Первая репетиция ребят не задалась с самого начала. Школьники никак не могли определиться с репертуаром. Ольга то и дело отметала песни по разным причинам: то ей не нравилась тональность, то казалось, что не вытянет, то слишком сложные партии, то слова, по её мнению, просто ни о чём. Больше всего бесилась Алиса, которую постоянно стебал Илюхин. Машка лупила по барабанам, как сумасшедшая, в те моменты, когда возникали очередные споры по поводу песен. Женька всё перестраивал звук, так как был недоволен качеством звучания гитар. С горем пополам определившись с первой песней, ребята столкнулись с новой трудностью — все играли не слыша друг друга, и изрядно фальшивили.
 
      — Ну, Маша! — в один голос прокричали Ольга и Вадим.
 
      — Да что? — девушка психанула и бросила палочки на пол от обиды.
 
      — Ты так долбишь, что мы себя не слышим. Сейчас все соседи сбегутся! — сказал Женька.
 
      — Ну я же только учусь, — школьница надула губы.
 
      — Маш, держи ритм. Ты то в лес, то по дрова. Я не могу подстроиться. Ты учти, что тут вокал ещё, и если со словами играть — ты вообще будешь постоянно сбиваться, — сказала Ольга.
 
      Машка закрыла лицо руками и, тяжело вздохнув, сказала:
 
      — Не могу больше! Достало! — плюхнулась на диван и уставилась в окно.
 
      — Оль, скачай ей в плеер метроном, пусть один наушник вставит. И идите покурите, что ли.
 
      — Хорошая идея, — Ольга, положив гитару, подошла к компьютеру и начала искать нужную информацию.
 
      — Маша, нам с тобой нужно играть в одном ритме и темпе. Барабаны и бас-гитара должны сыграться. Мы с тобой создаём основу кач-группы, мы должны быть одним целым с тобой, а остальные заполняют свободное пространство звуком, поняла? — сказал Женька девушке.
 
      — А нам что делать? — спросил Вадим.
 
      — На данный момент учи свою партию, чтоб аккорды не путал, и играй её пока, не ориентируясь на нас с Машкой. Позже подстроишься, когда мы с ней уже сыграемся. Алис, я тебе чуть позже покажу, что делать, хорошо? — парень посмотрел на рыжую и подмигнул девушке.
 
      Алиса улыбнувшись парню в ответ, подошла к своей подруге и тихонько спросила у неё:
 
      — Маш, а Ольга Валерьевна в курсе, что ты куришь? Может, сходим с тобой, а?
 
      — Алиса! — начала смеяться Ольга. — Ты так тихо говоришь, что с тобой только в разведку, ей-богу. Пошли на балкон, Штирлиц, а Рыжова пусть садится за барабаны и репетирует вместе с Женей.
 
      — Машка, правда, шуруй за барабаны, — Женька облокотился на подоконник и взял в руки бас-гитару.
 
      — Иду, — протянула Машка и, посмотрев на свою подругу с завистью, направилась к барабанной установке.
 
      — Ольга Валерьевна, — Алиса перевела взгляд на учительницу, которая, прикурив сигарету, открыла окно, — а почему Машка как партизан молчала, что вы её на барабанах учите играть?
 
      — Так откуда ж мне знать? — Ольга развела руками и хитро улыбнулась.
 
      — О, Илюхин, — улыбнулась Алиса, увидев одноклассника.
 
      Парень пришёл на балкон к девушкам и достал пачку сигарет.
 
      — Вся школа курит? — Ольга критично посмотрела на молодого человека. Заметив смущение парня, всё же добавила: — Да не расскажу я твоим родителям, не переживай, — Ольга толкнула парня в плечо.
 
      — Ой, ну что вы начинаете, Ольга Валерьевна! — запротестовал Вадим.
 
      — Да всего лишь уволят меня, а так, — Ольга махнула рукой, — подумаешь, совсем ничего я не начинаю.
 
      — Мы никому ничего не скажем, правда, Алиса? — парень посмотрел на одноклассницу.
 
