она сидела строго перед учительским столом и с очень умным видом выводила каракули, изображая бурную деятельность.
 
 
— Покажи, — тихий шепот Лисы и Машка чуть придвинула свою тетрадь ближе к подруге, — я так и знала, что накосячишь. Блин, с первого номера придется решать, — бубнила она себе под нос, в ужасе хватаясь за голову.
 
За пять минут до звонка в Машкиной тетради красовалось три с половиной номера, в которых не было сомнений.
 
 
— У тебя четвертый номер сложнее, чем у меня, — еле слышно Лиса прошептала она Рыжовой.
 
— Я и этому рада, Лиса, может хоть на четыре с минусом написала? Ты меня и так выручила. Может так оставить? — спросила она у рыжей.
 
— Не знаю, вдруг я накосячила опять. Ладно, я уже его переписала, посижу подумаю над твоим номером позже, — с этими словами Лиса роняет ручку, что говорит о начале их задумки.
 
— Илюхин, — процедила Танька однокласснику, наблюдая как Алиса сделала условный знак, — если у меня как в тот раз будет синяк, ты у меня получишь, — а сейчас, давай, действуй, и без глупостей!
 
— Я достану твою ручку! — резко на весь класс проорал мальчишка так, что напугал пол класса, и полез под стол в поисках заветной шариковой ручки.
 
 
Далее все как в дешевом фильме ужасов. В «случайно» оказавшийся рядом нос Татьяны попадает огромный локоть Илюхина. Вся вторая парта залита кровью, кроме конечно тетрадей для контрольных работ, которые лежали отдельно, Вадим в ужасе и оцепенении кричит, что он ничего не делал и доказывает это всему классу и завучу, которая проходила мимо в этот момент. Машка орёт как ненормальная на своего неосторожного одноклассника, Танька кричит и ахает на весь класс, закатывая глаза и шатаясь. Лиса подбегает к Татьяне и сажает её прямо на залитый кровью стол и запрокидывает голову. Ольга Валерьевна дает команду одному из учеников бежать за медсестрой, другому за мамой потерпевшей. Сама же, подлетев, к жертве нелепой случайности, протягивает влажные салфетки и что-то лепечет.
Сказать, что Ольга Валерьевна не на шутку испугалась, не сказать ровным счетом ничего. Контрольная была сорвана, Танька была отправлена в медпункт под пристальным наблюдением подруг, Илюхин в очередной раз объяснял, что он ни в чём не виноват, сначала математичке, которую после такого дивного урока в учительской отпаивали пустырником и валерианой, потом завучу, потом классному руководителю, потом директору. Девчонкам в очередной раз влетело от тёти Ирины. Ольга Валерьевна, конечно же, разрешила девочкам дописать свои работы и дала им немного времени после уроков.
 
 
Танька стояла в проходе между парт и ждала подруг, так как она всё успела написать. Лиса проверяла свою работу, что-то при этом спрашивая учительницу. Машка же переписывала выученные наизусть формулы и уравнения в тетрадь. Как вдруг зазвонил телефон Ольги Валерьевны, мелодия которой заставила девушку встрепенуться. Esthero — I Drive Alone — Машка знала эту песню наизусть. Так же Машка знала ОТКУДА именно эта песня.
 
 
— Не отвлекайтесь, вам ещё три минуты, — с этими словами учительница, взяв телефон, вышла из класса.
 
— Ахереть! — Сказала Машка вслух. — Девки, в моей жопе не удержится столько воды так долго. Лиса заканчивай и пошли отсюда.
 
 
 
Через минуту работы девчонок лежали на столе у учительницы, а сами они направлялись в курилку, за гаражи.
 
 
— Нет, ну вы видели глаза математички, когда все случилось, — смеялась Лиса.
 
— Лично мне было вообще не до этого, — сказала Танька, придерживая салфеткой еще немного подступающую кровь из носа.
 
— Да, блин, что-то в этот раз сильно Илюхин тебя задел. Мы вон тоже все в крови. — Сказала Машка, осматривая свою футболку, — Мне стыдно, что ты опять из-за меня пострадала, — Машка виновато посмотрела на свою подругу, которая, достав пачку очередных салфеток, заткнула ими ноздри.
 
— Мари, — улыбнулась Танька, — ничего страшного, мне уже не больно, забудь, — с этими словами девушка повесила свою сумку на штырь у гаража.
 
— Дай сигу, Маш, — обратилась Лиса к подруге.
 
— Держи, — Машка протянула девчонкам сигареты и они, наслаждаясь последними тёплыми лучами солнышка, сидели и ещё долго дурачились.
 
— Да, кстати, Маш, ты чего нам рассказать-то хотела, а то мы мой нос уже десять минут мусолим, — спросила Танька, глядя на подругу.
 
— В общем, — замялась девушка, — я конечно не уверена, — протянула она, — но у меня есть серьёзные подозрения, что наша алгебраичка лесби.
 
— Да ладно???? Ты чего молчала столько? Ты её с бабой какой видела, да? — заинтересовалась Лиса и подлетела к подруге.
 
— Да в том-то и дело, что если бы я увидела её с кем-то, то сомнений у меня бы не было, а тут…
 
— Рыжова, не тяни, ты же знаешь, мы из тебя всю душу вытрясем!!! — настояла Татьяна, открывая пачку чипсов.
 
— Помните, я вам про лесби-сериал рассказывала этой весной? — начала Машка, вопросительно взглянув на своих подруг.
 
— Какой именно? — спросила Лиса, — Ты всю голову ими нам забила, — добавила девушка улыбаясь.
 
— «Секс в другом городе». Ну тот еще, с кошмарным переводом, — не унималась Мария.
 
— И?.. — Не выдержала Танька.
 
— Что «и»? Помните, я вам ещё приносила его нарезки, и там сцена была, где две девушки у бассейна. Тебе ещё одна из них понравилась, Алис.
 
— А, поняла, — Лиса утвердительно закивала головой. — Это там пацанка такая с членом накладным классно жарит дамочку под сорок, — рассмеялись рыжая.
 
— Да ну вас, блин. Так вот, песня там в этой нарезке была. Вставка в самом сериале. Я тебе ещё, Тань, скидывала её отдельно, помнишь? — спросила она у другой своей подруги.
 
— Да помню, и что ты этим хочешь сказать? В фильме этом наша Ольга не снималась, песню она эту тоже не поёт. К чему разговор? — Спросила Татьяна.
 
— Да в том-то и дело, что именно эта песня стоит у неё на звонке, вы понимаете? — Машка посмотрела на своих подруг, которые вылупили глаза и не могли сложить в уме такие очевидные, по мнению Машки, факты.
 
— И что? — Лиса как-то странно посмотрела на подругу.
 
— Блин, какая ерунда, Маш. Тебе бабы уже проходу не дают, везде мерещится не пойми что, — Танька снова начала поправлять салфетки, делая при этом вид, что тема ей не интересна.
 
— Да вы что такое говорите? Может быть, вы сговорились? — Машка была в негодовании, но еще раз решила разложить своим подругам все по полочкам и добавила, — во-первых, эта песня играет в лесби сериале, во-вторых, играет в очень и очень горячей сцене, в-третьих сериалу несколько лет, в-четвертых- его в России не показывали, в-пятых — ну ни разу эту песню не транслировали по радио и телевизору, я бы запомнила, — Машка уверенно загибала пальцы, доказывая свою правоту. — Эта песня у неё на звонке не случайно.
 
— Ну, хорошо, — сказала Лиса под давлением перечисленных фактов, — но согласись, это ничего не доказывает. Что ты собираешься делать с этой информацией и, самое главное, для чего тебе это? — она подкурила очередную сигарету.
 
— Блин, — оживилась внезапно Танька, что аж встала со своего места и прошлась взад-вперед, — а давайте будем следить за ней? Посмотрим, с кем она встречается, куда ходит, это так интересно, — глаза девушки заблестели.
 
— А мы не спалимся? — Как-то неоднозначно сказала Машка.
 
— Да с чего ты взяла? Давай я Артёмку своего попрошу, в машине будем сидеть, — Таньке идея со слежкой понравилась, и она уже была в нетерпении.
 
— Лично я больше не могу зубрить вечерами, — сказала Лиса, — поэтому я только за!
 
— Девчонки!!! — Радостно сказала Машка, — какие вы у меня хорошие, я вас просто обожаю!!! — после этих слов она начала душить в своих объятия подруг по очереди.
 
— Рыжова, ты ебнулась, — заорала, как ненормальная, Танька, у которой из носа хлынул очередной поток крови.
 
— Бля, — нервничала Алиса, — ты точно записала номер машины математички? — спросила она у Машки, — мы не могли ее пропустить? Сидим тут, как дуры, битый час.
Девчонки решили сразу же приступить к своей хитрой задумке. Ровно в пять часов Лиса, Танька и Артём подъехали на машине за Машей, и та вышла ровно через секунду. Они вскоре оказались у ближайшего двора около школы и принялись следить за ничего не подозревающей Ольгой Валерьевна аж в восемь глаз. Только она почему-то долго не показывалась на их горизонте.
 
— Да стопудово мы пропустили вашу кралю, — сказал Артём и нервно начал стучать по рулю пальцами.
 
— Артём, не раздражай своим стуком, — нервничала Лиса, — видишь, в окне её кабинета еще свет горит и шторы не задернуты.
 
— Да чего она в школе-то так долго? — озвучила интересующий всех вопрос Машка.
 
— Да контрольные наши проверяет, — сказала Танька. — Зай, — обратилась она к своему парню, — ты не злишься, что я тебя вытащила, правда? — девушка невинно захлопала ресницами.
 
— Конечно не сер… — не успел сказать Артем свою фразу, как Алиса всех перебила:
— Смотрите, свет погас. Она сейчас выйдет.
 
Ребята приготовились.
 
— Ну, и куда она едет, интересно, — размышляла Танька, смотря на впереди едущий Мицубиси, — её дом в другой стороне, я через маму все проверила.
 
— К любовнице она едет, — не унималась Машка, с интересом просовывая свою голову на переднее пассажирское сидение, стараясь не пропустить машину.
 
— Интересно, — сказала Лиса, — а вдруг она нас заметила? А я тут сижу, курю, — как-то тише сказала девушка, будто испугалась того, что новоиспеченная учительница не только их уже заметила, но и давно подслушивает.
 
— Да не переживай, — успокоил девушку парень, — не заметила она нас. Кури давай.
 
— Ну, нас она может быть и не увидела из-за тонировки, — смеясь добавила Машка, — а вот зеленую полуразвалившуюся «Копейку», которая едет от самой школы прямиком за ней, не заметить на дороге — целое преступление. Чувствую себя, как в танке.
 
 
После Машкиных слов девчонки закатились звонким смехом, а Артём, что-то недовольно бурчал. Машина ехала еще не больше десяти минут, и в итоге юные конспираторы оказались на автовокзале. Встали подальше от черного Лансера и наблюдали со стороны. Через пять минут дверь салона открылась и ребята увидели, как Ольга Валерьевна направляется в сторону остановки, куда подъехал какой-то автобус. Не прошло и двух минут, как высокий парень, выйдя из автобуса с большими тяжелыми сумками, словно ребенок подбежал к Ольге Валерьевна, а та, в свою очередь, бросилась ему на шею. Парень закружил ее в своих объятиях, после чего загрузил свои вещи в багажник и сам сел за руль.
 
 
— Ну и что ты на это скажешь, Машка? — спросила у нее Алиса.
 
— Скажу, что зря потратили свое время, да и вообще, — вздохнула девушка, — мало ли откуда у неё песня на звонке, — горько сказала она.
 
С этими словами машина направилась в город, развозя одноклассниц по домам.

Стр 4
— Витёк! Витёк!!! — Стук в дверь, — Вставай, тебе в школу пора, — стук в дверь более настойчивый.
 
— Бля, Женька, как это отвратительно слушать. Как. Это. Отвратительно. Слушать.
— Повторила Ольга, повернувшись на другой бок и закрыв лицо подушкой, — Я что, два раза сказала одно и то же? — в ее голосе было что-то обречённое. — Я ещё не протрезвела.
 
— Олька!
 
— Да входи ты уже, не голая я тут, — раздраженно накрылась с головой одеялом, и повернулась на бок.
 
Молодой парень вошел в комнату и с разбега прыгнул к ней на кровать.
 
— Время шесть утра. Я спала всего три часа, какого хрена ты меня так рано разбудил?!
 
— Хотел над тобой поиздеваться, — он залез под одеяло.
 
— Вот, правильно, обнимай давай меня, я ещё полтора часа могу поспать, — пробубнила она, — вздумаешь храпеть мне на ухо, задушу.
 
— Оль, — протянул парень, — ты пить будешь? Воды тебе принёс.
 
— Отвали, — с этими словами Ольга ещё ближе придвинулась к парню, — спи давай.
 
— А помнишь, когда я был совсем мелким, то прибегал к тебе в комнату? — спросил Женька.
 
— И рыдал во время грозы, как девчонка малолетняя, — закончила фразу она, — спи уже. У меня есть еще полтора часа, мне только к третьему уроку.
 
— Я не рыдал. Я просто скулил тебе в плечо. Все. Спим, — с этими словами Женька отключился.
 
Надо сказать, что они были не только братом и сестрой, но и друзьями не разлей вода. Женька младше сестры на пять лет. Сначала бойкая и смелая, Оля гоняла всех пиздюков на районе, которые обижали мелкого, а вскоре мелкий вырос и превратился в шкафа, который горой стоял за свою сестру на разборках покрупнее. И вот, отучившись в институте на программиста, отслужив в армии, хорошенько возмужав и набравшись сил у родителей дома, приехал к своей любимой сестре.
 
Резкая мелодия будильника разбудила Ольгу и, пересилив себя, а также головную боль и тошноту, встала с кровати.
 
— Ну что, — потрясла она за плечо мирно посапывающего брата, — ты будешь вставать или поспишь ещё?
 
— Щас встану, — пробубнил он и сел на кровать, обхватив руками лицо, и добавил, — Я не представляю, как ты сейчас пойдешь учить своих любимых деток.
 
— Ага, они такие милые, — она встала и взяв полотенце из шкафа, продолжила, — я в душ. А с тебя завтрак.
 
— Эй, — парень кинул в девушку подушкой, — так нечестно.
 
Ольга ловко увернулась от подушки прошла мимо неё и закрыла дверь в комнату, сделав вид, что ничего не слышала. Стоя под струями прохладной воды женщина чувствовала, что ей становилось легче. В голове вертелись различные планы о том, как прожить сегодняшний день без осложнений на черепную коробку. Слишком долго они не виделись. Слишком много они выпили, забыв про время и часы. Женя с упоением рассказывал про службу в армии, про свои неудавшиеся романы с девочками, про козла ком роты Борисенко и тому подобное. Ольга слушала рассказы недоделанного Казановы и смеялась от души. После того, как устроилась в среднюю общеобразовательную школу учителем математики, времени на такие посиделки и застолья практически не осталось. Всё свое свободное время она делила на написание планов, методических рекомендаций для новых учеников и, естественно, на проверку тетрадей. Поэтому приезд брата смог отвлечь Ольгу Валерьевну Витько от всей этой школьной суматохи хотя бы на один день.
 
Надо сказать, что Ольга очень волновалась перед своими учениками, особенно перед старшими классами. Если дети помладше смотрели на нее снизу вверх, впитывали, как губки, все её слова и боялись даже пошевелиться на уроках, то старшеклассники, как минимум, относились к ней, как к равной. Когда директор сообщил учительнице, что помимо малышей даст ей еще и два гуманитарных выпускных класса, Ольга растерялась не на шутку. Пришлось даже купить несколько книг по психологии, чтобы хоть как-то суметь завоевать уважение и авторитет у старшеклассников в первые школьные дни, что в принципе ей и удалось.
 
Выпускники за две неполные недели освоились с новой учительницей. Перестали подкалывать её пошлыми шуточками. Лишь однажды ей пришлось пригрозить директором, когда девятиклассники устроили драку в её кабинете на перемене. Однако, конфликт не без помощи учителя удалось решить мирно и достаточно быстро, и вот к середине сентября старшеклассников, наконец, удалось настроить на рабочую обстановку и на подготовку к выпускным экзаменам. Работа вошла в привычную колею, уроки проходили гладко и спокойно, что, естественно, не могло ее не радовать.
 
Коллектив учителей принял молодую коллегу неоднозначно. Дамы пенсионного возраста судачили первое время о ней без умолку, стараясь обмыть ей кости со всех сторон.
 
— Её прическа слишком вульгарна для учителя, — шептались у неё за спиной завуч по воспитательной работе и завхоз во время очередного чаепития в учительской.
 
— Прическа слишком строга для такой молодой девушки, — буквально на следующий день услышала она краем уха опять же от этих пожилых модниц.
 
— Слишком яркий вызывающий макияж, — осуждающе судачили они.
 
— Олечка, вы сегодня такая бледная, подкрасьте хотя бы губы, а то вы похожи на рыбу.
 
За первую неделю работы Ольга Валерьевна услышала очень много ядовитых колкостей в свой адрес от пожилых ценителей женской красоты. То слишком высокие каблуки на ней сегодня. То, надев однажды балетки с ее ростом сто шестьдесят пять, Ольгу, Виталина Павловна Штольц, заслуженный учитель немецкого языка по версии восемьдесят девятого  года, не смогла отличить на перемене в толпе учеников. Про декольте и отсутствие его, про слишком броский маникюр и про очень резкий запах её туалетной воды так же прошлись не один раз. Но после того, как учительница музыки, Зоя Семеновна Иванова, которой было уже за семьдесят лет, умудрилась рассмотреть через свои хрен знает какие диоптрии очков, шрамик от пирсинга на брови, который Ольга сняла на той неделе, та перестала обращать внимания на такие замечания и тихонько умирала от смеха.
 
За такое небольшое время работы в школе девушка смогла подружиться лишь с физруком Семёном Анатольевичем, которому было около тридцати пяти лет, и молоденькой англичанкой, вышедшей недавно из декрета. Иногда во время большой перемены Семён заходил к девушке в кабинет, и они тайком бегали к нему в подсобку покурить.
 
Вот и сегодня, во время большой перемены в учительской, слушая, как завуч и немка Штольц подозрительно громко рассказывают какая замечательная жена и дочь у физрука Сёмочки, поняла, что эти две курицы каким-то чудом видели их в спортзале.
 
— Ольга Валерьевна, — с этими словами к девушке подошла классная руководительница одиннадцатого «Б» Инна Анатольевна, — позвольте вас на пару слов в кабинет.
 
— Да, пойдёмте, конечно, — сказала Ольга, — сейчас, я только журнал возьму.
В кабинете Ольги Валерьевны Инна Анатольевна продолжила:
— Понимаете, в моем классе, есть одна ученица, Маша Рыжова. Это та, которая с Алисой сидит прямо на первой парте, вот тут, — женщина показала на место рукой.
 
— Да, да, я практически уже всех запомнила, — сказала молодая учительница.
 
— Так вот, — продолжила женщина, — её родители крайне редко могут посещать родительские собрания в связи с загруженностью.
 
— Что вы имеете в виду? Они не воспитывают дочь? Маша мне показалась крайне спокойной и дружелюбной девочкой, математика у неё хромает, но в общем претензий к учебе у меня нет, — удивилась Ольга Валерьевна.
 
— Да не в этом дело. Маша из достаточно состоятельной и интеллигентной семьи. Её родители несколько раз уезжают по работе в другой город, и девочка живет в основном одна.
 
— Очень странная ситуация, — подметила Ольга, — К чему вы ведёте?
 
— Я, как классный руководитель, а также Ирина Михайловна — мама подруги Маши, Танюши Корнеенко, тоже вместе учатся, они втроём с Алисой бегают всегда, — поясняла Инна Анатольевна, — за ней следят должным образом. Хочу добавить, что девочка полностью самостоятельна и ответственна, поэтому у меня нет претензий ни к ней, ни к её успеваемости, ни к ее родителям. Хочу вам дать мой сотовый телефон, чтобы вы могли при возникновении каких-либо проблем сразу же обратиться ко мне.
 
— А, да, конечно, давайте листочек, я обязательно сообщу вам, если что-то изменится, — сказала Ольга.
 
— И ещё. Мама Маши сегодня должна к вам подойти познакомиться, не откажите ей в любезности. Договорились? — улыбнулась Инна Анатольевна.
 
— Без проблем, — улыбнулась в ответ Ольга Валерьевна.
 
— Странно, — подумала про себя Ольга, — девочка живет одна, тихоня, чуть ли не отличница. Эх… мне бы в свои годы её счастье, — мечтательно разулыбалась девушка…
Ольга взяла свой мобильник, набрав несколько цифр, сделала дозвон своему школьному приятелю.
 
— Семен, в учительской полный хаос, — рассмеялась Ольга.
 
— Что такое? — Послышалось на другом конце провода.
 
— Меня завуалированно назвали обольстительницей чужих мужей. Имели в виду тебя.
 
— О Господи, неймется старым клюшкам, — начал причитать Семен.
 
— Я курить хочу, но мне не пятнадцать, не пойду же я в женский туалет. А к тебе пути закрыты, — размышляла Ольга, — около тебя же кабинет завхоза. На Новый год обязательно подарю ей бинокль.
 
— Так до конца перемены еще двадцать минут. Сходи до местных гаражей, вспомни молодость, — в голосе физрука появились нотки сочувствия.
 
— Ладно, Сёма, придумаю что-нибудь.
 
— И черт меня дернул идти ныкаться в гаражи, — думала про себя Ольга, — надо было сесть в машину, вот чёрт.
 
Учительница, ругая себя за то, что надела небольшую шпильку, шла по щебню и материлась про себя. Найдя более или менее подходящее место, где ее никто бы не мог найти, Ольга достала из сумочки план методической работы, в файлике, постелила его на самодельную скамейку, села и закурила. Надо сказать, что место она выбрала отличное. Ей, из-за угла было прекрасно видно всех, кто собирался бы нарушить её уединение. Поэтому, когда она увидела Машку Рыжову, шагающую в ее сторону, то смогла ещё несколько секунд оставаться незамеченной. Дождавшись, пока девушка достанет свою пачку сигарет и начнет рыться в сумке в поисках зажигалки, Ольга Валерьевна начала разговор.
 
— Маша, я надеюсь ты сюда случайно зашла, — хитро улыбаясь сказала Ольга, обращаясь к своей ученице.
 
Рыжова, понимая, что деваться уже некуда и её карта бита, сказала:
— Да, Ольга Валерьевна, — улыбнулась девушка в ответ, — иду я себе такая мимо помойки, дай думаю посмотрю, что там, за гаражами. Ей Богу, в первый раз здесь.
 
— А синий Винстон? — учительница взглядом указала на пачку, которую девушка держала в руках, и сама же демонстративно затянулась, выпуская едкий дым изо рта.
 
— Вы знаете, — понимая безвыходность ситуации и плачевность положения, Рыжова включила актрису, — нашла по дороге сюда.
 
— Иди садись, балбеска, — Ольга Валерьевна заботливо достала еще один документ в файлике и постелила ей рядом, приглашая ее тем самым сесть вместе.
 
— А у вас будет зажигалка? — осмелилась спросить девушка.
 
— Держи, — протянула она ей огонёк, — но при одном условии.
 
— Могила, я все поняла. — Сделав заветную затяжку и осмелев, Машка задорно посмотрела на свою учительницу.
 
— И где твои подружки? — разговор надо было все-таки начинать, поэтому Ольга решила нарушить тишину первой.
 
— А, они в столовке сейчас, — сказала Машка, — А вы давно курите? — не удержалась девушка от вопроса.
 
— Лет семь, — сказала Ольга, немного подумав, — а ты?
 
— С того года начала, попробовала и мне понравилось. Потом втянулась, — сказала Маша.
— Разговаривала с твоей классной руководительницей по поводу тебя, — Ольга Валерьевна так мастерски кинула бычок в сторону, что Машке не удалось скрыть удивления.
 
— Ого, и что там?
 
— Да ты знаешь, я могу сказать про тебя одно, — с этими словами учительница достала из сумки пачку сигарет и, увидев, что, их у неё не осталось, выкинула пачку в сторону.
 
— Держите, — Машка протянула ей свою пачку, — возьмите несколько. Вам, я думаю, не два урока сидеть осталось, как мне, пригодятся, — понимающе произнесла Машка.
 
— Спасибо, — отозвалась учительница, — спасибо за заботу. Так вот, Рыжова, ты мастерски умеешь произвести положительное впечатление о себе, — сказала Ольга Валерьевна, держа сигарету в зубах и подкуривая ее, — С виду красавица, — затяжка, — умница, — выдыхает дым, — умнее даже многих отличников. Да, да, я посмотрела журнал успеваемости, — Ольга Валерьевна закивала головой в этот момент, — живешь одна, не прогуливаешь, ответственно подходишь к домашнему заданию. Я, когда сегодня это всё услышала, сразу подумала, что не так-то ты проста на первый взгляд. И вот, — учительница развела руками, — только поговорили об этом, и кого же я встречаю в курилке? Конечно же, комсомолку Марию. Только вот за красный галстук тебя подвесить надо. И что-то мне мое нутро подсказывает, что курение — это детская шалость по сравнению с тем, что на самом деле происходит.
 
Услышать это от Ольги Валерьевны Машка никак не ожидала. Признаться честно, она сначала даже растерялась и не знала, что же ответить. К счастью, в это время где-то вдалеке послышались чьи-то голоса, спасая Машку от возможности что-то сказать в ответ.
 
— Надо бежать, — сказала Ольга, стреляя сигаретой на землю, — не хватало, чтоб меня здесь полшколы увидели, да и звонок скоро.
 
— Тихо, — Машка накрыла своей рукой руку учительницы, и тут же осеклась, убрала ее, — не факт, что ребята именно сюда идут. Сидите тихо.
 
— Нет, Машка, пошли отсюда, — с этими словами Ольга Валерьевна встала и направилась к выходу.
 
— Да нет же, не сюда, — в один шаг Мария догнала математичку, — я знаю, как отсюда уйти незамеченным. За мной, — указала девушка в другую сторону.
 
— Отвратительно! Нет, это полное безобразие! — Возмущалась Ольга Валерьевна, раздавая контрольные работы, написанные накануне 11 «Б» классом. — Четыре пятерки! Всего четыре пятерки, и то! У Кого? — продолжала она, небрежно раздавая тетради ученикам. — Нет, я понимаю, лето, все всё забыли, но не до такой же степени. Адросова! Золотей мы золота видали, чем твоё несостоявшееся! Держи! Заслуженная тройка, — с этими словами Ольга Валерьевна дала отличнице класса ее тетрадь. — Хорошисты пишут лучше.
 
Класс тревожно загудел. Ученики с ужасом открывали тетради и вместо ожидаемых оценок, увидели двойки и тройки.
 
— Илюхин написал лучше тебя, Наташа, — Ольга Валерьевна обратилась еще к одной девушке, которая увидев в своей тетради три с минусом, поджала губы.
 
— В классе больше двадцати человек! Я понимаю, что уделить внимание каждому столько сколько нужно, я не могу. Но и выставить в ряд двойки я так же не имею права! — учительница села на свое место и обратилась к ребятам. — Предлагаю сделку! Но, предупреждаю сразу. В этом полугодии каждому из вас я дам ровно по два шанса. Согласны?
 
— А что за сделка? — крикнул кто-то из последних парт.
 
— Сейчас поднимут руки те, кто хочет, чтобы его оценка за контрольную была поставлена в журнал. Остальные же придут ко мне на пересдачу ровно через неделю. Как вам мое предложение?
 
Класс одобрительно закивал головой.
 
Примерно через десять минут, когда очередной оболтус решал задания у доски, Ольга Валерьевна решила достать из сумки планы и методические рекомендации. Понимая, что тех в сумке не обнаружено, запаниковала. Однако быстро сообразив, что оставила их за гаражами, испугалась еще больше. Решение проблемы пришло за долю секунды.
 
— Раз вы такие разгильдяи все, посмотрим, как вы делаете домашнее задание. Первые парты, дружно передали мне свои тетради.
 
Все ученики, в том числе и Рыжова, покорно сдали работы учительнице. Ольга быстро взяла нужную работу. Открыла страницу и мельком проверив содержание домашки, спросила:
— Рыжова! Где упражнение сто двадцать восемь?
 
— Ольга Валерьевна, я вообще там запуталась и так ничего не поняла, — замявшись ответила девушка.
 
— Хорошо, однако это упражнение достаточно легкое, если знать эту формулу, — с этими словами учительница в тетради написала незамысловатое выражение. — Давай так, я сейчас тебе решаю с пояснениями это задание, а ниже пишу подобное уравнение, которое ты мне вскоре покажешь? Договорились?
 
Машка лишь кивнула головой. Через две минуты учительница передала девушке тетрадь.
 
— Маша, открой и перечитай, тебе всё понятно? Посмотри внимательно, если остались вопросы, задавай.
 
Завидя, как Алиса собирается вместе с Машкой смотреть содержимое тетради, тут же добавила:
— Алиса, подойди сюда, мне немного непонятно, почему ты решила взять это равенство за основу…
 
Тем временем Маша, открыв тетрадь вместе с формулами и решением уравнения, увидела листочек и принялась читать.
 
«Маша, делай что хочешь, но как только прочтешь записку, отпрашивайся у меня выйти из класса. Бегом в гаражи. И сумку прихвати. Там лежат документы, я их забыла. С меня причитается.»
 
Переглянувшись с Ольгой Валерьевной, которая делала вид, что слушала объяснения Алисы, Машка кивнула головой.
 
— Ольга Валерьевна, мне нужно выйти, — подняла руку и обратилась к учительнице.
 
— Маша, что за срочность? — спросила учительница.
 
— Ну, мне очень надо, — настояла девушка.
 
— Даю тебе пять минут, скоро начну объяснять новую тему.
 
— Спасибо, я быстро, — встала и взяла сумку направилась к выходу.
 
— Маша, а сумка тебе зачем? — Ольга Валерьевна задала вопрос, понимая, что он явно лишний, но захотела посмотреть, как же эта девочка будет выкручиваться.
 
— Да у нее кран потек, — на весь класс пробасил Семенов и заржал, как и все ученики.
 
— Семёнов, живо к доске! Маша, можешь быть свободна.
 
— Машка, спасибо большое, что выручила, — после уроков Ольга Валерьевна попросила ученицу остаться, — ты даже не представляешь, что сделала для меня, — в глазах учительницы читалась настоящая благодарность.
 
— Да не за что, обращайтесь, — сказала Машка в ответ и уже собралась выходить из класса.
 
— Маш, присядь, — Ольга Валерьевна жестом пригласила девушку вернуться на свое место.
 
— Меня не проведёшь, если ты в домашке не решила такой номер, то как ты решила номер на контрольной? — взгляд учительницы стал серьезнее.
 
— Нет, я правда…
 
— Машка, ну прекрати, я же не буду тебя ругать, в журнале стоит четверка, и я не буду её исправлять, даже если захочу, — с нежностью в голосе и легкой улыбкой сказала Ольга.
 
— Ну что мне вам сказать. Во-первых, — вздохнула девушка, — мне правда ваш предмет не интересен. Во-вторых, я ни черта в нём не соображаю. В-третьих, что самое главное, он мне нужен для поступления, а что с этим делать, я не знаю вообще, — Машка расстроилась, в её глазах читалось недоумение и смятение.
 
— Ну вот, самое главное — то, что ты сама понимаешь это. Давай я с тобой позанимаюсь дополнительно? Ну, хотя бы два раза в неделю до каникул. Я уверена, будет толк, если ты сама этого захочешь.
 
Ольга Валерьевна говорила это так просто, что Машка согласилась, без раздумий согласилась, к тому же, за последнее время девушка сама захотела познакомиться с учительницей математики ближе. И этот шанс упускать школьница не собиралась.

