Итак, ты игрушка
рабыни моей,
пусть шепчет на ушко,
что плакать не смей!
 
Хочу (значит, будет),
как грозди сожмёт
созревшие груди,
что слаще, чем мёд.
 
Пусть губы раскроет
упругий язык,
целуя до крови,
он к боли привык. 
 
Заставит, не сладишь,
упасть на ковёр,
Ну, выпьет, до дна лишь,
твой липкий ликёр.
 
Узнай, будь любезна,
ласк яростный гнёт,
чуть ниже, чем бездна
продлится полёт
 
в Эдем, или возле,
от страсти звеня...
Но примешь ли после
в рабыни меня?