      — Про музыку тоже ни слова пока никому. По рукам? — Ольга Валерьевна взглянула на ребят.
 
      — Конечно, по рукам, — отозвалась Алиса и улыбнулась.
 
      — Как продвигаются дела? — спросила Ольга, зайдя в комнату, где играли Машка и Женька.
 
      — Ну, ничего, — парень махнул рукой. — Нам с ней нужна ещё уйма времени, чтоб до идеала довести. Потом уже, думаю, все мы сыграемся. Оль, покажи Алисе, где вступать надо.
 
      — Жень, я как бы больше по гитарам, — Ольга села на диван. — Уверен? Я ничего не напутаю там?
 
      — Алис, — улыбнулся парень девушке, — ты не против, если я чуть позже к тебе подойду, и мы с тобой разберём партию?
 
      — Конечно, нет, — засмущавшись, школьница отвела взгляд.
 
      — У-у-у, — протянула Ольга загадочным голосом. — Алиса, когда Женя говорит с девушками в таком тоне, он настроен решительно. Учти.
 
      — Эй! Ну, прекрати, а! — в Женькином голосе явно слышалось недовольство.
 
      — Так, давайте ускоряться, нам ещё полчаса играть осталось! — сказала Машка и дала знак Женьке, что надо приступать к игре.
 
      — Илюхин! — крикнула Ольга. — Ты там не укурился ещё? Бери гитару и иди сюда!
 
      — Так, кого сегодня нет? — Ольга Валерьевна, не поднимая глаз на ребят, заполняла журнал.
 
       — Сидоренко, Илюхина, Волжских, Андросовой и Жени Афанасьева, — ответила староста класса, встав со своего места.
 
      — Ну отлично, блин, — проворчала учительница. — Они что? Все поголовно болеют?
 
      — Наверное, — пожала плечами ученица и села за парту.
 
      — Алиса Сидоренко только к четвёртому уроку придёт, — сказала Танька, — у неё семейные дела. Остальные вроде бы как болеют.
 
      — Что за семейные дела такие и почему только к четвёртому? — усмехнулась Ольга, вырисовывая в журнале «н» напротив фамилии ученицы.
 
        — Так они с её отцом сегодня в роддом едут. У Алисы сестрёнка на днях родилась, — улыбнулась Машка.
 
      — Замечательная новость. — Ольга посмотрела на Машку и улыбнулась ей в ответ: — останься после уроков, Маш, — тихо сказала учительница, пользуясь моментом, пока класс начал бурно обсуждать тему пополнения в семействе Алисы Сидоренко.
      В ответ школьница только махнула головой.
 
      — Так, что за шум? Если кому-то ещё нужно в роддом, то могу отпустить.
 
      В классе послышались смешки.
 
      — Записываем новую тему. — Ольга подошла к доске и, взяв мел, продолжила: — Применение производной для исследования функций на монотонность и экстремумы.
 
      — Ольга Валерьевна! — обратился к учительнице школьник. — Можно выйти?
 
      — Илья, — Ольга, удивлённо посмотрев на парня, спросила, — а другого времени ты не нашёл для своих дел?
 
      — Ну, Ольга Валерьевна!
 
      — Бегом, Илья! Бегом!
 
      Буквально через пару секунд след парня простыл.
 
      — Что за недержание такое? — Ольга развела руками. — Так, продолжим, Маша Рыжова, выходи.
 
      Девушка, испытывая явное недовольство, что её слишком часто вызывают, подошла к доске.
 
      — Напомни, пожалуйста, классу, а так же себе, как выглядит график функции y=F (x), — обратилась она к своей ученице, — при условии у = 2х + 1 и у = х2 — 2х.
 
      — Пока Мария пытается вспомнить, что это такое и как эта штука выглядит, — учительница грозно посмотрела на Рыжову, у которой в глазах читалась паника, — я расскажу вам, что на уроке мы рассмотрим исследование функции с помощью производной. Узнаем, каким образом с помощью производной найти интервалы, где функция возрастает, где убывает, где её точки экстремума, то есть точки минимума и максимума. — Ольга Валерьевна села на своё место. — Татьяна, — обратилась Ольга к ученице, — если ты думаешь, что я не вижу твои тщетные попытки подсказать своей подруге вид этого графика, я вынуждена тебя огорчить. — Ольга тяжело вздохнула: — Ну что мне с тобой делать, Рыжова? — жалобно посмотрела на свою ученицу, которая вроде поняла, что и как выглядит, начала чертить на доске график.
 