Стр 5
Последние дни сентября выдались крайне холодными. Практически всю неделю шёл проливной дождь. Температура днем едва доходила до плюс десяти. Провожая родителей в командировку поздно вечером, Машка промокла насквозь и замёрзла до трясучки. Болезнь не заставила себя долго ждать, и на следующий день Машка не смогла даже подняться с кровати. Последующие несколько суток для девушки были как в бреду. Она видела, как Лиса приходила и приносила ей таблетки и средства от простуды, но не могла сказать ей даже пару слов. Просто мысленно благодарила за заботу. Танькина мама строго-настрого запретила девушке вставать с кровати и несколько раз вызывала врача на дом.
 
Результат не заставил себя долго ждать. Машка оправилась буквально за неделю. Как только спала температура, девушка остервенело полоскала горло и парила ноги часами. Дышала над картошкой, пила чай с мёдом и с вареньем. У Рыжовой была серьёзная мотивация вылечиться как можно быстрее. Наступал тот день. День, когда она сможет поехать в другой город, в лесби-клуб. Она мечтала окунуться в этот мир и познакомиться с новыми интересными людьми. Она мечтала обрести новых друзей, с которыми сможет общаться на те темы, на которые она не могла бы общаться со своими подругами. Ей надоела скучная обыденная жизнь ничем не заметной школьницы, которую интересуют только книги и уроки. Ей хотелось развлечений. Настоящей шумной компании.
 
И вот этот день наступил.
Проснувшись утром, девушка посмотрела на часы. Как же много ей сегодня нужно успеть. Девушка, приняв душ и позавтракав, выбежала из дома раньше обычного. Она соскучилась по своим девчонкам, которых так давно не видела из-за болезни.
 
В курилке было многолюдно. Ребята судачили о своём. Несколько кучек девчонок разбрелись по углам и что-то между собой обсуждали. Маша, увидев своих подруг, кинулась к ним на шею с расспросами о пропущенной неделе и о самых свежих сплетнях. Девочки тараторили наперебой. Уроки уже давно начались, но троица даже не думала ждать перемены. Общаясь при помощи записок, Машка узнала, что Федерякин стал встречаться с Кудиновой и притащил в школу ей букет роз, прямо на урок. Илюхин снова подрался с мальчишкой из параллели. В очередной раз в школу приходили разбираться родители Полины Артамоновой, увидев в дневнике девушки несколько четвёрок.
 
— Бедная Полинка, — сказала Алиса на перемене, сидя в столовой. — Её родители походу из ума выжили. Павловский сказал, что её отец так орал на нашу класснуху, что стены трещали.
— Ага, мне тоже мама рассказывала, — подтвердила Танька. — Ну вот зачем так её мучить. 
Она даже из дома не выходит.
 
— Татьян, — Машка подвинула к подругам чай, — а сама-то? Со своей медалью вообще нас с Лисой бросила.
 
— Ага, — подтвердила Алиса, — мы в тот раз с Машкой тебя сколько под домом караулили? Хер там! Не вышла!
 
— Ну девки, ну прекратите, я давно уже забила и не зубрю вечерами, — Танька огляделась по сторонам.
 
— Ага, конечно, из школы бегом домой, телефон не берешь. Звоню маме, говорит, уроки делаешь. Нет, если ты втихую с Артёмом поёбываешься, так говори, не стесняйся, мы все в нетерпении, — выпалила Машка на одном дыхании и, глядя на реакцию подруги, которая в этот момент не знала, куда деть свои глаза, поняла, что она оказалась права.
 
— Что??? — Закричала Лиса — И ты молчала?! — задала она Таньке вопрос и придвинулась ещё ближе.
 
— Ну, девочки, как я могла сказать, пока Машка болела? — Танька говорила еле слышно: — Я планировала вам вместе рассказать, как соберёмся, — оправдывалась девушка.
 
— И куда вы собираетесь, дамы? — Раздался голос за спиной, от которого подруги встрепенулись, — Вы не возражаете, если я к вам присяду? — Спросила Ольга Валерьевна и поставила свой поднос на стол рядом с девчонками.
 
— Нет, конечно, Ольга Валерьевна, садитесь, мы не возражаем, — сказала Алиса убирая со свободного места свою сумку, — тем более мы с Танькой сейчас уже уходим, — добавила девушка, глядя на то, что у Машки ещё полная тарелка котлет и макарон, и ей, по всей видимости, придётся остаться.
 
— Маша, — обратилась учительница к девушке, — ты как себя чувствуешь? — в голосе Ольги Валерьевны чувствовалась забота.
 
— Ольга Валерьевна, я уже позавчера себя нормально чувствовала, меня врач не отпускал с больничного. Говорит, столько вирусов сейчас ходит.
 
— Ну и отлично, значит, с понедельника начнём тогда с тобой заниматься, не возражаешь? — Ольга Валерьевна достала свой ежедневник и что-то начала писать.
 
— Здорово, это очень хорошо, — улыбнулась Машка.
 
— Так, вы доедайте, — выпалила Лиса, — а мы с Таней пойдем готовиться к Вашему уроку, ух и задали вы нам на сегодня, — с этими словами Алиса, взяла за рукав свою подругу и потащила ее к выходу, качая головой глядя на свою учительницу по математике.
 
— Глупая, — рассмеялась Алиса, — дай хоть сумку возьму. Машка, не переживай, она будет меня пытать, но я расскажу это только вам вдвоём на нашем месте, после школы.
 
— Да идите вы уже, — сказала Рыжова, краснея от смеха.
 
— Чудные, как дети, — сказала Ольга Валерьевна, обращаясь к ученице.
 
— И не говорите.
 
— «На нашем месте после школы»? Это то самое место что ли? — поинтересовалась учительница.
 
— Нуууу, — замялась девушка, — я…
 
— Да поняла я уже всё, — тепло посмотрела Ольга Валерьевна на свою ученицу, — от вас табачиной порой так прёт, что мне уши закладывает.
 
— Ничего себе, — удивилась девушка, — я даже не знала.
 
— Конечно, не знала, зато я знаю, потому что мои уроки в одиннадцатом «Б» классе начинаются сразу после большой перемены. Да, кстати, — с этими словами учительница достала из сумки сигареты и под столом передала девушке, — не люблю быть должницей. Это тебе за тот раз, как ты мне и передавала.
 
— Ну, не стоило, — сказала Машка, убирая сигареты в сумку. А вы, когда в школе, куда ходите курить, чтоб вас никто не видел? — спросила Машка.
 
— Последнее время, ну после того, как ты заболела, я иду в соседний двор, там я теперь машину паркую, и курю там.
 
— Ну да, хорошая идея, — сказала Машка, отодвигая тарелку в сторону, и делая глоток чая.
 
— Хочешь курить? Тогда пошли. Через пятнадцать минут звонок. — Сказала учительница, вставая с места и забирая за собой поднос.
 
— Уже бегу, — сказала Машка, быстро поставив недопитый чай прямо на поднос и обгоняя свою учительницу.
 
 
— Ого! — Воскликнула Машка, садясь в машину к Ольге Валерьевне, — у вас классная тачка, люблю чёрный цвет, — с этими словами, девушка, устроившись на переднее сиденье, закурила сигарету.
 
— Она красивая, когда чистая, — в шутку сказала Ольга Валерьевна, поворачивая ключ в зажигании и открывая тем самым окно.
 
— А вас здесь как вообще учителя наши приняли? У нас же одни бабки. А вы, как бы это сказать, — замялась Машка, — не очень на учительницу похожи.
 
— Ой, да ты знаешь, я сама разгильдяйка ещё та. А ваши местные крали уже перестали ко мне цепляться. Не любят здесь новеньких учителей. Тем более моего возраста. Вижу, между нами есть очень много сходств. Я в школе девочкой-то примерной была, ну, как ты. А вне школы чудила так, что тебе даже и присниться не может, — загадочно сказала учительница, — и что-то я думаю, что ты тоже немало чудишь, — прищурив глаза, добавила Ольга.
 
— А расскажете? — сказала Машка, заинтересованно поерзав на сидении.
 
— Нет, не расскажу, спать будешь плохо, — в шутку отозвалась Ольга Валерьевна, — маленькая ты ещё.
 
— Да не маленькая я, я уже взрослая, — сказала Машка, слегка нахмурив брови.
 
— Так, взрослая! — строго обратилась учительница к Рыжовой, — Докурила? Бегом в школу пошли, пока меня из-за тебя не выгнали. Сейчас новую тему вам объяснять буду.
 
 
Машка не могла объяснить себе, почему не сказала своим подругам про то, что с Ольгой Валерьевной она достаточно тесно в последнее время стала общаться. Учительница всерьёз попросила хранить её секрет, и девушка собиралась держать язык за зубами. Несомненно, новая учительница математики приглянулась девушке, и ей очень сильно хотелось начать с ней общаться больше. Однако способа, как это сделать, Машка не знала. Весь урок Рыжова неотрывно смотрела на Ольгу Валерьевну. Следила за тем, что говорит учительница, что при этом объясняет, и когда девушка поняла, что она просто смотрит на учительницу впритык, а та в свою очередь поймала этот взгляд на себе, Маша в смущении отвела глаза.
 
Машка за час перемеряла весь свой гардероб. Бесконечные платья, юбки, штаны и футболки лежали кучей на кровати. Девушка собиралась в клуб. Стрелки на часах показывали без четверти семь. Ровно в девять она должна выйти из дома и поехать на автовокзал за билетами в другой город. Время неумолимо бежало вперед. Она решила надеть на вечеринку узкие черные штаны с дырками и потертостями, которые недавно купила, и голубую рубашку, которая подчёркивала выразительные глаза девушки. Накрутив длинные волосы и сделав небольшой начёс, жирно подвела глаза черным карандашом и решила пойти покурить, как в дверь позвонили.
 
 
— Какого чёрта? — увидев своих подруг, которые бесцеремонно завалились к ней домой без приглашения, сказала Машка.
 
Девочки, не обращая внимания на слова своей подруги, зашли в комнату и, увидев жуткий бардак, нехило удивились.
 
— Тут что? Тебя ограбили? — на полном серьёзе сказала Алиса, показывая глазами на кровать, где кубарем лежали все вещи из шкафа вперемешку.
 
— Да ты чего, Лиса, — Танька села за компьютерное кресло и несколько раз покрутившись на стуле, продолжила, — она к своим лёсбочкам собирается. Тут лаком для волос разит, как сигаретами из мужского туалета.
 
— Девки, ну хватит меня подкалывать, — начала возмущаться подруга, — посмотрите, я нормально выгляжу?
 
— Ты выглядишь на все сто, — сказала Танька. — Но я за тебя очень переживаю. Мало того, что ты едешь в другой город одна. Так ещё и идешь в хер пойми какое заведение без поддержки.
 
— Тань, меня девочки встретят на вокзале, а потом мы вместе с ними поедем уже туда. И вообще, хватит уже мне плешь проедать своими нравоучениями. Пошли курить.
 
 
Пока Танька завороженно рассказывала про первый в её жизни опыт с мужчиной, Алиска и Машка разинули рты от удивления и зависти. Девчонки по очереди заваливали подругу разными вопросами и с интересом слушали рассказ Татьяны. Потом девочки помогли Рыжовой полностью собраться, и ровно в назначенное время, стоя на балконе и докуривая хрен знает какую сигарету, увидели машину Танькиного парня, который, подъехав к дому, просигналил, сообщив тем самым, что карета к дому подана и всем можно выдвигаться в путь. Лису завезли домой самой первой, потом ребята, подкинув ее к автовокзалу, поехали кататься по вечернему городу.
 
Дорога в другой город была недолгой, полупустой автобус ехал с достаточно большой скоростью, поэтому уже в начале одиннадцатого девушка была на вокзале, где ее встретили новые знакомые. Кристина и Алина, которые были парой, радушно встретили девушку и, вызвав такси до места назначения, успели ей показать немного ночной город. Когда такси подъехало по указанному адресу, удивившись, сказала:
 
— Девчонки, а почему ни вывески, ни народу нет?
 
— Ты что?! — Удивилась наивности девушки Кристина. — Знаешь, сколько тут гопоты соберётся в таком случае? Об этом месте не стоит судить по обложке, надо зайти внутрь, — с улыбкой сказала она.
 
Когда девочек пустили в заведение, и они оказались внутри, Машка от удивления открыла рот. В просторном холле толпилось много народу. Парни, девушки, все разговаривали между собой, смеялись, шутили, сдавали вещи в гардероб и проходили далее. Показав паспорт охраннику, Рыжова уверенно прошла внутрь самого клуба и, немного осмотревшись, она вместе с девчонками села за столик и заказала несколько коктейлей.
 
 
Первое, что бросилось в глаза девушке, как только она зашла в это заведение, это посетители. Она с удивлением смотрела на то, как за соседним столиком две молодые девушки сидели рядом друг с другом и о чем-то мило говорили. У одной было очень красивое вишневое платье и роскошные каштановые волосы, спадающие на грудь. Другая была одета иначе, но не скромнее другой девушки. Белый топик на голое тело, открывал взор всем посетителям клуба на ее прелести, а короткая кожаная юбка приковывала внимание к ее длинным ногам. После пары минут общения, девушки начали неистово целоваться, после чего вышли из-за столиков и скрылись в толпе.
 
 
 На первом этаже, где сидели девчонки, стояло несколько десятков столиков, за которым сидели незнакомые Машке люди и выпивали. Позади неё находился огромный танцпол, забитый людьми. Около бара так же толпилось много народу. Официанты бегали на износ, только успевая обслуживать клиентов. Машка с интересом наблюдала, как двое парней зажимались в углу, никого при этом не стесняясь, как две женщины за сорок мило общались друг с другом за барной стойкой, как парень, переодетый в женские одежды, клеился к суровому байкеру. Рыжова за этим всем действием наблюдала несколько минут, пока официант не принёс девушкам коктейли.
 
Как оказалось, Кристина и Алина познакомились Вконтакте, хотя жили здесь, в этом городе, и на своё первое свидание пришли именно сюда. Девочки рассказали, что тёмные вечеринки в этом клубе проходят раз в месяц, и дата держится в тайне. Хозяйка этого заведения, Оксана, когда начала этот небольшой бизнес в маленьком провинциальном городке, не думала, что в её заведение будет приезжать столько народу, причем и из других, соседних городов. Практически каждого клиента Оксана знала в лицо и по имени.
 
Девочки рассказывали, что видели здесь и серьёзных деловых мужчин в дорогих костюмах с обручальными кольцами и дипломатами, и известных в городе актеров, и дочерей местных олигархов, которые поднимались на второй этаж заведения, где под дверью, на которой написано VIP, стояли два охранника.
 
Буквально через полтора часа, осушив не по одному коктейлю, девочки отрывались на дискотеке. Машка познакомилась с очень милым геем, который, представившись Ромео, потащил танцевать школьницу на медленный танец. Девушка узнала, что он студент третьего курса, ждёт своего парня из армии, который придет в конце года, и после этого они планируют жить вместе.
 
 
Ромео очень приглянулась Машка, поэтому после танца молодой человек направился вместе с девушкой к своему столику, где представил своим друзьям свою новую знакомую. Она не понимала, как незнакомые люди с такой легкостью общаются с совершенно незнакомым человеком. Ребята угощали девушку различными коктейлями, рассказывали анекдоты, даже когда девушка поняла, что оставила сумку за своим столом, они оплатили её счет. Во время танцев Рыжова обратила внимание на то, что девушка, которая стоит в углу, пристально на нее смотрит. Изрядно захмелев, школьница решилась сама подойти к девушке, и взяв незнакомку за руку, потащила за собой на танцпол.
 
Далее все как в тумане. Конкурсы от диджея. Эротические танцы на сцене, руки незнакомки, блуждающие под её рубашкой. Жаркие поцелуи захлестнули ее сознание. Она даже не знала имени этой девушки. От незнакомки пахло карамелью и кокосом. Машка закрыла глаза. Девушка понимала, что достаточно пьяна и не может контролировать свои поступки, но это состояние ей очень нравилось. Состояние свободы, эйфории, желания — всё смешалось в один сплошной коктейль.
 
Девушка танцевала на сцене, ловя на себе заинтересованные взгляды женщин постарше. Незнакомка рывком прижала девушку к стене и стащив с неё рубашку, бросила в зал через сцену. Руки блуждали по ее телу, а губы её пассии ласкали шею. Народ ликовал, и когда диджей включил другую композицию, незнакомка поманила Машку за собой, в чилаут. Рыжова сделала шаг навстречу ей, обвила её шею своими руками и практически повиснув на той, блаженно улыбалась. Однако, как только девушки спустились со сцены, к незнакомке подбежал охранник и силком оттащил от нее. Машка же, не ожидая такого поворота, потеряла дар речи, когда увидела, как её спутницу уводит охранник в другой зал и начинает что-то объяснять. Но когда к ней со спины кто-то подошел и рывком потянул на себя, девушка не на шутку испугалась.
 
— Молчи, дура, твоя рубашка у меня, быстро за мной, — Машка слышала голос, но из-за шума музыки так и не поняла, кому он принадлежит.
 
Кто-то с неимоверной силой схватил её за руку и потащил на второй этаж. Практически в полной темноте, спотыкаясь и пытаясь вырваться от незнакомого человека, Машка пыталась кричать, как кто-то заткнул ей рот рукой, и подхватил за живот.
 
— Пропусти, — приказной тон охраннику и двери VIP-зала мгновенно открылись, — позови сюда Оксану и побыстрее, — уверенный чёткий голос и положительный кивок охранника в ответ.
 
Машка от яркого света сильно поморщилась и начала брыкаться. Её отпустили. Она развернулась посмотрела в лицо незнакомцу. И она была удивлена, никак не ожидая увидеть перед собой Ольгу Валерьевну.

Стр 6
— Ну что? Съездила, да? Повеселилась? — Ольга Валерьевна, не сдерживая эмоций, орала на свою ученицу, пока пыталась привести её в чувство.
 
Рыжова была в прострации. Придерживая девушку за живот, Ольга наклонила ее вперед, умывая её лицо ледяной водой в туалете. Машка, закатывая глаза и щурясь, бормотала что-то несвязное себе под нос. Пыталась вырваться из рук своей учительницы и даже пару раз пыталась накинуться на неё с кулаками. Ольгу эта ситуация веселила и злила одновременно.
 
— Свет, держи её, она не стоит, дай я ей волосы заберу, — Ольга обратилась к своей подруге, с которой еще полчаса назад спокойно сидела в тихой обстановке и обсуждала свои проблемы.
 
— Бля, да она в говно, — сказала Света, когда Машка чуть не упала. — Оль, ты откуда её знаешь? Это кто вообще?
 
— Света, давай её к нам на диван, сейчас шторки опустим, не заметит никто. Пусть думают, что мы ебёмся. Терять уже нечего.
 
При помощи охранника девушки смогли довести Машку за их места, где они, опустив занавески, полностью отгородились от внешнего мира.
 
Второй этаж был не такими шумным, как первый. Здесь никогда не бывало дебоширов и алкоголиков. На второй этаж, в так называемый VIP зал, не пускали посторонних людей вообще. В этом зале царила своя, понятная далеко не всем посетителям, жизнь. Здесь не было слышно шума дискотеки и пьяных визгов молодёжи. В просторном помещении, отделанном в приглушённых бордовых тонах, было гораздо спокойнее и тише. Не больше пятнадцати кожаных диванов со столиками стояли друг от друга на приличном расстоянии. На них люди могли уединиться, занавесившись шторами, и не привлекать к себе внимания. В центре зала располагалось два бильярдных стола, а чуть дальше — несколько комнат отдыха. Оксана, владелица этого заведения, была очень близкой подругой Ольги по институту, вместе они снимали квартиру, когда учились. Вместе подрабатывали официантками в кафе, когда стипендии не хватало на жизнь. Ольга знала в этом клубе практически всех.
 
— Какой пиздец, — Ольга опустила голову на стол, — Света, это нечто.
 
— Ооольга Варерьна — открыв глаза, Машка увидела свою учительницу, которая сидела рядом на диванчике, — А вы что? Лесбиянка? Как я, да? — Рыжова не смогла нормально сконцентрировать свой взгляд на происходящем вокруг, поэтому Ольга силком уложила ее на диван.
 
— Ой, — сказала Света, — это что, твоя ученица? — с этими словами подруга Ольги, не закусывая, опрокинула в себя стопку водки.
 
— Это пиздец, — сказала ещё раз Ольга, облокачиваясь на спинку дивана.
 
— Вы сегодня такааая красивая, — пробубнила Машка себе под нос и отвернулась на другой бок.
 
Ольга Валерьевна хотела сказать Машке ещё пару ласковых, но в этот момент к ним зашла Оксана и, присев рядом с девушками, вовсе не понимая, что происходит, пристально уставилась на своих подруг.
 
— Оксана, кто это? — Ольга, подкурив сигарету, шумно выдохнула дым.
 
— Хрен знаю, Оль. Первый раз вижу у нас. Пришла со знакомыми девчонками сегодня. Дашь мне сигарету? — Оксана, критично посмотрев на спящую Машку и закурив, добавила, — А чё? Симпатичная девка, ну, перебрала малость. Нас в студенчестве вспомни.
 
— Оксана! В каком студенчестве? Опомнись, это моя ученица! Я у неё уроки веду! — Оле оставалось только разводить руками, в её голосе слышалось недоумение от этой ситуации.
 
— Ну и что? Вспомни, как нас, пьяных, преподы в клубах ловили. Тоже мне, новость. — Сказала Оксана девчонкам.
 
— Вот именно, Окс, в клубах, а не в закрытых лесби-клубах. Тем более я не понимаю, как она вообще прошла сюда, ей точно нет восемнадцати. Вот что мне с ней теперь делать? Я думала поставить машину к Светке и вернуться побухать. Мы вообще сто лет не виделись, а тут… — Ольга с сожалением на лице затушила сигарету о пепельницу.
 
— Так, — встрепенулась Оксана. — Ей что, нет восемнадцати?! У нас у всех новеньких паспорт проверяют, сама же знаешь. А если проверка какая, так и у тебя спрашивать буду, — не ожидая такого расклада, девушка достала мобильник и начала звонить охранникам, однако результаты ни к чему не привели. Все охранники утверждали, что паспортный контроль никем не был нарушен.
 
— Может, она уже совершеннолетняя? Поищи её паспорт, Оль. — Спросила Светка. — Тогда и не переживай, познакомься с ней поближе, ты дама, так сказать, опытная. Что делать с такими — знаешь, — Светка хитро прищурила глаза и снова влила в себя очередную стопку водки.
 
— Не смеши, Свет, — Ольга даже не подняла глаз на собеседниц, в это время она изучала содержимое её сумочки. — Вот малолетняя, по поддельному паспорту прошла, нет, вы только посмотрите…
 
— Старшова Наталья Владимировна, — недоумевала Оксана, — а ее ведь Маша зовут? Я не путаю?
 
— Не путаешь, Окс. Маша она. Одиннадцатый «Б» класс. Первая парта. — Закатила глаза Ольга. — Как я буду ей смотреть в глаза?
 
— Вези-ка ты домой её, подруга, — сказала Светка. — Сама она не доедет, а мне в таком случае лишние нервы ни к чему.
 
В город удалось въехать лишь под утро. Машку постоянно тошнило, поэтому автомобиль то и дело приходилось останавливать. Последние тридцать километров Ольга гнала на полную. Юную алкоголичку начало жутко знобить и трясти.
 
— Что? Отходняки? — скептически посмотрела Ольга на свою ученицу.
 
— Дайте сигарету, — выдавила из себя Машка, даже не открывая глаз.
 
Тяжело вздохнув, Ольга достала из пачки сигарету и, подкурив сама, отдала её Машке в руки.
 
— Не прожги мне салон, Маш.
 
— Угу.
 
— Ты вообще сколько выпила? — Ольга, подкурив сигарету и себе, открыла окно. Свежий воздух проник в салон, приятно расслабляя тело.
 
— Столько, сколько никогда не пила, — еле слышно произнесла Машка.
 
От стыда и такого позора Машка даже не могла повернуть голову в сторону своей учительницы. Докурив, девушка снова заснула. Ольга Валерьевна с жалостью смотрела на свою ученицу. Признаться честно, она не на шутку испугалась за девушку, когда после очередной остановки усаживала её в машину. К тому же у нее поднялась температура.
 
— Женя, — набрала Ольга брату, как только машина въехала во двор, — со мной приехало тело, помоги с доставкой, а?
 
Услышав о себе в половине шестого утра очень много хорошего от своего брата, Ольга положила трубку и посмотрела на свою ученицу. Машка мирно спала на переднем сидении. Длинные волосы по пояс были кое-как собраны на скорую руку в хвост. Под глазами огромные черные круги. Девушка, казалось, еле дышала.
 
— Оль, ты кого домой притащила? — спросил Женька, глядя на Машку, которую пришлось положить в зале на диван.
 
— Женя, это реально очень долгая история, которую я расскажу тебе завтра, — Ольга подошла к окну, — совсем рассвело, зайчик, — сказала она, расправляя занавески.
 
— Устала, да? — Женька подошел к своей сестре со спины и, обняв её за плечи, облокотил на себя.
 
— Ужасный вечер, и зачем я только тебя не послушала? — выдохнула девушка.
 
— Это кто? Твоя новая? А Катя? — спросил Женя шепотом.
 
— Нет, ты что? — в голосе Ольги было что-то обреченное, — я её сегодня видела, знаешь….
 
— Не продолжай, я знаю, — перебил девушку брат, — не стоит она твоих слёз.
 
— Она так на меня смотрела, а я даже не смела к ней подойти, — Ольга обернулась к Женьке лицом и, уткнувшись в его грудь, заплакала.
 
— Ну ты чего, — парень потянул сестру за подбородок вверх и посмотрев в её глаза начал вытирать слезы, — не надо было тебе ездить. Не трогай её больше.
 
— Мелкий, — Ольга посмотрела на своего брата с ухмылкой, который был выше её на две головы, — пойдем бухнем? У нас вискарь в холодильнике.
 
— А эта? — парень жестом показал на Машку, которая мирно спала на диване, укрывшись теплым пледом.
 
— Что «эта»? Ей уже хватит на сегодня, — Ольга выдавила из себя улыбку, — пойдём на кухню, Жень.

Стр 7
Маша открыла глаза. Нет. Не так. Сначала она открыла один глаз, потом попробовала открыть второй. Не получалось. Собралась с силами. Вдох. Выдох. Теперь Рыжова попробовала открыть второй глаз, а затем первый. Не получалось. Закрыла. Открыла. Голова как чугун. Тело — цемент. Ноги, словно вата. Хотя нет, свои ноги ещё не чувствовала. Практически осмысленный взгляд вверх. Не ожидав увидеть зеркальный потолок и себя в отражении, попыталась лечь на бок, как можно меньше тревожа голову, чтобы не лицезреть собственного тела. Получилось. Ура. Смогла. Снова нужно открыть глаза и сориентироваться. Она понимала, где находится. Она понимала, у кого находится. Но Маша совершенно не понимала, как и что делать. Силой заставив себя открыть глаза, переборов тем самым тошноту и жжение в глазах, девушка увидела…
— Барабанная установка, — Рыжова специально сказала это вслух для того, чтобы поверить в это.
Напротив неё, прямо около дивана, стояла полноразмерная концертная барабанная установка. Машка даже улыбнулась
 
— Сыграть? А то, могу. — Голос словно из ниоткуда заставил девушку дёрнуться.
 
— ОООоольга Валелелена, — бубнила девушка.
 
— Разрешаю сегодня без отчества, но только сегодня, — ухмылка.
 
— А вы вообще где? — понимая глупость своего вопроса, Маша изобразила на лице что-то подобное улыбки. — Я вас не вижу.
 
— Не тревожь свою голову. В комнате я.
 
Не обращая внимания на слова своей учительницы, девушка, собрав последние силы, попыталась немного присесть. Получилось. Быстро сообразив, что просидеть Машка в таком положении долго не сможет, девушка взяла подушку и, кинув к стене, переползла туда, чтобы вытянуть ноги и увидеть наконец свою собеседницу.
Справа от неё, у окна, в кресле сидела её учительница. Ольга Валерьевна, как и вчера была одета в белую майку на лямках и светлые драные на коленках джинсы. Закинув одну ногу на другую, она курила в окно. В свободной от сигареты руке она держала виски и, судя по всему, была достаточно пьяна.
 
— Вы не переоделись? — зачем-то спросила Машка.
 
— А зачем? Я даже не ложилась еще, — учительница выкинула бычок в окно.
 
— Почему?
 
— Думаю, Маша, много, — с этими словами Ольга встала, подошла к столу, и взяв оттуда несколько таблеток, подала девушке вместе со стаканом воды, — пей и не спрашивай.
 
— Угу. — Машка, взяв из рук учительницы таблетки, сразу же положила их себе в рот.
 
— Евгений Валерьевич, тело пришло в себя, — вальяжно размахивая рукой, в которой находилась бутылка с алкоголем, Ольга села рядом на диван и, поджав ноги, облокотилась о стену, как Машка.
 
— Это кто? — испуганно спросила девушка у своей учительницы.
 
— Нарколог, — серьезно ответила Ольга.
 
— Бегу, бегу, — послышался из недр квартиры мужской голос.
 
— Какой нарколог? Вы с ума сошли? — Машка растерянно посмотрела на Ольгу.
 
— Оо, если сошла с ума, то это к психиатру, — хихикала Ольга, после чего сделала глоток горячительного напитка.
 
— Маша, Оля шутит, — в комнату вошел парень с подносом и принёс тарелку, — это куриный бульон и несколько картошин. Тебе станет легче, — с улыбкой произнес парень, — Меня Женя зовут. И судя по всему, я сегодня твой Айболит.
Женька показался Машке очень смешным и суетливым. На нем были лишь только огромные мужские семейные трусы в полоску чуть ли не до колен. Длинные вьющиеся волосы собраны в хвост. Парень чуть ли не с ложечки кормил девушку супом, и пока она пыталась у него вырвать ложку и все-таки есть самой, Машка только заметила, что сидит в одном нижнем белье. Заметив смущение девушки, Женька отмахнулся, и довольный как слон сказал:
 
— Сам тебя раздевал, все вещи постирал. Сейчас принесу тебе рубашку, — парень тут же встал и вышел из комнаты.
 
— Это мой брат, — пояснила Ольга.
 
— Мне херово, — еле слышно сказала Машка.
 
— И мне, — Ольга сделала еще глоток виски, — поешь и спи.
 
— Алиса, — вспомнила девушка про подругу, — чёрт, где мой телефон? — Машка запаниковала, и попытавшись встать, снова обмякла назад, жутко злясь на свою безысходность.
 
В этот момент в комнату вошел Женя и дал девушке рубашку.
 
— Я ей от твоего имени написал сообщение. Сказал, что в городе будешь под вечер, — парень сел рядом с девчонками на диван.
 
Ольга, пододвинувшись к парню, прилегла ему на плечо.
 
— Какая жесть, — произнесла она.
 
— Допила? — парень погладил сестру по голове и поцеловал в макушку.
 
— Допила, — прошептала Ольга.
 
— Пойдем я тебя уложу? — Женька улыбнулся сестре в ответ.
 
— Не, я не смогу заснуть ещё. Маш, а вот тебе надо поспать, — сказала она, обращаясь к девушке.
 
— Вы злитесь на меня? — решилась и всё-таки спросила у учительницы.
 
— Ты знаешь, я ехала туда, проверить свою силу воли, — начала рассуждать Ольга заплетающимся языком, — и ты знаешь, — повисла пауза, она собиралась с мыслями и, вздохнув, продолжила, — силы воли у меня нет. И вот, если бы я не решила спуститься вниз на танцпол за Оксаной, я бы не увидела твои танцы на сцене, и совершила бы в своей чёртовой жизни очень большую ошибку. Но я увидела тебя. Это меня и спасло, — подытожила Ольга.
 
— Что-то случилось? — Машка задала вопрос.
 
— Когда мы проспимся, я всыплю тебе по первое число. За дело всыплю. А сейчас, — Ольга привстала, для того, чтобы посмотреть на свою ученицу, и, глядя ей в глаза, добавила, — а сейчас я тебе говорю спасибо.
 
