Не будучи особо знатным и богатым, молодой Онофре прославился верностью. Вероятно поэтому был отправлен в числе других послов ко двору принцессы Виоланте де Унгриа. После успешного завершения миссии, связанной со сватовством короля Хайме I, рыцарь Онофре де Дип возвратился домой, предвкушая заслуженный отдых. Однако, у правителя Майорки были иные планы. Сразу после приезда король отправил его к Жану Валуа, герцогу Нормандскому, чтобы поздравить того с женитьбой на Бонне Люксембургской. Только на этот раз поручил ему возглавить посольство.

И с этим делом молодой рыцарь успешно справился.

Выполнив поручение, Онофре, раздуваясь от гордости, ехал по Нормандии в сопровождении слуг и охраны. Их путь лежал через Чёрный лес, простирающийся между Нормандией и Бретанью.

Вскоре к его отряду присоединились: анжуйский дворянин Жоффруа де ла Тур и бретонский рыцарь Эмар де Прессак.

Уже темнело, когда они увидели замок.

- Кому принадлежит сей замок? - спросил Онофре, всматриваясь вдаль.

- Герцогам де Мержюр, - ответил Эмар де Прессак и набожно перекрестился. - Плохие слухи идут о его владельцах. Будто Мержюры — оборотни.

- Это всё предрассудки! Вы, жители Нормандии и Бретани верите, что человек может обернуться в волка, - беззаботно рассмеялся де ла Тур.

Онофре был больше склонен поверить ему, чем суеверному бретонцу.

- Мы попросим ночлега в замке, - принял он решение.

- Ещё у нас говорят, что герцогиня — вампир, - не сдавался бретонец пытаясь переубедить его.

- Не слишком ли много для одного замка: оборотни, вампир?! - снисходительно улыбнулся Онофре, потешаясь над суеверием.

- Лучше я переночую в лесу, чем в этом проклятом месте! - заупрямился бретонец.

- Как пожелаешь, - пожал плечами Онофре, направляя коня к замку.

Спутники последовали за ним, кроме Прессака.

В замке гостей встретили радушно.

Герцог де Мержюр оказался высоким, статным и чёрнобровым красавцем. Серые, кремневого оттенка глаза контрастировали с тёмными волосами и смуглым лицом.

Держался он с большим достоинством. От него исходило ощущение величия и властности. Когда он заговорил, его голос звучал громко и уверенно.

- Присоединяйтесь к нашему ужину. Вас попрошу составить компанию мне и остальными благородными господам. Ваши слуги и воины поужинают вместе с моими.

- Позвольте представить вас вдовствующей герцогине, - хозяин замка подвёл их к худощавой даме, которую Онофре и сир Жоффруа приняли за его супругу. Однако услышав, что красавица герцогиня — вдова, удивлённо переглянулись. По возрасту она никак не могла быть матерью герцога.

- Я мачеха мессира Бриана, - пояснила она грудным и необычайно притягательным голосом.

На ужин слуги герцога подали на роскошных блюдах: рыбу и мясо,сладости, стеклянные кубки с вином и керамические кружки с сидром. Едва они приступили к трапезе, как в зал вошёл молодой, похожий на ангела юноша.

- Опаздываешь, Жиль-Пьер, - нахмурив густые брови, произнёс герцог. Однако, вспомнив о гостях, передумал сердиться.

- Это мой брат-близнец, который вечно витает в облаках - насмешливо пояснил он.

Братья оказались полной противоположностью друг-друга.

Только одинаковые правильные черты лица, рост, да стать служили подтверждением их родства. А в остальном они разнились. Дело даже не в светлых волосах Жиль-Пьера, а в манере поведения. Бриан — сгусток энергии, заключённый в рамки приличия. Его младший брат — меланхоличный, живущий в собственных грёзах мечтатель.

Тут Онофре почувствовал устремлённый на него взгляд герцогини. Он вопросительно взглянул на неё и сразу попал в плен зелёных глаз. Поклонник жгучей красоты и огненного темперамента южанок, стал заложником холодного шарма герцогини.

Может поэтому не сразу обратил внимание ещё на одну гостью — мадемуазель Патрисию д’Анкетонвиль, миловидную блондинку с обиженным лицом.

Будучи человеком наблюдательным, отличаясь острым умом, сир Онофре заметил, что отношения между ней, да и между членами семейства весьма напряжённые. Девушка явно недолюбливает герцога, вероятно из-за его подразниваний за столом.
Видя, что её подопечная вспыхивает от возмущения и готова в любой момент вспылить, или заплакать, герцогиня несколько раз прерывала пасынка, обращаясь к гостям с ненавязчивыми расспросами. Только почему-то именно ей хотелось рассказать всё без утайки.

Онофре не заметил, как поведал о своём путешествии.

Герцогиня умела слушать, поощряя рассказчика лёгкими полуулыбками и подлинным интересом.

В тот момент, когда он проговорился, что Эмар де Приссак покинул их в лесу, герцог и его домочадцы переглянулись.

Даже с лица Жиль-Пьера сошла отрешённость

- В лесу рыскают волки. Не стоило вашему спутнику оставаться одному, - произнёс он и вновь ушёл в себя.

Герцог резко встал, прервав ужин.

- Извините, мне надо с братом обсудить дела. Прошу прощения, что покидаю вас. Насчёт комнат для отдыха я распоряжусь.

Спокойной всем ночи.

Прихватив брата, мессир Бриан вместе с ним удалился, оставив их за столом.

- Жиль-Пьер — не от мира сего. Безобидный дурачок.

- Ты ошибаешься, Патрисия. Жиль-Пьер не такой. И он далеко не глуп, - прервала её герцогиня.

- Ах, всё равно, Клари! Я бы лучше за него вышла замуж, чем за его брата! - воскликнула Патрисия с отчаянием.

- Вы невеста герцога? - спросил мессир Жоффруа, которому явно нравилась эта девушка.

- Одна из претенденток, - Патрисия презрительно скривила пухлые губки. - К его услугам целый сонм благородных девиц при монастыре. Я сама недавно вышла оттуда. Клари его патронесса.

Девушка бросила благодарный взгляд на герцогиню, с которой находилась в дружественных отношениях, а та в ответ ей ласково улынулась.

Онофре во все глаза смотрел то на одну, то на другую. Патрисия чрезвычайно располагала к себе своей искренностью и открытостью, только к её старшей подруге его тянуло с непреодолимой силой.

И в этот самый момент раздался волчий вой, а потом жуткий человеческий крик, от которого пробрало до самых костей.

- Это волки нашли свою жертву, - нарушила молчание герцогиня, а Патрисия в страхе прижалась к ней.