      — Так? — спросила Машка.
 
      — Так, Рыжова, — Ольга усмехнулась. — Иди садись, пять!
 
      — Правда? — Машка недоверчиво посмотрела на Ольгу.
 
      — Ну конечно же нет, — Ольга развела руками, — внимательно слушай всё, вызову к доске на первое задание после моих объяснений.
 
      Когда прозвенел звонок с урока, Машка выдохнула с облегчением. Получив четвёрку за работу у доски, она была довольна как слон.
 
      — Машка, слушай, — сказала Ольга, когда класс практически опустел, — Мне Женька звонил, сказал, что соседи сегодня уезжают за город, поэтому мы можем порепетировать, часов до шести. Ты как на это смотришь?
 
      — Я только за, Ольга Валерьевна. Алиса, думаю, тоже не откажется. Вот Вадим, судя по всему, не придёт, — задумалась Машка.
 
      — Ну, ты знаешь, тебе с Женькой нужно сыграться, и Алисе партию разучить до конца. А в субботу думаю, что Илюхин поправится, и мы сможем поиграть уже все вместе.
 
      — Здорово, — улыбнулась Машка, — Ну что? В три часа у вас? Я побежала, а то у меня физика.
 
      — Беги давай, а домашку завтра я у тебя обязательно проверю, поняла? — Ольга тепло улыбнулась ученице и принялась стирать с доски.
 
      — Пока!
 
      По дороге из школы к дому Ольги Валерьевны Алиса и Маша шли не спеша. Во-первых, потому что они освободились на один урок раньше, чем их учительница, а во-вторых, ждать Ольгу в школе, пока на улице хоть немного потеплело, девушки не хотели. Школьницы наслаждались лучами хоть совсем и холодного, но по-прежнему яркого солнца. Болтая обо всём на свете, подруги и не заметили, как дошли до дома своей учительницы.
 
      — Маш, а как ты вообще решила заняться барабанами? — спросила Алиса, когда её подруга, наконец, узнала от неё все подробности торжественной выписки из роддома.
 
      — Да как, как, — на ходу соображала девушка, — пришла заниматься по алгебре, а там барабаны стоят. Захотелось попробовать, а Ольга поставила мне условие, что если я решу контрольную работу на отлично, то научит на них играть.
 
      — Ясно, — улыбнулась рыжая. — А тебе нравится наша Ольга?
 
      — Что за вопрос, Лиса? — Машка вытаращила глаза на подругу. — Ты хоть раз встречала у нас такую крутую училку?
 
      — Да кто же спорит, — согласилась подруга. — У нас в школе одни грымзы и старые бабки. Прикинь, мы отожжём на сцене, — Алиса эмоционально жестикулировала, — весь бабушатник попадает!
 
      — Точно, я прям так и вижу: наша Слюня, химичка и Виталина Павловна будут своими костями под наши песни греметь.
 
      — Ой, Рыжова, — Алиса согнулась пополам от смеха. — Они убегут из актового зала, с криками.
 
      — Лиса-а-а!!! — Машка вся покраснела от хохота. — Прекрати, ей богу!
 
      — О! Смотри, Ольга Валерьевна приехала, — Алиса показала в сторону парковки, где припарковалась знакомая машина.
 
      — Быстренько вы, — улыбнулась Машка, приветствуя Ольгу Валерьевну, что уже подошла к лавочке у подъезда, на которой сидели её ученицы.
 
      — Ну так, урок провела и домой, — ответила Ольга, а потом, доставая ключи из сумки, обратилась к Алисе: — Как выписка прошла?
 
      — Ой, Ольга Валерьевна, мелкая — такая душка, не могу! — Алиса изобразила на лице умиление и восторг. — Так бы и затискала её!
 