Стрелки на часах показывали четыре часа, когда Машка проснулась. На улице шёл проливной дождь, звонко стуча по подоконнику. Они все уснули втроём, лежа поперёк дивана. Машка проснулась первая. Состояние девушки можно было назвать относительно нормальным. Голова не болела. В желудке не было революции. Глаза немного резало, и девушка, встав с дивана, лишь немного покачалась. Она вышла из комнаты. Смогла найти туалет и ванну. Эти сутки девушка хотела смыть из своей памяти. И вот зачем только она поехала в клуб? Если бы не её учительница, еще не известно, что произошло бы с Машкой после. Учительница… При этой мысли девушка непроизвольно улыбнулась.
 
— Если ты обернёшься, то в ящике сможешь достать чистое полотенце, — неожиданно в дверном проёме оказалась Ольга Валерьевна.
 
Машка удивилась, увидев её. Абсолютно свежая, даже не помятая Ольга, как ни в чём не бывало стояла и смотрела на неё с каким-то юмором. Она даже заметила, что большие ровные черные стрелки нисколько не размазались по ее лицу. Складывалось такое ощущение, что девушка вообще не пила и выспалась.
 
 — Спасибо, — коротко ответила Машка, отводя взгляд в сторону.
 
— С машинкой, думаю, разберёшься? Кидай бельё, я тут тебе принесла свои вещи, — Ольга передала девушке джинсы и короткую майку.
 
— Да разберусь, — подошла к зеркалу и вздрогнула, увидев свое отражение, пошатнулась.
 
— Да, — Ольга Валерьевна подошла к девушке за спину, напротив зеркала и улыбнулась, — тебя вчера хорошенечко потрепало.
 
Ольга Валерьевна достала расчёску и пыталась расчесать её лохмы, которые были абы как собраны.
 
— Мне так стыдно, — Маша закрыла глаза.
 
— Подумаешь, ты всего-то подставила мою подругу, пройдя в клуб по поддельному паспорту, чуть ли не голая зажигала на с Соней, — учительница продолжала распутывать волосы своей ученицы, — впрочем с Соней все зажигают.
 
— Вы её знаете? — удивилась девушка.
 
— Маш, самое главное, что ты её не знаешь, — вздохнула Ольга.
 
— А я вас рассекретила, — Машка довольно улыбнулась и немного обернулась назад, глядя на нее.
 
— Маша, я не буду тебе читать морали и лекции об однополых отношениях, это твой выбор. Осознанный или не осознанный, это дело твоё. Но прежде, чем делать какие-то глупости, ты должна сначала подумать, — Ольга присела на краешек ванной.
 
— Я просто захотела развлечься, — Машка села рядом с учительницей, — и я понимаю, как это глупо и банально звучит.
 
— Ну хоть это понимаешь, это хорошо. Тебе, я так понимаю, поговорить совсем не с кем? — Ольга Валерьевна пристально посмотрела на свою ученицу.
 
— Да вы знаете, ни Алиса, ни Танька не понимают меня. Не осуждают, конечно, но и …
 
— Да, я понимаю. Но Маш, — перебила учительница девушку, — в жизни не всё так просто, — продолжила она, — бывает, что и обычные отношения приносят только боль, а тут, — Ольга Валерьевна встала и включила воду в ванне, — иногда те, кого мы любим, поступают с нами ещё хуже, чем мы этого заслуживаем. И от понимания того, что сделать ничего нельзя, хочется залезть на стенку. Любить можно кого угодно. А вот быть с любимым, — пауза, — с любимой, не всегда, увы, получается возможным.
 
— Запретная любовь? — усмехнулась Машка. — Неужели нет шансов быть с тем, с кем хочется? Несмотря ни на что? Вопреки всем канонам и запретам?
 
— Малыш, — ласково назвала Ольга Валерьевна свою ученицу и потрепала по волосам, — можно. Такое бывает, бывает часто. Но отношения, настоящие отношения, без фальши и масок, случаются только с самыми сильными людьми. Которые по-настоящему влюблены друг в друга, и которые сделают ради любимого человека всё, если не больше. Такие люди порой идут на большие жертвы. Самое главное — это понимание того, что игра стоит свеч.
 
— А у вас такое было когда-нибудь?
 
— Было, — задумавшись, ответила Ольга, — только вот, жизнь такая штука, не знаешь, куда она повернет завтра. Я последнее время даже жалею, что допустила такое. Моя игра не стоила свеч, — с этими словами учительница встала и направилась к выходу, — пойду будить Женьку, приходи на кухню, будем ужинать, — Ольга Валерьевна закрыла за собой дверь.
 
Находясь в ванне, смывая с себя всю усталость и стыд за последние часы, Машка все прокручивала слова своей учительницы. Она думала о том, смогут ли её отношения признать родители, друзья, общество. Сможет ли она вообще решиться на такое. Нет, ни один парень её не привлекал, однозначно. С девушками, по её мнению, было гораздо проще.
 
Женька показался Машке отличным и милым собеседником. Он много шутил, разряжая тем самым обстановку. Вспоминал много смешных моментов из детства и юности. Машка искренне смеялась его шуткам, как и Ольга.
 
Как выяснила школьница, а потом и увидела воочию, дома у Ольги Валерьевны был целый набор музыкальных инструментов. Несколько гитар, комбики, усилители, примочки. Не говоря уже о целой барабанной установке, которая стояла в зале.
 
 Оказывается, у молодых людей есть небольшая группа, скорее тесная компания, которая любит собираться все вместе и играть музыку. А раньше, чему Машка удивилась ещё больше, Ольга Валерьевна, а также её брат играли в настоящей рок-группе, ездили на рокфесты и сходки. Однажды, когда ей было девятнадцать лет, Женька несколько месяцев копил на поездку вместе с сестрой на Урал, где в это время проходил рок-фестиваль. Пятнадцатилетний юноша стоял чуть ли не на коленях перед своей сестрой, умоляя взять её с собой, и уговорить родителей.
 
Сегодня Машка смотрела на свою учительницу как-то по-другому. Она не была строгой, дисциплинированной женщиной в костюме, которая стояла у доски и отчитывала её за оценки и отсутствие знаний по её предмету. Сегодня перед ней была не Ольга Валерьевна, к которой привыкла Рыжова. Перед Машкой сидела простая обычная девчонка, чуть старше её самой, которая жила обычной жизнью. Однако более интересной, насыщенной жизнью, да и носила она не костюмы, а обычные низкие джинсы, бесформенные майки, через которых было видно несколько татуировок. Прическа, а точнее отсутствие её, Машке показалось очень милым и домашним. Ольга была настоящая.
 
Машка с ногами завалилась в кресло и с огромным удивлением слушала, как Ольга и Женя в две гитары играют очень красивую мелодию. Машка внимательно смотрела, как учительница перебирает струны, как изредка поглядывает на свою ученицу и, немного смущаясь, отводит глаза. Машка ловила каждое движение и не могла оторваться. Когда Ольга начала петь, девушка и вовсе не отводила от неё взгляда. Она думала о чём-то своём.
 
Уже позже, лёжа в кровати, Рыжова никак не могла уснуть. Перед глазами у девушки стояла Ольга Валерьевна, которая пела ей песни под гитару. Глядя ей прямо в глаза. Ольга Валерьевна пела для неё. Машка не сомневалась: не зря она поехала в этот клуб. В этом Маша была уверена.

Стр 8
Давно Машка не чувствовала себя такой одинокой. Настроение ещё с утра было испорчено. Девушку обрызгала машина, ей пришлось возвращаться домой. Именно поэтому она опоздала в школу. Именно поэтому её вызвали к доске по географии.
Любопытные девчонки лезли к Машке с расспросами целый день. Физика, история, информатика, уроки тянулись настолько медленно, что Машка вообще ничего уже не соображала. Целый день она ждала её. Алгебру. А после второго урока, узнав, что химичка слегла с простудой, её ждала еще более удивительная на сегодня новость. Вместо химии будет еще и геометрия.
 
Подумать только, за всю свою жизнь от этих двух предметов девушку передергивало. А теперь… теперь девушка хотела увидеть её. Сама не понимая, чему так радоваться, Машка летела по этажам в кабинет математики. Однако после двух уроков, проведенных прямо напротив своей учительницы, девушке стало ещё грустнее. Ольга Валерьевна не смотрела в ее сторону вообще. Учительница не вызвала девушку к доске, не проверила домашнее задание, не попросила остаться после уроков, хотя прекрасно видела, как Машка долго собирает школьные принадлежности в сумку. Не окликнула она девушку даже после уроков, когда видела, как та выходила из школы и бежала в сторону дома под дождём без зонта.
 
Ольга Валерьевна просто села в машину и выехала со школьной парковки. Настроение было точно испорчено. Девушку не радовал ни сериал, который она смотрела в сети, ни книжки, которые почему-то девушка так и не открыла. Машка поверхностно притронулась к урокам. Абы как сделала английский на завтра, прочла параграф по истории и забила на оставшиеся задания. К восьми часам наконец перестал идти дождь. Полностью стемнело на улице. Девушка сидела на подоконнике и курила одну сигарету за другой.
 
Да, Машка целый день ждала встречи с Ольгой, однако, всё оказалось не так, как она предполагала. Машка решила найти свою учительницу Вконтакте. Прошерстила всех друзей, просмотрела всех учителей — результата не было. И тут девушка решила зайти в группу того клуба, где была накануне. Увидев пятнадцать тысяч пользователей, Машка расстроилась. Зашла на страничку Оксаны.
 
— Что ж, — подумала про себя Машка, — две сотни друзей — это не так страшно.
Что она в поиск только не вводила, бесполезно. Ни одного намёка на Ольгу Валерьевну. В самом конце списка друзей Оксаны была единственная зацепка. Безымянный фейковый профиль под ником «Viktor Why». Ни пола, ни фотографий, ничего. Даже этот вариант не сработал. Девушка выключила компьютер и прилегла на кровать. Около десяти часов девушка сделала себе кофе и вышла на балкон, надев на себя тёплую кофту. Вдруг завибрировал её телефон. Пришла СМС с незнакомого номера.
 
— Привет, Машка-алкашка — прочитала девушка и улыбнулась. Она знала кто это. Теперь точно знала.
 
— Здравствуйте, Ольга Валерьевна, — официально написала девушка, улыбаясь сама себе.
 
Прошла минута, другая, третья, а ответ не приходил. Как вдруг экран мобильника загорелся. Сердце забилось быстрее, и дрожащими пальцами Машка открывала сообщение.
 
— На небе не видно ни одной звезды. Не люблю осень. — прочитала Машка.
 
— Сижу на балконе, пью кофе. — Написала девушка в ответ.
 
— Какое совпадение. Сможешь потом хоть заснуть?
 
— Не знаю, не хочу спать. Грустно. — Машка писала сообщение со скоростью света.
 
— И мне грустно. Тоскливо. Хочу напиться. Не с кем (((
 
— А где Женя?
 
— Пошел охмурять очередную наивную дурочку.
 
— Ему весело.
 
— Думаю, что сейчас ему не до смеха)))))
 
— Хоть у кого-то есть личная жизнь.
 
— Рыжова! В точку!
 
— Я хочу научиться играть на барабанах.
 
— Это несложно. Было бы желание.
 
— Научите?
 
— Когда контрольную сама напишешь хорошо, тогда научу.
 
— А если не напишу?
 
— Напишешь. Никуда ты не денешься.
 
— Я буду стараться. Хочу что-нибудь вкусное и вредное.
 
— Это что, например?
 
— Думаю дойти до Макдональдса
 
— Поздно! Маньяки кругом!
 
— Мне идти десять минут!
 
— Вот дома не сидится тебе.
 
— Ольга Валерьевна, я как домой тогда приду, вам смску напишу, хорошо?
 
Учительница молчала. Подождав еще пару минут смс, Машка оделась и вышла. Прохлада осеннего вечера помогла девушке расслабиться и отвлечься. На улице встречались редкие прохожие, которые, видимо, направлялись домой. Машка была тепло одета и не спешила. Свет фонарных столбов освещал дорогу. Наушники в уши. Музыка на всю громкость. Она любила гулять одна вечером. Тишина. Спокойствие. Машка уже подошла к Макдональдсу, как прямо около неё остановилась машина.
 
— А я думала, вот до последнего думала, что ты шутишь, — Ольга Валерьевна перегородила девушке путь и улыбнулась, увидев смущённую от неожиданной встречи Машку.
 
— А что вы тут делаете? — Машка задала вопрос.
 
— Знаешь, мне до ужаса захотелось съесть на ночь что-нибудь жирное и вредное, — подмигнула учительница, жестом приглашая Машку на пассажирское сидение.
Машка, не раздумывая, села в машину и сразу же пристегнулась.
 
— Я всё купила на свой вкус, не знаю, понравится тебе или нет, — Ольга Валерьевна подкурила сигарету.
 
— Ну хорошо, — Машка заерзала на сидении, — а куда мы едем?
 
— Увидишь, — загадочно сказала Ольга Валерьевна и нажала на газ.
 
Машина выехала из города уже в начале двенадцатого. Машку не смущало столь позднее время, ни тот факт, что завтра к первому уроку. Девушке было спокойно и очень приятно находится в компании своей учительницы. Пока Ольга Валерьевна вела машину и, не отвлекаясь, смотрела вперёд, та за ней втихую наблюдала. Девушке очень нравились глаза своей учительницы. Огромные, выразительные, зелёного цвета. Она сидела близко и могла рассмотреть даже то, что у её учительницы очень длинные ресницы. Машке нравилось, как Ольга подводила глаза. Идеальные, очень ровные, красивые стрелки ей очень шли. Машка жалела, что не умеет так краситься. Учительница была одета в узкие низкие чёрные джинсы. На ногах высокие красные кеды. Бордовая толстовка с капюшоном. Машка улыбнулась своей мысли и всё же решила озвучить:
 
— Вы как два разных человека, — с этими словами Машка взяла сигарету и подкурила.
 
— Подкури и мне, — ответила учительница, — почему я разная? — в словах послышались нотки юмора.
 
— В школе вы другая совсем. Держите, — Машка передала ей сигарету, — строгая и неприступная. Я бы даже сказала жёсткая. По геометрии вон вообще три двойки поставили сегодня. На меня вообще не смотрели.
 
— Маш? А как я должна была на тебя смотреть? — серьёзно спросила учительница.
 
— Ну, не знаю, — Машка замялась.
 
— Я на работе. Я не могу вести себя по-другому. И выделять из всех тебя я тоже не могу. Да и вообще, ты представляешь, что будет, если я в таком виде приеду на работу.
 
— Ну да, будет смешно, — рассуждала Машка.
 
— Ты милая девочка, одинокая, — учительница на несколько секунд посмотрела на девушку. — С тобой мне интересно общаться.
 
— И мне тоже нравится с вами. Надеюсь, после школы мы не потеряемся? С вами весело дружить, — Машка посмотрела на свою учительницу с надеждой.
 
— Не думаю, что потеряемся. Найдешь себе даму сердца, исполнится тебе восемнадцать, съездим в клуб, потанцуем. Выпьем. Только в нормальном количестве, Рыжова! — Ольга Валерьевна немного повысила голос и подняла бровь, не отводя взгляда от дороги.
 
— Да поняла я, поняла, — Машка улыбалась.
 
— Хотя года три назад, нас с подружками оттуда приносили, — Ольга Валерьевна припарковала машину, — мы приехали.
 
— А где мы? — спросила Машка, выходя из машины.
 
— Сон пришли нагуливать. Пойдем скорее! — Ольга Валерьевна взяла Машку за руку и потянула в неизвестном направлении…
 
— Я никогда здесь не была. Не знала про это место. — Машка удивлённо осматривалась по сторонам.
 
— Я в детстве жила здесь, неподалёку, и мы на великах сюда гоняли.
Они шли по набережной. Длинная асфальтированная дорога пролегала прямо вдоль реки. Около воды было душно. Машка пожалела, что надела куртку. Они подошли к рыбацкой мостушке и сели на краешек, свесив ноги ближе к воде.
 
— Осторожно, — Ольга Валерьевна положила руку на плечо девушки, — здесь глубоко, да и холодно уже купаться.
 
— Эх, сейчас бы лето. Я прям представляю. Ночь. Тридцать градусов. Вода, как парное молоко. Я бы с таким удовольствием искупалась.
 
— А я летом частенько приезжаю сюда. Особенно, когда мне грустно, — Ольга посмотрела вдаль.
 
— Ночь чернее чёрного, это хорошее место. Очень тихое, — мечтательно сказала Машка.
 
В течение часа девушки ходили по набережной. Пройдя полностью весь путь два раза, девушки сели на лавочку и долго разговаривали. Машка с упоением рассказывала про свою семью, подруг. Парней, девушек. Ольга внимательно слушала, давала девушке советы. Машка даже показала учительнице переписку с Сашкой, которая её бросила несколько недель назад. Ольга Валерьевна в основном молчала. Изредка спрашивала Машку что-то, при этом о себе старалась говорить минимально. Машка это, естественно, заметила.
 
— А почему вы всё время молчите? — Машка лицом развернулась к учительнице и села на лавочке по-турецки.
 
— Не знаю, Маш. — Учительница задумчиво посмотрела на девушку, — ты спрашивай, может быть, что и расскажу.
 
— А как вы поняли, что вас мальчики не интересуют? — От предвкушения ответа Машка аж заёрзала на месте.
 
— Ну почему-то я не сомневалась, что этот вопрос ты задашь первым, — Ольга с улыбкой посмотрела на девушку. — Знаешь, я в школе с мальчиком встречалась очень долго. Он был несколько старше, настоящий хулиган. Да и я не пай-девочка, — Ольга Валерьевна, подложив рюкзак под голову, легла на лавочку — Гуляла я в его компании, а потом, я уже как раз школу заканчивала, меня познакомили с сестрой его приятеля. Аня, её так звали, — пояснила Ольга Валерьевна, — я очень понравилась, и где-то через месяца три парня своего я бросила раз и навсегда.
 
— Ясно. И с тех пор вы специалист узкого профиля? — сыронизировала Машка.
 
— Машка! — от этих слов учительница аж присела на лавочке и косо на неё посмотрела. — Ну и выражения у тебя.
 
Машка в ответ лишь расхохоталась.
 
— Поехали домой, час ночи, — сказала Ольга Валерьевна, поднимаясь.
 
— Угу, — промычала Машка и нехотя поплелась за своей спутницей.
 
Когда Машка приехала домой, девушка сходила в душ и легла в кровать. На часах было почти два часа. Сна ни в одном глазу. Долго ворочаясь с боку на бок, думала о своей женщине. Вдруг завибрировал мобильник. Девушка зашла В контакт и увидела запрос на добавление в друзья. Кто-то под ником «Viktor Why» кинул ей запрос. Машка улыбнулась. Теперь она точно знала, кто этот безымянный пользователь, находившийся у Оксаны в друзьях.

Стр 9
За несколько первых дней октября Машка успела как следует вымотаться. Школа, уроки, подготовка к дню учителя, репетиции никому не нужного хора, в котором петь умела, наверное, только Зоя Семёновна — учительница музыки. Полтора десятка человек, которым выпала честь выступать, были выбраны за три минуты директором, который зашёл в класс и показал пальцем на «везунчиков». В этом числе, конечно, была Машка. Не помогли и объяснения с директором, и демонстрация своих вокальных способностей — директор стоял на своём.
 
 
Зоя Семёновна, увидев, с кем ей придётся работать, только вздохнула, ведь ей деваться некуда. Певцов среди выпускников не было вообще, поэтому наличие в хоре хотя бы пятнадцати человек было уже огромным плюсом. Алисе и Таньке посчастливилось не попасть в этот хор только по великой случайности. Девочки дежурили в столовой. Поэтому Машка, собирая про себя весь матерный запас который только знала, с невозмутимым видом, как и все участники хора, стояла с листком бумаги и пыталась петь. Выходило очень туговато. Зоя Семёновна, понимая, что ученики абсолютно не попадают в ноты, не отчаивалась. Снова и снова протягивала слова песни в надежде, что хоть каким-то образом её ученикам удастся попасть в тональность и ноты.
 
— Петенька, Петенька, — щебетала женщина, — мягче, мягче! Не надо так басить! — тонким голоском Зоя Семёновна обратилась к юноше.
 
Петенька стоя, словно истукан, подавляя в себе приступы смеха, старался выглядеть очень заинтересованно.
 
— Дети! — Обратилась учительница к школьникам, — повторяйте за мной, — с этими словами женщина села за пианино и запела. — Учителя — для нас, вы — свет в окошке, свет знаний, свет ума и красоты, — звонко протянула Зоя Семёновна, аккомпанируя сама себе.
 
В этот момент дверь в актовый зал открылась, однако вошедшую в актовый зал Ольгу Валерьевну никто не заметил. Она, глядя на измученных школьников, улыбнулась про себя. Увидев ту, за которой пришла, и слушая, как поёт учительница музыки, продолжила петь, пока та играла на пианино:
 
— И даже, если сердитесь немножко, в глазах у вас озёра доброты. И даже если сердитесь немножко, — Ольга, заметив, что всё внимание было обращено только на неё, продолжая подходить к учительнице музыки, которая от удивления открыла рот и улыбалась коллеге, продолжила, — в глазах у вас озёра доброты.
 
— Идеально, идеально, — женщина тут же повернулась к хору, — именно так, и только так вы должны петь, посмотрите, — женщина развела руками, — с придыханием, с интонацией, с любовью, — Зоя Семёновна с улыбкой повернулась к Ольге Валерьевне и наконец обратилась к девушке, — Ольга, Олечка Валерьевна, — жестикулировала она, — у вас такой чудесный голос, такое чувство музыки, я даже не знала, что вы так поёте.
 
Ольга Валерьевна, увидев Машку, которая стояла и улыбалась своей учительнице лучезарной улыбкой, незаметно подмигнула девушке и ответила Зое Семёновне:
 
— Зоя Семёновна, мне конечно очень приятно, что вы заметили мои вокальные таланты и оценили их. Я действительно очень люблю петь, и в школе занималась пением. Однако моя ученица, Маша Рыжова, попросила позаниматься с ней алгеброй, и у меня как раз есть свободный час. Не могли бы вы её отпустить, ведь на носу выпускные экзамены.
 
— Да, да, конечно, — защебетала женщина, — Машенька, иди, иди, учись конечно, — заметив, что Машка уже взяла свою сумку и спустилась со сцены, добавила, — выучи к завтрашнему дню всю песню наизусть.
 
— Зоя Семёновна, — сверкая от счастья, Машка обратилась к учительнице, — конечно, я всё выучу.
 
— Что ж, Мария, пройдёмте в мой кабинет, — улыбнулась Ольга Валерьевна, глядя на Машку.
 
— Спасибо, спасибо, спасибо, — Машка пищала от восторга, когда девушки вышли из актового зала, — если бы не наши занятия, я бы тут ещё битый час завывала, — Машка спускалась по лестнице, то и дело оборачиваясь на Ольгу Валерьевну, которая шла немного позади неё.
 
— А что? Песня отличная, праздник замечательный, хор идеальный, — смеялась Ольга Валерьевна.
 
— Ольга Валерьевна, вы просто не слышали, нам всем поголовно медведь наступил не только на уши, но и на голову, никто петь толком не умеет. Какой хор? Лучше б я бабой Ягой была в постановке, ей-богу! — С этими словами Машка остановилась на лестнице и повернулась лицом к своей учительнице, — ну вы сами посудите, вот вы прекрасно поёте, взяли бы гитару, как вышли бы на сцену, как спели, все бы с кресел повыскакивали!
 
— Маш, идея, конечно, хорошая, но думаю с ней надо повременить хотя бы до Нового года. Я думаю, что вообще можно отличный рок-концерт замутить, было бы очень и очень весело, — Ольга Валерьевна, с этими словами прошла мимо Машки, и обернувшись, увидела, как та ещё стоит на лестничном пролёте, добавила, — алгебра не ждет, Рыжова!
 
— Маша! Здесь нужны знания свойств логарифмической функции. Это область определения простой логарифмической функции. Давай начнём хотя бы с этого! Что может быть здесь непонятного? — Ольга Валерьевна, глядя на то, как Машка даже не понимает с чего начать решать задание, вырывает из её рук тетрадь и начинает решать сама, объясняя при этом каждое свое написанное слово, — Х положительный, основание А, положительное, и не должно равняться единице. Смотри, функция логарифм числа Х по основанию четыре, должна принять вид, — Ольга Валерьевна, заметив, что Машка смотрит вообще не в тетрадь, а строго ей в глаза, смутилась, — Маша? Тебе что-то непонятно?
 
Однако, Машка практически не слышала слов. Она смотрела на её длинные пальцы, смотрела на идеальную и ровную ногтевую пластину Ольги, смотрела на то, как красиво и аккуратно женщина выводит в её тетради формулы. Машка чувствовала аромат её духов, от которого она не могла спокойно дышать. Машкино сердце вот-вот выпрыгнет из груди от этого запаха. Школьница смотрела на лицо Ольги, смотрела на её губы, на её зеленые глаза, любовалась и рассматривала её стрелки на веке, аккуратно выведенные подводкой. Она точно никогда не сможет также подвести глаза. Ей явно было не до математики. Белая рубашка учительницы и четко видневшийся из-под неё белье было куда интереснее, нежели логарифмы. Ольга Валерьевна, завидев, что Машка её попросту разглядывает, улыбнулась, но не подав виду, спросила:
 
— Маша? — Ольга Валерьевна коснулась рукой подбородка девушки, тем самым поднимая её глаза с зоны своего декольте, — Что ты там увидела? — Ольга Валерьевна хитро улыбнулась. Не выдержала, хотя на самом деле, этот момент хотела упустить, дабы не смущать девушку.
 
— Простите, — Машкино лицо тут же покрылось красными пятнами от смущения, глаза девушки забегали из стороны в сторону.
 
— Ты, наверное, очень устала? Время достаточно позднее, и мы тут сидим уже больше часа. Может ты пойдешь домой? — Ласково спросила Ольга Валерьевна, закрывая тетрадь, и отодвигая её в сторону.
 
— Да, — Машка как ошпаренная встала из-за парты и споткнулась о сумку, которая висела на стуле. Девушка чуть бы не грохнулась на пол, если бы Ольга Валерьевна не схватила её за плечи и прижала плотно к себе.
 
— Маш, — ученица находилась в трёх миллиметрах от её лица. Ольга, убрав с плеча одну руку, поправила прядь волос на лбу девушки, касаясь при этом её. Машка закрыла глаза и покраснела ещё больше. — Маша, у тебя что-то случилось? — Ольга стала волноваться за свою ученицу, которая витала в облаках и не понимала происходящего.
 
— Нннет, Ольга Валерьевна, всё хорошо, вы меня простите, мне надо идти. Правда надо, — Машка выбежала из кабинета, прихватив с собой сумку, оставив при этом Ольгу на месте с ничего не понимающим лицом.
 
— Только не это, — подумала про себя Ольга, вернувшись на своё место, и видя в окно, как Машка выбегает из школы, улыбнулась, — похоже, наше общение нужно прекращать, — пронеслось у неё в голове.

Стр 10
Уже несколько дней Машка ходила сама не своя. С момента ночной поездки на набережную прошло всего ничего, однако все мысли школьницы занимала ОНА. Вконтакте, для друзей у Ольги были открыты альбомы с фотографиями. Девушка скачала их все до одной и смотрела на Ольгу Валерьевну долго, упорно, будто пытаясь увидеть там что-то новое. Некоторые, особо приглянувшиеся фотографии, перенесла на мобильник. Машка пролистывала всех друзей своей учительницы в социальных сетях, пытаясь найти хоть какую-нибудь информацию о её прошлой жизни. Все было впустую. Ольга Валерьевна не афишировала свою личную жизнь.
 
Машка была расстроена. А ещё, впервые в жизни она ни с кем из подруг не могла поделиться своими переживаниями. Вроде бы ничего такого и нет. Ни поводов для беспокойства, ни каких-то особых глубоких переживаний, скорее наоборот, она была в приподнятом настроении, но что-то её коробило. Может быть тот факт, что Маша испытывала к своей учительнице симпатию, её и пугал, но от этой мысли девушка тут же загонялась в краску. Однако эти мысли были для школьницы очень и очень приятными, и на удивление ей самой — важными, как никогда. Ольга Валерьевна попросила никому не рассказывать про сигареты. И Машка даже не колебалась перед выбором. Она действительно не смогла нарушить обещание и рассказать это подругам. Про клуб и рассуждать нечего. Подругам Машка наплела с три короба и те, безусловно, поверили ей. Почему-то, имея с Ольгой такие секреты, было очень приятно и горделиво. И в их, такой маленький и тесный мирок, пускать никого не хотелось. Этот мирок был слишком хрупок и неустойчив. Пока.
 
На уроках последние несколько дней Машка была активной. Постоянно тянула руку, даже когда была не совсем-то и уверена в своих решениях и ответах. Машка неосознанно хотела быть все ближе и ближе к ней. Тайком, когда Ольга Валерьевна отвлекалась и что-то писала в журнале, Машка наблюдала за своей учительницей. Маше очень нравились её руки. Длинные и такие тонкие пальцы, неброский маникюр, несколько золотых колечек. Иногда Маше казалось, что Ольга Валерьевна замечает её взгляд на себе. Тогда Машка в ту же секунду делалась вся красного цвета, утыкалась в тетрадь и начинала что-то усердно писать в ней. Еще несколько минут Машка не поднимала глаз на свою учительницу, но чувствовала, что та периодически на неё смотрит.
 
 Занятия по математике, а именно по алгебре, проходили в штатном режиме. Три раза в неделю Машка после уроков поднималась в кабинет Ольги Валерьевны и по часу, а то и больше штудировала с ней этот несчастный предмет. Ольга была строга с девушкой, пыталась всяческими способами объяснять ей новые темы, однако Машка практически ничего не понимала. Когда она рядом, и подсказывала ей решения, Машка вроде бы и решала уравнения, однако, стоило Ольге Валерьевне отлучиться, как тут же Машка терялась. Она не знала, ни с чего начать, ни как продолжить задания. Вот и в тот день, все Машкины мысли занимала снова она.
 
Именно Ольга Валерьевна занимала голову Машки на дополнительных занятиях. Именно из-за неё девушка сидела, витая в облаках, не слыша, что говорит учитель. Машка любовалась своей учительницей, ничего не соображая вокруг. Ей хотелось быть ещё ближе к ней. Ей хотелось общаться с ней после уроков. Машка очень хотела, чтобы Ольга Валерьевна познакомила её со своими друзьями. Еще больше, Машке хотелось побывать у неё дома, когда собиралась их компания. Машка очень хотела посмотреть какую музыку она играет, как ведёт себя. Девушке определенно хотелось быть ближе. Хотя бы как знакомые, а не просто учительница алгебры и юная школьница…
 
— Какая дура, какая дура, — твердила про себя девушка, сидя дома на подоконнике, растягивая сигарету, — растеклась перед ней как сопля. Я, наверное, похожа на кота из Шрека, которая своим взглядом просверлит её просто, пока не добьется её внимания.
 
Машка металась по комнате. Нужно было садиться за уроки. Время подходило к пяти часам, а Машка даже не переоделась из школы.
 
— Может извиниться перед ней? Сказать, какая я на самом деле дурочка? — мысли в голове девушки путались. Машка всё никак не могла понять, что в конце концов с ней происходит. — От неё так вкусно пахнет, — пронеслось у неё в голове.
 
Ахренев от собственных мыслей ещё больше, Машка решила успокоиться. Девушка взяла тетрадь и ручку, села за стол. Открыла учебник по русскому языку. То ли тетрадь не так лежала, то ли ручка была не очень-то и удобная, Маша отложила книгу в сторону. Закрыла лицо руками. Ситуацию просто так она оставить не могла. Ей было жутко стыдно перед Ольгой. Своё, как она считала, неподобающее поведение перед учительницей Машка оправдать не могла. Никак не могла.
 
Нет, уроки определенно сегодня нужно отложить на вечер, — решила девушка про себя и встала.
 
Прохлада октябрьского вечера остудила голову девушки. Машка вышла из дома, прошла мимо сквера, мимо нескольких улиц и сама не заметила, как ноги принесли её к стенам школы.
 
— И вот что мне ей сказать? — Вертелось у Машки в голове. С этими мыслями девушка присела на скамейку около школы. — Уважаемая Ольга Валерьевна, простите меня пожалуйста, за моё поведение. Мне очень стыдно, что я позволила себе лишнего. Вы моя учительница, а я ваша ученица, — рассуждала она. — Хотя!!! Что я себе позволила? — Запротестовала Машка сама себе. — Я же не накинулась на неё. Ладно, впрочем, не так-то уж и хотелось, — решила про себя Машка, — на ходу соображу.
 
Машка направилась в школу. Третий этаж, 25 кабинет. Так медленно в кабинет математики Машка даже перед особо важной контрольной не поднималась. На лестничном пролете было пусто. Вся детвора давно разбежалась по домам. Машке было жутко непривычно находиться в стенах школы совершенно одной. Вышла в коридор. Четыре кабинета налево, далее поворот в рекреацию. Дойдя до места назначения, Машка не решилась открыть дверь, хотя она была приоткрыта. Девушка села на диванчик, решив подождать несколько минут и собраться с силами и мыслями.
 
 Сама не понимая в конце концов, что с ней происходит, зачем она вообще вернулась в школу, и зачем ей вообще нужно разговаривать с Ольгой Валерьевной, девушка уже было решила встать, и направиться к выходу, как из кабинета послышались оживленные женские голоса.
 
 А потом дверь и вовсе открылась. Из кабинета вышла незнакомая Машке девушка в форме. Машка абсолютно не разбиралась в погонах и звездочках, однако вид она представляла серьёзный. Зачесанные и убранные в тугой пучок волосы незнакомки, так же, как и ее форма, также, как и походка, произвели на Машку большое впечатление.
 
 Незнакомка уверенным шагом направилась к выходу, громко цокая высокими каблуками. Машка, немного растерявшись, решила подождать. Однако любопытство, интерес и волнение за Ольгу Валерьевну пересилило Машкину нерешительность, и она зашла в кабинет.
 
Ольга Валерьевна, казалось, не заметила, что Машка вошла в кабинет. Смеркалось. Учительница, сложив руки на груди стояла к Машке спиной, смотря в окно. Около учительского стола стоял большой пакет, который часом раньше в кабинете отсутствовал, в этом ученица была уверена. Девушка сделала нерешительный шаг вперёд.
 
— Ольга Валерьевна, с вами всё в порядке? — полушепотом спросила Машка.
 
— Дверь закрой на один оборот, — сухо произнесла женщина.
 
Машка послушалась. Подошла к двери и заперла с той стороны.
 
— Ольга Валерьевна, что-то случилось? — В Машкином голосе были нотки беспокойства и волнения, школьница несмело направилась к учительнице, но застыв на пол-пути, продолжила. — Что-то с Женей случилось? Или…
 
— Нет, Маша, — перебила девушку учительница, — с Женей всё хорошо.
 
Повисла тишина. Машка не могла, Машка боялась подойти к Ольге Валерьевне ближе, чем хотелось бы ей в этот момент. Учительница все также неподвижно стояла и смотрела в окно. Маша, поравнявшись с учительским столом, заметила, что на нём лежит конверт, на котором было написано имя Ольга. Понимая, что скорее всего это была подруга Ольги, Машка осмелилась подойти к учительнице со спины в упор, и несмело положила свои руки на плечи девушке.
 
Ольга Валерьевна дрожала. Машка поняла это быстро и рывком развернула её к себе. Поравнявшись с лицом Ольги, девушка взглянула ей в глаза. Увидев влажные дорожки от слёз на лице учительницы, Машка несмело придвинулась к ней еще ближе, тем самым обнимая её.
 
— Все хорошо, — шептала Машка на ухо Ольге Валерьевне, и не ожидав того, что учительница начнет рыдать ей в плечо, еще сильнее прижала к себе, — все будет хорошо, вы поплачьте, а потом забудьте.
 
Ольга, после Машиных слов, немного отстранилась от девушки, глядя ей в глаза, прошептала:
 
— Не могу забыть, Машка, не могу, — и снова, как маленький ребёнок, уткнулась в плечо своей ученицы и начала плакать.
 
— Ольга Валерьевна, — шептала Машка, поглаживая её по волосам, — вы только посмотрите на себя, — Машка отстранила учительницу, давая тем самым возможность посмотреть друг другу в глаза, — вы такая красивая, — Машка начала улыбаться, смахивая с лица Ольги слезинки, — такая умная, — Машка поправляла ей волосы, — вы только посмотрите, какие у вас глаза. А как вы краситесь! — воскликнула Машка, — мне так никогда не научиться, — в голосе школьницы были нотки грусти и обиды, — вы себе женщину ещё лучше найдете, чем та профурсетка в погонах. Настоящая любовь не приносит страдания. — Машка ласково погладила девушку по волосам, — Настоящая любовь не приносит вещи в пакетах и недосказанные слова в письмах, — сказала Машка, взглядом указывая на стол.
 
Ольга Валерьевна, немного улыбнувшись, отвела свой взгляд в сторону.
 
— Прости меня, что я тут так, — прошептала Ольга, — просто очень больно, — учительница снова начала всхлипывать и прильнула к девушке.
 
Машка обняла Ольгу, что было сил, и продолжала гладить по голове, пока в дверь не постучали, и Машка от испуга рефлекторно отошла от Ольги назад.
 
 
— Не бойся, — сказала Ольга Валерьевна, видя то, как Машка отреагировала на стук в дверь, — Женька привёз мне машину, это он, — с этими словами девушка подошла к двери, и сама открыла её.
 
— Ну как ты, солнышко? — Женька, тут же увидев Машку, поздоровался с ней взглядом, и обнял сестру.
 
Машка поздоровалась с парнем в ответ.
 
— Хреново, — сказала Ольга Валерьевна шумно вздохнув, утыкаясь в грудь к брату, — как кисель.
 
— Если ты хочешь, я никуда не поеду! Давай, я останусь с тобой? — Женька погладил девушку по голове.
 
— Нет, конечно, езжай. А я вон сейчас Машку домой завезу и поеду тоже. Хочу набрать горячую ванну и смыть этот чёртовый день, — Ольга подошла к столу и начала собирать тетради и нужные ей книги в сумку.
 
— Много вещей она привезла? — спросил Женька, оглядывая сумку.
 
— Всё привезла. Больше ничего не осталось, — Ольга села на стул и устало обхватила голову руками.
 
— Маш, побудь с ней немного, пусть она успокоится, — обратился Женька к Машке, глядя на неё.
 
— Да, конечно, — сказала Машка, — я побуду столько, сколько нужно.
 
Они ехали в машине в полной тишине. На улице окончательно стемнело. Каждая думала о своём. Машка очень сильно хотела помочь своей учительнице, поддержать её, и в конце концов, узнать, что всё-таки произошло. Машке казалось, что та боль, которая была в глазах Ольги Валерьевны, передалась и ей самой. На мгновение ей тоже стало так больно и обидно за свою учительницу, что из глаз выступили слёзы. Машка подкурила две сигареты. Одну Ольге, другую — себе. Думать о чём-то другом не хотелось. Ольга Валерьевна не отрываясь смотрела на дорогу, и жала на газ, будто пыталась убежать на этой машине от самой себя. Больше она не плакала. Не было сил и желания. Слишком долго всё тянулось. Конец был виден и понятен уже давно. Только боль утраты и боль разочарования в человеке стали ещё больше ощущаться, когда любовь всей её жизни вышла из кабинета математики. Ольга понимала, что она вышла навсегда.
 
Машина подъехала к Машкиному подъезду через десять минут. Девушки молчали. Также молча, Машка вышла из машины и направилась домой. Закапал мелкий, противный и такой холодный дождик. Ольга закрыла окно, и понимая, что осталась теперь совсем одна, облокотилась на руль руками и заплакала. Теперь ей некого стесняться. Она не любила показывать свои эмоции так открыто, тем более слёзы. Она не любила плакать при посторонних. Но почему-то при Машке показывать свои слабости Ольге Валерьевне было не так тяжело. Может быть, потому, что Машка просто молчала, понимая, что слова в данном случае не так уж и важны. А может быть, потому, что помочь Маша своей учительнице явно ничем не могла.
 
 Прошло несколько минут. Может пять, может десять, а может, прошло уже и полчаса. Ольга Валерьевна, сложив руки на руле сидела и даже не двигалась. Вдруг дверь в салон автомобиля открылась и села Маша. Машка переоделась. Держала в руках сумку и пакет, которые тут же поставила на заднее сидение иномарки.
 
— Я тут подумала, — сказала Машка, обращаясь к Ольге, — вам нельзя сейчас оставаться одной. Никак нельзя, — с этими словами, Машка пристегнула ремень безопасности.
 
— Почему же? — Спросила Ольга, поворачивая ключ в зажигании, и трогаясь с места.
 
— Если бы вы хотели побыть одной, уехали бы сразу же, как только я зашла в подъезд. А вы остались. И теперь, как только я села, вы сразу же машину завели, — Машка говорила бодрым голосом.
 
— Наверное ты права, — ответила Ольга. — Маш, достань в бардачке очки, можешь их протереть?
 
— Не знала, что вы их носите, — сказала Машка, протирая линзы, и передавая их учительнице.
 
— Ношу, когда сильно устала, небольшие проблемы со зрением, — грустно улыбнулась Ольга.
 
— А вам они очень идут, — сказала Машка, увидев Ольгу Валерьевну в них.
 
— Спасибо, ты не первая кто так говорит. Но я в них очень серьезная, — Ольга нахмурила брови.
 
— И куда мы едем? — Спросила Машка.
 
— Судя по твоим собранным вещам, и портфелю, ты собиралась ко мне? — обратилась Ольга Валерьевна, поворачивая голову в сторону Машки.
 
— Я за вас переживаю, — вздохнула Машка, — не хочу, чтобы бы вы в таком состоянии были одна. Сейчас будем учить уроки на завтра.
 
— Уроки? — В словах Ольги Валерьевны послышалась усмешка, — давно я не учила уроки.
 
— Вот и тем более, мне с физикой поможете как раз, — начала перечислять девушка демонстративно загибая пальцы, — с химией, и историей. А еще одна сумасшедшая математичка задала гору уравнений к завтрашнему дню. Вот и не знаю, что со всем этим делать?
 
— А что? Ваша математичка такая сумасшедшая? — расхохоталась Ольга Валерьевна.
— Конечно сумасшедшая, задать на вечер восемь уравнений, учительница в здравом уме явно неспособна, — Машка показала язык своей учительнице.
 
— Так, — ты давай не отвлекай меня, когда я за рулём, а то твоя сумасшедшая математичка еще и врежется сейчас куда-нибудь.
 
— Молчу, молчу, — улыбаясь сказала Машка.
 
Часы показывали восемь, когда Машка сделала все уроки на завтра. Еще никогда она так быстро, буквально за полтора часа не решала задачи по физике и химии. Ольга сидела рядом, помогая девушке с формулами, и казалось совсем увлекалась данным занятием. Машка никак не ожидала, что Ольга Валерьевна, взглянув на задания и прочитав пару параграфов, освежив для себя забытые знания, сможет быстро помочь и главное объяснить Машке такие ненавистные для неё предметы.
 
Ольга рассказывала девушке про свою школу, про ненавистных и любимых, учителей про то, как сама училась, про то, как обожала точные науки, как участвовала в олимпиадах, как прогуливала занятия. Машке так быстро и легко удалось отвлечь Ольгу, что та, снова начала улыбаться, как ни в чём не бывало. И задачи по физике показались Машке не такими уж страшными, и формулы по химии больше не пугали её. Машка, пользуясь моментом, записывала на отдельный лист алгоритм решения задач, готовясь к предстоящей контрольной. Ольга Валерьевна так увлеклась задачками, что Машке еле удалось уговорить её бросить данное занятие, и пойти ужинать.
 
Девушки сидели на кухне, и тут уже Ольга удивлялась кулинарным способностям своей ученицы. Машка, заглянув в морозилку и найдя пару кусков мяса, буквально за полчаса смогла приготовить очень вкусный ужин. Ольга рассказывала своей ученице про брата, про школу, про родителей. Машка, заметив, что Ольга Валерьевна всячески избегает тем, которые связаны с личной жизнью своей учительницы, больше не делала ей никаких намеков и не задавала компрометирующих её личную жизнь вопросов. Не хотела бередить те душевные раны, которые за один день никаким бы образом ей не удалось бы залечить.
 
Школьница верила, по-настоящему верила и искренне желала того, чтобы у Ольги всё было хорошо. Машка была по-настоящему счастлива, что смогла отвлечь Ольгу от насущных проблем. Уговорив Ольгу сыграть для неё несколько песен на гитаре, Машка радовалась словно ребенок. Ольга Валерьевна показала ей пару аккордов на своей акустике, для исполнения самых простых мотивов. Машка всегда мечтала научиться играть на каком-либо музыкальном инструменте, но возможности никак не представлялось.
 
 До двенадцати лет девушка ходила в балетную школу, где обязательным предметом было ознакомление. Машке посчастливилось учиться играть на баяне, однако данное занятие не приносило ей никакого удовольствия. Отучившись семь полных лет в школе искусств, Машка помнила, как играть только лишь пару песен и то только из народного творчества. Маша слушала, как заворожённая. Ольга, так виртуозно играла на гитаре, что девушка без сомнений решила освоить этот стиль игры. Ольга пообещала ей, что как только ей удастся выкроить пару свободных часов, она вместе с Женькой научит её играть простые песни. Очень сильно она сожалела о том, что время близилось к полуночи, и поиграть на барабанной установке никак не имелось возможности, хотя Машке безумно хотелось. Слишком уж шумным был этот инструмент.
 
 Для Машки, каждый раз Ольга открывалась всё с новой и новой стороны. Ещё никогда девушка не встречала такого разностороннего и интересного человека с насыщенной жизнью и такими разными увлечениями. Время летело так быстро, а Машке хотелось, чтобы эти мгновения, проведённые вместе с Ольгой, никогда не кончались. Машка тянула время, тем более спать не хотелось совершенно, уж слишком насыщенный был день и вечер. Поэтому, когда Ольга Валерьевна ближе к полуночи постелила Машке в комнате Женьки кровать, девушка немного расстроилась.
 
Сна не было ни в одном глазу, девушка ворочалась на кровати, не понимая, почему она не может сомкнуть глаз. Она прислушивалась к разным шорохам, смотрела в окно на проезжающие во дворе машины. Машка думала о своём. Из комнаты Ольги доносились звуки. Видимо, учительница включила фильм или просто смотрела телевизор. Посмотрев на часы, и увидев, что стрелки плавно приближаются к половине первого ночи, Машка, скинув с себя одеяло, всё-таки решила встать с кровати и постучаться к Ольге Валерьевне. Переборов волнение и страх, девушка открыла дверь.
 

Стр 11
Красное вино. Красное полусладкое вино. Это именно то, что так нужно было Ольге. Хоть она и понимала, что алкоголь не панацея и проблем он не решает, однако расслабиться благодаря ему девушка сможет точно. Ольга была очень благодарна Машке за то, что та не бросила её одну, помогла отвлечься и не думать о Кате хотя бы несколько часов. Да, её звали Катя. Екатерина. Подумав о том, что Машке про свою бывшую девушку не рассказала даже слова, Ольга улыбнулась. Машка действительно не спросила у неё ничего. Ольга была этому несказанно рада. Если бы Ольга начала хоть что-то говорить, она бы не выдержала и опять разрыдалась.
 
 А что ещё делать, когда отношения, которые по кирпичику строились в течении долгих лет, рассыпались чуть ли не за месяц? Включив ночник, Ольга подошла к письменному столу и бросила взгляд на конверт, который перед уходом Катя положила на стол. Девушка взяла его в руки, но открыть так и не решалась. Прошло немного времени, но Ольгу будто какая-то неведомая сила удерживала от этого. Девушке казалось, что она совершит ошибку, если откроет его и прочитает. Она убрала письмо в стол. Допила бокал. Подумав о том, что ей только к третьему уроку, Ольга налила себе еще немного.
 
 Включив компьютер, девушка решила в очередной раз посмотреть этот фильм. Именно его они смотрели тогда, когда Ольга впервые привела Катю к себе домой. Именно его она пересматривала снова и снова, когда на душе было тоскливо и хотелось выть. Забравшись с ногами на кровать, увидев титры и услышав знакомую песню, играющую на протяжении всех полутора часов, Ольга блаженно закрыла глаза и улыбнулась сама себе.
 
В дверь несмело постучалась Машка. Ольга сначала испугалась, забыв о том, что в квартире она не одна.
 
— Входи, — сказала она Машке, и дойдя до стола взяла бутылку вина, поставив её на прикроватную тумбочку, — ты чего не спишь? — Обратилась она к девушке.
 
— Я не знаю, — замялась Машка, так и не решаясь войти в комнату, девушка встала в дверях, — просто не могу заснуть на новом месте. Потом услышала шорох и решила прийти к вам. Не возражаете?
 
— Проходи, садись ко мне, — Ольга Валерьевна подвинулась, уступая Машке место рядом с собой. — У меня есть ещё такая подушка, — с этими словами Ольга взяла с пола большую диванную подушку и протянула её Машке, — можешь положить под спину. Будет удобнее.
 
Машка несмело села рядом, поджав под себя ноги. Повисла пауза. Машка смотрела на экран монитора.
 
— А что это за фильм? — Машка нарушила тишину.
 
— Совсем забыла, Маш, — улыбнулась Ольга, — я, наверное, сейчас включу что-нибудь другое, — с этими словами Ольга собиралась уже вставать с кровати, как Машка, взяв учительницу за руку, попыталась её удержать.
 
— Почему это? — запротестовала девушка, — может именно этот фильм мне понравится больше всего на свете.
 
— Маш, — Ольга Валерьевна повернулась к девушке и посмотрела ей в глаза, — это тёмный фильм, — засмущалась учительница.
 
— И что? — Непонимающе ответила Машка. — Я посмотрела много фильмов и сериалов на лесбийскую тематику, ничего нового я там не увижу.
 
— Маш, — то ли от такой глупой ситуации, то ли от выпитого вина, Ольга засмеялась в голос, — тебе не кажется, что это уже просто перебор?
 
— Не понимаю, — искренне ответила девушка, — что в этом такого?
 
— Ну вот смотри, — Ольга развернулась к девушке и уставилась на неё, сделав глоток вина из бокала, — ты моя ученица, при этом знаешь о моей ориентации. При этом сейчас находишься у меня дома, в моей комнате, на моей кровати. В квартире мы одни. Более того, твоя учительница сейчас допьет третий бокал вина, и ей снесет крышу. Ты негодуешь по поводу того, что мы не будем смотреть с тобой лесбийский фильм? Ты ничего не путаешь? — С этими словами Ольга Валерьевна буквально нависла над Машкиным лицом и чувствовала её дыхание.
 
— А знаете, что, Ольга, — Машка тут же вскочила с кровати и подошла к прикроватной тумбочке, где взяла еще один бокал для себя, — Валерьевна, конечно, — съязвила девушка, по поводу того, что якобы случайно не назвала свою учительницу по отчеству, — я ничего не путаю. — Машка вместе с бокалом вернулась на свое прежнее место и уселась поудобнее. — Я прекрасно понимаю, что нахожусь сейчас у вас дома, на вашей кровати. И также прекрасно понимаю, что дома мы одни. Но, если вы и дальше будете со мной общаться как со школьницей, я сейчас же развернусь и уйду. — Машка выхватила бутылку вина из рук Ольги и налила себе в бокал. — Но я никуда не уйду, потому что знаю, что между нами ничего не будет.
 
— И с чего же, Мария, у вас такая уверенность? — ехидно спросила учительница, наклоняясь к своей ученице, подминая её тем самым под себя.
 
— А с того, — девушка тут же отстранилась от Ольги и заняла удобное положение, — что между нами ничего не будет не потому, что я ваша ученица, которая собирается смотреть с вами лесбийский фильм под винцо, а потому, что вы, Ольга, — Машка снова сделала акцент на том, что назвала свою учительницу по имени без отчества, — не в моём, знаете ли, вкусе.
 
— Вот как? — Расхохоталась Ольга, усаживаясь рядом с девушкой, укладывая, как и она подушку к стене.
 
— Да, — довольная собой Машка не могла сдержать улыбки, — именно поэтому, а что вы там себе напридумывали, это всё зря.
 
— Очень интересно, Маша, ты говоришь, — улыбалась Ольга. — И тебя совершенно не смутит, тот факт, что действие всего фильма происходит в номере отеля, где две дамы безостановочно занимаются сексом?
 
— Так вы собираетесь смотреть «Комнату в Риме»? — Машка подняла одну бровь.
 
— А так что? Смотрела его уже? — Заинтересованно спросила учительница.
 
— Нет, кстати, только недавно его скачала, а вот посмотреть, времени никак не было.
 
— Тогда, — Ольга Валерьевна подняла бокал вина, и после того, как девушки сделали пару глотков напитка, продолжила, — смотри фильм очень внимательно. Здесь очень глубокий смысл. Я смотрела его много раз, и постоянно узнаю для себя кое-что новое, совсем другое.
 
Весь фильм Ольга внимательно наблюдала за Машкой и подавляла приступы смеха. Ещё никогда ей не приходилось бывать в подобных комичных ситуациях. Сначала Машка вся в стеснении и смущении отводила глаза, потом на самых пикантных сценах делала заинтересованное лицо и утыкалась в мобильник, потом и вовсе не знала, куда же ей прятать взгляд. Через полчаса, Ольга заметила в глазах Машки неподдельный интерес к происходящему.
 
— Ты мне снова напоминаешь ученицу, — прошептала на ухо девушке Ольга.
 
Машка, вздрогнула от её шепота, и это не удалось скрыть от глаз Ольги.
 
— Почему же? — спросила Машка.
 
— А потому, что, если бы рядом с тобой лежали ручка и листочек, ты бы начала конспектировать изученный материал, — Ольга улыбалась, — ты такая чудная.
После слов учительницы Машка перестала смущаться, тем более, что на экране, героини наконец начали разговаривать между собой. Её действительно увлек сюжет. Машка сидела с открытым ртом, ведь фильм на удивление ей понравился.
 
— После него у меня столько вопросов, — как-то грустно произнесла Машка, когда девушки сидели на балконе и курили, — и мне кажется, что ответы для каждого, кто это смотрел, будут свои.
 
— Понимаю, — сказала Ольга шумно выдыхая дым, — у меня после него всегда какой-то осадок остается.
 
— И у меня тоже остался, — призналась Машка.
 
— Теперь ты понимаешь, почему я люблю его пересматривать?
 
— Да. Я его обязательно пересмотрю. — Сказала Машка, выкидывая бычок.
 
— Почти три утра. Надо ложиться спать. — Сказала Ольга, заходя в комнату, Машке, которая осталась на лоджии и любовалась видами из окна.
 
— Мне к третьему уроку, Ольга Валерьевна. У меня первые два физкультура, и имеется освобождение.
 
— Хоть это радует, Рыжова. Мне тоже к третьему. Мы можем встать в десять, — Ольга начала убирать бокалы и бутылку со стола.
 
— Да. — Сказала Машка, помогая учительнице наводить порядок.
 
— Спасибо тебе Маш, — Ольга села на краешек кровати и смотрела на свою ученицу. Ты мне действительно очень помогла.
 
— Да ничего, — Машка села рядом и взяла Ольгу за руку, — я рада, что мне удалось вам помочь. Если хотите, я могу остаться с вами.
 
— Ничего себе, — усмехнулась Ольга, — какая смелая девчонка.
 
— Вообще-то, я хотела, как вам лучше. — В голосе девушки читалась обида. Машка уже встала с кровати и направилась уже к выходу, как Ольга её взяла за руку и остановила.
 
— Да ладно тебе, не обижайся, — тепло улыбнулась она, — я правда очень бы хотела, чтобы ты со мной осталась. Но как попросить об этом тебя, я не знала. Боялась, что ты меня не так поймешь. Тем более кровать большая, — понимая, что девушка все же решила остаться, Ольга забралась на кровать и уселась на ней, — не бойся, — жестом она позвала Машку к себе, — ты мне правда, стала очень дорога, прямо как сестрёнка, — Ольга улыбалась.
 
— Как сестрёнка? — Машка легла рядом и подложила под подушку руку, глядя на Ольгу.
 
— Конечно, как сестрёнка, Маш, — усмехнулась учительница, — я же, как ты сказала, не в твоём вкусе.
 
— Ольга Валерьевна? Вы спите? — шепотом спросила Машка минут через десять.
 
— Нет ещё, — ответила ей Ольга.
 
— Обещайте мне сыграть эту песню на гитаре? — мечтательно спросила Машка.
 
— «Полюбить незнакомку»? — Спросила Ольга, зевая.
 
— Да, — сказала Машка еще тише, — «Полюбить незнакомку».
 
— Обещаю, — с этими словами Ольга провалилась в сон.

Стр 12
На большой перемене Лиса, Татьяна и Машка отправились в курилку. Погода портилась день ото дня, поэтому девочки пользовались чуть ли не последней возможностью нежиться под лучами пусть уже не такого тёплого, но всё-таки солнышка.
 
Девочки устроили Машке настоящий допрос. Они не понимали, что происходит с их подругой. А Машка, Машка понимала, что последнее время начала отдаляться от своих девчонок. Впервые за их дружбу у Машки появились секреты, с которыми она не могла поделиться. Она реже стала проводить с ними время, постоянно была чем-то занята. Иногда даже не брала трубки. Финальным аккордом был тот факт, когда несколько дней назад, вечером девочки пришли к ней домой. Но Машкина квартира была пуста. У девочек был ключ, поэтому, пройдя в квартиру, они долго ждали свою подругу внутри. Но к двенадцати часам терпение подруг иссякло, и они ушли.
 
Девушка понимала, что испытывает к Ольге симпатию, привязанность, может быть, даже влюблённость. От этих мыслей девушка ещё больше краснела. Лиса демонстративно расхаживала из стороны в сторону, усиленно жестикулируя. Танька же просто в упор смотрела на свою подругу. А Машка молчала. Что она могла сказать? Правду? Какую правду, если между ними ничего нет?
 
— Рассказать им все с начала? — думала она про себя, усмехнувшись этой глупой затее. — Про клуб, про то, что ночевала у неё дома после просмотра лесби фильма под вино неделю назад? Про то, что после дополнительных занятий частенько ездили в небольшую кафешку и ужинали вместе? А что толку? Их отношения были просто чуть больше, чем отношения учительницы и ученицы. Небольшая и некритичная разница в возрасте. Общие интересы, общие секреты. Но не больше. Да и Машка сама не осознавала, хотела бы она чего-то большего?
 
Машка понимала, что хотела бы поделиться этой информацией с подругами. Она хотела бы посоветоваться с ними, что же ей делать. Но ответ и без советов подруг напрашивался сам собой. Ведь делать было нечего. А рассказывать им про то, чего нет и быть не может, Машка пока не могла. Не видела ни причин, ни повода. А волновать девчонок она не хотела.
 
Ольга не смотрела в её сторону. Пресекала любые острые моменты, которые могли бы между ними проскользнуть. Не давала даже мысли для того, чтобы Машка поняла, что та ей нравится.
 
А ведь Ольге она действительно нравилась. Нет, Ольга Валерьевна, естественно, не хотела в этом признаваться даже самой себе, что тут вообще можно говорить о Машке. Учительница понимала, что если возможно между ними что-то и произойдёт, то не раньше того, как Машка закончит школу, и они начнут просто общаться как подруги. Ольга не хотела проблем ни себе, ни своей ученице. Поэтому всячески отгоняла от себя эти мысли, да и вообще не собиралась предпринимать в сторону Машки никаких действий. Пока.
 
 Да, они действительно сблизились в последнее время. И Машка, и Ольга это понимали, однако это не меняло ситуацию.
 
Девчонки так и не смогли докричаться до своей подруги. Машка смогла наплести им с три короба, но те, понимая, что она им врёт, попросту отстали от нее со своими расспросами.
 
Машка больше не списывала математику у Лисы. Алиса была настолько удивлена этому факту, что на перемене допытывалась от Машки, с чего вдруг у неё проснулись такие способности. Машка, сказав, что тема, которую они проходят ей понятна, скорее убедила в этом себя, нежели подругу.
 
На самом же деле во время контрольной Машка видела, как Ольга Валерьевна, не отрывая глаз следила за ней и каждым её шорохом, пресекая любую попытку списать или подсмотреть. Когда Машка решала последний (!!!!!!) номер контрольной работы, Алиса случайно толкнула соседку по локтю и, заметив, что Машка практически написала всю контрошку, выпучила на подругу глаза.
 
Да, занятия с Ольгой Валерьевной однозначно шли ей на пользу. Ольга просто выдрессировала свою ученицу до такой степени, что Машка выучила абсолютно все формулы, алгоритмы их применения и пути решения различных видов неравенств.
На самом деле у Машки была другая мотивация. Ольга Валерьевна обещала её научить играть на барабанной установке, если та напишет контрольную на пять сама. И вот, получив заслуженную оценку — первую пятерку в её жизни за контрольную работу, Машка с нетерпением сидела на классном часе, ожидая, когда же это безобразие закончится, и она сможет подняться в кабинет номер 25 и договориться с Ольгой Валерьевной на сегодняшний вечер.
 
Классный руководитель рассказывала про осенний бал, который должен проводиться в середине ноября. Рассказывала про срочную подготовку и гениальные идеи, которые посетили её голову. Класс что-то обсуждал, ученики дискутировали между собой, а Машка мечтательно смотрела в окно, не принимая никакого участия в этом балагане.
 
Подойдя к кабинету математики, Машка очень удивилась тому, что дверь заперта. Сердце упало в пятки. Девушка испугалась.
 
— Ну не могла же она забыть про меня, — пронеслось у неё в голове.
 
Машка спускалась по лестнице и набирала номер телефона своей учительницы. Шли гудки, а трубку Ольга Валерьевна так и не поднимала. Дойдя до парковки и не увидев черный Лансер своей учительницы, Машка было подумала, что та уехала домой и ждет её уже там, как вдруг девушка решила, что надо посмотреть в соседнем дворе. Иногда Ольга Валерьевна ставила машину именно там.
 
И Машка не ошиблась. Чуть не сбивая прохожих, девушка кинулась во двор, завидев знакомую марку автомобиля, и в пятнадцати метрах от заветной цели остановилась, как вкопанная. Около машины она увидела Ольгу, которая мило разговаривала с какой-то совершенно незнакомой Машке девушкой. Ольга недавно показывала фотографии её подруг и друзей, однако, незнакомки там однозначно не было.
Ольга Валерьевна вела какую-то беседу с незнакомкой.
 
Девушки смеялись и шутили. Машкин гей-радар сработал на все сто. Школьница была уверена, что Ольга Валерьевна разговаривает с девушкой явно не по поводу работы и чего-то ещё. Сделав вывод, что эти две девушки давно друг друга знают и слишком уж тесно стоят друг к другу, Машка расстроилась. Из глаз выступили слёзы обиды. Но ещё больше девушка разрыдалась, когда парочка села в машину и уехала в неизвестном направлении. Машкино сердце было разбито. Ей казалось, что её просто предали.
 
— Витькаааааааааа! Витька, я дома! — с этими словами Женька зашёл в квартиру и начал разуваться.
 
— Я не одна! — Послышался голос Ольги из глубины квартиры. — В комнату не входи!
 
— Да понял я, не дурак! — Усмехнулся парень, проходя на кухню. — Кофе в постель подать?
 
— Дурак! — В голосе сестры было слышно недовольство. Ольга сама зашла на кухню и села на стул.
 
— Ты что так рано? Я тебя не раньше девяти ждала, — Ольга налила из графина в стакан воды.
 