      — Все маленькие такие милые, просто прелесть. Проходим, проходим, не тормозим, — говорила Ольга, пропуская девочек вперёд в подъезд. — А как назвали?
 
      — Ой, вы знаете, мы ещё не придумали имя. Отец хочет назвать её Алёной, а мачеха — Сашкой. Они между собой ещё не договорились. Так что у меня спрашивать про имя пока ещё рано.
 
      — Женька! Мы пришли! — крикнула Ольга с порога.
 
      — Слышу-слышу, я на кухне, — раздалось из глубины квартиры, — мойте руки и идите есть!
 
      — Мама дорогая?! — удивилась Ольга. — Девочки, он кроме пельменей ничего приготовить не может.
 
      — Так, может, в Интернете нашёл, какой рецепт? — предположила Машка, снимая куртку.
 
      — А пахнет вкусно, — возразила Алиса.
 
      — Вот именно, пока вкусно пахнет, надо еду спасать, — ответила Ольга, улыбнувшись школьницам, и тут же направилась на кухню, — раздевайтесь, берите вешалки, все куртки — в шкаф, и приходите.
 
      — Хорошо, — откликнулась Машка, подавая вешалку Алисе.
 
      Сегодня даже Машка была довольна своей игрой. Она практически не сбивалась и играла довольно чисто. Алиса на удивление Ольге очень быстро освоилась и без проблем выучила свою партию. Пока Ольга показывала Машке всевозможные переходы, которые школьнице необходимо было освоить, Женька, как ужаленный, бегал вокруг Рыжей и всячески пытался завоевать симпатию школьницы.
 
      — Маш, не спеши. Ты после перехода вступаешь в основной ритм чуть раньше и не попадаешь в такт. Давай ещё раз, — Ольга стояла позади школьницы и постоянно поправляла девушку.
 
      Машка, играя в очередной раз основной ритм с переходом, снова сбилась.
 
      — Блин, да что ж я не так-то делаю?! — школьница развернулась к учительнице и посмотрела на неё.
 
      — Так, погоди… — задумалась Ольга, — давай сначала. — Ольга подошла вплотную к девушке: — Двигайся, давай, — села позади Машки на тот же стул. — Не убей меня своими локтями, хорошо? — прошептала Ольга в ухо Машке.
 
      От того, что Ольга села за спиной у Машки, школьница почувствовала тепло тела своей учительницы и, немного смутившись от такого тесного контакта с женщиной, заметно покраснела, мысленно молясь о том, чтобы Ольга этого не увидела.
 
      — Начинай, — произнесла Ольга, взяв Машку за плечи и отклонив тем самым её корпус на себя.
 
      Рыжова взяла палочки, однако от волнения руки школьницы вспотели настолько, что их пришлось вытирать о джинсы. Встретившись глазами со своей учительницей, Машка смущённо отвела взгляд. Сердце школьницы бешено колотилось, и Ольга, немного улыбнувшись, спросила:
 
      — Рыжова, ты чего вся раскраснелась-то? — прошептала свой вопрос Машке на ухо, дабы не привлекать лишних глаз и ушей.
 
      — Так жарко же, — прошептала в ответ Машка.
 
      — Странно, — Ольга подняла одну бровь и, хитро улыбнувшись, взяла Машку за руку, — а ладони у тебя ледяные.
 
      — А у вас — горячие, — ответила школьница и вытащила свою руку из ладони учительницы.
 
      — Какая-то ты нервная, — буркнула Ольга.
 
      — Девчонки, мы пошли курить, — сказал Женька, — вы с нами?
 
      — Нет, Жень, идите, мы тут пока останемся, — Ольга стрельнула глазами в Машкину сторону.
 
      — Ну, хорошо, — улыбнулся парень, — пошли, Алис.
 
      Когда ребята вышли из комнаты, Машка разнервничалась. Сама не понимая своей реакции на происходящее, девушка, шумно выдохнув, начала играть. Чувствовать позади себя Ольгу Машке было очень непривычно. Слишком откровенная близость с учительницей, её дыхание прямо в шею девушки и прикосновения её рук — ещё сильней сбивали ученицу. Ольга явно провоцировала девушку, иногда трогала спину, тем самым поправляя корпус школьницы. В итоге Машка в очередной раз сбилась.
 