— Да вот решил узнать, что же в свободное время делает моя сестра, пока меня нет дома, — парень на скорую руку резал себе несколько бутеров, — Хочешь? — спросил он, протягивая сестре бутерброд.
 
— Да ну тебя, — Ольга махнула рукой, — как ты приехал, так даже бабу домой не приведёшь, — Ольга подошла к окну и, подкурив сигарету, повернулась к своему собеседнику.
 
— Да больно вы мне нужны, ебитесь на здоровье, — с набитым ртом и, изрядно жестикулируя, сказал Женя.
 
— Да конечно, я ж тебя знаю, не очень-то мне хочется быть героиней твоей порно-коллекции, — подколола она брата.
 
— Эй, ну ты чего, — рассмеялся парень, — мне было семнадцать, и мои гормоны бушевали. Может будешь бутерброд? — Женька, давясь от смеха, ещё раз протянул сестре кусок хлеба с колбасой и майонезом.
 
— Да отстань ты со своим бутербродом! — Прошипела Ольга. — Тем более с твоими гормонами за несколько лет ничего кардинального не произошло.
 
— Ну тебя, — Женька обиделся, — кого ты хоть привела? — заинтересовался парень.
 
— Да Марина это, — отмахнулась она от него, присаживаясь на подоконник.
 
— Э! — удивился Женька. — И что ты мне не сказала? — с этими словами парень поставил в угол стола недопитый кофе и вышел из кухни, — Маринааааа! Я так соскучился! Год тебя не видел! — раздалось из комнаты.
 
— ОООО! Началось! — скептически сказала Ольга, вминая окурок в пепельницу, — круто поебалась ты сегодня, Ольга Валерьевна!
 
Надо сказать, что святой Ольга не была никогда. Не то чтобы девушка была беспорядочна в половых связях, просто она не считала секс чем-то обязующим. Марину Ольга знала достаточно долго. Девушек, с одной стороны, связывала неплохая дружба, с другой стороны, редкий, но отменный секс. Девчонки могли часами под пивко изливать друг другу душу, делиться личными переживаниями, а иногда могли просто потрахаться. Без обязательств, обещаний и склок с руганью. Марина уже несколько лет была безнадёжно замужем, и это замужество нисколько не мешало ей подцепить симпатичную девушку на вечеринке.
 
Муж Марины, наверное, был слеп на два глаза и глух на два уха. Мужчина абсолютно не понимал, а может быть, и не хотел понимать того, что творится у него под боком. Марину такой расклад абсолютно устраивал, тем более, девушка сама знала, что её муж не чист на руку. Поэтому, когда позвонила Ольга, девушка без раздумий поехала к своей подруге.
 
Женька к Марине относился спокойно. Парень знал подругу своей сестры почти два года и за этот период они неплохо подружились. Целый час Женька делился своими эмоциями по поводу службы в армии с девчонками в комнате. Однако в скором времени Марине позвонил муж, и она начала собираться домой. Время было около девяти часов, когда девушка вызвала такси. Ольга решила выйти проводить подругу до машины и сходить заодно в магазин за продуктами.
 
 Попрощавшись с Мариной и совершив покупки в ближайшем супермаркете, Ольга возвращалась домой, решив сократить путь через близлежащие гаражи, пока не услышала какой-то непонятный ей шорох, приглушённые крики и визг. Голос показался девушке довольно знакомым, и она направилась в сторону, откуда, по её мнению, доносилась возня.
 
Практически в полной темноте, не разбирая ничего вокруг, девушка двигалась вперёд. Подкравшись к источнику шума, Ольга сначала не поняла, что вообще происходит. Она вообще думала, что кто-то просто выкинул котят на улицу или играют какие-то ребята, хотя любопытство всё же взяло верх. Однако девушка никак не ожидала увидеть мужчину, который, прислонив спиной девушку к бетонной стене, ударил её в живот и потащил за собой в глубь гаражей. Ольга испугалась не на шутку.
 
 В темноте практически ничего не было видно, но девушка всё же направилась за ними. Свет фонаря осветил парочку на секунду, и этой секунды Ольге было достаточно для того, чтобы понять, что происходит что-то нехорошее. Девушка сделала пару несмелых шагов вперед, стараясь быть незамеченной. А дальше, от того, что она увидела, ей стало по-настоящему страшно.
 
 Ей показалось, что она увидела Машку, её Машку, которая была в руках у явно неадекватного мужчины, который тащил её силком прямо к тупику в гаражах. На раздумье у Ольги было три секунды, поэтому, сделав вдох и встряхнув дрожащие руки, Ольга достала телефон. План пришел крайне быстро.
 
— Алё, Вова! — девушка достаточно громко начала говорить, приложив к уху мобильный телефон, — я уже поставила машину в гараж, поэтому твоя жена скоро будет дома, выходи — встречай.
 
Ольга сделала паузу, изображая тот факт, что немой собеседник говорит ей что-то в ответ, и начала двигаться вперёд.
 
— Да, да, я уже купила детскую смесь для дочки, всё хорошо. Через две минуты выходи, — с этими словами, надеясь на то, что её всё же заметили, практически поравнялась с ними.
 
Убедившись в том, что это Машка, Ольгу начало трясти ещё сильнее. И прежде чем парень обернулся, Ольга успела сделать знак своей ученице, чтобы та молчала.
— Эй, — повысила голос Ольга, — это что тут происходит, — Ольга начала приближаться к парочке.
 
Видя, что незнакомый мужчина, заткнув Машке рот, начал практически волоком тащить Машку в противоположную сторону, Ольга ускорила шаг.
— Это ты что ли, блять? — Ольга начала громко смеяться. — Отпусти парня, он ни в чём не виноват, сука!
 
— Иди куда шла, — отозвался мужик, — чё, проблем хочешь? — От него явно разило перегаром, и Ольга это почувствовала чуть ли не с трёх метров.
 
— Да ты влип, приятель! — Ольга, осмелившись, подошла к парню. — Ты хоть в курсе, что её тут весь район знает? Это ж Машка спидозница! Ты чё думал, что это ты её снял? — расхохоталась девушка. — Не, ну дело, конечно, твоё, только позволь — я угадаю. Она тут школьницей уже успела тебе представиться?
 
Парень медленно обернулся к Ольге и вопросительно посмотрел на девушку.
 
— Вижу, что успела, — усмехнулась Ольга. — Блядь ты конченая, — с издёвкой обратилась она к Машке, — тебя не ебать надо, испиздить до смерти, только руки об такую шмару марать никому не хочется. — Знаешь, сколько она тут позаражала уже?
— Видя, что мужчина начал медленно и понемногу пятиться назад, тут же продолжила. — В соседнем доме живёт, прикинь, — посмотрела она на мужика. — Хахалей снимает в тёмных переулках, а те потом в больничку с анализами бегут. В том году чуть брата моего не заразила. Мразь, — Ольга смачно плюнула на землю в сторону, где ни жива, ни мертва стояла дрожащая от страха Машка.
 
— Чё? Правда, что ли? — озверевший от злости мужик схватил Машку за плечи и со всей силы припечатал её к металлической двери гаража.
 
Машка тут же начала визжать и реветь. От страха, который сковал все её движения, девушка не могла даже связать двух слов. Видя это и понимая, что ничего не может сделать, Ольга от злости сжала кулаки.
 
— Ты это, не сильно её, — медленно и брезгливо произнесла Ольга мужику, — а то мало ли, вдруг закровит.
 
— Ну нахуй, — парень со всей силы ударил кулаком об гараж прямо около Машкиного лица и быстрым шагом направился в противоположную сторону.
 
— Молчи, — тихо обратилась она к Машке и отошла от неё на несколько шагов.
 
Убедившись, что парень скрылся в глубине гаражного кооператива, Ольга бросилась к своей ученице, которая сидела на корточках, прислонившись спиной к стене, и рыдала.


Стр 13
— Солнышко, солнышко, — Ольга присела на корточки перед Машкой, пытаясь убрать руки с её лица, — все хорошо, я тут, — взяв Машу за плечи, Ольга наклонила её чуть на себя, чтобы обнять.
 
— Он ушёл, да? — посмотрела девушка на Ольгу заплаканными глазами.
 
— Конечно ушёл, милая, — улыбнулась Ольга, крепче прижимая к себе свою ученицу. — Не брошу я тебя никогда. Всё будет хорошо, — прошептала Ольга. — Он тебя сильно ударил? — С этими словами Ольга взяла в свои руки лицо девушки, глядя ей в глаза.
 
— Нет, всё нормально, — Машка попыталась встать, но схватилась за голову, — наверное, только головой немного ударилась, больше ничего не болит.
 
— Иди, я тебе помогу, — Ольга, нащупав небольшую шишку на голове, которая была не такой уж и серьёзной травмой, снова обняла Машку. — У меня всё внутри так трясется.
 
Услышав в ответ только приглушённые Машкины рыдания на своей груди, Ольга ещё пару минут молча стояла и прижимала девушку к себе. Шептала что-то успокаивающее, и когда её ученица немного пришла в себя, убедившись, что та может идти, повела её к себе домой.
 
Домой шли молча. Голова практически не болела, Машка больше испугалась, чем пострадала, однако, что одну, что вторую, трясло от шока. Ольга же старалась не подавать вида и волнения. Всячески подбадривала девушку, стараясь её тем самым отвлечь и успокоить.
 
Через пять минут девушки уже зашли в квартиру, и первым делом, Ольга достала лёд из морозильной камеры и приложила к Машкиной голове.
 
— Это чай с ромашкой, тебя должно отпустить, — с этими словами, Ольга поставила чашку с ароматным напитком на стол и села рядом.
 
— Спасибо, — сказала Машка еле слышно и дрожащими руками взяла в руки чашку и начала пить.
 
— Не сильно горячий? — Ольга поставила на стол тарелку с печеньями и отошла к окну в поисках зажигалки. Выругавшись, что никак не может её найти, подкурила от газовой плиты и села на подоконник.
 
— Нет, он не горячий. Спасибо вам, Ольга Валерьевна, — как-то грустно улыбнулась девушка.
 
— Я пиздец как испугалась, а когда увидела, что там ты, меня так штормить начало, — вздыхая, говорила Ольга Валерьевна.
 
Машка медленно со спины подошла к своей учительнице. Молча достала из пачки ещё одну сигарету. Сделав глоток крепкого кофе, который стоял на подоконнике, Машка взяла зажигалку, которую так безуспешно искала Ольга, и, улыбнувшись этому, закурила.
 
— Тушь размазалась, — тихонько сказала Ольга, глядя в глаза Машке. С этими словами девушка провела пальчиком под её глазами, стирая слезы, и заодно поправляя макияж.
 
— Это такая ерунда, — шумно выдохнув, сказала Машка.
 
— Знаю, — немного развернувшись, Ольга придвинула Машку к себе и обняла.
 
— Так страшно было. Я даже пошевелиться не могла. Только слышала, как моё сердце билось, — тихонько сказала она и снова заплакала.
 
— Ну что ты? — обратилась Ольга к своей ученице, взяв её рукой за подбородок и вытирая с лица слезинки, — не надо больше плакать, — девушка грустно улыбнулась, — со мной и похуже бывало, и драки, и мордобои отменные были. Нужно уметь за себя постоять. Уродов очень много ходит.
 
— Знаю, — сказала Машка, делая очередную затяжку. — Вам на актёрский надо было поступать.
 
— Да ну, — Ольга Валерьевна начала отнекиваться. — Эта история стара, как мир. Главное работает. Рисковать никто не будет, тем более венеричку на глаз не обнаружишь, — Ольга Валерьевна, затушив бычок, взяла в руки кружку с кофе и сделала пару глотков.
 
— И как теперь по улицам ходить? — вздохнула Машка.
 
— А нечего одной по гаражам ходить, — Ольга Валерьевна повысила голос на девушку, — и вообще, что ты там делала?
 
— Я… — замялась Машка, — к вам шла, — девушка отвела взгляд в сторону.
 
— Позволь узнать, зачем? — удивилась Ольга.
 
— Вы мне обещали, что на барабанах научите играть, а трубку не брали, — тихо ответила Машка.
 
— Так я телефон не слышала, — соврала Ольга, — у меня после работы образовалось срочное дело, мне надо было срочно съездить кое-куда с Женькой. У него были некоторые неотложные проблемы. Мы только вот недавно приехали.
 
— Аааа, — протянула девушка, — понятно. А Женька где?
 
— Да он, видимо, в ванне всё сидит, я как вышла из дома, он собирался туда, — Ольга Валерьевна встала с подоконника и села за стол на кухне.
 
— Понятно, — сказала Машка и тоже села за стол, снова прикладывая к голове лёд.
 
— Сильно болит? — заботливо спросила Ольга, двигаясь со стулом вместе к своей ученице. — Распусти волосы, дай я повнимательнее посмотрю.
 
Машка повернулась спиной к девушке и, развязав резинку на волосах, стала делать пробор.
 
— Дай я сама гляну, — с этими словами, Ольга начала распутывать длинные Машкины волосы. — Всегда мечтала о таких волосах, классных, — улыбнулась Ольга, — однако, меня в детстве постоянно стригли. Тут у тебя немного крови, — Ольга поменяла тему разговора. -Видимо ушиб, но не сильно серьёзный. Посиди так, я зелёнку достану, — Ольга встала и, достав из ящика аптечку, быстро нашла нужное средство. — Может чуть пощипать, но, думаю, жива останешься, — шутила учительница.
 
— Надеюсь, Ольга Валерьевна, — с шуткой в голосе отозвалась Машка.
 
— Олька, ты что Маринку назад привела? Вы голые уже, поди? — Послышался голос Женьки в глубине квартиры.
 
— Закрой свой рот, — грозно отозвалась Ольга, и, поймав на себе непонимающий взгляд ученицы, отвела глаза.
 
Машка поняла всё за секунду. Она встала и повернулась лицом к Ольге.
 
— О! Машка-алкашка, — на кухню зашел Женька, обернутый вокруг пояса в полотенце, — приветик, Машка. Не ожидал у нас тебя снова встретить.
 
Завидев в руке у сестры зелёнку и Машкины зареванные глаза, Женька испугался. Ольга вкратце рассказала ему, что приключилось с ними десять минут назад, и Женька, никак не ожидав услышать такое, сел в ступоре.
 
— Ну и дела тут, — задумчиво сказал Женька, делая несколько глотков кофе из кружки сестры. — Сильно испугалась? — Обратился он к пострадавшей Машке.
 
— Сильно. Я, правда, уже отошла, — сказала школьница, грустно улыбнувшись, — и вообще, я пойду домой, — с горечью в голосе продолжила она, — не надо было мне вообще приходить сюда, — обратилась девушка взглядом к Ольге Валерьевне. — Вообще зря всё, — тихо добавила она, вставая со стула и направляясь к выходу.
 
— Стой, — в один шаг Ольга догнала свою ученицу. — Ты же хотела поиграть на барабанах, — улыбнулась она девушке.
 
— Но я понимаю, что вам мешаю, — Машка опустила взгляд, намекая Ольге на то, что в курсе того, что Ольга была занята далеко не проблемами брата.
 
— Маш, — Ольга потянула девушку на себя, тем самым заводя её назад на кухню, — мы сейчас все допьем чай и пойдем в комнату. Я всегда выполняю свои обещания. Барабаны так барабаны.
 
 
— Оль, и как нам её учить-то? — Женька задумчиво почесал репу, глядя на то, как Машка, сев за установку, начала отчаянно бить по барабанам.
 
— Жень, я предлагаю тебе пройтись по подъезду, а сама пойду, книг что ли возьму, звук надо глушить хотя бы подручными средствами, — сказала Ольга, вставая с кресла.
 
Принеся в комнату несколько книг по алгебре, Ольга положила их на барабаны.
 
— Смотри, — с этими словами Ольга ударила несколько раз по барабану, — так можно относительно заглушить звук, и не бей так сильно, — Ольга улыбнулась Машке.
 
— А вы мне покажете, как надо правильно играть? — спросила Машка, протягивая своей учительнице палочки.
 
— Покажу, — с этими словами Ольга взяла второй табурет и села позади девушки, — только обещай мне не лупить по ним, как сумасшедшая.
 
— Угу, — отозвалась Машка, слегка повернув голову в сторону Ольги.
 
— Маш, подвинься ко мне спиной как можно плотнее, — попросила она девушку. — Видишь, я сижу чуть выше тебя, и если ты опустишь локти, то я тебе сейчас всё покажу.
 
Машка, полностью придвинувшись к своей учительнице спиной, смогла даже немного облокотиться об Ольгу, чтобы вообще не мешать ей своим телом, давая тем самым доступ к барабанной установке на все сто процентов.
 
— Маш, смотри, это бочка, — с этими словами Ольга поставила правую ногу на педаль и сделала несколько ударов по ней. — Правая нога всегда должна лежать здесь. Поняла?
 
— Да, поняла, Ольга Валерьевна. А можно я поставлю свою ногу? — спросила девушка, поднимая на учительницу свой взгляд.
 
Понимая, что находится к учительнице слишком близко, Машка тут же засмущалась от этого и опустила голову. Ольга же сделала вид, что не заметила смущения девушки, и, разрешив ей поставить правую ногу на педаль, начала объяснять дальше.
 
— Это, — ударила она рукой по тарелочкам и тут же умело и очень быстро заглушила звук ножной педалью, — хай-хэт. Здесь две тарелочки, видишь?
 
Получив быстрое «угу» от своей ученицы, Ольга рассмеялась про себя. Почувствовав, что в голосе Ольги послышались нотки юмора, Машка вопросительно посмотрела на учительницу.
 
— Маш, почему синусоиды не вызывают в тебе такого интереса? — спросила Ольга Валерьевна.
 
— Ну что вы опять про них заладили? — Машка надула губки. — Мы же не в школе?
 
— Ой, какая хитрая, — улыбнулась Ольга, поправляя волосы и закалывая чёлку, чтобы та не лезла в глаза.
 
— Ольга Валерьевна, давайте про хэт, — Машка снова подняла глаза на учительницу и, увидев, что та улыбается, улыбнулась ей в ответ.
 
— Смотри, здесь тоже есть педаль, ставь на неё свою ногу, — обратилась она к ученице, и та сразу же её послушалась. — Ногу отсюда не убирай, держи тарелки в закрытом состоянии.
 
— Хорошо, — сказала Машка и начала ёрзать на стуле. — Как-то не очень удобно так сидеть.
 
— Это с непривычки. Здесь работают и ноги, и руки, и всегда ты должна находиться в напряжении. Поняла? — сказала Ольга, наклоняя при этом свой корпус вместе с корпусом Машки, чтобы суметь дотянуться до её ног и поставить их правильно.
 
— Поняла, — сказала Машка.
 
— Эй-эй, — повысила голос Ольга, — ты куда спину наклонила? — с этими словами Ольга взялась за Машкины плечи и облокотила тем самым девушку на себя, — так нельзя сидеть, я не зря позади тебя села.
 
— Хорошо, — сказала Машка. — Буду стараться держать спину.
 
— Смотри дальше, для начала покажу тебе только один барабан. Это, — ударила она пальцами по поверхности, — рабочий. Он основной. Остальные нужны для переходов, всевозможных фишек и для выделения звука. С ними мы разберёмся чуть позже.
 
— О, вы уже теорию изучаете? — в комнату вошел Женька и уселся в кресло напротив девчонок.
 
— Типа того, — сказала Ольга. — С соседями всё норм?
 
— Да, у нас есть всего лишь час, дальше уже поздно, — сказал парень.
 
— Ну, тогда поехали, — сказала Ольга, взяв в руки палочки. — Жень, тащи метроном что ли, — обратилась она к брату.
 
Ольга достаточно хорошо играла на барабанной установке. Сколько точно по времени она стучала, уже не помнила. Может, лет семь, если сказать навскидку.
 
Ольга ходила в музыкальную школу с шести лет на пение, потом серьёзно начала заниматься гитарой. Играла на школьных показательных выступлениях, пела в хоре, и преподаватели в музыкальной школе её всегда выделяли среди сверстников.
 
 В лет тринадцать друзья по музыкальной школе объединились в небольшую группу и в течение полутора лет представляли среднюю школу искусств на различных конкурсах и фестивалях. Постепенно ребята менялись между собой, и к концу девятого класса школьный ансамбль переквалифицировался в местную рок-группу. Ольга в основном играла на гитаре и отвечала за женский вокал, но иногда ребята между собой менялись инструментами, поэтому Ольга умела играть и на барабанах, и на басу, и на клавишах.
 
 Когда уровень группы подрос, ребята начали ездить на различные конкурсы и рок-фестивали за пределы области, а то и вообще в отдаленные регионы. А когда подрос Женька, парень хвостиком бегал за сестрой, и вскоре сам стал неплохо разбираться в музыкальных инструментах. Лет в шестнадцать голос парня окончательно созрел, и он начал очень и очень неплохо петь.
 
Время с Машкой пролетело незаметно. Ребята смогли объяснить девушке основной принцип игры, обучили самым простым ритмам. Машка даже освоила самые простецкие переходы, чему несказанно была рада. Отстукивая под метроном, девушка практически не сбивалась, отчего Женька даже немного увеличил скорость.
 
Машке удалось уболтать Женьку и Ольгу на несколько последующих занятий, на что ребята согласились. Женька позвал девушку на следующей неделе к ним домой, так как должны были приехать из другого города их друзья на шумную вечеринку, где они смогли бы неплохо поиграть на инструментах. Машка светилась от счастья и смогла наконец успокоиться и привести свои нервы в порядок.
 
Ольга решила довезти свою ученицу до дома во избежание всяких неприятных историй и приключений. Машка же всю дорогу трещала без умолку. Расспрашивала учительницу про инструменты, про занятия и смогла притихнуть только тогда, когда машина Ольги уже подъезжала к Машкиному дому.
 
У Ольги тоже поднялось настроение под вечер, и отпускать Машку она не хотела. Она понимала, что Машка смышлёная и не по годам развитая девушка, к которой она испытывала некоторую симпатию. Однако никаких действий в сторону своей ученицы она не собиралась предпринимать. Тем более Ольга видела, как Машка смотрит на неё, видела, что школьнице приятно её общество. Поэтому, когда машина подъехала к подъезду, повисла некоторая неловкая пауза.
 
— Я провожу тебя до двери, — сказала Ольга, выходя из машины.
 
— Спасибо, — тихонько ответила Машка.
 
 Девчонки побежали под козырёк подъезда.
 
— Ненавижу осень, — сказала Машка, наблюдая, как дождь начал усиливаться, и за несколько секунд образовалась на асфальте большая лужа.
 
— А мне нравится такая погода, — сказала Ольга и присела на корточки, облокотившись о железную дверь. — Тепло сегодня.
 
— Сама этому радуюсь, — сказала Машка и села рядом. — Только радоваться осталось совсем недолго, — в голосе девушки было сожаление.
 
— Да, я смотрела погоду, — Ольга подкурила себе и Машке сигарету, — на следующей неделе сильно похолодает. Держи.
 
— Спасибо, — сказала Машка, закуривая. — И вообще, — добавила она, — спасибо вам за всё, что вы сделали.
 
— Дурёха, — Ольга по-свойски обняла девушку за плечо, притягивая к себе, — не ходи больше по тёмным улицам, а тем более к гаражам одна. Договорились? — обратилась она к девушке.
 
— Договорились, — сказала Машка и тут же, решившись, спросила: — Ольга Валерьевна, а можно я вам нескромный вопрос задам.
 
— Ну, давай, — усмехнулась Ольга, выдыхая дым их легких.
 
— А кто такая Марина? Это её я видела? — как-то тише обычного спросила Машка и заглянула Ольге Валерьевне в глаза.
 
— Маш, та девушка, которую ты видела в школе, её зовут Катя, и не думаю, что мне удастся возобновить с ней отношения, как бы я этого не хотела, — уверенно сказала Ольга, отводя глаза и наблюдая, как капли дождя стекают по козырьку.
 
Подул сильный ветер, Ольга почувствовала, что Машка съёжилась, и сильнее прижала её к себе.
 
— А Марина — это, — замялась Ольга, бегая глазами, — Марина иногда появляется в моей жизни, когда я стою на распутье. Хорошая подруга, с которой иногда можно позволить себе немного больше.
 
— Это как? — удивлённо спросила Машка.
 
— Маша, я не знаю, что тебе на такое можно и нужно отвечать, — рассмеялась Ольга.
 
— Ну, Ольга Валерьевна! — Машка надула губки и обиженно посмотрела на свою учительницу.
 
— Маш, ты хочешь поговорить? — спросила Ольга, обращаясь к девушке.
 
— Ну… да, — сказала Машка и вопросительно посмотрела на свою учительницу.
 
— Я надеюсь, ты сделала все уроки? Время почти одиннадцать часов.
 
— Ольга Валерьевна! Вы нам ничего не задали, по русскому был диктант, а историю, общество и биологию я прочла, — начала быстренько перечислять Машка.
 
— С тебя вкусный кофе на балконе и соблюдение хоть какой-то субординации, договорились? — с этими словами Ольга встала и подняла Машку, которая начала замерзать.
 
— Конечно! — сказала Машка, открывая домофонную дверь.


Стр 14
— У тебя очень красивый вид. Когда садится солнце, наверное, невероятное зрелище, — сказала Ольга, усевшись поудобнее на балконе в кресле.
 
— Да, я очень люблю здесь сидеть. Жаль только, что диван поставить негде, — улыбнулась Машка.
 
— На моём балконе даже одно такое кресло не поместится. А у тебя их целых два, к тому же ещё столик, — сказала Ольга и начала укрывать ноги тёплым пледом.
 
— Здесь темно и не видно шкафа. Отец в нём свои принадлежности для рыбалки хранит, — сказала Машка, показывая рукой позади себя.
 
— Рыбак, значит? — улыбнулась Ольга. — Мой отец тоже этим увлекается. А вот Женька как-то не изъявил желания пристраститься к этому занятию.
 
— Пару раз меня отец брал с собой, но мне было там очень скучно. Потом и вовсе забросила я это дело. Не моё, — улыбнулась Машка.
 
— Посмотри, как поднимается ветер: ночью, наверное, будет вообще настоящий ураган, — задумчиво сказала Ольга и взяла со стола кружку с кофе и несколько печенек.
 
— Наверное, поднимется, — Машка наконец перетащила с кухни на столик все печеньки и бутеры и сама уселась в кресло, тоже накрывая свои ноги пледом.
 
— Маш, когда к нам с Женькой ребята приедут, ты меня только на «ты» называй, хорошо? Так вопросов будет меньше и подколов в мою сторону.
 
— Хорошо, — усмехнулась Машка. — А они про вас знают все? — спросила она.
 
— Да, знают они все, конечно, у меня от друзей практически никаких секретов нет. Тем более мы друг друга знаем очень давно, — сказала Ольга.
 
— Это хорошо, когда нет секретов. А я про вас девчонкам ничего не рассказывала вообще, — сказала Машка, подкуривая.
 
— Ты слишком много куришь, — сказала Ольга. — Сокращай это дело.
 
— Знаю, — сказала Машка, выдыхая дым. — Мне просто очень нравится курить. А так да, это ещё та зараза, — улыбнулась девушка.
 
— А почему ты ничего не рассказываешь подругам? — спросила Ольга и сама потянулась за пачкой сигарет.
 
— Не знаю, — задумалась Машка. — Появится слишком много вопросов. И я вам обещала, что ваши секреты не выдам.
 
— Мило, — сказала Ольга. — Но если ты уверена, что твои подруги будут держать язык за зубами, все равно непонятно, почему ты им не расскажешь, что мы с тобой просто дружим?
 
— Ольга Валерьевна, — посмотрела Машка на учительницу, — они начнут задавать вопросы, а правдоподобно врать я не смогу. Поэтому решила им вообще ничего не рассказывать, пока.
 
— С другой стороны, тоже верно, — подметила учительница.
 
— Обещаете не смеяться? — с этими словами Машка уставилась на Ольгу и хитро сузила глаза.
 
— Обещаю, — расплылась Ольга в улыбке.
 
— Мы за вами следили, — Машка уставилась на девушку.
 
— Господи, боже мой, — расхохоталась Ольга. — С кем хоть следила-то? И выследила что?
 
— Нет, всё не так, я в начале года у вас песню на звонке услышала, она из сериала тёмного, ну и рассказала девочкам о своих подозрениях. Ну, а дальше мы с Танькиным парнем за вами поехали, а тут вы Женьку приехали встречать. Все решили, что это ваш либо муж, либо парень, — сказала Машка, чуть ли не оправдываясь.
 
— Да уж, — улыбалась Ольга. — Хорошо, что я поехала тогда Женьку встречать, а не ещё куда-либо. Вот бы вы там охренели.
 
— Поэтому девчонки считают, что вы по парням больше специализируетесь, — сказала Машка, улыбаясь.
 
— Хорошо, что так считают, — улыбнулась Ольга, — спят пусть спокойнее.
 
— А расскажите мне про Катю. — Машка всё же решилась и задала вопрос Ольге.
 
— Маш, если честно, что именно тебе про неё рассказать, я не знаю, — грустно улыбнулась Ольга. — Может, тебе проще будет спрашивать?
 
— Наверное, — подметила Машка. — Тем более, я почему-то уверена, что вы мне далеко не всё расскажете, — добавила девушка.
 
— Конечно, не всё. Вот, например, как ты думаешь, сколько ей лет?
 
— Не знаю, — задумалась девушка. — Может, где-то двадцать семь? — предположила она.
 
— Ты смело можешь прибавить десять лет, — подметила Ольга, делая глоток кофе.
 
— Ничего себе! — воскликнула школьница. — По ней не скажешь!
 
— Да, я с тобой соглашусь. Катя очень скупая на эмоции, её сложно чем-то удивить. Она вообще очень сложный человек.
 
— И сколько вы с ней были вместе? — Машка задала интересующий её вопрос.
 
— Ты нашла что спросить. Сама не могу сказать, — тихонько ответила Ольга. — Отвечу, что наши с ней взаимные чувства длились около трёх лет.
 
— Я что-то не совсем поняла, — задумчиво сказала Машка.
 
— Маш, у нас всё крайне сложно. Изначально между нами вообще не было ничего серьёзного. У меня вообще ни с кем никогда не было ничего серьёзного. Мне нравилась девушка — я была с девушкой. Я жила по этому принципу, да и сейчас то же самое, — Ольга внимательно посмотрела на свою ученицу.
 
— Ольга Валерьевна, я запуталась, — неуверенно сказала Машка.
 
— Я встречалась с ней три-четыре раза в месяц, сама понимаешь для чего, — Ольга подлила воды из чайника к себе в кружку.
 
— Хорошо, это я уже поняла, — сказала Машка, подставляя свою чашку под кипяток.
 
— Потом я начала к ней привязываться. Скучать даже. Но, ты знаешь, я абсолютно не входила в её планы. Плюс её работа. Она работает в следствии. Встречи были очень сложными. Приходилось подстраиваться. Да и живёт она не здесь. В другом городе.
 
— И что потом?
 
— Маш, ты не обижайся, я правда к тебе очень хорошо отношусь, и вообще ты мне действительно в последнее время стала дорога как человек. Но я не смогу тебе всего рассказать. По крайней мере, сейчас, — Ольга немного повысила голос, обращаясь к девушке.
 
— Я понимаю, что очень сложно все. Я не обижаюсь, Ольга Валерьевна, — сказала Машка, подкуривая привычные две сигареты. — Держите.
 
— Спасибо, — Ольга, затянувшись, продолжила: — В общем, скажу так, что морозились мы около года. Меня она действительно зацепила. Потом расстались, и в итоге она сама ко мне приехала. Начали всё сначала, но потом все снова распалось. Она не могла сидеть на месте. Она любила свободу. Для неё я была скорее развлечением, но на постоянной основе. Стоило ей позвонить мне — и я лечу к ней за три сотни километров, как по щелчку. Её это устраивало, да и меня тоже. Мы были вместе и мы были свободны, понимаешь?
 
— То есть вы пара только тогда, когда находитесь вместе? — вопросительно подытожила Машка.
 
— Да, в том-то и дело. Ей не нужно ничего серьёзного. К тому же, она бисексуалка. Знаешь, приезжая к ней домой, было здорово находить пачки от презервативов.
 
— Это отвратительно, — воскликнула Машка. — Но почему вы всё это допускали?
 
— Я была в неё влюблена. Тяжело влюблена. Такое можно назвать чем-то вроде болезни. По прошествии времени я с этим смирилась. Сама могла позволить себе много в отношении других женщин. А потом в ней что-то изменилось, знаешь, — Ольга грустно улыбнулась, глядя на Машку, — в какой-то момент я подумала, что всё у нас сможет наладиться. И на некоторое время действительно наладилось. Я переехала к ней. Все было довольно тихо. Я видела, я знаю, как она ко мне относится. Она меня, наверное, до сих пор любит, правда своей, такой любовью, отчасти мне непонятной. Её работа, ты не представляешь, сколько сил она в неё вкладывает. Ей обещали серьёзное повышение. Начали копать под неё… Маш, там очень много всего, — Ольга закрыла глаза и махнула рукой. — Из-за меня у неё начались проблемы. В итоге, сначала я съехала на съемную квартиру, а потом и вовсе уехала назад. Она обещала, что всё наладится, а я ждала. Месяц, два. Нечастые свидания. Её обещания. И ведь, знаешь, я этому верила. Я видела в её глазах серьезные намерения. Но…
 
— И в итоге она повернула назад? — перебила Машка.
 
— А в итоге она вышла замуж. А я ничего об этом даже не узнала. Я даже не знаю, за кого. Вполне возможно, что это полная липа. Фиктивно, понимаешь? А, может быть, и правда, кого-то встретила. Но, судя по всему, с темой она не завязала: Оксана постоянно видит её в клубе.
 
— Получается, она не может иметь серьезные отношения с девушкой, как бы она вас не любила и как бы к вам не относилась?
 
— Сейчас Катя начальник следственного отдела, майор юстиции в ОВД. И я уверена, что у неё всё будет хорошо, — сказала Ольга, вставая с кресла и подходя к окну. — Я отдала слишком много сил этим отношениям. Но, как я уже и говорила, игра не стоила свеч. Не всё в этой жизни, Машка, зависит от нас. Иногда обстоятельства берут верх над чувствами.
 
— А в клубе вы видели её? Вы же к ней приезжали? — Машка подошла к Ольге и встала рядом.
 
— Да, когда она меня увидела, я прочитала в её глазах много всего. Буквально за секунду. Но она ко мне не подошла. Она была там с девушкой. А я просто смотрела.
 
— Всё будет хорошо, — Машка взяла Ольгу за руку и посмотрела в её глаза. — Мне кажется, нужно время, и тогда всё пройдет. Вы просто поставили многое на карту и, не получив ничего, морально истощились.
 
— Ты верно подметила, Машка, — как-то тихо сказала Ольга. — Поэтому я вернулась домой и решила, что надо в своей жизни что-то поменять, — улыбнулась Ольга. — Теперь вот учу карапузов.
 
— Это каких таких карапузов?! Ольга Валерьевна! — запротестовала Машка.
 
— Маш, ты девочка не глупая, во многом очень даже умная. Но все равно ты пока что ребёнок. Будь аккуратнее, мудрее. И не спеши знакомиться с дамами. Не всегда сердечные переживания идут на пользу юной девочке.
 
— Почему же?
 
— Может, потому что я за тебя переживаю? И не хочу, чтобы ты наделала глупостей?
 
— Я, правда, больше не буду чудить. И в том клубе… я не знаю, что на меня нашло, — сказала Машка.
 
— Маш? У тебя вообще было что-то больше поцелуев? — Ольга, пристально посмотрев на свою ученицу и увидев в глазах интересующий её ответ, продолжила: — Ну, а какого черта, ты совершенно одна поехала в такое место? Там все друг друга знают, понимаешь? Ты сама же чуть не отдалась первой встречной в задрипанном толчке! Это хорошо, что я вообще пошла искать Оксану! Это хорошо, что я вообще была там!
 
— Но я, правда, не знаю, зачем, я просто пьяная была в ноль, — сказала Машка, нервничая и оправдываясь.
 
— Маш, на Новый год в клубе будет серьёзная и очень крутая вечеринка. Я попробую уладить с Оксаной вопрос. Возьму тебя с собой. Меня в клубе все знают, и не думаю, что к тебе кто-то начнет приставать.
 
— Правда? — Машка округлила глаза и, не понимая до конца, как же ей повезло, накинулась на Ольгу с объятиями. — Спасибо!!! Я обещаю, обещаю, что не буду пить!
 
— Смотри мне, будешь себя хорошо вести, познакомлю тебя с барышнями твоего возраста, — сказала Ольга, буквально отдирая от себя свою ученицу. — Но если твои интрижки помешают тебе учиться, — в голосе Ольги послышались нотки серьёзности, — я лавочку прикрою!
 
— Ольга Валерьевна! — Машка начала мотать головой, — Алгебра — мой любимый предмет!
 
— Ой, да иди ты! — отмахнулась учительница. — Последний кофе на сегодня, — с этими словами Ольга села в кресло и закутала ноги в одеяло, — и я поеду домой.
 
Машка же, сев на своё кресло и налив себе немного горячего кофе, спросила:
 
— Ольга Валерьевна?
 
— Что? — учительница не смогла сдержать улыбки, глядя на то, как оживилась Машка.
 
— А сколько у вас было женщин?
 
— Рыжова!!! — Ольга чуть не подавилась кофе и тут же поставила чашку на стол.
 
— Ну всё, всё, молчу, — Машка, улыбаясь, опустила глаза и начала хихикать.
 
— Закончишь школу — расскажу! — Ольга начала кашлять. — А тебе, я смотрю, палец в рот не клади!

Стр 15
 Смотрите, если я поменяю эти множители местами, возьму в оборот новую переменную, приравняв неравенство к единице, то я смогу вынести подкоренное выражение за скобки и по формуле упростить логарифм, — тараторила Машка.
 
— Ну, предположим, что у тебя получилось упрощённое выражение, дальше-то что? — сказала Ольга, глядя в тетрадь своей ученицы.
 
— После чего я смогу доказать, что это уравнение имеет смысл, если функция икс возрастает, — ответила Машка и начала писать в тетради решение.
 
— А потом ты сделаешь расчет по графику и выведешь основное значение? — Ольга нахмурила брови.
 
— Ну да, — удовлетворенная своей сообразительностью, Машка начала усердно писать неравенство в тетрадь.
 
— Маш, а более лёгкого пути решения этого задания ты не видишь вообще? — улыбнулась Ольга.
 
— Это как? — непонимающий взгляд на учительницу, и девушка начала снова грызть ручку.
 
— Маш, вся проблема в том, что ты заучиваешь решения и алгоритм действий. Ты не понимаешь, зачем нужно приравнивать значение к единице, ты не понимаешь, зачем выносить полуравнения за скобки. Ты просто видела, что на уроке было что-то подобное. Запомнила и всё.
 
— Ну, блин, Ольга Валерьевна, я же не вундеркинд. Но я хоть что-то начала соображать, — Машка надула губки.
 
— Так, здесь это вообще не надо делать. Это просто двойная, хотя нет, тройная работа. Это задание можно решить за три минуты, если не смотреть формулы. А ты его сейчас расписывать только на целый лист будешь, — Ольга встала из-за парты и, подойдя к своему рабочему столу, достала телефон, чтобы посмотреть время.
 
— То есть его можно упростить, путем сокращения логарифмической функции, которая примет значение больше нуля?
 
— Да, Маша, и просто разложить. А по графику выделить интересующее тебя значение. Здесь дольше всего график чертить. Маш, время полчетвертого. Ты давай эту хиромантию разбирай дома, в понедельник принесешь и покажешь, — Ольга начала собирать тетради в сумку. — Сейчас уже Женька приедет. Нам ещё к тебе заезжать. Ты точно все уроки на понедельник сделала?
 
— Конечно, сделала, — сказала Машка, собирая учебники в сумку. — Я вообще уже давно все уроки сделала, — с этими словами Машка встала и начала надевать куртку.
 
— Наклюкаешься, как в тот раз — снесу тебе полголовы, — сказала Ольга, набирая на мобильном телефоне номер брата. И, узнав, что тот уже подъехал к школе, девушки направились вниз.
 
За полторы недели Машка довольно неплохо освоила несколько простых ритмов на барабанной установке. Девушке очень сильно помог Женя, так как Ольга, бывало, не отлипала от проверки тетрадей. Последние пару занятий ребята играли в две гитары простые мотивы, под которые Машка без труда подстраивалась в ритм. А недавно девушка прошла боевое крещение, сломав в своей жизни первые барабанные палочки. Машка действительно испугалась, и ей было неудобно перед Ольгой и Женей, но ребята заверили, что без жертв освоить установку возможности не представляется. Ребята рассказывали, что во время концертов, да и во время репетиций, палочки частенько приходят в негодность, поэтому нужно всегда иметь при себе запасные.
 
Ольга была довольна тем, как Машка ответственно стала подходить к занятиям по математике. Хоть она и понимала, что девушке просто интересно её общество, но решила совместить приятное с полезным. Тем более Машка в последнее время несколько отдалилась от девчонок. Танька через несколько дней собиралась провожать Артёма в армию, поэтому молодые люди проводили всё свободное время вместе. А Алиса начала встречаться с мальчиком из параллельного класса, Серёжей. Поэтому даже в школьных коридорах Лиса постоянно была с ним, что уж тут говорить о выходных и вечерних посиделках?
 
В субботу, как и договорились, к Ольге и её брату должны были приехать друзья, расслабиться, попить пива и немного вспомнить былые времена, заодно и побренчать песен на гитаре. Машка очень волновалась перед этим вечером, так как всегда в незнакомых компаниях чувствовала себя неуверенно. Ольга и Женя заверили её в том, что поводов для беспокойства нет и быть не может.
 
 После школы ребятам нужно было доехать до Машиного дома, чтобы девушка смогла взять некоторые вещи и переодеться, так как планировала остаться у них на ночь. Быстренько собрав всё необходимое, ребята уже к пяти часам были в квартире и занимались домашними делами. Ольга и Машка суетились на кухне, а Женька тащил в зал большой раскладывающийся стол.
 
Компания была небольшая — всего три человека, если не считать Машку и Ольгу с братом. Ребята много шутили и пили, Маша чувствовала себя довольно комфортно и под конец вечера, немного захмелев, окончательно расслабилась и перестала нервничать. Сложнее всего девушке было называть свою учительницу Олей и обращаться к ней на «ты», поэтому девушка вообще плюнула на эту затею и перестала вообще обращаться к ней по имени. Видя, как девчонка путает слова и старается не спалиться, Ольга тихонько смеялась про себя.
 
Машка весь вечер тайком наблюдала за Ольгой. Девушке она каждый раз открывалась с новой стороны. Иногда серьёзная, строгая учительница наводила ужас на учеников, и в том числе на Машку, перед контрольными и самостоятельными работами. Замкнутая, сухая на эмоции, Ольга иногда позволяла себе что-то лишнее в классе, но это было действительно редко. Однажды одноклассницу Машки, Люду, довели до слёз во время урока. Девушка очень переживала из-за сердечных проблем со своим парнем. Ольга Валерьевна, увидев, что девушка сидит на уроке и глотает слёзы, прямо во время занятий вывела девушку в туалет и просидела со своей ученицей чуть ли не половину урока. В итоге остаток дня Люда провела в хорошем расположении духа. На Машкины безостановочные вопросы касаемо этой ситуации, Ольга не реагировала. Делала загадочное лицо и отвечала общими фразами. Машка поняла одно, что если Ольга Валерьевна решила молчать, то никакими клешнями из неё правду не вытянешь. Поэтому Рыжова и успокоилась. Нельзя сказать, что Ольгу боялись ученики или каким-то образом недолюбливали её. Учительница всех старалась держать на расстоянии вытянутой руки, боясь тем самым проявить слабину перед старшеклассниками, так как понимала, что между ними не такая уж большая разница в возрасте.
 
А иногда Ольга была милой домашней девчонкой, которая сидела по-турецки на ковре и играла в карты со своими друзьями, запивая очередные разговоры пивом. Машке очень нравилось наблюдать за изменениями в поведении своей учительницы. Когда ребята подключили музыкальные инструменты и начали играть, Машка просто не отрывала глаз от Ольги. Школьнице казалось, что Ольга, держа в руках довольно-таки тяжёлый инструмент, просто сломается под его напором и мощью. Однако та знала, что делает, а также видела, как Машка смотрит на неё, и не понимала, как ей к этому относиться. На Илью, который сидел за барабанами и играл интересные комбинации, Машка не обращала внимания. Девушка была полностью увлечена другим.
 
Песни сменяли друг друга, ребята пели, Ольга же не могла. Отказывалась. Может быть, из-за того, что выпила достаточно, а, может быть, из-за того, что обычно, когда устраивались такие посиделки, Катя принимала в них участие. Удалось подключить все инструменты, и в небольшой комнате, пусть в тесноте, но поместились все. Женька стоял на басу, и, подключив свою гитару к усилителю, сел на подоконник. Ольга же примостилась на небольшой колонке. Барабаны пришлось сместить в угол комнаты, открывая проход по комнате, и тем самым освободить немного места, чтобы было где развернуться. Другой гитарист — Андрей, сел на край кресла рядом с Машкой.
 
Ольга могла быть сама собой только в тот момент, когда держала в руке гитару. На секунду задумалась. Начала фальшивить. Даже Женька непонимающе посмотрел на сестру. Ольга лишь повела плечами, показывая тем самым, что не знает, что происходит. Точнее, что происходит, она знала. Но слишком многое напоминало о той, прошлой, жизни. Даже гитара. Год назад, Катя на день рождения привезла девушке дорогой инструмент, и этому подарку Ольга радовалась, словно ребёнок. А теперь, держа его в руках, Ольге просто хотелось залезть на стену.
 
— Оль, сыграй что-нибудь, — Илья подал голос из-за барабанов. Парня практически не было видно.
 
— Да, харе тебе хандрить, сыграй что-нибудь, — сказал Женька, вставая с подоконника и наливая в свой опустевший бокал немного пива. — Давай, чтоб пробрало от гогота, а?
 
— А давайте меня пропустим? — обратилась Ольга к ребятам.- Правда, настроение ни к чёрту, я ещё не напилась для этого веселья, но уже пьяная, — улыбнулась девушка и сама подошла к брату, который держал в руке стакан с пивом. — Вот, пиво заканчивается, — сказала Ольга, выливая в бокал содержимое бутылки.
 
— Так в чём проблема? — сказал Илья, и, сложив палочки на барабаны, обратился к ребятам: — Ну что? Прогуляемся?
 
— А давай! — сказал Андрей, начиная сматывать шнур гитары. — Дамы? Вы с нами? — он обратился взглядом на Машку, которая сидела к нему ближе всех.
 
— Да, вы идите, а мы пока немного приберёмся, — сказала Ольга, делая глоток пива, а затем посмотрела на Машку.
 
— Ну да, — сказала Машка и встала, взяв пакет в руки начала собирать пустые бутылки с пола.
 
— Ольга Валерьевна, — сказала Машка, заходя на балкон и усаживаясь рядом со своей учительницей: — Вам надо просто расслабиться и забыться, а то совсем лица нет, — с этими словами девушка подкурила две сигареты. Одну себе, а другую Ольге.
 
— Спасибо, — сказала Ольга, шумно выдыхая дым. — Да, я понимаю, сейчас ещё немного выпью и думаю, что меня наконец отпустит. Смогу отвлечься, — Ольга, улыбнувшись, встала и настежь открыла окно на балконе, пуская прохладный осенний ветер внутрь.
 
— Холодает, — тихонько произнесла Машка, слегка поежившись. — Скоро температура будет ещё ниже опускаться.
 
— Мне закрыть окно? — заботливо спросила Ольга, обращаясь к своей ученице.
 
— Нет, мне нормально, тем более надо проветриться от пива, — улыбнулась девушка.
Повисла тишина. Девушки сидели недалеко друг от друга и смотрели в окно. Моросил небольшой дождик, на улице было малолюдно. Каждая в этот момент думала о своём.
 
— Ты не отводишь от меня взгляда, прожигаешь порой своими глазами меня прямо до мурашек, — как-то в один момент резко нарушив тишину и немного развернув корпус к своей ученице, пристально глядя в глаза, Ольга обратилась к Машке, которая от этих слов заметно сжалась.
 
— Мне очень нравится, как вы играете, — грустно улыбнулась Машка, делая глубокую затяжку и стряхивая тут же пепел. — В этом, правда, что-то есть. Только я не пойму, что именно меня цепляет так сильно.
 
— Ты про что? — Заинтересованно спросила Ольга, наклонила корпус ближе к подоконнику и легла подбородком на локти.
 
— Не знаю, не могу сказать. Вы это делаете с каким-то своим таким трепетом и настроением, будто сами проживаете всё заново, — девушка перешла почти на шепот.
 
— Спасибо. — Ольга повернула голову в сторону, где сидела девушка, и улыбнувшись ей, продолжила: — Наверное, такие комплименты одни из самых значимых и важных для каждого музыканта. Умение именно проживать то, что играешь и понимать то, что играешь, говорят, дано, увы, далеко не всем, — Ольга искренне улыбнулась своей ученице.
 
— Да, вы на самом деле будто проживаете все слова, все строчки. И мне очень нравится то, как вы чувствуете слова и музыку. Действительно не могу отвести взгляд от вашей игры. Хотя мне реально надо смотреть на барабаны и ритмы, — задорно добавила Машка.
 
— Ну ничего, я думаю, что Илья тебе обязательно поможет и объяснит многое из того, что тебе интересно или непонятно, — добавила Ольга, вставая и собираясь выходить с балкона.
 
— Ольга Валерьевна, — Машка, зайдя в комнату и увидев, как Ольга, забравшись с ногами на кресло, стала перебирать струны гитары, решилась и попросила: — А спойте что-нибудь, а?
 
Ольга, поймав просящий и умоляющий Машкин взгляд, тепло и искренне улыбнулась, а затем спросила:
 
— Что ты хочешь, чтобы я спела?
 
— Не знаю, — сказала Машка и задумалась. — Что-нибудь под ваше настроение и очень душевное. Красивое, — мечтательно сказала девушка, устраиваясь на диване поудобнее, напротив Ольги.
 
— Ну, — с этими словами, Ольга начала стучать по сгибу гитары, отбивая незамысловатый ритм ногтями, — даже не знаю, не лезет ничего в голову. Душевное, говоришь? — тише добавила она. — Наверное, сыграю тебе «Маяк», — и, даже не посмотрев на Машку, Ольга тут же начала перебирать струны.
 
Машка знала эту песню, Машка знала и стихи этой песни, что когда-то написал Маяковский. Никогда бы в жизни не подумала, что такая мужская, тяжелая по звучанию композиция, так легко сможет лечь на тонкий девичий голос.
 
Дым табачный воздух выел. Комната — глава в крученыховском аде.
Вспомни — за этим окном впервые руки твои исступлённо гладил.
Сегодня сидим вот, сердце в железе. День ещё — выгонишь, можешь быть, изругав.
В мутной передней долго не влезет сломанная дрожью, рука в рукав.
 
Мотив песни был немного изменён, тем самым композиция стала гораздо мягче и проникновеннее. Машка смотрела, как Ольга поёт, и видела, с какой тяжестью ей даются эти слова. А часом ранее, пока Ольга была на балконе, Женя рассказал Машке о том, что пару дней назад к ним снова приезжала Екатерина. О чем велись разговоры, парень, естественно, не знал, да и из Ольги вытащить хоть пару слов было крайне сложно. Женька сказал, что весь вечер она не выходила из комнаты. И вот, слушая, как Ольга выворачивает всю свою душу, Машка не могла оторвать глаз от Ольги ни на секунду. Девушка пела с закрытыми глазами, изредка меняя положение пальцев на грифе.
 
Выбегу, тело в улицу брошу я. Дикий, обезумлюсь, отчаяньем иссечась.
Не надо этого, дорогая, хорошая, давай простимся сейчас.
Все равно любовь моя — тяжкая гиря, ведь висит на тебе, куда ни бежала б.
Дай в последнем крике выреветь горечь обиженных жалоб.
 
Если быка трудом уморят — он уйдёт, разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей, мне нету моря, а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
Захочет покоя уставший слон — царственный ляжет в опожаренном песке.
Кроме любви твоей, мне нету солнца, а я и не знаю, где ты и с кем.
 
 
Такие знакомые для Машки стихи Маяковского, звучали для девушки совершенно иначе, по-новому. Будто девушка сама узнала в них другой, скрытый ото всех смысл и совершенно другую боль, исходящую из этих строк. Ольга открыла глаза и встретилась взглядом со своей ученицей. Увидев, что Машка не прерываясь смотрит на неё, грустно улыбнувшись, после проигрыша продолжила.
 
Если б так поэта измучила, он любимую на деньги б и славу выменял,
А мне ни один не радостен звон, кроме звона твоего любимого имени.
И в пролёт не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать.
Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.
 
 
Машка слушала, словно заворожённая, очарованная голосом своей учительницы, и боялась даже дышать, чтобы не спугнуть то настроение, которое витало в комнате. Пропуская через себя всю грусть и печаль, все слова и смысл их, Машка так искренне хотела забрать у Ольги хотя бы немного боли, которую та слишком долго держала в себе и не могла вытащить её наружу настолько, насколько было ей так необходимо.
 
Завтра забудешь, что тебя короновал, что душу цветущую любовью выжег,
И суетных дней взметённый карнавал растреплет страницы моих книжек…
Слов моих сухие листья ли заставят остановиться, жадно дыша?
Дай хоть последней нежностью выстелить твой уходящий шаг.
 
 
Они так и смотрели друг на друга, до самого последнего слова, допев которое, Ольга продолжила играть проигрыш. Увидев, что Машкины глаза заблестели от слёз, Ольга непроизвольно улыбнулась, выражая неподдельное удивление. Да, на Машку исполнение этой песни произвело слишком сильное впечатление.
 
Последний аккорд. Ольга положила гитару рядом с собой и забрала мешающие волосы с лица. Говорить никому ничего не хотелось. Да и не нужны были слова. Машка, грустно улыбнувшись Ольге, встала и, взяв пачку сигарет, достала оттуда две штуки. Ольга тут же направилась за девушкой на балкон.
 
— Как будто и не курили вовсе, — нарушила тишину Ольга, делая затяжку.
 
— Уж точно, — Машка, открыв окно пошире, высунулась из него.
 
— Скоро придут ребята, — с этими словами Ольга несмело подошла со спины к своей ученице, вдыхая прохладный осенний воздух из окна.
 
— Жаль, — сказала Машка тихо, однако, Ольга услышала эту фразу и положила свою руку на плечо девушки. Машка, немного развернув корпус назад, посмотрела в глаза Ольги, и уголки её губ еле заметно дрогнули.
 
— Мне нравится проводить с тобой время, — Машке показалось, что эти слова Ольга сказала слишком серьёзно, и даже немного растерялась от этой фразы.
 
— И мне нравится, Ольга Валерьевна, — сказала девушка, глядя в глаза своей учительнице.
 
В этот момент хлопнула входная дверь, послышались оживленные голоса. Ольга сразу же сделала два шага назад и оперлась о подоконник. Машка вздрогнула от неожиданности и расстроенно вздохнула. В этот момент обеим казалось, что их маленький, хрупкий и такой интимный мирок, который они построили, был разрушен в одночасье…
 


Стр 16
Всё чаще Машка нарывалась на вопросы любопытных подруг, которые, не понимая, что происходит в жизни девушки, задавали их все больше и больше. Сама же Рыжова, что говорить не знала и постоянно избегала тем, которые каким-либо образом могли указать на довольно тесное общение её и Ольги Валерьевны. Свое бесконечное отсутствие в жизни подруг, девушка сваливала на постоянные дополнительные занятия. Девчонки, в конце концов, перестали задавать вопросы, тем более что Машка начала делать действительно хорошие успехи в учёбе по точным наукам. Рыжова даже умудрилась выйти к доске по алгебре и не допустить серьёзных ошибок в тригонометрическом уравнении, и смогла получить действительно заслуженную четвёрку по когда-то столь ненавистному предмету.
 
На дополнительных занятиях Машка заваливала Ольгу вопросами касаемо изученного материала. Частенько звонила вечерами своей учительнице во время подготовки домашнего задания и уточняла интересующие моменты. Однажды вечером Машке удалось своей непонятливостью вывести Ольгу из себя, и та через 20 минут приехала к ней объяснять несчастные логарифмы.
 
Учебная неделя тянулась очень медленно. И сегодня, вечером субботы, девушка, сидя на балконе с чашкой чая, испытывала хоть какое-то, но облегчение. Однако все Машкины мысли занимал другой факт. Она уже два дня ходила с непонятной для неё мыслью, ведь она заметила в поведении Ольги явные изменения. Во время дополнительного занятия в четверг, Ольга постоянно отвлекалась на телефон и после очень быстро собралась, и чуть ли не пулей вылетела из класса, набирая на телефоне чей-то номер, что не могло остаться незамеченным. Девушка на следующий день побоялась спросить у учительницы, куда это она так торопилась, да и так Машка понимала, что Ольга на такие вопросы не ответит.
 
На уроках Ольга Валерьевна вела себя так же сдержанно и сухо, старалась даже не смотреть на Машку. Рыжову этот факт действительно расстраивал, ведь девушка сильно к ней привязалась. Меньше всего Машке хотелось терять то общение, которое между ними было. А сегодня, когда школьница прибежала после уроков к Ольге играть на барабанах, выяснилось, что её не будет, и она попросила своего брата с ней позаниматься. Женька, конечно, о выходных похождениях своей сестры не знал ровным счётом ничего и под конец репетиции, когда ему от Ольги пришла смс о том, что та сегодня ночевать дома не собирается, Машка расстроилась окончательно. Да и вообще, чего больше боялась девушка, ещё не понимала. Весь вечер изводила себя странными мыслями и даже удивилась тому, что начала ревновать свою учительницу. Только к кому? И вот, сидя в полном одиночестве на балконе, в очередной раз прокручивая в своей голове непонятные для неё мысли, девушка курила и нервничала.
 
 Усмехнувшись своим мыслям и думкам, девушка решила отвлечься и зашла в ВК. В один момент ей очень сильно захотелось с кем-то поговорить, поделиться своими переживаниями. Однако в сети из близких друзей не было никого. Да и с кем бы она могла поговорить? Кому она могла рассказать то, что происходит в её жизни? Таньке? Татьяна, проводив Артёма в армию, была всецело поглощена своими мыслями. Алиска же наоборот, часами без умолку трещала про своего нового парня из параллельного класса, и воспринимать что-то другое была просто не способна, так как находилась в полной эйфории от новых эмоций и ощущений. И вот, листая список друзей, Машка так никого и не нашла с кем могла бы просто развеяться и поболтать на отвлеченные темы. Даже разговор с родителями — их сообщение о том, что они задержатся ещё на неопределённое время — не возымел того безграничного счастья, как раньше.
 
Только девушка вернулась к себе в комнату и улеглась на кровать, как телефон завибрировал. Увидев на экране имя той, о ком были последние размышления, Машка ответила на звонок.
 
— Я вообще-то звоню убедиться, что ты спишь, — послышалось на том конце провода.
 
— Ольга Валерьевна, кто спит в субботу в 9 часов вечера? — задумчиво произнесла школьница, усаживаясь в кровати поудобнее.
 
— Ой, ты прямо так говоришь, будто из дома собираешься выходить гудеть на всю ночь, — смеялась в трубку Ольга.
 
— Зря смеётесь, Ольга Валерьевна, я, между прочим, наполняю свой сосуд знаниями, грызу гранит науки, так сказать, — сказала Машка крайне серьёзно.
 
— ОООО, я очень тебя понимаю, только я вот свой сосуд наполнила сегодня чем угодно, но не знаниями, — съязвила Ольга. — Так, ладно, я звоню по делу.
 
— Ого! И по какому же делу вы звоните мне и отвлекаете меня в столь позднее время, — Машка наигранно начала возмущаться.
 
— Ага, небывалая наглость, Рыжова, с моей стороны. Но! Первое: быстренько иди на кухню, бери самую большую кружку и делай очень крепкий чай. Второе.
 
— Зачем это чай, — перебила Машка свою учительницу.
 
— Рыжова, ты согласишься со мной, что учительницам под вечер к своим ученицам в не очень трезвом виде ходить неприлично?
 
— Ой, Ольга Валерьевна, у вас нормальный голос, вы зря на себя наговариваете.
 
— Да знаю я, однако, с собой у меня кое-что припасено, и для этого я должна прийти полностью в себя, чтоб на утро быть самым настоящим огурцом.
 
— Да иду, иду, — Машка, подорвавшись с кровати даже не с первого раза, попав ногами в тапочки, пулей побежала на кухню от переполняющих её эмоций и радости.
 
— Так Рыжова, я тут на перекрёстке около магазина, у тебя сигареты есть или мне купить?
 
— Две пачки есть, Ольга Валерьевна, можете не покупать, — сказала Машка, а сама высунула голову в окно, надеясь на то, что уже сможет увидеть Ольгу, приближающуюся к подъездной двери. — А вы скоро?
 
— Да иду я, Рыжова, иду, — сказала Ольга недовольным голосом. — Дверь открывай.
 
— Ольга Валерьевна, и что вы там напридумывали? — заинтересованно спросила Машка, глядя на то, как Ольга размешивает сахар в чае.
 
— Да, что я могла придумать, Машка? — Ольга развела руками. — Понимаешь, у нас, как ни странно, осень! И во всех школах проходят осенние балы. Только мы, как самые лысые!
 
— Что? — рассмеялась Машка. — Вы у нас будете заниматься подготовкой дискача? — Машка начала с интересом потирать руки.
 
— Маша, у нас не просто дискач, как ты выражаешься! У нас видите ли «Мисс Осень». А так как я не только самая молодая, но и ещё не веду классное руководство, эту ху… — осеклась Ольга, — бесплатную нагрузку в смысле, водрузили на меня и на Семёна!
 
— Семён? Физрук что ли? — спросила Машка.
 
— Ага, — кивнула головой Ольга, — помимо того, что мы будем караулить, чтобы толпы озабоченных подростков на каждом углу школы не нажрались в кол, нам необходимо еще придумать культурное мероприятие.
 
— Ууу, — неодобрительно загудела Машка. — Вот вам, то ещё развлечение. Есть идеи?
— Знаешь, именно за идеями я поехала к Семёну! Именно за идеями, — сказала Ольга, и, взяв пачку сигарет со стола, направилась на балкон. — Однако кто ж знал, что жена его, Ира, ради такого случая детей к свекрови отвезла и достала домашнего вина!
 
— И что? — спросила Машка, усаживаясь в кресло на балконе поудобнее.
 
— Что, что? — спросила Ольга, уставившись на свою ученицу. — Отличное вино делает отец твоего физрука!
 
— А придумать что-то смогли? — спросила Машка.
 
— В общем так, Рыжова! — Ольга с этими словами повернулась к своей ученице и, внимательно глядя на неё, продолжила: — Ты даже не думай сопротивляться и вообще, учитывая наше общение, ты не имеешь права отказываться.
 
— Ольга Валерьевна, мне прямо страшно, — улыбнулась Машка. И вообще, что это такое? — Рыжова изобразила на лице возмущение: — На ночь глядя ко мне заваливается пьяная училка математики.
 
— Да, да, — довольная своей идеей, Ольга очаровательно улыбалась.
 
— При этом ставит мне непонятные условия и ничего толком не объясняет!
 
— Так, Рыжова! Ты не учла три пункта, — Ольга, выкинув недокуренную сигарету в окно, начала демонстративно загибать пальцы: — Мне, как твоему учителю, не нравится то, как ты обо мне отзываешься. — На что Машка ещё и притворно цокнула и выдохнула дым носом. — Во-вторых, я принесла с собой немного вина, и оно довольно слабое кстати. Именно для того, чтобы принятие твоего решения прошло быстрее и без сомнений.
 