      — Нога отваливается уже, — сказала Машка и убрала ногу с педали.
 
      — Ты слишком напряжена, Маш. — Ольга взяла палочки в свои руки и, поставив свою ногу на педаль, сыграла основной ритм и переход без ошибок и помарок. — Ты не должна ни о чём думать, — Ольга отдала палочки в руки ученицы. — Все мысли должны улетучиться.
 
      — Типа — расслабься и получай удовольствие? — усмехнулась Машка, глядя Ольге в глаза.
 
      — А то, — подмигнула своей ученице женщина, — строго держи ритм, делай переход, и так хотя бы раза три подряд. Сможешь?
 
      — Не знаю, я должна контролировать всё тело, и при этом очень сложно расслабиться.
 
      — Попробуй, — сказала Ольга, придвинувшись ближе, и, собрав на спине Машкины волосы, скинула их на левое плечо девушки, чтобы не мешали.
 
      Машка начала играть. Ольга, положив свою руку на бедро девушки, немного сжимала его, тогда, когда Машка должна была нажимать на педаль. Машке расслабиться так и не удалось, однако школьница таки вытянула партию и под конец даже смогла улыбнуться Ольге.
 
      — Вот видишь, всё получилось, — сказала Ольга, как только Машка закончила играть.
 
 
Школьница, блаженно улыбнувшись, немного облокотилась на Ольгу и положила свою голову ей на плечо.
 
      — Устала?
 
      — Немного, — ответила Машка и посмотрела на Ольгу.
 
      — Твоя задача освоить этот переход и играть без запинок, — чувствуя, что ей не очень удобно сидеть в таком положении, Ольга приобняла Машку за талию левой рукой.
 
      — Я попробую.
 
      Пауза. Глаза в глаза. Машка смотрела на Ольгу несколько секунд, но так и не смогла отвести свой взгляд, хоть и понимала, что явно таращится на свою учительницу. Всё исчезло в этот момент, все мысли остались где-то далеко. Школьница больше не слышала голоса ребят, болтавших о чём-то на балконе, она не слышала звука метронома, который раньше эхом рассыпался по комнате. Машка слышала лишь своё дыхание и, чувствуя непреодолимое желание прикоснуться к Ольге, провела кончиками пальчиков по шее женщины, немного касаясь ворота рубашки. Чувствуя, как учительница напряглась и вздрогнула от её прикосновения, Машка закрыла глаза и продолжала водить подушечками пальцев по нежной коже. Рыжова не знала, зачем она это делает, она не могла объяснить мотив поступка даже самой себе. Почувствовав, как Ольга накрыла своей ладонью её руку, Машка открыла глаза и столкнулась взглядом с учительницей.
 
      — Стой, — еле слышно сказала Ольга и сжала руку школьницы. — Не надо, — ещё тише сказала Ольга осипшим голосом.
 
      — Простите, — Машкина губа задрожала, и, чувствуя, что в следующее мгновение уже не сможет сдержать своих эмоций и слёз, она быстро встала.
 
      Ноги не слушались, сердце бешено колотилось, и Машку в одну секунду обдало жаром. Пелена слёз застилала глаза.
 
      — Маш, постой! — Ольга в секунду догнала девушку и взяла за руку: — Посмотри на меня, — попыталась прижать девушку к себе, но Машка увернулась.
 
      — Простите меня, — вырвалось у Машки вместе со всхлипом, и школьница выбежала из комнаты.
 
      — Вот чёрт, — Ольга в панике сделала несколько шагов по комнате, но тут же, мгновенно включив свой рассудок, остановилась.
 
      Ольга решила не мешать девушке. Тем более что Женька с Алисой уже вошли в комнату.
 
      — А где Машка? — спросила Алиса.
 
      Ольга села на диван и натянуто улыбнулась:
 
      — В туалет пошла, сейчас вернётся.