— Ах, вино! И где же оно, — Машка начала смотреть по сторонам.
 
— Вино после того, как мы всё решим, Рыжова! А сейчас пошли в комнату, мне надо тебе много чего рассказать.
 
 
— В общем, Рыжова, садись, — сказала Ольга, расхаживая по комнате, и дождавшись пока Машка усядется на диван, продолжила. — Я хочу тебя поздравить!
 
— С чем? — на лице у школьницы читалось подозрение.
 
— Как с чем! Машенька, — Ольга посмотрела на школьницу с улыбкой: — Тебе выпала огромная честь быть ведущей осеннего бала! — Слишком уж пафосно произнесла Ольга, словно не замечая, как Машка нахмурила брови.
 
— Ольга Валерьевна, — жалобно протянула девушка: — ну это же просто отвратительно! Придется репетировать, оставаться вечерами, плюсом ещё учить текст! — Машка протестовала.
 
— Маш, — Ольга села рядом со своей ученицей и направила свой взгляд на девушку, — текст мы уже сегодня вечером написали. Особых трудностей с этим, ну, просто быть не может, — Ольга развела руками. — Да и вообще, на педсовете нам дали чёткое указание о том, что большая часть старшеклассников должна быть задействована, поэтому тебя всё равно припашут, — разулыбалась Ольга, понимая, что этот аргумент сработает наверняка.
 
— Ольга Валерьевна, — в голосе Машки ожидаемого энтузиазма не прибавилось, — ну, может, ещё кого попробуете?
 
— Ну ты даёшь! Это потрясающая возможность окунуться в замечательный процесс творчества, — еле сдерживая смех, говорила Ольга. — И эта столь удивительная возможность досталась тебе, — с большой долей сарказма произнесла Ольга и тут же добавила: — Ещё мне в понедельник с Илюхиным разговаривать, он, между прочим, будет твоим соведущим, и разговаривать мы с ним будем вместе. Поэтому тебе до понедельника нужно свыкнуться с этой мыслью и вжиться в роль суперведущей столь фееричного представления.
 
— Ну, Ольга Валерьевна, — чуть ли не захныкала Машка: — ну почему именно я?
 
— Как почему? — в голосе учительницы были слышны нотки удивления. — А кого мне ещё просить? Между прочим, мне поручили найти ведущих! А мне просить особо некого!
 
— Блин! Ольга Валерьевна, — скептически настроенная Машка вздохнула: — ну, только ради вас, блин.
 
— Вот! Я в тебе никогда не сомневалась, Рыжова, — торжественно произнесла Ольга и обняла девушку за плечи. — Родина тебя не забудет.
 
— Текст хоть весь готов? — уже с мягкой улыбкой спросила Машка, понимая, что деваться ей некуда и особо выбора у неё нет.
 
— Вот как раз ждала этот вопрос от тебя, — с этими словами Ольга встала с дивана и, взяв из сумки заветные листы, передала их будущей ведущей осеннего бала.
 
— Какое счастье, — пробубнила себе под нос школьница, пробегая глазами по тексту.
 
— Я знала, что тебе понравится, — добавила Ольга, присаживаясь рядом.
 
— И сколько времени на подготовку? — спросила Машка, листая страницы текста.
 
— Бал ваш через месяц. За неделю нужно собрать весь коллектив и в субботу начинать репетиции.
 
— Да ё-моё! Ольга Валерьевна, а как же барабаны? — Машка уставилась на Ольгу с вопросом.
 
— Да не денутся барабаны никуда, я обещаю, мы придумаем что-нибудь, — тепло улыбнулась Ольга.
 
— Ясно, — сказала Машка, встав с дивана. Девушка подошла к столу и положила сценарий на него. — Успею повнимательнее завтра прочитать. Сейчас не хочу этим заниматься.
 
— И правильно, — сказала Ольга. — Ну что, — с этими словами она встала и взяла свою сумку: — надо идти домой мне. Женька, поди, заскучал без меня. Устрою ему сюрприз, — улыбнулась Ольга. — Я ему написала, что не приду сегодня.
 
— Ну вот! — расстроилась Машка. — Я думала, что вас ужином накормлю, а я, между прочим, старалась. Пошли на кухню, — Машка выхватила сумку у Ольги из рук и положила на диван.
 
— Маша¸ — протянула Ольга с улыбкой: — у меня дома мужик некормленый, а я тут…
Однако Рыжова не дала договорить своей учительнице, она взяла Ольгу за руку, потянула её в сторону кухни и чуть ли не силой посадила за стол.
 
— Мужик ваш некормленый так обрадовался, что вас дома не будет. Трещал про какую-то Ксюшу, и всерьёз мне думается, что она у него сейчас, — говорила Машка¸ доставая при этом кастрюлю из холодильника. — И что-то мне подсказывает, что в вашем случае вы будете там третьей лишней.
 
— Это кстати вполне может быть, — сказала Ольга. — Давай помогу тебе, Рыжова, раз уж на ужин напросилась, — с этими словами Ольга встала и начала доставать посуду.
 
Машка была действительно рада тому, что Ольга осталась у неё на ужин. Ведь ей так не хватало простого человеческого тепла и внимания. Последнее время она чувствовала себя одинокой и подавленной. Пытаясь отвлечься на учёбу и какие-то другие дела, девушка нагружала себя по полной программе. Рыжова радовалась тому, что придя домой, валилась с ног от усталости и быстро засыпала. Машка меньше всего хотела приходить домой в пустую большую квартиру, где её никто не ждал. За эти полтора месяца с начала учебы, Рыжова успела как никогда в жизни соскучиться по родителям. А от понимания того, что приедут они не раньше чем через месяц, становилось ещё печальнее.
 
Девушки сидели за столом и долго разговаривали. Машка рассказывала про то, как училась готовить. Про своё детство, и про то, как родители ей не разрешали завести собаку. И про то, как этим летом обгорела на солнце. Ей казалось, что с Ольгой можно говорить обо всём на свете. Тем более, что Ольга слушала ее рассказы и смеялась, добавляя также и свои истории из детства. Казалось, это был разговор двух давно знакомых подруг, которые давненько не виделись, и Машке так не хотелось, чтобы это время заканчивалось. Взглянув украдкой на часы, и понимая, что сейчас Ольга будет собираться, Машка расстроилась. Стрелки замерли на одиннадцати. Меньше всего ей хотелось, чтобы Ольга сейчас уходила. Меньше всего ей хотелось опять оставаться одной.
 
Пока Ольга звонила своему брату, Машка думала о том, что, когда учительница уйдет, девушка засядет в ванне с книжкой и попробует осилить за ночь добрую половину «Ракового корпуса» Солженицына. Однако понимая по разговору, что Женька всячески уговаривает сестру не появляться сегодня дома и предоставить квартиру в полное распоряжение ему и Ксюше, Машка воспряла духом и поставила чайник.
 
Хоть Ольга и отнекивалась поначалу. И предлагала много разных вариантов, Машка настояла на том, чтобы Ольга осталась у неё. Однако не дождавшись, пока чайник наконец закипит, Машка выключила конфорку и вспомнила про вино, о котором твердила Ольга в начале вечера. Хоть Ольга Валерьевна говорила о том, что шутила и вообще не хочет больше пить, на Машку это никакого эффекта не возымело. Все распланировав и решив за двоих, Машка доставала бокалы для вина из буфета, пока Ольга, бесконечно ворча на свою ученицу, что в очередной раз спаивает несовершеннолетних, выбирала фильм на вечер.


Стр 17
— Машка, блин, прекрати, — Ольга, заливаясь от смеха, не могла до конца выговорить фразу.
 
— Что прекрати, вы бы видели лицо биологички! — Машка красная, как рак, заливисто смеялась и не могла сдержать своих эмоций. Уже десять минут она рассказывала, как во время контрольной работы по биологии у Таньки «случайно» пошла кровь из носа, и им удалось сорвать урок.
 
— Да ну брось, мне вообще в тот момент не до смеха было. У ученицы кровь хлещет, и все на уроке. Ну вы, блин, шутники, — более серьёзно сказала Ольга, стараясь сдерживать смешки.
 
— А Илюхин, — Машка закрыла лицо руками: — представляете, третий раз уже к директору ходил. Стоит себе, как болван, и двух слов не может связать.
 
— Фух, — Ольга вытерла подступившие слёзы. — Так, мы вообще фильм будем смотреть или что? — Ольга допила вино из бокала.
 
— Что, всё? — Машка удивлённо посмотрела на пустую бутылку.
 
— Ну ты, блин, даешь, — Ольга откинулась на подушку от дивана и блаженно закрыла глаза. — Это ты, Рыжова, всё выпила. Я ни секунды не сомневалась.
 
Уже битый час девушки сидели на полу и травили байки, выбирая при этом фильм для просмотра. Но увлечённые беседой и напитком, вовсе не заметили, как всё допили и так и не начали просмотр.
 
— Я предлагаю посмотреть его, — Машка, достав из кучи дисков тот, который по её мнению, идеально подходил для вечера, вопросительно посмотрела на Ольгу. Осознав, что Ольга увлечена чтением этикетки бутылки и не смотрит даже в сторону девушки, потянулась к ней, чтобы привлечь своё внимание. Однако, не рассчитав расстояние, чуть не шлёпнулась носом.
 
— Здесь 7,5 оборотов! И с чего нас так развезло? — пробубнила Ольга про себя и, в конце концов, обратила внимание на Машку, которая пыталась сесть ровнее.
 
Взяв Машкин диск в руки, Ольга скривила лицо.
 
— Мария! Ты хочешь, чтобы мы тут потоп из слёз устроили? Надо комеееееееееееееедию смотреть, — Ольга закатила глаза.
 
— Да ну вас, — Машка махнула рукой и принялась снова перебирать кучу дисков.
 
— Так, а ты смотрела этот? — Ольга начала усердно вспоминать. По её лицу было понятно, что она зависла и зависла, похоже, надолго.
 
— Аууу, — Машка начала щелкать пальцами у лица Ольги. — Вы что там, заснули?
 
— Да не заснула я! Про бухгалтера! Вспомнила! — изрекла она мысль и вопросительно посмотрела на свою ученицу, будто надеясь, что Машка уже поняла, что она имеет в виду.
 
— Какого бухлагалтера? — округлила школьница глаза.
 
Понимая, что оговорилась Машка в тему, обе начали заливисто смеяться.
 
— Маша! Это очень пьяное вино! — красная от гогота, Ольга потирала лоб ладонью. — И фильм этот про бухгалтера! Его увольнять собрались. А он геем прикинулся.
 
— Чего? — Машка нахмурила брови. — Зачем?
 
— Да он супер смешной. Тебе понравится, — Ольга начала собирать диски с пола.
 
— Ну, хорошо, — Машка принялась помогать своей учительнице. Чуть не споткнувшись на ровном месте, Машка еле устояла на ногах.
 
— И как он называется? — задумчиво спросила Ольга саму себя, словно не замечая, что школьница чуть не упала.
 
— Забыли? — Машка, всё же удержавшись, дошла до стеллажа, достала из пачки две сигареты и кивком позвала Ольгу на балкон.
 
— Да блин, прикинь, года полтора назад смотрела его с Женькой и теперь не могу вспомнить, — с этими словами Ольга вышла на балкон и закрыла за собой дверь.
 
— Так позвоните Женьке! В чём проблема? — спросила Машка подкуривая.
 
— Точно! — ответила Ольга, усаживаясь в кресло. — В половину первого ночи!
 
— Так он же с Ксюшей этой, они не спят наверняка, — с этими словами Машка передала Ольге подкуренную сигарету.
 
Надо сказать, Ольга любила подкалывать брата и создавать комичные ситуации ещё с детства. Однако в подростковом возрасте брат устраивал Ольге и её подругам интересные концерты в самые неожиданные моменты. Именно поэтому для свидания обычно Ольга выбирала нейтральные территории. Решив, что сегодня имеет полное моральное право отвлечь любимого родственничка, она решительно взяла телефон в руки. Ольга начала звонить Женьке, набирая номер снова и снова, пока недовольный голос парня не послышался на том конце провода. Узнав о себе много чего нового, а самое главное, хорошего, Ольга пожелала молодой паре не терять минуты даром и вообще вести себя так, как им хочется. Девушка, естественно, узнала название фильма, который она собиралась смотреть с Машкой и была крайне довольна тем, что брата удалось должным образом позлить.
 
И вот, сидя на диване, девушки смогли наконец окунуться в мир кинематографа. Комедия и правда оказалась удачной, подходила под настроение двух не очень трезвых зрителей. Машка так вообще была в восторге от игры главного героя, которому пришлось участвовать в гей параде, притворившись голубым из-за угрозы увольнения.
 
Съев огромное количество чипсов, девушки то и дело бегали на кухню за водой, и, когда на середине фильма Ольга психанула и решила набрать целую бутылку воды, чтобы пить её в зале, во всем доме из-за урагана выключили свет.
 
— Рыжова, это ты прикалываешься там? — крикнула Ольга из кухни.
 
— Вы чего? Тут везде света нет.
 
— Я ни черта не вижу, блин, — голос Ольги не был самым довольным.
 
— Так телефоном посветите, — прокричала Машка в ответ.
 
— Отлично, он в комнате остался, — в голосе Ольги была улыбка.
 
— Я вас спасу! — крикнула Машка и, взяв телефон в руки и включив на нём фонарик, бросилась спасать от полной темноты свою ночную гостью.
 
— Тоже мне спасительница, — посмеялась Ольга, видя, как в темноте крадется её ученица. — Смотри сюда, — Ольга показала на окно.
 
— Видимо линию электропередач повредило, — сказала Машка, глядя как ветер гнёт деревья.
 
— Ну, это похоже надолго, — подвела итог Ольга.
 
— И что же делать? — спросила Машка, облокачиваясь о кухонный стол.
 
— Есть у меня одна идея, Рыжова. Хочешь повеселиться? — хитро спросила Ольга, обращаясь к девушке.
 
— А то! Я за любой кипишь, Ольга Валелена, тьфу ты, Валерьевна, — Машка захихикала.
 
— Мы уже на ты? — хитро спросила Ольга.
 
— Ну чё вы начинаете, а? — недовольно протянула Машка, радуясь, что в темноте её смущение не заметно.
 
— Рыжовааааа! Ты как выпьешь, меня выгоровить не можешь! — понимая, что и сама тоже начала запинаться, просто махнула рукой. — Давай, бегом собираться!
 
 
— Ой, ну прекрати нервничать, — сказала Ольга, взяв Машку за плечи и подталкивая тем самым вперёд, — там все свои. Бить точно не будут, — тепло улыбнулась учительница.
 
— Ольга Валерьевна, мне просто неудобно. Я же не знаю никого, и без предупреждения всё-таки. — Не унималась Машка, и неуверенно шла вперёд за Ольгой по частному сектору.
 
— Вечно эти таксисты, — перепрыгивая через лужи, бормотала Ольга, — дороги не знают, к дому не довозят. Осторожнее смотри, какая грязь.
 
— Да вижу, вижу, а ещё и погода мерзкая, — отозвалась Машка.
 
— Вера и Женька тебе точно понравятся. Вооон та красная крыша, видишь? — показала Ольга пальцем. — Это как раз их дом.
 
— А они вместе живут, да? — спросила Машка.
 
— Да они уже лет семь вместе. — Отозвалась Ольга.
 
— Ого! — Удивилась Машка.
 
 — Вот подружишься с ними, они тебе знаешь, много чего интересного расскажут.
 
— Что, например? — Заинтересованно спросила девушка.
 
— О, я так не расскажу, как они, — улыбалась Ольга. — С ними я очень давно дружу. Есть тесная компания. Человек пять — шесть. Мы вот нормально общаемся. Вот сегодня они меня звали в бильярд поиграть. Но я думала, что не выберусь, потом закружилась, потом подумала, что не в этот раз. И в итоге вот, — подытожила Ольга, — мы пришли. — С этими словами Ольга, подошла к забору и нажала на звонок. Через минуту калитка открылась, и девушки зашли.
 
Около входной двери Машка снова затормозила. Ольга, усмехнувшись несвойственной девушке нерешительностью, взяла Рыжову за руку и потянула вперёд.
 
— Оля-ля, — в дверях оказалась незнакомая Машке девушка, которая тут же бросилась к Ольге в объятия. — Ну вообще нас забросила. Мы тебя даже и не ждали сегодня. А ты такой нам сюрприз устроила! И не одна! — Девушка игриво стреляла глазками в Машкину сторону, явно проявляя интерес к новой знакомой.
 
— Так я сама не думала, что приеду — с этой школой вообще завал. Как вернулась назад сюда, так вообще, счёт времени потеряла, — оправдывалась Ольга, обнимая подругу. Знакомься это — Маша! — Ольга представила Рыжову.
 
— А я Вера, — очень приятно, — с этими словами Вера так же по-свойски обняла девушку, и поцеловала в щёку.
 
— Очень приятно, — удивленная от такого приветствия Машка улыбалась.
 
— Пойдемте скорее в дом, я тебя со всеми познакомлю.
 
— Да, — сказала Ольга, проходя в коридор. — Жуть такая на улице. — Продолжила она.
 
— Не замерзли? — спросила Вера, забирая у Машки куртку.
 
— Не особо, — ответила Машка. — Ого, — поразилась девушка, — у вас такой дом большой. И очень красивый.
 
— Спасибо, — тепло улыбнулась Вера, — он на самом деле, не такой большой, как ты думаешь, мы только достраиваемся.
 
— Кстати, приглашаем вас на следующей неделе в баню, — в коридоре появилась ещё одна незнакомая для Машки девушка, — будем первый раз топить.
 
— Жееееееенькааа! — Ольга кинулась в объятия подруги. — Ты давно прилетела? — Спросила она.
 
— Прилетела пару дней назад, — девушка улыбалась, — отмучилась, наконец. А что ты мне подругу не представляешь? — Хитро улыбнулась Женька и подмигнула.
 
— Это Маша. — Ольга представила второй хозяйке дома свою ученицу.
 
— А меня зовут Женя, очень приятно. Проходите в дом. — Отозвалась девушка.
 
Машке дом очень понравился. Огромный коридор, в зелёных тонах похожий по размеру на её комнату. Рыжова была удивлена. Девушка обратила внимание на большую кухню и гостиную. Ремонт был сделан совсем недавно и везде чувствовались уют и теплота, с которой выбирались элементы мебели. Женя и Вера произвели на девушку тоже положительное впечатление. Очень весёлые и простые, которые расположили к себе Машку буквально с первых минут общения. У Жени были тёмные прямые волосы до плеч, карие большие глаза и очень спортивная и стройная фигура. Машка сразу отметила это и тем самым можно сказать, что внешне она ей очень понравилась. Вера была немного ниже своей подруги. Рыжие небрежно причёсанные волосы беспорядком лежали на голове, придавая девушке милый, и растрёпанный вид. На лице немного веснушек, постоянная открытость и улыбка не могли не запомниться Машке, поэтому, девушка перестала чувствовать себя неуверенно.
 
— Оль, — сказала Женька, пока девушки крутились на кухне, — мне, если честно с порога говорить тебе не хотелось, — Ольга заметила, как девушка начала нервничать, — но мы думали что ты не придешь и…
 
— Ну что? — улыбнулась Ольга, вопросительно глядя на свою подругу.
 
— В общем, Катя тут приехала, — сказала Вера, не выдержав того, как её подруга мнется из угла в угол. — Я просто посмотрела ты не одна, и в личной жизни я смотрю, всё начинает налаживаться. Вам всё равно редко, но пересекаться. И я сразу-то не решилась тебе сказать.
 
Вера и Женя стояли спиной к Машке, которая сидела за небольшой барной стойкой, и не видели, как у неё округлились глаза. Ольга, поймав на себе взгляд ученицы, задумалась, и в одну секунду оказалась около Рыжовой, взяв при этом за руку, показывая тем самым что они пара.
 
— Я думаю, что особых проблем не возникнет, — нервно ответила Ольга, — тем более мы с Катей всё давно решили, — и в моей жизни произошли кое-какие изменения, — девушка улыбнулась. — Правда, Маш? — обратилась она к своей ученице.
 
Видя умоляющий взгляд Ольги, Машке на одну секунду стало дурно. Потом жарко. Потом немного холодно. Ольга крепче схватила свою ученицу за руку.
 
— Правда …. Оля… — выдавила из себя Машка, — и, видя, как Ольга выдохнула с облегчением, закрыла глаза от мысли, что ей придется весь вечер играть роль бесконечно влюблённой.
 
— Ну и отлично, — подытожила Вера, обнимая свою подругу.
 
— Девочки, а где здесь туалет? — Спросила Машка, немного оглядываясь по сторонам.
 
— Пойдем, Маш, — обратилась к девушке Ольга, — я тебе покажу.
 
По коридору шли молча. Хоть Маша и была напряжена до предела, говорить она хотела только за закрытой дверью, чтобы никакие посторонние уши не могли подслушать их разговор.
 
— Ольга Валерьевна! — обратилась она к своей учительнице, как только они оказались в помещении и закрыли дверь. — Что за хрень собачья!
 
— Рыжова! Как ты разговариваешь со своим учителем, — в шутливой манере ответила Ольга.
 
— Вот именно, — Машка показала головой, — с учителем! А не с девушкой.
 
— Ну, Мааааааш, — взмолилась Ольга, — ну подыграй! — С этими словами девушка взяла Машкины руки в свои и жалобными глазами посмотрела на девушку. — Ну мне и так паршиво.
 
— Ольга Валерьевна, — а вы не думали…
 
— Называй меня по имени, — перебила она Машку, — сегодня только по имени, а то как-то с отчеством будет странно.
 
— Брррррр, хорошо, я попробую не косячить, а как мы познакомились? Давно мы вместе? Что говорить-то?
 
— Да ничего не надо говорить, вопросов будут задавать крайне малое количество. Сиди рядышком и мило улыбайся. Ты умеешь играть в бильярд?
 
— Ольга!!!!!!!! — вскипела Машка, и, подойдя к раковине, принялась умывать лицо холодной водой.
 
— Ну Маааааш. — протянула девушка, — Всего-то пару часов. Ты меня очень выручишь. — Не унималась Ольга.
 
— Да что там. — тепло улыбнулась Машка. — Я и так вам во многом благодарна!
 
— Машка, ты настоящий друг, — Ольга обняла свою ученицу и приподняла от земли в своих объятиях, — я в долгу не останусь. Обещаю придумать что-то просто гениальное.
 
— Отпуститееееее, задушите, блин, — еле смогла произнести Машка.
 
— Пойдем, Рыжова, — ухмыльнулась Ольга, протягивая руку своей ученице.
 
— Ну, Ольга Валерьевна, — скептическим голосом ответила Машка, — пойдемте.
 
— Чую, вечер будет жарким, — отозвалась Ольга.
 
— Чур, ко мне не приставать! — Рыжова нашла в себе силы пошутить.
 
— Как так, а я же планировала?! — Ольга посмотрела на свою ученицу испуганными и в тоже время удивлёнными глазами. Однако понимая, что такая шутка в такой ситуации не сильно уместна, тут же начала улыбаться.
 
— Ну вас, блин, — пробубнила Машка и вышла из уборной. Видя, как Ольга мнётся и нервничает, махнула рукой и, закатив глаза, подошла и чуть ли не силком вытащила Ольгу из комнаты. — Ну как школьница, ей-богу, — съязвила Машка.
 
— Да ну тебя, Рыжова!


Стр 18
На протяжении получаса Машка сидела на диванчике около Ольги и только слушала разговоры девчонок. В бильярд девушка играть не умела, поэтому лишь наблюдала со стороны, как её новые знакомые с азартом проводят между собой небольшие турниры.
 
Школьницу также представили другим девушкам — Кате, чьё имя и так она прекрасно знала до этой встречи, Соне — Катиной спутнице и Юле — единственной, кто в тот вечер пришла одна.
 
Все девушки были старше Маши, но как выяснилось, не критично. Старшей была Катя, которой недавно исполнилось тридцать семь лет. Соне было около тридцати. Жене и Вере по двадцать шесть и семь соответственно. Самой младшей в этой компании, не считая Машки, была Юля, ей было двадцать один год. Машка же, прибавив себе два года, не переживала, она знала, что всегда выглядела гораздо взрослее своих сверстниц. В целом школьнице было довольно комфортно в компании незнакомых девушек. Они постоянно шутили, смеялись, и Машка полностью расслабилась и не нервничала так, как в начале вечера.
 
Машка украдкой наблюдала за Катей, которая практически не отходила от стола и иногда подсказывала подругам по какому шару лучше всего бить. Рыжова Катю видела лишь единожды и то в школе и в полицейской форме. Поэтому сейчас девушке представилась возможность посмотреть на неё повнимательнее, что не удалось скрыть от глаз Катерины.
 
Она не выглядела на свои года, максимум ей можно было дать тридцать лет. Машке сразу бросилась в глаза отличная фигура женщины. Она была гораздо выше школьницы, и навскидку девушка подумала, что в ней около ста восьмидесяти сантиметров. Катя была одета в узкие тёмно-синие джинсы и светлую рубашку. Светлые волосы забраны в высокий хвост. В какой-то момент Машка поняла, что откровенно пялится на Катю, и резко отвела глаза в сторону. Однако Рыжова всё равно искоса наблюдала за ней. Машка старалась ловить каждое её движение и каждое её слово. Школьница никак не могла понять, что такого необычного в этой Кате нашла Ольга.
 
А теперь, когда девушка увидела её поближе, она наконец поняла. Катерина была уверена в себе на все сто процентов, если не больше. Она вела себя довольно дерзко и в меру нагло. От неё исходила бешеная энергетика, она заряжала драйвом всех участниц игры в бильярд. Её эмоциональность и чувство юмора, эти шутки, которыми она веселила всю компанию, и смех делали её очень запоминающейся и необычной. Машка совершенно не слушала, о чем рассказывает Ольга Вере, она смотрела, как Юля, Катя и Соня играют в бильярд. Машка была под сильным впечатлением даже от того, как Катя медленно подошла к девчонкам и, налив себе виски, добавила в бокал несколько кубиков льда. Машке казалось, что каждое движение Кати идеально. Более того, каждое её слово, сказанное низким, осипшим голосом, было очень сексуальным.
 
Тем временем девушки решили наконец выпить, и все сели на диванчик. Машка пила крайне мало, она не хотела чувствовать себя на следующее утро отвратительно. Однако Катя, сев слева от Машки, заметила, что та практически не пьёт и, спросив немое разрешение у девушки, наполнила её бокал виски. Понимая, что Ольга в этот момент вместе с Юлей сидят у компьютера и выбирают музыку, Катя придвинулась к Рыжовой ближе.
 
— Скажи, красавица, — Катя стрельнула глазами в сторону Ольги, — у вас всё серьезно? — в глазах женщины был интерес.
 
— Ну… — замялась Маша: — Нам довольно хорошо друг с другом, мы не строим пока что планы на далёкое будущее.
 
Машка, оставшись довольной своим ответом, даже улыбнулась, хоть и чувствовала себя рядом с Катей очень неуверенно и скованно.
 
— Ты такая напряжённая, — сказала Катерина, видя, как девушка взяла со стола сигарету и подкурила.
 
— Будешь курить? — спросила Машка.
 
— Не курю, — улыбнулась Катя и вопреки своим словам взяла из рук Машки пачку сигарет и, достав одну, щёлкнула зажигалкой. Видя в глазах Машки немой вопрос, продолжила: — Иногда, правда, очень хочется сильно затянуться, и тогда я себя балую.
 
— Где ты так хорошо научилась играть в бильярд? — чувствуя паузу и некое напряжение, Машка решила сама повести диалог дальше.
 
— Меня научил играть папа, ещё в детстве. С тех пор не прочь поиграть, пока есть возможность, — сказала Катя и тепло улыбнулась девушке.
 
— Круто, — кивнула головой Машка. — Вы с ним были очень близки?
 
— Нет, — рассмеялась Катя и, подавившись никотином, начала кашлять. — Он бухал много и постоянно брал меня с собой к своим дружкам.
 
— Аааа, — замялась Машка, не зная, что сказать по этому поводу.
 
— Слушай, Красивая, — обратилась Катя к девушке: — Пока твоя дама сердца занята, давай я тебя научу немного играть, — в голосе Кати была такая уверенность, что Машка даже не поняла вопрос.
 
— Меня? — растерянно посмотрела Рыжова по сторонам.
 
— Ну, а кого ещё? — с этими словами Катя потушила бычок, взяла Машку за руку и потянула с дивана.
 
Видя, что девушка ищет глазами Ольгу, Катя махнула рукой:
 
— Да ладно тебе, что в этом такого, пошли. Я не кусаюсь, — Катя подмигнула одним глазом Машке и улыбнулась.
 
Машка стояла как истукан. Она практически не понимала¸ что ей объясняла Катерина, что ей говорила девушка в целом, и вообще школьница поняла правила игры очень поверхностно. Машка больше смотрела на то, как Катя ходит, как легко и непринуждённо ведет диалог, смотрела даже на то, как молодая женщина держит осанку. Думая обо всём этом, Рыжова даже немного выпрямила вечно сутулую спину и от мысли, что она явно и сильно проигрывает на фоне Кати, то расстроилась. Машка думала о том, что ей никогда не научиться так легко и непринужденно себя вести в компании малознакомых людей, что у неё совсем нет харизмы и сильного характера. Машка считала себя неприметной и довольно скучной. Когда же девушка, взяв кий, не смогла даже попасть по шару, расстроилась ещё больше. Никогда в своей жизни, как сегодня вечером, Рыжова не чувствовала себя такой неопытной и неуклюжей.
 
Катя же, объяснив Машке, что с первого раза никогда не получается, не отставала от неё. Она показывала девушке, как лучше держать кий, с какого угла бить и вообще, больше всего говорила о том, как правильно оценивать ситуацию в игре. Машка из потока информации усвоила, наверное, не больше тридцати процентов, тем более ноги школьницы заплетались от выпитого за вечер алкоголя, и Машка всё больше думала о том, чтобы не запутаться в собственных ногах. Однако Маше всё же удалось забить шар в лузу. Рыжова была собой хоть немного, но довольна.
 
— Катя, ты порой бываешь слишком назойлива, тебе не кажется? — в этот момент к девушкам подошла Ольга и остановилась около Машки: — Всё нормально? — обратилась она уже лично к Машке.
 
— Да, — Машка кивнула и улыбнулась.
 
— Я это, что пришла то, — в этот момент, Ольга увидела у Машки за спиной бокал с виски и, взяв его у девушки, сделала пару глотков: — там такси за тобой приехало. Юля вызывала на три часа.
 
— Ого, уже три часа? — удивилась Катя, приподняв одну бровь.
 
— Вот-вот, — сказала Ольга, показывая всем своим видом, что разговор с ней на этом закончен и ей неприятно общение.
 
В этот момент к Кате подошла Юля, одетая в верхнюю одежду, и начала прощаться с девочками. Девушки обменялись любезностями, и Юля направилась к выходу.
 
— Оль, можно тебя на разговор, — обратилась Катя и показала глазами в сторону выхода.
 
Машка вопросительно посмотрела на Ольгу.
 
— Всё нормально, — сказала Ольга Машке. — Я на пару минут.
 
— Давай, — сказала Машка, направляясь в сторону диванчиков.
 
Машке было очень любопытно, о чем собирается говорить Катя с Ольгой, но сделать она ничего не могла. Рыжова даже подумала о том, чтобы как-то извернуться и суметь-таки подслушать. Девушка изо всех сил напрягала слух, но, увы, все её попытки оказались тщетны. Ольга с Катей вышли из комнаты.
 
Оказавшись в коридоре, Ольга облокотилась о стену спиной, скрестив при этом руки на груди, и смотрела на то, как Катя надевает пальто. Ольгу начал даже раздражать тот факт, что Катерина не смотрит в её сторону, и вообще ей показалось — та забыла, что позвала её.
 
— Так какой повод для разговора? — нарушила тишину Ольга, стараясь скрыть волнение в голосе.
 
— Оль, ты знаешь меня не первый год, — начала Катя, не смотря в сторону Ольги: — и обмануть меня крайне сложно. И…
 
— К чему ты ведешь? — перебила Ольга бывшую подругу.
 
— Оль, сколько лет твоей новой пассии? — Катя бросила тщётные попытки завязать вокруг шеи платок и подошла вплотную к девушке.
 
— Какое это имеет отношение? — огрызнулась она.
 
— Дурочка ты, дурочка, — вздохнула Катя, грустно улыбаясь девушке. Катерина взяла Ольгу за талию и притянула к себе в объятия. Чувствуя, что Ольга так и не расцепила рук и стоит в зажатой позе, всё равно погладила девушку по голове, прижимая ближе. — Ты же знаешь, где и кем я работаю, у меня же профессиональная память на лица, — шептала она Ольге на ухо. — Скрыть от меня что-то никогда не удавалось тебе, ну?
 
— Кать, — Ольга подняла на свою подругу глаза: — Зачем ты ко мне лезешь?
 
— Так я волнуюсь, или ты думала мне всё равно? Я же видела эту Машу тогда в школе. Ты думала, я забыла про это или не узнаю её? — Катя говорила очень тихо, словно переживая, что этот разговор кто-то может услышать.
 
— Мы просто дружим, — сказала Ольга так же тихо, при этом словно оправдываясь перед своей бывшей подругой.
 
— Ты про эту дружбу даже думать забудь! — голос у Кати был очень серьёзен. — Я видела, как она на тебя смотрит.
 
— Кать, ты к чему ведёшь? — не вытерпела Ольга.
 
— Я это веду к тому, что ты пудришь голову ребёнку!
 
— Да никому я ничего не пудрю! — повысила Ольга голос.
 
— Ольга, блять! Ты знаешь, сколько лет я на службе? Чего я только за это время не увидела! И уж поверь мне, — в этот момент, Катя сделала шаг назад, убирая руки с талии Ольги: — Увольнение по статье — это лучший исход событий.
 
— Да что ты несёшь? Я никого не совращаю вообще! Я её и пальцем не трогала! — вскипела Ольга.
 
— Да тише ты! — Катя посмотрела по сторонам. — Я просто за тебя переживаю. Что ты? — девушка смягчила голос и снова подошла к Ольге ближе. — Да и вообще, ты девочке голову задурила, — увидев, что Ольга недовольно закатила глаза, Катя улыбнулась и продолжила: — Обещай мне быть осторожнее, хорошо?
 
— Хорошо, — недовольно буркнула Ольга.
 
— Оль, — игриво улыбнулась Катя и хитро сузила глаза, — ты что? На ревность меня решила вывести?
 
— Да ну тебя, — Ольга махнула рукой и резко решила высвободиться из объятий своей бывшей подруги.
 
Сделав буквально один шаг, Катя рывком схватила Ольгу за руку и прижала к себе.
 
— Олечка, — прошептала Катя девушке на ухо, — ты же знаешь всё. Ты навсегда в моем сердце.
 
— Кать! — резкий голос Юлии, который послышался около входной двери, прервал этот момент. — Ты скоро уже?
 
— Да иду я! — крикнула Катя и, подмигнув Ольге на прощание, направилась к выходу.
 
Домой приехали в начале седьмого утра. Изрядно выпившие за вечер, девушки успели как следует протрезветь и ещё раз напиться виски. После того, как Катя уехала, Ольга заметно повеселела и расслабилась. Однако Машке поведение Ольги показалось на редкость странным. Но Машка всё никак не могла найти нужных слов и повода, чтобы спросить об их с Катей разговоре. Несколько раз девушка пыталась завести тему, однако Ольга умело пресекала все попытки школьницы.
 
 — Тсссссс, — Ольга поднесла палец к губам, давая тем самым понять Машке, что вести себя надо тихо. — Женька со своей дамой спит уже, — прошептала она, закрывая входную дверь.
 
— Ага, — Машка начала разуваться.
 
— Машка, прикинь, время шесть утра, — сказала Ольга, посмотрев на часы в прихожей. — Совсем из ума выжили.
 
— Да ладно вам, — прошептала Машка. — Зато было очень весело.
 
— Да уж, — сыронизировала Ольга. — Сомнительное веселье. Ты вообще спать хочешь?
 
— Если честно, нет, — сказала Машка, окончательно сняв с себя верхнюю одежду. — А вы?
 
— Я, Рыжова, сейчас быка бы съела, — усмехнулась Ольга. — Ты голодная?
 
— Угу, — Машка кивнула головой.
 
— Так пошли скорей, у меня такой вкусный плов! — сказала Ольга и потащила шатающуюся Машку на кухню.
 
— Я даже не знаю как позиционировать этот приём пищи, — задумалась Машка, накладывая себе в тарелку плов из кастрюли.
 
— В смысле? — Ольга нарезала хлеб.
 
— В смысле — это ранний завтрак или поздний ужин такой? — Маша села за стол.
 
— Вот уж точно! — Ольга выключила чайник и заварила крепкий чай.
 
— Я представляю, как завтра мне будет хреново, — сказала Машка.
 
— Мне еще тетради проверять, — Ольга закатила глаза. — Какой кошмар. А тебе ещё уроки учить, блин.
 
— Я помню, помню, — недовольно протянула Машка.
 
— Я, бывает забываю, что ты в школе ещё, — улыбнулась Ольга.
 
— Ольга Валерьевна, — Машка развела руками, — так вы ведь тоже в школе. Только я ЕЩЁ в ней учусь, а вы УЖЕ в ней работаете! — Рыжова показала язык.
 
— И то верно, даже возразить нечего, — воскликнула учительница, — и ещё тетради эти…
 
— Там что-то сложное? — поинтересовалась Машка.
 
— Нет, там очень нужное. Я у шестых классов взяла тетрадки с домашним заданием.
 
— Фу, — Машка скривила лицо. — Представляю ваше веселье.
 
— Иди умывайся, веселье, — Ольга встала из-за стола и положила грязную посуду в раковину.
 
— Да иду, иду.
 
Машка зашла в ванную комнату. Достав с полки пижаму, которую ей посоветовала надеть Ольга, девушка включила воду и решила принять душ. В голове вертелись тысячи планов, как узнать содержание их беседы и почему Ольга в таком приподнятом настроении после их разговора с Катей.
 
Выйдя из душа, девушка почувствовала себя гораздо лучше. Посмотрев на себя в зеркало и махнув рукой на отражение, типа «и так сойдёт», Машка зашла в спальню, где сидела Ольга и пила чай.
 
— Я и тебе налила, — сказала Ольга, показывая Машке на чашку.
 
— Спасибо, — с этими словами девушка взяла кружку и села на кровать, облокотившись спиной о стену.
 
— Маш, — как-то нерешительно произнесла Ольга: — Я бы хотела узнать, о чем вы разговаривали с Катей.
 
— Да ни о чём практически, — Машка развела руками. — Она больше рассказывала мне про бильярд.
 
— А про нас она что-то спрашивала? — Ольга подошла к шкафу и кинула на кровать две подушки.
 
— Да нет, спросила лишь, как давно мы вместе и насколько у нас всё серьёзно, — улыбнулась школьница, увидев у Ольги улыбку на лице от ее слов.
 
— И что ты сказала?
 
— Сказала, что наши отношения с вами, Ольга Валерьевна, вот только начались, и мы ещё не строили планов, — шутливым тоном произнесла Машка.
 
— Ну, ты даешь, Рыжова, вообще молодец, — засмеялась Ольга в ответ на Машкины слова.
 
— А что смешного-то? — непонимающе спросила Машка, и допив чай, поставила кружку на стол.
 
— Да, то, что ты моя ученица, она знала, если не через минуту после вашей встречи сегодня, так через две. И весь этот цирк её лишь посмешил, — Ольга хохотала.
 
— Ну и что вы смеётесь тогда? — Машка никак не понимала поведение Ольги.
 
— Маша, ну ей богу, что же мне теперь, постоянно плакать? — Ольга вытаращила свои глаза на ученицу. — Я просто как подумаю, что Катя всё сразу поняла и еще подыгрывала, так смеюсь.
 
— Не знаю, Ольга Валерьевна, — Машка легла на подушку поверх одеяла и начала ковыряться в волосах, — мне Катерина ваша показалась очень интересной и интеллигентной дамой.
 
— Ну, так в том-то и дело, что Катя любит быть в центре внимания. Да она ещё и удовольствие получает, когда ей восхищаются, говорят комплименты, — Ольга легла рядом и положила руки за голову, смотря в потолок.
 
— Так ведь всем нравится, когда о них хорошо думают и говорят, — рассуждала Машка.
 
— Ты немного путаешь Машка, — обратилась Ольга к девушке, повернув голову в ее сторону. — Понимаешь, Катя очень наглая и уверенная в себе. Других она не видит, не замечает. Все для неё пустое место. Она прямо прётся от своего «Я».
 
— Ничего себе, — Машка легла на бок, с интересом слушая, что говорит Ольга.
 
— Ей нравится соблазнять, ухаживать, ей нравится нравиться абсолютно всем. Её бесит, когда на неё не смотрят или не замечают. Она никогда не думает о других людях, понимаешь. Быть с таким человеком очень тяжело рядом.
 
— А вы это только сейчас в ней заметили?
 
— Да нет, — усмехнулась Ольга: — Что ты, я просто думала, что ради меня она изменится. Ради наших отношений она перестанет размениваться по пустякам. Да и я знаю, что тоже вызывала в ней чувства. Но видишь, ей проще быть одной и не связывать себя обязательствами, чем быть к кому-то привязанной. Ей интереснее соблазнять, играть, интересен процесс, но не результат. Для неё очень важно, что люди о ней подумают и как на неё посмотрят. Она слабая и в то же время очень сильная. Понимаешь?
 
— А кто принял решение о расставании? — Машка решилась на вопрос.
 
— Да никто ничего не принимал. Я не хотела мириться с её гулянками. Она не хотела мириться с моими нравоучениями. Первой, наверное, она не выдержала. Сказала, что не хочет, чтобы я страдала. Потом уже я психанула.
 
— А потом?
 
— А потом пустота, Маш, которая тянулась полгода. Спать надо, — подытожила Ольга.
 
— Светает. Но вы так ничего мне и не рассказали конкретного, — удивилась Машка.
 
— А ты думала, что я расскажу? — Ольга улыбнулась.
 
— Тоже мне тайны мадридского двора, — буркнула Машка и надула губки.
 
— Спи, Рыжова, — усмехнулась Ольга.
 
— Сплю я, сплю.


Стр 19
— Вот чёрт! — на всю квартиру выругалась Машка, глядя на часы. Стрелки показывали половину восьмого. Школьница, буквально на ходу впихивая в себя бутерброды, скидывала в сумку учебники. — Надо же было так проспать, — негодовала Машка, ворча себе под нос. Натянув на себя джинсы и свитер, Рыжова разозлилась — Машка не могла найти носки. Понимая весь абсурд ситуации, школьница материлась про себя, пока доставала их из-под кровати. Учебники! И ведь нет, чтобы собрать сумку с вечера, у Машки всё как всегда, всё в самый последний момент. А это, между прочим, за двадцать минут до контрольной работы по химии!
 
Буквально выбежав из подъезда, школьница попутно застёгивала пуговицы пальто. Сумка, вечно спадающая с плеча, как назло, мешала. Увидев свою причёску в отражении витрины, Машка ужаснулась. Махнула рукой на запутавшийся и абы как сделанный хвост, Машка ускорила шаг и перешла на легкий бег. Шнурки развязались прямо в самый подходящий момент. Проклиная всё на свете, Машка перепрыгивала через огромные лужи, думая только о том, как не опоздать на контрольный срез отсутствующих знаний.
 
Уже подбегая к школьным воротам, она увидела Таньку, которая неслась по улице с такой же скоростью с другой стороны улицы.
 
— И кто придумал контрольные работы первым уроком? — сказала Машка подруге запыхавшимся голосом, как только девушки поравнялись друг с другом.
 
— Это вместо привет? — шутила Татьяна.
 
— Выучила? — вопрос чуть ли не набегу по ступенькам школы.
 
— Какой кабинет? — Машка резко затормозила у расписания, как только девушки оказались внутри.
 
— Рыжова, не тормози! — Танька схватила за руку подругу, и они побежали в сторону лестницы.
 
— Пипец! Контрольный срез, химичка будет в бешенстве из-за опоздания! — Машка волновалась.
 
— Меня мама убьёт! — Танька выпучила глаза, представляя, как её мама будет отчитывать за этот косяк.
 
— Фух, — выдохнули подруги и улыбнулись друг другу, как только забежали в класс — химичка ещё не пришла.
 
Быстро сев на свое место и разложив вещи на парте, Машка с улыбкой посмотрела на Алису, которая с интересом наблюдала за подругами.
 
— А я думала, вы уже не придёте, — Алиса пробурчала подругам, с которых пот лился ручьём.
 
— Знаешь, я сама была бы не прочь пропустить это, но перспектива писать контрольную позже меня не очень прельщает, не спишешь же потом, — сказала Машка.
 
— Вот хитрюга! — Алиса шутила.
 
Благодаря таким насыщенным выходным в компании Ольги, домой Машка попала только под вечер воскресенья. Естественно, ни о каких уроках речи идти не могло. Девушка, искупавшись и поужинав, легла и тут же провалилась в сон.
 
Умудрившись списать практически всю контрольную работу по химии, на географии Машка сумела подготовиться к литературе и английскому, так как дома подготовить домашнее задание просто не было возможности. Машка была уверена в том, что Ольга Валерьевна не будет спрашивать её на алгебре, поэтому сорок пять минут географии были потрачены на гуманитарные предметы. Лиса, с интересом наблюдая, как Рыжова пишет сочинение по литературе, несколько раз спрашивала свою подругу, чем же вызвана такая спешка и несделанная домашка, однако, получив замечания от учительницы, девушка больше Машку вопросами не донимала.
 
На большой перемене в столовой, увидев Ольгу Валерьевну, Машка сочувственно ей улыбнулась. Ольга сидела за столиком в полном одиночестве и пила кофе. Увидев жалостливый взгляд своей ученицы, Ольга вздохнула, и вымученно улыбнувшись, отсалютовала чашкой кофе. Машка с подносом в руках решила подсесть к Ольге Валерьевне. Отметив про себя, что Ольга никаким образом не отреагировала на это, Машка поняла, что кому-то выходные дались ещё тяжелее.
 
— Вон как ты, огурцом бегаешь! — кивнула Ольга ученице вместо приветствия.
 
— Вообще чуть не проспала, — ответила Машка, вешая на стул сумку.
 
— Где твои подруги? — поинтересовалась Ольга, размешивая сахар.
 
— На диете, — усмехнулась Машка, глядя на котлетки и макароны, при этом потирая ладони.
 
— Бывает! — задумчиво произнесла Ольга. — А я на еду вообще смотреть не могу. И как пережить этот день?
 
— У меня еще три урока, — Рыжова закатила глаза, понимая, что прошла только половина дня.
 
— А у меня только два урока осталось, — в голосе Ольге послышалось облегчение. — Только два урока и я свободна, — медленно протянула учительница.
 
— Вы какая-то помятая что ли, — сочувственно проговорила Машка, глядя на Ольгу, которая сегодня тоже была явно не при параде. Волосы Ольги были небрежно забраны. Чёрная рубашка застегнута на все пуговицы, а вместо классических брюк и туфель — тёмные джинсы и полуспортивные ботинки.
 
— Так мы с Женькой вчера ещё сидели вечером. И зачем вот, а?
 
— Ну и вопросы вы задаёте, — улыбнулась Машка.
 
— Илюхин, — позвала Ольга Валерьевна Машкиного одноклассника: — Иди сюда! — Ольга махнула рукой.
 
— Точно! Нам же нужно ему сообщить новость! Я совсем забыла! — Машка уставилась на Ольгу. — Как ему говорить-то?
 
Однако Машка не успела дождаться ответа Ольги, так как парень уже сел к девушкам за столик.
 
— Да, Ольга Валерьевна, что случилось? — парень сел рядом с Машкой. Ребята переглянулись.
 
— Дети мои! — вальяжно произнесла Ольга, не скрывая в голосе шутки. — Мы собрались здесь, для того чтобы сочетать вас священными узами….
 
— Ольга Валерьевна, — вскрикнул Илюхин, как только учительница потянулась к рукам своих учеников, — вы чего?
 
— Да ладно, — подмигнула Ольга. — Никто вас не поженит, не переживай. Однако — подожди немного, — Ольга повернулась к сумке и начала в ней искать заветные листы, — Во! Нашла! — учительница протянула парню папку. — Это твой текст. Ты и Машка — ведущие Осеннего бала. К субботе чтобы оба прочли, и после уроков жду вас на репетиции.
 
— Ольга Валерьевна, вы чего? Я не могу в субботу! — воскликнул парень.
 
— Что? — усмехнулась Ольга. — Не боись, хоть основная масса влюблённых женятся по субботам, я обещаю, что у вас будет только школьная репетиция! — Ольга улыбалась.
 
— У меня гитара по субботам! И вообще нет времени этой ерундой заниматься! — парень нахмурился, принявшись читать текст. — И вообще, что это за лажа? Кто писал?
 
— Как кто? — удивилась Ольга. — Я!
 
Машка засмеялась в голос, но стоило Ольге серьёзно посмотреть на ученицу, улыбка с лица школьницы быстро сошла на нет.
 
— Так, погоди, — Ольга придвинулась к парню ближе, — ты, значит, на гитаре играешь?
 
— Ну да, — ответил парень.
 
— Бас? Соло? — Ольга оживилась и придвинулась к парню ближе.
 
— Ну немного того и на акустике бренчу ещё, — задумчиво говорит парень, — а что такое?
 
— Так, — Ольга щелкнула пальцами. — У меня созрел план. Ребята, кто-нибудь в вашем классе играет на клавишах?
 
— Нууу, — задумалась Машка. — Я знаю, что Алиса ходила в музыкалку, но что там на самом деле, сказать не могу, — Рыжова развела руками.
 
— А я вообще не в курсе, — отозвался парень, и воспользовавшись моментом, пока Машка отвлеклась, взял вилку и придвинул тарелку к себе.
 
— Илюхин! — Машка негодовала, и дала парню лёгкий подзатыльник.
 
— Эй, ты чего дерёшься? — Илюхин выпучил глаза.
 
— Так, — сказала Ольга и встала из-за стола. — Вы тут не деритесь! А с Алисой я сейчас перед уроком поговорю сама, пойду в кабинет. А вас жду в субботу после занятий, у меня есть идея в сто раз круче! И да, — добавила Ольга, обращаясь к ребятам — не задерживайтесь, у нас сейчас будет небольшая самостоятельная!
 
 
 
— Так, прекращайте разговоры, — говорила Ольга, обращаясь к классу. — У нас сегодня времени не так много, — учительница, заполнив журнал, убрала его в сторону и подошла к доске. — На той неделе мы прошли с вами логарифмические неравенства, а также переход к новому основанию. На выходных я просила вас повторить весь изученный материал и со всей ответственностью подойти к решению домашней работы, — Ольга прошла между рядами и села за последнюю парту второго ряда. — Открываем тетради для домашних работ и пишем: Самостоятельная работа. Тетради сдадите мне после и в итоге получите две оценки как за домашнюю, так и за классную работу.
 
По классу прокатилась волна негодования и недовольства.
 
— Ольга Валерьевна, — Семёнов, чуть не вскочил со своего места: — А я все выходные болел и не сделал домашнее задание! — в голосе ученика слышалась обреченность. Парень с жалостью посмотрел на Ольгу и состроил глазки, часто заморгав.
 
— Ага, в соседнем дворе мяч пинал, — вечная выскочка Андросова, претендентка на золотую медаль, вставила-таки свои две копейки.
 
«Ненавижу стукачей», — подумала про себя Ольга, а вслух сказала: — В таком случае иди к доске и бери мел. Задания дам индивидуально.
 
Семёнов медленно встал и, ссутулившись, поплелся к доске под смешки своих одноклассников.
 
— Андросова, Рыжова, Бочаров, — обратилась она к ученикам: — Тоже подходите к доске и берите мел, — Ольга открыла задачник и начала листать его в поисках нужных заданий. — Вместе с Семёновым будете писать самостоятельную работу на доске.
 
Семёнов после слов учительницы заметно оживился в отличие от тех, кого вызвали к доске вместе с ним.
 
— Четверка у доски, — обратилась она к ученикам: — Берете номера 816, 817, 834. Рыжова, решаешь букву «а», Бочаров — букву «б», Андросова — «в», — Семёнов «г».
 
— А Семёнов — Г, — крикнул кто-то из учеников, и в классе раздался дикий гогот.
 
— А у Власова оценка на балл ниже, — сказала Ольга с милой улыбкой крикуну.
 
После этих слов класс заметно успокоился и напряжённо ждал задания.
 
— Так, все остальные, — продолжила Ольга: — Четыре варианта — каждый свой вариант знает, так что записывайте: 819, 820, 833. Всем понятно под какими буквами решать каждому варианту?
 
Ученики кивнули.
 
— У вас двадцать пять минут, три номера, и для некоторых — шанс исправить оценки.
 
Факт того, что Машке нужно было остаться дома, лишний раз подтвердился. Рыжова мысленно проклинала этот день и эту школу. Однако такие мысли решению заданий не помогали, поэтому школьница принялась читать условие первого номера. Машке досталась задняя часть доски, поэтому решение заданий никто не видел, и соответственно никто ничем помочь ей не мог.
 
— Составьте уравнение касательной к графику функции F(x) в точке с абсциссой X= a, при условии F(x) = X5- LN X, А=1, — прочитав задание про себя, Машка тяжело вздохнула, ибо девушка не имела представления о том, как это вообще решать. В памяти она начала перебирать все задания, которые она разбирала на том уроке. — Вот ведь чёрт, — подумала про себя девушка: — Ольга ведь так подробно рассказывала решение подобного номера. Может, — думала она, — нужно приравнять это значение и преобразовать неравенство по формуле через касательную? — сама себе Машка задала вопрос. — Ну, блин и ведь в домашке были похожие номера. А я и их не сделала, — корила себя девушка.
 
Машка принялась переписывать задание на доску, в надежде, что решение придет по ходу. Понимая, что в голову лезут совсем не те мысли, девушка готова была вот-вот расплакаться, но Рыжова собрала свою волю в кулак и решительно принялась писать. Со вторым номером было гораздо проще, ибо типовые номера девушка встречала часто. Однако и тут ответ вовсе не совпадал с данными в конце учебника. Наверное, какая-то неведомая сила помогла девушке подогнать ответ под правильный. Машка вздохнула с облегчением. Но стоило ей прочитать третье задание, как закончилось время самостоятельной работы.
 
Машка села на место в полном расстройстве и разочаровании. Меньше всего девушке хотелось краснеть из-за предмета, который ведёт Ольга. Та же, собрав все тетради у класса и положив их на стол, подошла к доске.
 
— Наташа, — обратилась Ольга к отличнице Андросовой: — В принципе, — учительница вглядывалась в цифры, — я могу поставить тебе пятёрку, если закрою глаза на недочёты со знаком. Будь увереннее в своём решении. Минус семь и семь — два разных значения. Видела я твои метания, зачем исправила это значение в последнюю секунду? — Ольга улыбнулась ученице. — Первый и последний раз, поняла?
 
— Да, Ольга Валерьевна, я вас поняла, — радостно сказала девушка.
 
— Учти, что при умножении обеих частей неравенства на одно и то же отрицательное число смысл неравенства меняется на противоположный. Ты чуть не совершила грубую ошибку. Но в целом, как я уже и говорила, твоей работой я довольна.
 
Ольга подошла к другой части доски, где мелом были выведены каракули Семёнова.
 
— Семёнов! — измученно изрекла из себя Ольга фамилию ученика, будто это какое-то ругательство. — Там списал, сям списал. Ну, хоть писал бы чтоб разобрать можно было, — Ольга, вглядываясь в записи своего ученика, подчёркивала значения, которые были решены неверно.
 
— Ну, Ольга Валерьевна! Я вообще ничего не понял! — запротестовал парень.
 
— Нет, — повернулась Ольга к парню лицом. — Ты-то как раз не глупый. Ты просто снова ничего не делал. Тебе же ещё экзамен писать, ну? Посмотри сколько ошибок. Твоя тройка еле натянута. Понимаешь хоть?
 
— Понимаю, — вздохнул парень.
 
Пока Ольга объясняла решения заданий классу, Машка молила всех богов, чтобы этот кошмар поскорее кончился, и она вышла бы из этого кабинета. Как только её часть доски, где были решения заданий, перевернули на всеобщее обозрение, Машка от своего стыда просто закрыла глаза.
 
Ольга что-то резко черкала, подчеркивала, при полной тишине. В классе лишь было слышно, как кусок мела скользит о поверхность доски. Становилось жутко. Ольга, дойдя до середины первого номера, перечеркнула последующее решение, показав тем самым, что там даже близко не за что зацепиться в решении, а потом взяла тряпку и первый номер был нещадно стёрт.
 
— Рыжова! — обратилась Ольга к Машке, которая и так сидела ни жива, ни мертва. — Ты чем занималась на выходных? Ты где летала? Это что? — сыпались из уст вопросы учительницы.
 
— Да бухала она все выходные, — кто-то выкрикнул из учеников.
 
Волна смеха и гула на несколько секунд разразилась в кабинете алгебры.
 
— Чёрнов, с вещами на выход! — грозно прокричала Ольга выскочке.
 
Проводив парня взглядом до двери, Ольга обратилась к классу:
 
— Кто может решить этот номер, и оформить всё нормально?
 
Однако в ответ класс замолчал. Все уткнулись в тетради и начали что-то писать или читать, ну или делать вид.
 
— Алиса, выходи к доске, — сказала учительница более мягким голосом, обращаясь к ученице, а сама в свою очередь села за учительский стол. Как только Ольга Валерьевна заняла своё место, она столкнулась с Машкиным взглядом и обратилась к ней.
 
— Ты вообще была на моем уроке? Мне кажется, тебя месяц не было! — негодовала Ольга.
 
Она начала перебирать тетради в поисках Машкиной, чтобы посмотреть её домашнюю работу.
 
— Алиса, ты можешь комментировать своё решение? — обратилась она к рыжей.
 
— Ну, сначала мы обозначаем абсциссу с точкой Х в поле касательной, — начала говорить девушка, аккуратно выводя символы на доске.
 
— Так, — вздохнула Ольга, и повернулась в сторону доски: — Дальше что ты делаешь?
 
— Нахожу F (X), — пролепетала Алиса, глядя на учительницу.
 
— Нет, — улыбнулась Ольга: — Я понимаю, что ты находишь F (X), и я уверена, что и ты это понимаешь! А ты можешь прямо разжевать для своей подруги и твоих одноклассников все свои действия! — Ольга снова повысила свой голос.
 
— Сначала я должна подставить найденные числа в уравнение, — Алиса повернулась к доске и снова начала писать: — Потом вывожу общее значение. Вот так, — показала она на доску.
 
— Отлично, Алиса, дальше что?
 
— А дальше я подставляю найденные числа х0, f(х0), f '(х0) в общее уравнение касательной, — закончила Алиса и тут же прозвенел звонок с урока.
 
Класс облегченно выдохнул.
 
— Молодец. Я оценю твою работу. Задержись на минуту, — обратилась Ольга к ученице.
 
— Класс, — Ольга повысила голос: — Все могут идти, домашнее задание спросите у Алисы, я ей передам. И да, Рыжова, останься тоже, — Ольга посмотрела на школьницу.
 
Ольга подошла к парте, за которой сидели Машка и Алиса, взяла дневник Лисы и поставила оценку «отлично», а так же домашнее задание, при этом укоризненно сверкнула на Машку глазами и вздохнула.
 
— Алиса, я слышала, ты играешь на пианино?
 
— Ну так, немного, — девушка пожала плечами, подошла к столу и начала собирать свои вещи в сумку.
 
— Так отлично, — улыбнулась учительница. — Жду тебя в субботу после уроков в актовом зале.
 
— Зачем это? — удивилась Алиса.
 
— Ооо, — улыбнулась Ольга: — Обещаю, тебе очень понравится. Ты кстати поёшь?
 
— Нет, вы что? Мне медведь все уши оттоптал. Я немного завываю в ванне, но не больше.
 
— Да уж, — задумалась Ольга. — С этим, конечно, проблема, но ладно, придумаем что-нибудь. Хорошо, Алиса, спасибо, — улыбнулась учительница. — Можешь идти и, кстати, свою подругу можешь не ждать.
 
— Понял, не дурак, — понимающе вздохнула Алиса и тут же ретировалась.
 
Ольга же в свою очередь встала из-за стола и подошла к выходу. Закрыв дверь на замок, она облокотилась на стену, глядя при этом на Машку, которая так и сидела за партой и молчала.
 
— И чем это ты занималась таким важным все выходные? — поинтересовалась Ольга.
 
— А то вы не знаете, где я была, — буркнула Машка.
 
— Ты о чём думаешь? — Ольга медленно направилась в сторону парты, где сидела Машка. — Если мы с тобой общаемся за пределами школы, то к тебе будут поблажки и какие-то привилегии в плане учебы?
 
Школьница, опустив глаза, теребила волосы.
 
— За выходные я проверила тетради, подкорректировала индивидуальные планы, посмотрела сценарии открытых уроков в девятых классах. И я вообще молчу про ваш Осенний бал! В оставшееся время я занималась своими личными делами, которые не имели отношения к школе. А ты?
 
— Ольга Валерьевна, я знаю, что виновата, но…
 
— Какое, нахрен, «Но», Маша?! — не выдержала учительница и подошла к девушке вплотную. — Ты моя ученица, и я имею полное право вызвать тебя к доске в любое время, несмотря ни на что. Или ты думала, я просто так тебе оценки ставить буду?
 
— Нет, — кротко ответила девушка.
 
— Я тебя в субботу про уроки не один раз спрашивала! Верно?
 
— Верно.
 
— А почему я тогда открываю тетрадь и не вижу домашнее задание? Маша, в чём дело, я не пойму?
 
— Я не смогла, потом не разобралась, а потом и вовсе забыла.
 
— Ты меня очень разочаровала, Маша! Я думала, что на тебя можно положиться, думала, что ты ответственная. А ты даже домашку решить не способна! — Ольга села рядом с ученицей. — Скажи мне, что я должна тебе поставить? Три с минусом за самостоятельную и двойку за домашнюю работу?
 
— Получается так, — сказала Машка расстроенным голосом. — Но я исправлю, честно.
 
— Маша! Ты вообще меня не понимаешь! Дело не в оценке, — твердила Ольга. Дело в твоей безответственности! Нужно выполнять свои обязанности. Ты думаешь, мне сегодня зашибись? Нет, Маша, — Ольга ударила кулаком по столу. — Мне нихрена не хорошо, я хочу спать и меня тошнит. Но я в жизни не подам вида, так как это мои проблемы! Я действительно очень расстроена, — Ольга понизила голос и посмотрела Машке в глаза. — Я теперь сто раз подумаю прежде, чем тебя куда позвать с собой.
 
— Простите меня, — прошептала Машка: — Мне правда стыдно.
 
— Иди, — вздохнула Ольга и устало откинулась на спинку стула. — Смской от меня сегодня получишь задания к среде индивидуально. И да, — добавила она, когда Машка была около выхода: — Если ты думаешь, что сегодняшние оценки не увидишь в журнале, ты ошибаешься.
 
— Ольга Валерьевна, — Машка посмотрела на учительницу: — Дверь заперта.
 
— Ключ поверни в замке, — сухо отозвалась учительница.
 
— Ольга Валерьевна, — Машка, открыв дверь, замерла на выходе, с надеждой глядя на женщину.
 
— Иди, Рыжова! Не беси!